Нэнси

* * *

Поначалу у меня возникла мысль, что меня похитили очередные парни Стива, и я даже немного порадовалась, что всё ещё хоть немного была ему нужна. Поэтому, пока меня тащили к машине, я не брыкалась и не сопротивлялась.

Первая мысль, что я ошиблась и опять куда-то встряла, появилась тогда, когда меня, как мешок с картошкой, закинули в багажник, и грубый мужской голос откуда-то сверху пригрозил меня пристрелить, если выкину какой-нибудь финт. Конечно, Стив мог быть на меня настолько зол, чтобы со мной поступили именно так в наказание, но сжавшееся нутро подсказывало — я крупно попала.

Вторая мысль подтверждала мои догадки: зачем парням Стивена надевать мне на голову чёрный мешок, а на руки — наручники? Куда бы меня ни везли сподручные Карстара, ему было бы плевать, что я могу увидеть дорогу, а наручники натирали кожу на запястьях. Стив, как я уже давно поняла, синяки на моём теле не жаловал. Оставлял иногда в порыве страсти, а потом морщился, как ребёнок, поцарапавший любимую игрушку. Спасибо, что не выкидывал… Раньше…

— Смышлёная баба, даже не пищит, — услышала я за шумом мотора насмешливую похвалу и фыркнула.

А толк «пищать»? Да даже орать, хотя мне завязали рот, но так, скорее для галочки? Всё равно, пока машина в движении, мои вопли услышат только похитители. Ещё и всекут мне скорее всего за это. Вот если автомобиль кто-то остановит, появился бы шанс, что это мог быть полицейский патруль. А пока надо было не показывать, что я в принципе не смирилась, что меня куда-то тащили.

Через какое-то время машину стало потряхивать — она съехала на грунтовую дорогу и шины начали тереться об камни насыпи с неприятным слуху звуком. Тут меня снова обдало холодом: да, мы точно не к Стиву домой ехали, дорога к нему была идеально ровной и вылизанной.

Страх паническими мурашками забегал по моей коже, и я стала раздумывать, как отсюда сбежать. Кто бы это ни был и какие цели он бы ни преследовал, теперь я была одна и помощи ждать было неоткуда.

Если похитители хотели со Стивена денег, то у меня для них плохие новости: они мальца не успели до полного моего обесценивания в его глазах. Внутри снова заворочалась боль от обиды, но я сосредоточилась на другом. Сейчас было не время для самобичевания.

Машина остановилась, и я услышала, как друг за другом открылись её двери — я и так видела, что похитителей было несколько, а тут это подтвердилось ещё раз. Проклятье! С одним-двумя я бы, может, смогла справиться — тренировки не прошли зря, — но с целой бандой… Что ж, возможно, выбор будет невелик.

Где-то в глубине души я всегда понимала, что отношения с моим мужчиной могли меня к такому привести и морально готовила себя к этому. Как только к такому можно быть готовой? Нужно попытаться сбежать до того, как похитители позвонят Стиву.

Во-первых, так меньше шансов, что я сразу схлопочу пулю в спину: они ведь пока думали, что «товар» имел большую цену. Убивать меня невыгодно ровно до тех пор, пока бандиты не поймут, как оплошали.

Во-вторых, что они со мной сделают после осознания своей ошибки, догадаться было несложно. Точно отыграются за собственный провал, а вот потом… Что будет потом, я додумать не успела, потому что задняя дверца открылась и меня бесцеремонно вытащили наружу.

Босые ноги больно ударились о щебень, пришлось быстро ими перебирать, чтобы меня по нему не протащили. Вскоре я ощутила ступнями неровный, местами влажный пол. Со скрипом за спиной закрылась какая-то дверь, и меня бросили на пол у стены — я ощутимо ударилась об неё спиной.

Тьму под тканью мешка нарушил рассеянный мертвенный свет — видимо, в помещении включили лампу. Я сжалась, сидя на полу и понимая, что мой жалкий план побега провалился, не успев начаться — как сбежать, если я почти ничего не вижу? Да и я надеялась, что вести меня куда-либо будут гораздо дольше, а тут…

Мешок с головы сорвали одним движением, и я сощурилась от света, хотя он и был довольно тусклым. Четверо широкоплечих мужиков, как на подбор, в одинаковой камуфляжной форме и с чёрными масками на лицах.

Все уставились на меня, разглядывая сквозь прорези для глаз, и от каждого взгляда по моей коже побежали липкие мурашки. Если хотя бы один из них трахнет меня, Стив точно больше никогда ко мне не прикоснётся, даже если простит мой проступок. А вот если все…

— Хороша, — ухмыльнулся тот, кто снял с меня мешок и теперь возвышался прямо надо мной. — Может это, по кругу, а потом уже будем разбираться с выкупом?

— Захлопнись, — рыкнуло позади него, и к говорившему подошёл другой рослый детина. — Джеф сказал, бабу не трогать, иначе его бабла мы не увидим. Лично я хочу и его бабки, и карстаровские. Если всё выгорит, хоть целый гарем себе таких накупим. Мобилу её взяли?

Вместо ответа ему протянули мой телефон, и мужик присел передо мной на корточки, заглядывая в мои глаза своими чёрными и бездонными. Я машинально поёжилась, а он холодно произнёс:

— Даю тебе одну попытку назвать мне пароль. Я его всё равно узнаю, даже если придётся поступиться деньгами заказчика и раскроить твоё милое личико, — последнее прозвучало очень резко и мерзко. Он протянул руку, щёлкая меня по носу, а затем стянул со рта повязку и ещё наставительнее сказал: — У тебя десять секунд. Дольше ждать не буду.

— Там нет пароля, — дрогнувшим голосом ответила я.

Зачем мне пароль на телефоне? Если надо, Стив его взломал бы на раз два, да и прятать мне там было нечего. А вот вводить что-либо при каждом использовании мне всегда было лень.

Мужчина удивился, но проверил мои слова. Хмыкнув, он пробурчал «умница», порылся в нём и позвонил Стиву. Слушая их разговор, я тщетно старалась продышаться от накатившей на меня паники.

В какой-то момент похититель обратился ко мне, и я вскинула на него свой взгляд, но отнимать трубку от уха он не стал, только назвал цену, от которой я зажмурилась, а следом продиктовал адрес. Стив согласился? За двадцать миллионов? Да ну, не могло такого быть…

Положив трубку, мужик снова опустился передо мной на корточки, как-то по-новому меня разглядывая. Я молчала, всеми силами стараясь слиться с облупленной стеной позади меня, и не сводила с него глаз.

— Сговорчивый у тебя хахаль оказался, — наконец задумчиво произнёс он. — Не к добру это. Надеюсь, ему твоя жизнь всё ж дорога, и Карстар не наделает глупостей. Э, скажи парням на улице, чтоб зашкерились и стволы из рук не выпускали.

Тот, к кому обратился командир, кивнул и вышел, а двое оставшихся разместились по разные стороны от двери и навели на неё дула своих пистолетов в ожидании. Окон в комнатушке не было, и выглядело это всё западнёй.

Стараясь дышать как можно глубже, я успокаивала себя тем, что Стивен ни за что в жизни не станет рисковать своей жизнью. Ради меня — тем более. Наверняка пришлёт своих парней или копов. Нужно только не попасть под шальную пулю, и я выберусь отсюда живой.

Сердце сжалось от страха, подсказывая, что мои шансы не пострадать в этой истории минимальны: я в закрытом и очень маленьком помещении с тремя преступниками, по которым будут стрелять. Чёрт. Кажется, это место станет моим склепом… В глазах потемнело от отчаянья, но всё, что я могла — сидеть на холодном полу и стараться не привлекать к себе внимания.

Вокруг стояла гробовая тишина. Мужчины не переговаривались и даже не шевелились, как и я, ловя слухом каждый звук. Довольно долго, как мне показалось, тишину нарушали только какие-то отдалённые еле уловимые звуки, по которым я подумала, что мы находились где-то посреди леса — то доносился стрёкот насекомых, то уханье совы…

И вот… мой слух уловил далёкий рёв мотора, который усиливался с каждой секундой, приближаясь. Одного? Я отчаянно вслушивалась, но всё чётче улавливалось — да, одного. У Стива есть какой-то наёмный киллер, который всё сделает по-тихому? Надеюсь, меня он не пришьёт за компанию, с него станется… И всё, никого нет, никаких свидетелей, а домик этот спалит вместе с телами…

Проклятье! Кто строил что-либо без окон?! Даже не сбежать под шумок… Двигатель умолк совсем рядом, и послышались отзвуки голосов. Я замерла, всеми силами вслушиваясь и боясь услышать выстрелы. Мало ли, если начнётся потасовка, мне же прямиком в лоб выпустят пулю?

Сердце отсчитывало мгновения, разбиваясь о грудную клетку, словно раненная птица. Больше всего убивала моя собственная беспомощность: всё, что я сейчас могла — это сидеть и ждать, выживу я или нет. Никогда в жизни мне не было так страшно.

Голоса смолкли, но стрельбы не было. Только гулкий стук шагов об пол коридора, ведущего к этой комнате. Дверь со скрипом открылась, и в неё вошёл один из похитителей в маске, а за ним… я сжалась, с непониманием уставившись на Стива. Он совсем с катушек слетел?! Какого хрена он тут совсем один?!

Его взгляд остановился на мне, и я не увидела в глазах Стивена прежние злость или презрение. Не знаю, что он чувствовал сейчас, но попытался мне слабо ободряюще улыбнуться. Всё ясно. Мой мужик точно спятил. Как в такой ситуации можно было оставаться таким вот спокойным?

Вошедший за Стивом подтолкнул его к стене напротив меня, велел встать на колени и убрать руки за голову. На лице Стивена отразилось раздражение, всего на мгновение, а затем он подчинился, не сводя с меня пронизывающего взгляда.

— Проверили? — спросил главарь у конвоиров и тот, что шёл позади Стива, протянул ему пистолет.

Главарь забрал оружие и кивнул присутствующим на Стивена: теперь все дула были направлены на него. Мамочки… Посчастливилось же влюбиться в психа! Как теперь из этого всего выбираться, чтобы его не убили?

— Сначала бабки, — буднично крутя пистолет в руке, сказал главарь.

— Нет. Сначала вы отпустите девушку, — холодно и спокойно в тон ему ответил Стив.

— Ты идиот? — озвучил он очевидное. — Ни в одной бабе нет ничего такого, чтобы из-за неё вот так подставляться! — Стив молчал, лишь ненадолго переведя на него такой взгляд, словно смотрел на назойливую муху. Зря, ой зря… Главарь скрипнул зубами, а потом приглушённо рассмеялся и добавил: — Это даже забавно. Что ж, давай кое-что проверим.

Повернувшись к нам спиной, судя по звуку, он стал вытаскивать патроны из магазина пистолета Стива. Обернувшись, главарь подошёл ко мне и опустился рядом на одно колено. Настолько близко, что я разглядела каждую морщинку в уголках его глаз — подонок улыбался. Он достал свой пистолет из кобуры и направил его на меня, тут же протягивая пистолет Стивена мне и поясняя свои действия:

— Смотри, киса. Тут всего один патрон. Бабки за похищение мы так и так получим, а этот сноб нам точно ниче не переведёт. Я людей вижу насквозь. Так что, для тебя шанс выжить только один. Либо ты убьёшь его, — он кивнул на Стива, — либо я — тебя. Считаю до пяти, — он вложил пистолет в мои руки, скованные наручниками перед собой. — С такого расстояния не промахнёшься. Раз…

После этого монолога градус идиотов в этой комнате явно повысился. Стрелять в Стива? Даже под страхом смерти — чёрта с два! Правильно он мне сказал когда-то: придёт время — сможешь выстрелить. Я перевела взгляд на Стивена и удивилась тому, как он тяжело дышал и пристально смотрел на меня. Ну и дурень!

Изобразив, что моя рука с пистолетом трясётся от страха, я опустила пистолет к своему поясу и чуть сместила его дуло, направляя на главаря. Тот даже опомниться не успел, как я нажала на курок. Вот только выстрела не произошло. Подонок разрядил магазин полностью и просто проверял меня, издеваясь над Стивом!

Адреналин со всей силы ударил в голову, и я моментально нашла решение, запустив бесполезным оружием главарю прямо в рожу. Я выиграла этим всего мгновение, но и его было достаточно: пока он отвлекся на весомый удар — а пистолет штука тяжёлая — я ударила ногой по пистолету в его руках и тот отлетел к ногам Стива.

Пока подельники сообразили, что надо было сменить цель и стрелять в меня, прошла ещё секунда, за которую я успела отчаянно броситься вперёд и изо всех сил прижаться к главарю, закрываясь им, как живым щитом. Плечо под ключицей пронзила резкая нетерпимая боль. Я вскрикнула, но тут же оглохла от выстрелов вокруг.

Перед глазами заплясали яркие алые точки и быстро начало темнеть. Ловя ртом воздух, которого моментально стало мало, я машинально закрыла ладонью место, из которого обильно текла кровь.

Струйки потекли сквозь пальцы, а из раны по телу растеклась невыносимая боль. Мамочки, я не готова умирать! Пока точно не узнаю, хотя бы, что со Стивеном всё в порядке… Звуки выстрелов стихли, а главарь обмяк рядом со мной мешком, в приглушённом свете вокруг и темноте в моих собственных глазах я не могла различить, что с ним.

— Стив… — вырвалось хриплое из моего моментально высохшего рта. Странное ощущение.

— Нэнси! — услышала я где-то рядом и хрипло выдохнула.

Его руки обхватили меня, поддерживая, и я ощутила запах любимого одеколона моего мужчины. Перед глазами всё поплыло, но главное — он был жив, не пострадал из-за меня, своей вечно встревающей в какую-то хрень проблемы.

Стива изрядно трясло, и я услышала его голос, буквально орущий на кого-то. Мозг отказывался думать, но я уловила, что он звонил в скорую или кому-то, кто мог её вызвать, потому что за пеленой боли проскользнуло слово «огнестрельное». Ну всё, теперь меня официально можно считать причастной к его мафии?

— Нэнси, пожалуйста, держись, — хрипло шептал его голос над моим ухом, — прости меня, родная, прости…

Найдя в себе силы сфокусироваться на испуганном лице Стивена, я еле слышно пробурчала, пытаясь хоть как-то его успокоить:

— Угу, ещё скажи, что теперь на мне женишься в качестве извинения. Прям тут, посреди горы трупов… Всегда знала, что ты у меня такой романтик…

На этом мои силы иссякли, а сознание погрузилось в спасительную тьму, в которой больше не было боли. И мужчины, который в треклятой реальности никогда меня не простит.