Свадьбу сыграли через месяц. В ресторане «Лимончелло» — том самом, где всё началось. Катя была в белом платье с кружевом, пышная, румяная, счастливая. Лев — в идеальном костюме, с бабочкой и с таким выражением лица, будто он выиграл не просто женщину, а весь мир.

Миша нёс кольца на подушечке и гордился собой. Васька, вопреки запретам, пробрался в зал и украл со стола кусок красной рыбы. Полковник сидел во главе стола и тостовал так, что слёзы текли у всех.

— За молодых! — сказал он в конце. — За то, чтобы у них всегда был борщ, любовь и кот, который не жрёт орхидеи!

Катя смеялась. Лев целовал её в щёку, в губы, в нос — везде, куда доставал.

— Ты теперь официально не няня, — шепнул он.

— А кто? — спросила Катя.

— Моя индюшка, — сказал он.

— Я тебя убью, — пообещала Катя, но улыбнулась так, что все поняли: убивать она не будет. Будет любить. Долго. Сильно. До самой старости, которая, если верить их семейной легенде, наступит очень не скоро.

Потому что такие истории — про индюков и изумрудные глаза — не заканчиваются. Они только начинаются.