Не смотря на то, что под конец учебного года, я по-настоящему морально разлагался: алкоголизировал, много курил и дул, как будто у меня был план на какое-то время почувствовать себя фронтменом группы Doors, школу я окончил лишь с четырьмя тройками.

В середине июня у меня был выпускной. На прощальный концерт в д.к. я надел:

1) белый пиджак с широкими плечами

2) брюки а-ля яппи

3) желтый галстук

Я был ведущим и исполнял для учителей и родителей класса, песни. Не то, чтобы я получал от этого удовольствие, но преподы решили напоследок оторваться на мне по полной, поэтому я в тот вечер вообще не выпускал микрофон из рук. Волосы у меня были зачесаны вверх, монгольские скулы гладко выбриты, что тут говорить, я был красив как, god.

Когда концерт, с вручением аттестатов закончился, мы переместились отмечать выпускной, в банкетный зал дома культуры. Там было много спиртного, были танцы и дурацкие конкурсы, все как обычно на таких вечерах.

Было уже 23 15. Я и трое моих одноклассников, уставшие от духоты и запаха салатов, вышли из зала на улицу, чтобы выкурить по сижке на свежем воздухе. Все под градусом. На улице тепло и мы в костюмах с лентами выпускников, болтаем о прическах, платьях одноклассниц и дико ржем. Вдруг слышится шум мотора. Я вижу красную audi 80. В машине сидят Ян и Шульц. Ян парит вейпом и смотрит на меня.

– Ку, нигеры! —подхожу я к авто и закуриваю. —Чё тут мутите?

– Тебя с выпускным поздравить приехали. —говорит Ян. —Садись в машину, поедем по-настоящему оторвемся…

– Но у меня здесь одноклассники, выпускной вечер… Я не могу! —кивнул я на ребят в пиджаках у входа.

– Вот и надо его отметить в настоящем мажорном клубе, а не в этом сарае для пенсионеров!

– Поехали, хоуми! —говорит Шульц, в руке у него бутылка черного пива. —Оторвемся!

– В клубе будет Летта… -говорит Ян. —Она про тебя спрашивала и я сказал, что ты приедешь!

Хитрый сукин сын… Знает чем завлечь. Я немного подумал. Вспомнил сочный зад девушки. Её губы. Мне дико захотелось прикоснуться своим языком к её языку. Выкинув сигарету, подхожу к одноклассникам и протягиваю руку. Пока ручкаемся, один из них, по имени Лёва, мне говорит:

– Алекс, бро, ты водишься с этими мутными уродами?

– Они мои друзья…

– Аккуратней с такими друзьями. Могут быть неприятности. Ян – родственник Сиги… Мой брат сидел с ним, когда его за драку крепанули… Они с Сигой дружили… А как вышли, занялись бизнесом. Но не срослось. Сига его кинул, а брату пришлось спрятаться за границей…

– И зачем мне эта информация?

– В той машине сидит человек, который продает стафф, его родственник промышляет криминалом в нашем городе и изи кидает людей… Ты собираешься садиться к нему в машину… Не чувствуешь, чем это начинает пахнуть?

– Чем?

– Неприятностями! Тебе нужны неприятности?

Ян сигналит в клаксон. Он раздражен.

– Ну наверное я сам разберусь! —говорю я и попрощавшись с одноклассниками, запрыгиваю в авто на заднее сиденье.

– Чё зыришь, блин? —зло сказал он Льву на прощанье. —Унтерменш!

Лева отвернулся. Ян плюнул на асфальт и на всю громкость врубил в колонках «Riot» рэпера Xxxtentacion. В клипе на эту песню есть сцена, когда афро американец надевает на шею белого ребёнка петлю, а после, вешает его, изображая линчевание. Audi рванула с места. Мы поехали в night club.

Когда мы сидели в клубе и пили коктейли, вспомнив наш прошлый диалог с одноклассником, я спросил у Шульца:

– Кто такой Сига? Мне говорили, что Ян – его родня…

– Его дядя… 35 лет, боксер со стажем… Опасный чел! Плечи как у Конора Макгрегора в его лучшие годы… Носит кожаную куртку, а под ней у него… -парень скрещивает два пальца. —Ствол! Сига любит своего родного племянника и любому мозги вынесет! Семья… Его в городе все уважают. Вот он настоящий представитель АУЕ в нашем городе, а Ян всего лишь косит под бандоса, хочет стать таким же…

Я смотрю на него и качаю головой, отбивая такт музыки. В клубе кого только не было: хипстеры, рэперы, растаманы, влюбленные парочки, проститутки, мажоры, наркоманы, геи и лесбиянки. Вдруг объявили конкурс, в котором должны были принимать участие 3 гостя вечеринки. Эти трое должны выпить по ведру глинтвейна. В ведре – 3 литра. Шульц рискнул поучаствовать.

– Твой желудок не выдержит столько бухача! – говорю ему я.

– Но сколько халявы… -говорил он, а его глаза горели.

– В Испании чел умер от остановки сердца, выиграв пивной фестиваль… -добавил я, но друг уже ушел на сцену к другим участникам.

В конкурсе участвовали 4 парня и всего одна девушка. Ей стало плохо первой. Она просто побледнела и сказала, что ей нужен свежий воздух. Следом вылетел перс с пальмой на голове из дредов, как у Моргенштерна. Его вырвало прямо на кроссовок Шульца. Тот, приканчивая второй литр, блеванул на пол клуба. И тут прорвало всех. Все участники начинают брызгать рвотными массами друг на друга. Зрители орут и смеются. У меня уже болит от смеха живот. Мне все это напомнило сцену из «Трудного ребенка 2» в парке аттракционов. Увидеть такое в реале на выпускной вечер, мечтает каждый идиот, вроде меня. Шульц уже весь зеленый. Его тошнит и он не может остановиться. Я отворачиваюсь от этого мерзкого представления и вдруг вижу в конце зала типа, очень сильно напоминающего моего старого приятеля с кладбища. Я прищуриваюсь и в неоновом голубом цвете вижу лицо. Я не ошибся. Перестаю улыбаться. Это точно он —гроза обоссанных могил, враг всех богатеньких ублюдков, по кличке Марвэлл!! Он стоит во всем черном. У него татуировка в форме фиолетового глаза на лбу, а взгляд у него злобный. Может он решил спалить этот клуб из-за того, что здесь обитают мажоры? Я должен выяснить. Когда я иду к нему, он от меня уходит. Почему он не хочет со мной разговаривать? Может он, как организатор идейных убийц богатых, считает меня идейным врагом за мою дружбу с Яном? Прохожу мимо дергающихся под музыку клабберов и ищу глазами Марвэлла. Он исчез в толпе. Остается только заглянуть в туалет. Захожу внутрь и говорю:

– Марвэлл? Ты здесь бро?

В туалете горит неоновый зеленый свет. Слышу какую-то возню в одной из кабинок. Открыв дверь, вижу как парню в очках лидера группы Nirvana, согнутая блондинка делает минет. Я извинился и прикрыв дверь, покинул туалет. В коридоре меня встречает Летта. Она с разбега бросается на меня и целует. На ней темно-розовые лосины и кроссы в тон. Она говорит, что скучала и какой у меня сасный причесон, но я её не слышу, ибо до сих пор как в трансе и не перестаю гадать, привиделся ли мне Марвэлл на самом деле, либо же он просто галлюцинация, сгенерированная одурелым мозгом. Но если он а реале тут, почему он уходит от меня? Может просто не хочет видеть…

Я вернулся за стол к Яну. Тот сидел один, мрачный, как туча и цедил пина коладу за $3.48. Шульц в заблеванной кофте спал рядом. Ян вдруг говорит мне.

– Знаешь, айфон новый вышел, думаю приобрести…

– Ну так приобрети, ты с твоими возможностями вполне можешь себе позволить….

– Увы, мне не хватает немного…

– Спроси у папы! – я отпиваю из стакана мартини и смотрю, как Летта танцует с какой-то мулаткой.

– С папой мы в контрах, он сказал, что денег больше не даст, проблема… И знаешь, я случайно вспомнил про тебя, ты мне денег дашь…

– Гонишь? Не, бро, занять не могу, сам на мели…

– Нет-нет, не взаймы… -по выражению лица Яна, я начинаю понимать, что он не шутит. —Пора платить по счетам, Алекс. Время пришло…

– Что ты имеешь ввиду?

– Ты должен мне заплатить за Летту, сколько можно ей присовывать бесплатно…

– О чем ты мать твою говоришь? Ты серьезно? Летта не шлюха!

– Ты в этом уверен?

– Что за дичь ты несешь? То, что когда-то она продала свою девственность за три косаря – ничего не значит.

– А ты знаешь, кто договорился с тем таксистом?

– Ты? —смотрю я в затуманенные глаза парня.

Ян кивает. Чувствую, как внутри у меня всё закипает от злости.

– В следующий раз приготовь деньги, мой друг… Я все подсчитал и сделал тебе, как корешу, огромную скидку. Ты будешь должен мне дать на руки только 15 штук! Цена вполне демократичная, поверь…

– 15 штук? И где я тебе их возьму, блядь?

– Не мои проблемы… Трахаешься с моей тян – плати! —растягивая слова говорил Ян.

– С каких пор она стала твоей собственностью? У тебя что, её паспорт?

– 15 тысяч, Алекс… Иначе вам обоим будет плохо, усёк?

– Да пошел ты!

Я встал из-за стола и решительно ринулся прочь из клуба. На улице было совсем темно. Когда я вышел через запасный выход заведения, меня окликнули сзади:

– Ты уже уходишь?

Я узнал голос Летты. Собравшись с мыслями, произношу, не оборачиваясь:

– Это правда, что Ян – твой сутенер?

– Все не так просто…

– А ты попробуй объяснить.

– Ян всегда мне материально помогал. Мы познакомились очень давно. Он покупал мне одежду, косметику, ты знаешь, он финансово очень обеспечен…

– Продолжай…

– Он помог мне сделать…

Я оборачиваюсь и подхожу к девушке. На глазах у неё слезы. Я смотрю на неё, будто впервые вижу.

– Ну говори!

– Помог оплатить сделать аборт…

– Чей это должен был быть ребенок?

– Того, кому я продала невинность…

– За три тысячи Летта, за три тысячи…

– Ударь меня посильнее!

– Зачем?

– Увидишь, тебе и мне станет легче.

– Не хочу. Я ничего не хочу… А теперь просто оставь меня в покое! —с этими словами, я ухожу.

Мне никого не хотелось видеть и слышать. Я одиноко бродил по городу. Вдруг вижу девушку на скамейке у вокзала, которая читала книгу на планшете. Останавливаюсь и приглядываюсь. Она так похожа на ту плачущую незнакомку в поезде. Няшная внешность. Тот же разрез глаз, тот же овал лица.

«Oh my god, это она!»

Подхожу и присаживаюсь к девушке. Щипаю её за ногу. Она от такой наглости была в шоке.

– Эммм. Вы что-то хотели? Мне полицейского позвать?

– Прости… У меня сегодня выпускной. Хотел проверить, настоящая ты или нет. У меня сегодня что-то с головой не в порядке.

– Вижу выпускной удался… Найдите себе девушку в другом месте, которую можно будет трогать везде, а вообще вам лучше пойти домой и хорошенько выспаться. За километр несет алкоголем…

– Когда я в прошлый раз тебя видел – ты плакала…

– Вас это не касается… -девушка даже не смотрит на меня, уткнувшись и дальше в свой планшет.

Оба молчим какое-то время. За спинами потрескивает неоновая реклама спортивных добавок.

– У тебя случилось что-то ужасное?

– Да, у меня был плохой день… Я не хочу с тобой это обсуждать, уходи пожалуйста.

– Извини… -я уже встал, чтобы уйти и вижу, как к девушке подходит пухлый парень.

Шумит уезжающая электричка. Парень только что с неё. У него – сумка Reebok через плечо. Компьютерные очки на носу. Прыщи во все лицо. Он спрашивает у кореянки, подозрительно посмотрев на меня:

– Милая, у тебя все в порядке?

Девушка встает со скамейки, обнимает парня и говорит:

– Все хорошо, идем ко мне… Ты что-то поздно сегодня, на работе задержали?

Пухляш кивнул. Я закуриваю сигарету и смотрю, как они под ручку уходят. Счастливые влюбленные, мать их! Парочка уже довольно далеко, но вдруг девушка оборачивается. Парень слегка взволнованно спрашивает у неё, тоже обернувшись:

– Сун, что-то случилось?

– Ничего милый, просто показалось… Это не может быть он! – ответила кореянка.

– Ты знаешь этого типа?

– Нет… Я уверена, что мы с ним никогда не пересекались. Это какой-то маргинал. Мне не хочется знать таких…

Щелчком отбросив сигарету, иду за ними, стараясь, чтобы меня не увидели. Девушка жила в многоэтажке и когда они зашли в подъезд, я присел на детской площадке, достав сигарету. Свет не горел ни в одном из окон огромного человейника. Наверное там, где он сейчас зажжется и живет прекрасная девушка с именем, которого раньше я никогда не слышал… Интересное имя…

Сун.