— Мам! Что

случилось? — дрожащим голосом спросила я.

— Полиночка, — мама

всхлипнула. — Папа в реанимации. Дома стало плохо. Потом скорая. Теперь

реанимация. Нужна операция... — мама панически всхлипывала. — Срочная операция.

Говорят надо сделать в течение суток.

— Какая операция? –

машинально спросила я.

Я все равно в этом

ничего не понимала, но мне нужна была хоть какая-то пауза, чтобы буря в голове

осела.

— Сейчас... я

записала, — мама замолчала на мгновенье, а потом прочла: — Коронарное стентирование…

— слова давались ей тяжело. — Сказали, что если не сделать сейчас, могут быть

необратимые последствия. Полин… — ее голос сорвался. — Нам нужны деньги.

Большие. Я… я не знаю, где их взять…

Я закрыла глаза. Я

уже знала где их взять, и ради этого мне нужно растоптать остатки своего

достоинства.

Но я сделаю это.

Ради папы я все сделаю.

— Ты можешь попросить

у Вадима? — спросила мама. — Пожалуйста… Я знаю, у вас кредиты, но… может он

что-то придумает? Мне кредит за одни сутки не дадут, я уже узнавала. Это не

микрозайм. Я не успею столько собрать за сутки. Нигде!

Мама заплакала и

больше не могла говорить.

— Мам, я сейчас

спрошу у Вадима, — сказала я. — Прямо сейчас к нему пойду. И перезвоню тебе,

ладно?

— Ладно, –

всхлипнула мама.

— Мамуль, ты тоже

прими что-нибудь, пожалуйста, — забеспокоилась я. — Прошу тебя! Если и с тобой

что-то случится...

— Я тоже все сделаю,

— заверила меня мама. — Поговори с Вадимом поскорее, пожалуйста.

— Я бегу, мам, — я

завершила вызов и действительно побежала по коридору, пока Вадим никуда не ушел

из кабинета.

Я постучалась в

кабинет и тут же влетела внутрь.

— Что тебе еще?! –

недовольно рыкнул он. — Или с первого раза не понимаешь?

Ирина все еще была в

его кабинете. Теперь она сидела за ноутбуком, демонстративно погруженная в

работу. Как будто этотеперь ее кабинет. Но мне уже все равно

перед скольким количеством людей мне придется унижаться.

Я сделала шаг вперед.

— Вадим, пожалуйста,

помоги, — сказала я задыхаясь. — Папа в реанимации. Инфаркт. Срочно нужна

операция. Прошу тебя!

— Ты меня так на

бабки пытаешься развести? — усмехнулся он.

— Вадим, прошу тебя!

— я подошла к нему, а слезы побежали по моим щекам. — Это жизнь моего папы! Я

бы никогда не стала обманывать такими

вещами!

Вадим ответил не

сразу. Он задумался и забарабанил пальцем по столу как он всегда это делал.

— Сколько у нас

времени? — недовольно спросил он.

— Максимум сутки, –

произнесла я срывающимся голосом. — Прошу тебя! Пожалуйста! Пожалуйста!

Паника била меня

изнутри.

А если Вадим

откажет? Что мне делать? Как достать денег?

— Сумма? — спросил

он, и я озвучила ее.

— Что бы ты только

делала без меня? — снова едко усмехнулся он. — Ладно. Я позвоню в банк. Сейчас

решу. Но учти: если это какая-то твоя схема...

— Нет! — я тут же

прервала его. — Это правда! Клянусь тебе! Я предоставлю тебе все

доказательства! Только помоги. Прошу тебя!

— Ладно, сядь и не

мешайся под ногами, — рыкнул он.

Я тут же опустилась

на ближайший стул и притихла, а Вадим принялся звонить в банк.

Как бы сильно я не

призирала Вадима, но сейчас я увидела его прежнюю решимость, которая когда-то

покорила меня.

Уж что, а решать

проблемы он умел быстро и с холодной головой.

Он связался со своим

персональным менеджером в банке, объяснил ситуацию. У Вадима там был резервный

вклад на случай кассовых разрывов и форс-мажоров. Это был его личный вклад, и я

в точности не знала сколько там всего денег.

Управляющий явно не

соглашался, но Вадим хорошо знал его по рабочим вопросам, ведь мы пользовались

услугами того же банка что и компания, в которой мы работали. Вадим

изворачивался, убеждал и все же... договорился.

Он подтвердил

последние цифры карты, на которую нужно было перевести деньги и я поняла что он

переводит их сразу моей маме.

Наконец он

попрощался с управляющим и обратился ко мне:

— Сумма поступит в

течение десяти минут на карту твоей матери. Когда придут, напиши мне.

— Спасибо, Вадим! –

у меня снова побежали слезы. — Спасибо! Пожалуйста, можно мне поехать в

больницу? Отпусти меня, пожалуйста!

— Поезжай, — с

полным безразличием ответил он. — Ты все равно тут уже почти не работаешь.

Я вскочила и уже

направилась к двери, но он остановил меня:

— Подойди сюда,

Полина, — приказал он.

Я остановилась,

понимая, что сейчас последует оскорбление. Затем развернулась и подошла,

опустив голову.

Вадим же поднялся и больно

схватил меня повыше локтя.

— Запомни: ты мне

теперь по гроб жизни должна, — прошипел он. — Ты отработаешь все, что я сейчас

перевел. Поняла меня?

Я закивала, не в

силах поднять на голову.

— Теперь ты будешь

тихой. Покладистой. Домовитой. Без истерик, без скандалов, без твоих

выкрутасов. Иначе… — он наклонился ближе. — Иначе ты очень пожалеешь. Ведь то,

что я перевел — это только на операцию. А ты еще приползешь ко мне просить на

лекарства, уход, реабилитацию. Я тебя не пожалею. Поняла?

Я снова закивала, но

Вадиму этого показалось мало:

— Я не слышу ответа!

— рявкнул он.

— Я обещаю, –

зачастила я. — Обещаю! Все сделаю!

— Еще бы, — он

пренебрежительно пихнул меня, а потом добавил: — Теперь пошла вон!

Я снова кивнула и

понеслась вон из кабинета.

Внутри меня кипела

тихая ненависть к Вадиму, но все же сейчас мне было не до него. Надо быстрее

ехать в больницу. К маме. И к папе...