Наутро Линь Лин проснулся, оказавшись в неудобной позе: он развалился на диване, а голова его покоилась на плече сильно съехавшего вниз Лу Яна из-за чего шея затекла. Тот все еще спал, дыхание было ровным, но слишком тихим для обычного человека.

Линь Лин поморщился и поспешил отстраниться.

Рассветные лучи с трудом пробивались сквозь плотные шторы, оставляя на полу бледную, болезненную полоску света. В доме было тихо как в склепе. На улице тоже господствовала кладбищенская тишина, никто не гулял, ничто не двигалось, мир будто застыл в ожидании чего-то неотвратимого.

Поднявшись, Линь Лин проверил время на телефоне и выглянул в окно. Входная дверь дома напротив зияла черным прямоугольником, распахнутая настежь. Ни следов крови, ни признаков борьбы — абсолютная стерильность исчезновения целой группы людей. Свечи больше нигде не горели, но в воздухе все еще витал запах гари, будто их собственную свечу задули всего несколько минут назад.

На удивление, Лу Ян спал так крепко, что растормошить его удалось не сразу. Когда Линь Лин наконец достиг успеха, этот псих резко взвился, схватил его за запястье мертвой хваткой и с безумным огнем в глазах дернул на себя. Линь Лин не стал сопротивляться — потратит энергию впустую — и подался вперед, уперевшись ладонью в спинку дивана. Их лица оказались в опасной близости. Он почувствовал чужой аромат — какой-то роскошный мужской одеколон и кошмары, а также как к шее прильнуло холодное лезвие кинжала.

— Хочешь умереть? — хрипло спросил Линь Лин. Его голос был лишен страха. В ответ он приставил кончик своего клинка к чужому плечу, готовый пронзить плоть раньше, чем враг нанесет удар.

— А ты? — столь же хрипло прозвучал ответ. Безумие в глазах Лу Яна начало угасать, уступая место узнаванию.

— Убери свою железяку, — строго приказал Линь Лин.

Лу Ян облизнул пересохшие губы. Уголок его рта дернулся в коротком смешке, и он неторопливо повиновался. Сначала отстранил руку, затем отправил клинок в инвентарь.

Отпрянув и выпрямившись, Линь Лин тоже убрал оружие с видом, будто ничего и не было.

— Хорошо спалось? — спросил Лу Ян, возвращаясь к своей привычной развязной манере. Он потянулся, как сытый кот, хотя в его движениях чувствовалась остаточная напряженность хищника.

— Сносно. — Линь Лин глянул на свечу. За ночь она должна была превратиться в ничто, но на деле уменьшилась совсем чуть-чуть. Аномалия. — В доме напротив дверь нараспашку, но признаков борьбы нет.

— Хочешь проверить людей?

Линь Лин кивнул.

— Пошли, — легко отозвался Лу Ян, поднимаясь и поправляя смятую рубашку. — Есть время, пока все спят.

Он направился к двери, одновременно материализуя в руке гуань-дао. Видя его осторожность, Линь Лин призвал кинжалы.

В небе серо-голубого оттенка только поднималось солнце, поэтому улица все еще тонула в холодных, липких сумерках. Ветер едва шевелил ветви деревьев, разнося повсюду неприятный сладковатый аромат — запах цветов как будто смешанный с гнилью. Воздух оставался таким же тяжелым, как и вчера: давил на плечи, сжимал грудную клетку, затрудняя вдох. Тишина казалась неестественной, намеренно приглушенной — не было ни птичьего пения, ни шума пробуждающейся жизни. Все здесь казалось застывшим во времени, законсервированным в янтаре смерти.

Переходя улицу, пролегающую между двумя противоположными домами, Линь Лин и Лу Ян синхронно обернулись, заслышав шаги. Из первого дома вышла охотница. Троица остановилась, недоуменно глядя друг на друга. Потом девушка посмотрела на дом, к которому шли мужчины, а те, в свою очередь, на дом, к которому шла она. И увидели распахнутые двери.

Без слов поняв ситуацию, они кивнули. Лу Ян с Линь Лином отправились обыскивать четвертый дом по правую сторону, а охотница — второй слева.

Внутри не оказалось ни людей, ни трупов, ни следов борьбы. Свеча стояла на комоде в комнате на первом этаже, напротив окна, и если бы не помятые простыни на кровати, можно было бы решить, что здесь никто не ночевал и Линь Лину померещилось, как вчера кто-то потушил огонь. Они обыскали даже подвал, но нашли лишь пустоту и пыль.

Покинув дом, остановились посреди улицы и дождались охотницу. Судя по плотно поджатым губам и неуверенным напряженным движениями, она тоже ничего не нашла и пребывала в растерянности. Лу Ян кивнул, указал ей на их дом, напоминая, что они договорились встретиться там, и направился к дверям.

Стоило им переступить порог, как раздался женский визг. Это снова была дама в зеленом платье, спускавшаяся со второго этажа. За ней шел помятый после сна мужчина сорока лет, видимо, тоже поднявшийся раньше всех.

— Ох, это вы… — выдохнула она, прижимая ладонь к сердцу, словно пытаясь удержать душу внутри тела. — А почему вы… зашли с улицы? — настороженно добавила она, застывая на середине лестницы.

— Выходили проверить соседей, — ответил Лу Ян, проходя вместе с Линь Лином в гостиную. Его тон был спокойным, почти будничным.

— И что с ними? — спросил мужчина, обогнув женщину и спускаясь вниз. Его брови сошлись на переносице, образуя глубокую складку.

— Их нет.

— Как нет? — Он нахмурился еще сильнее из-за абсурдности ответа.

Лу Ян пожал плечами и откинулся на спинку дивана. Вытянув руку вдоль нее, он вальяжно закинул ногу на ногу и приподнял уголки губ в слабой, загадочной улыбке.

— Видимо, их настиг кошмар. Вы крепко спали? Слышали что-нибудь? — спросил он мужчину и перевел взгляд на женщину.

Она покачала головой, а мужчина ответил:

— Я и Вэнь Мин слышали какие-то звуки с улицы, но решили игнорировать их, как вы и сказали, поэтому вскоре оба уснули.

«Скорее всего, пожилая женщина, студентка и школьница заняли одну комнату, женщина в платье — другую, а этот мужчина и господин Вэнь — третью», — мысленно проанализировал Линь Лин. Он стоял сбоку от дивана, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Эмоции окружающих в этот момент были для него лишь шумом, не несущим полезной информации.