Лара вытащила из кармана вибрирующий телефон. Это была Манё.

– Где ты? Как прошло? – нетерпеливо спросила она.

– Я сейчас в школе.

– В школе? Ты там одна…

– Не могли бы вы сначала рассказать, как прошло у вас? – перебила ее Лара.

Манё издала короткий вздох и начала рассказ:

– Я выяснила то, что ты просила.

Глаза Лары ярко сверкнули в темноте.

– Господин Хаджун рассказал, что в тот день ему стало не по себе от тошнотворно сладкого запаха. Он даже не подозревает, что смерть Мори была убийством. Думает, что у нее случился сердечный приступ.

– А… Может, так даже лучше. Для него.

– Так что мне не пришлось делать ничего особенного.

Лара кивнула в телефонную трубку.

– А он случайно не сказал, на что был похож тот запах?

– Ой, я еще не рассказала об этом. Он сказал, что пахло как будто женским лосьоном с ароматом клубники.

– А, аромат клубники…

Лара уловила тот миг, когда сомнения переходят в уверенность.

– Но почему ты пошла в школу? Что ты собираешься делать там одна… Нет. Просто жди. Ничего не предпринимай, пока я не приду.

Лара почувствовала теплую заботу в словах Манё и позволила улыбке проскользнуть по застывшему лицу.

– Не нужно. Для вас уже есть другое задание. На кладбище за моим домом сейчас прячется трехцветная кошка, сбежавшая вместе с Мори. О ней всегда заботились ученики школы, поэтому, думаю, она сможет стать кругляшом. Скорее всего, сегодня до полуночи у нее есть последний шанс отправиться в загробный мир. Мне бы хотелось, чтобы вы с Джероном занялись ею. Пожалуйста.

Манё неохотно согласилась. Закончив разговор, Лара посмотрела на часы: 19 часов 58 минут. До полуночи оставалось около четырех часов. Затаив дыхание, Лара взглянула на табличку с надписью: «Класс музыки». Она повернула голову в противоположную сторону, к женскому туалету, где погибла Клякса. Лунный свет проникал через окна в коридоре, делая темноту не такой страшной. Лара двинулась вперед. Дрожащая рука легла на ручку двери кабинета. Отбросив сомнения, она толкнула дверь. Затем Лара почувствовала удушающий запах клубники. Она поморщилась при мысли о следах убийств, которые так умело скрывались за приторной косметической отдушкой. Человек напротив с любопытством разглядывал Лару.

– Это все твоих рук дело.

– Да, моих, – ответила сидящая на подоконнике Есыль, улыбаясь как обычная девушка.

Лара медленно вошла в кабинет. В мягком свете луны черный рояль и очертания Есыль казались пугающе красивыми. Но это была не настоящая Есыль.

– Я знаю, кто ты. Тот, кто согрешил и в наказание был заключен в загробном мире.

– Так тебе все известно? Мне даже не нужно ничего объяснять. Тогда, может, ты и имя мое знаешь?

Не отводя взгляда, Лара ответила, что не знает. Есыль разразилась резким хохотом.

– Меня зовут Ёнджон. Запомни. Потому что с сегодняшнего дня это имя ты точно не забудешь.

– Хватит. Как ты попал в тело Есыль?

– Кстати об этом. Казалось бы, это просто случайность, а оказалась неизбежная судьба. Как будто она давно ждала меня и наконец так просто нашла.

Лара молча наблюдала за ним. Он слез с подоконника и встал перед ней, сохраняя дистанцию.

– Люди. Чем сильнее вы желаете чего-либо, тем отчаянней вы ищете великую силу, на которую можно положиться. Вот зачем я понадобился этой юной красавице.

– Что это значит?

– Она очень хорошо играет на фортепиано и мечтает поступить в школу искусств. Но попасть туда очень трудно, и ей понадобилась помощь. А я – как раз тот, кто может исполнить самое заветное желание этой девушки. Для меня это проще некуда.

В памяти Лары возникло лицо Есыль, которая становилась очень нервной во время экзаменов. Хотя она училась только в средней школе, ей приходилось совмещать практические уроки и следить за успеваемостью. Иногда она выглядела такой изнуренной. В глазах Лары отразилось понимание. На запястье Ёнджона сверкал браслет из лунных камней. Их носили многие девушки, веря, что камень исполняет желание.

«Браслет! Он пробрался в него после побега из загробного мира, а потом проник в тело Есыль».

Манё как-то рассказывала Ларе о волшебных предметах, на которые могут быть наложены злые чары. Ведьма наставляла: если Лара когда-нибудь столкнется с ними, то должна держаться от таких вещей подальше и ни в коем случае не прикасаться к ним. Браслет из лунных камней был одним из таких предметов.

– Зачем тебе все это? – с вызовом спросила Лара.

– Тебе не кажется, что это несколько глупый вопрос? Сама подумай. Я просто хочу жить. Ты же знаешь, что со мной произошло. Я имел несчастье оказаться запертым в превосходном гробу собственного изготовления, а моя душа была разбита вдребезги. Такое сильно бьет по самолюбию. Ощущение, словно я создал этот гроб сам, чтобы себя же в нем и держать. Все это довольно иронично, если подумать теперь. Но когда я уже смирился с потерей души, мне на помощь пришел молодой бог. И правда, какая ирония! Ко мне вернулась удача и подарила еще один шанс.

Нескрываемые радость и ликование в каждом произнесенном Ёнджоном слове заставили Лару содрогнуться от возмущения. И тогда она поняла: Ёнджон пытается воскресить свою разбитую душу, убивая кругляшей.

– Почему именно кругляши?

– Они – чистые души, которые когда-то кто-то сильно любил. А я люблю все чистое. Раньше я любил нежные взгляды, обращенные к новорожденному ребенку, а теперь люблю ласковые прикосновения, которые кругляши получали при жизни. Сначала сила их душ была такой яркой и мощной, что мне было сложно даже приблизиться к ним. Поэтому я начал убивать бродящих на улице маленьких существ, чтобы набраться сил.

– А… сейчас?

– Теперь я достаточно силен, чтобы полностью поглощать их души. И это так волнительно. Сколько же сил мне могут дать кругляши. Только представь, насколько потрясающим я стану, когда впитаю всю их силу и верну себе жизнь.

Он бросил на Лару полный восторга взгляд. Лара стиснула зубы. Нет, она никогда не допустит этого. Ее глаза сузились от гнева, а кулаки крепко сжались. Лара собрала всю волю, чтобы сдержать эмоции. Мысль о бесчисленных душах, принесенных в жертву, приводила ее в ярость, но сейчас гораздо важнее было понять, как поймать и заточить Ёнджона. Еще было важно вернуть Есыль, тело и душа которой сейчас находились у него в заложниках.

– На Золотко тоже напал ты?

Эта мысль пришла в голову неожиданно. Рыбы – очень чувствительные существа и часто умирают внезапно, поэтому на первый взгляд в ее смерти не было ничего странного. Вся семья очень любила ее, поэтому велика вероятность, что Ёнджона это привлекло. Вопрос Лары вызвал у него улыбку.

– Ты только сейчас это поняла? Ты меня разочаровываешь. Я ожидал от тебя большего. Когда я завладел этим телом, рыба оказалась самой легкой мишенью. Но я бы никогда не подумал, что ты пригласишь меня на ее похороны! Такое невозможно было представить! Все верно. Я ее убил. Но из-за этой девчонки, Джонсо, мне не удалось получить ее душу.

Наблюдая, как при этих словах он цокает языком, сокрушаясь над такой потерей, Лара мысленно тяжело вздохнула. Только сейчас она осознала, что такое настоящее зло.

– Та огромная собака тоже попалась очень кстати. Как-то раз я увидел передачу о животных, живущих в непосредственном контакте с человеком. В последнее время люблю такое смотреть. Так я могу узнать, кого из них больше всего любят. Можно сказать, я провожу собственные исследования и учусь. Я увидел Мори в той передаче. Было очень трогательно наблюдать, как она проводит время за повседневными делами со своим слепым хозяином. Она заменила ему глаза, стала его другом и семьей, его поддержкой. Такая преданная, любящая, естественно, вся любовь хозяина принадлежала ей. О лучшей цели я и мечтать не мог. На мой взгляд, никто из животных в мире не получал столько любви, сколько она. Однако…

На мгновение выражение лица Ёнджона стало холодным, уголки рта недовольно искривились.

– В очередной раз в уравнении появилась новая переменная. Как она поживает? Я о той трехцветной кошке, которая помешала нашей первой встрече с Мори и сбежала. Подозреваю, дела у нее не очень… Я никак не могу понять, куда она пропала. Она помогла мне хорошо восстановить силы благодаря любви, которую она получала от школьников. Если бы я знал, что так будет, съел бы ее раньше. Какая потеря.

Чем больше Лара слушала признания Ёнджона, тем невыносимее становилась боль в ее душе. Пока она беспечно проводила время, все они были в опасности.

– Кстати говоря. Тебе не кажется, что сегодняшняя ночь особенно красива? Посмотри на луну. Скоро наступит полнолуние. Наконец сегодня я достигну триумфа.

– Триумфа?

В ответ на вопрос Лары смотрящий на луну Ёнджон приблизился к черному роялю. Лара следила за его движениями. Он медленно провел рукой по сияющему в лунном свете роялю и взялся за крышку. Он поднял крышку, внутри рояля находился комок белой шерсти. Пушистый комок лежал на струнах рояля и дрожал. Приглядевшись, Лара поняла, что это совсем еще котенок. При взгляде на едва дышащую кошку глаза Лары округлились, она тяжело сглотнула.

– Что ты собираешься делать? – спросила Лара осипшим голосом.

Ёнджон бросил на нее веселый взгляд. От его безжалостной улыбки она невольно заскрипела зубами. Он обошел рояль и начал перебирать клавиши. Ёнджон сел и заиграл. Услышав мелодию, Лара крепко зажмурила глаза.

– Прекрати.

«Гимнопедия № 1». Медленная и печальная. Постепенно звучание красивой мелодии искажалось. Из-за лежащей на струнах кошки некоторые звуки проваливались.

– Зачем, зачем ты это делаешь?! Чего ты добиваешься?! – Не в силах больше терпеть, Лара закричала.

Ёнджон прекратил играть. Он медленно поднялся со своего места и снова принялся перебирать клавиши у самого края рояля.

– Мне так нравится эта мелодия. А тебе нет? Ведь благодаря тебе я познакомился с ней.

Лара хорошо помнила тот день. В голове промелькнули слабые, но в то же время отчетливые воспоминания о красивой музыке, кувшинках, Золотко, теплом смехе Джонсо и ее семьи, проводящей последние мгновения вместе. Когда Золотко ярко засветилась и исчезла, на волнах пруда покачивались четыре красных полупрозрачных хвоста, исполнявшие безмятежный танец в честь ее смерти. А теперь оказалось, что все эти прекрасные воспоминания были прелюдией к чудовищному кошмару!

– С того дня я слушал эту композицию каждый день. Мне так нравилось, как этот ребенок в моем теле прекрасно исполняет ее. «Гимнопедия номер 1» – медленная и душераздирающая. Номер два – медленная и печальная. Номер три – медленная и величественная. Ах! Какая еще мелодия может так идеально украсить смерть?

Лара устремила яростный взгляд на Ёнджона, погрузившегося в свои ощущения.

– Нет, это торжественная мелодия для тех, чьи души чисты и свободны! Она не для тех, кто так низок и жесток, кого необходимо поймать и запереть! – Лара больше не могла сдерживать эмоции.

Ёнджону очень понравился взгляд Лары. Ей было досадно, что она потеряла самообладание, но она больше не могла спокойно наблюдать, как он забавляется, совершая ужасные злодеяния.

– О, кстати, та кошка. Хочу, чтобы ты знала: это мой особый подарок для тебя.

– В смысле?

– Я забрал ее из дома девчонки, которая больше всех распускала сплетни о тебе. Только представь, скольких усилий мне стоило не поглотить полностью ее душу. У меня буквально дрожали руки!

– Ты сейчас… ты принес кошку из дома Сэа?

– Сразу догадалась? Верно, это ее кошка. Помнишь, как в начале семестра ты предложила ей свои материалы, а она в ответ накинулась на тебя? Помнишь, как она унижала тебя? Что ты принесла найденный на улице мусор в качестве материалов.

– Ха, извини, но я не нуждаюсь в мести и не хочу наказывать Сэа за то, что она мне наговорила. Перестань использовать меня в качестве оправдания твоих отвратительных поступков.

– Вот как. Я думал, тебе понравится. Хотя кто знает, возможно, ты сама не осознаешь, насколько тебе это будет приятно. Не притворяйся. Люди по своей природе порочны. А ты всего лишь человек. На случай, если тебе просто неудобно и ты притворяешься, то все в порядке. Предоставь это мне. Я возьму месть на себя.

Сказав это, Ёнджон протянул руки к дрожащему котенку.

– Нет!

Почувствовав опасность, Лара сразу бросилась к нему, схватила его за плечо и развернула к себе. На короткий миг она увидела его улыбку. Но уже в следующий момент к ней протянулась черная ладонь и легла на ее лоб. Тогда она поняла, что это была ловушка.

– Да, я знал, что ты так поступишь. Что бы ни произошло с тобой, ты не сможешь остаться в стороне и бросить эту кошку. Даже рискуя лишиться своих способностей и души. Мне нравится такая смелость. Я нахожу подобную глупость забавной. В любом случае пусть это будет эксклюзивное приглашение для тебя. Во тьму. Тами уже там.

– А-а-а…

– Вау, сколько страдания в твоем взгляде. Как жаль, что это конец. Кстати говоря, позволь сказать тебе кое-что утешительное напоследок. Если встретишь Тами, задай ей вопрос. Спроси, существует ли способ сбежать из этой ладони! Будет так забавно наблюдать, как вы тешите себя пустыми надеждами!

От нарастающей боли Лара крепко сжала кулаки, запоминая последние слова Ёнджона. Кто знает, возможно, Тами действительно известно, как найти выход. Как правило, убедившись в своей полной победе, злодеи теряют бдительность. С этой мыслью Лара закрыла глаза. Боль достигла предела.

– А-а-а-а-а!

Слыша, как Ёнджон радостно смеется, наслаждаясь ее криками, Лара окончательно потеряла сознание.

* * *

Открыв глаза, она ничего не увидела. От ощущения жуткой энергии, витающей в кромешной тьме, Лара передернула плечами. Она зажала нос от зловония, исходившего от беспорядочно разбросанных трупов животных.

– У нас новенькая. Белая кошка.

– Мне страшно. Мне так плохо.

Лара поняла, что голоса говорили о кошке Сэа, и повернула голову в их сторону.

Глаза Лары привыкли к темноте, и она смогла разглядеть огромное количество глаз. Все они выглядели испуганными и потерянными. Они прятались в темноте, не понимая, что именно с ними произошло.

– Мы скоро исчезнем.

– Я видел это своими глазами. Семь животных исчезли, не оставив никаких следов!

– Да. Нас тоже это ждет. Нас полностью поглотят.

– Поначалу они распадаются на части. Затем они блекнут, становятся водянистыми и в какой-то момент полностью исчезают.

– Так исчезают наши души!

Вслушиваясь в их разговор, Лара почувствовала, как по ее телу пробежал холодок, а внутри начал подниматься страх.

«Я должна выбраться отсюда во что бы то ни стало! Для начала надо найти Тами».

В этот момент сидящая в углу собака подняла голову и принюхалась.

– Что такое?

– Да мы здесь не одни! Это человеческий… запах. Сюда попал человек!

– Бедняжка. Она обречена быть уничтоженной здесь!

– Если он уже добрался до людей, то нам точно никогда не выбраться отсюда.

Слушая нарастающее волнение душ, Лара теряла терпение.

– Эй! Вы правы. Я человек. Но я постараюсь найти выход отсюда, так что подскажите, где белая кошка?

В этот момент воцарилась гробовая тишина. Многочисленные глаза начали переглядываться, с недоверчивым оживлением одна из душ выступила вперед и спросила:

– Ты поможешь нам выбраться отсюда? Правда?

– Да. Я обязательно это сделаю. Но вы должны мне помочь. Вы же слышали об огромном ретривере и трехцветной кошке, сбежавших отсюда? Наверняка это стало целым событием здесь. Я сделаю так, чтобы это повторилось. С вами всеми.

После слов Лары послышался ропот, поднялся гул голосов, обсуждающих Мори и Кляксу. Кто-то вновь появился перед глазами Лары и спросил:

– Что мы должны сделать? Просто сказать, куда делась та кошка?

– Для начала только это. Мне нужно прочитать воспоминания этой кошки. Тогда я смогу найти способ, как нам всем выбраться отсюда.

– Прочитать воспоминания?

– Да. Но сейчас нет времени объяснять.

– Хорошо. Следуй за мной.

Маленькая душа стремительно куда-то понеслась. Едва поспевающая за ней Лара стала догадываться о ее прижизненном облике.

– Ты мышь?

– Да, я мышь-полевка. Питаюсь цветами и зерном.

– Но как так вышло…

Лара бросила взгляд на ее отсутствующий хвост и глубоко вздохнула. Она пыталась представить, насколько далеко способен зайти Ёнджон, используя свою колдовскую ладонь. Вслед за мышью она попала в темноту, в которой были видны только бусинки глаз, но постепенно окружение опять начало проясняться. Лишенные частей своих тел души парили во тьме. Они напомнили Ларе Кляксу, когда она впервые ее встретила. Лара увидела несколько душ, которые только и делали, что нервно метали взгляды по сторонам. При одном взгляде на них Лара невольно поморщилась. У них отсутствовали рты, так что они не могли ничего сказать, но они взывали о помощи из глубин своих душ. Лара старалась запоминать каждого по отдельности. Она поклялась спасти их всех. Мышка проворно носилась между ними, спрашивая, видел ли кто-то Тами. Лара следовала за ней, все глубже погружаясь во тьму.

– Это здесь. Говорят, что ее видели где-то здесь. Попробуй позвать ее, возможно, она сама придет.

– Спасибо. Я сдержу свое обещание.

Мышь издала в ответ короткий писк и бесшумно исчезла. Лара осталась одна. По обе стороны от нее тянулись длинные ряды отчаявшихся и испуганных глаз. Но именно это было странно. Лара снова осмотрелась по сторонам, испытывая неприятное предчувствие. Очертания рта кролика у ног Лары начали мутнеть, он закричал от удивления и страха. Но для Лары его крики звучали приглушенно, как если бы он погрузился в воду. Потом наступила тишина: рот кролика полностью исчез.

«Я почти не слышу голоса находящихся рядом душ. Я уже теряю свои способности?»

От этой мысли сердце Лары бешено заколотилось. Если так пойдет дальше, они все исчезнут. Спокойствие и собранность ей нужны сейчас как никогда. Лара принялась судорожно ощупывать темноту. К счастью, каждый раз, когда казалось, что она сбилась с пути, ее направляли затаившиеся по углам души, освещая пространство своими глазами.

– Тами, Тами!

Блуждая в темноте, Лара уловила слабый звук мяуканья и поспешила к нему. Наконец она рассмотрела дрожащую белую кошку, которая лежала, свернувшись клубочком.

– Тами!

– Кто это? Сэа?

– Я не Сэа. Сэа… моя подруга.

Лара, лицо которой скривилось при слове «подруга», впервые мысленно порадовалась кромешной темноте.

– Подруга онни? Нет! Не подходи, не подходи!

– Не бойся, Тами! Я здесь, чтобы спасти тебя!

– Спасти? Т-тогда получается, та онни – вовсе не онни. Та онни сказала, что поглотит меня полностью… Мне было так страшно.

Договорив, Тами разрыдалась. Лара приблизилась к ней и похлопала по спине.

– Я скоро исчезну, как те другие… Сэа же не придет за мной?

– О чем ты? Она отчаянно ищет тебя сейчас!

– Нет. Так сказала та страшная онни. Сказала, что моя онни меня бросила. Просто отдала меня той онни. Почему меня постоянно бросают? Почему люди, которых я люблю, так просто бросают меня? Может быть, для всех будет лучше, если я просто исчезну…

– Это полная чушь! Сэа никогда бы тебя не бросила! Это все ложь Ёнджона, который вселился в тело Есыль!

– Ложь? Тогда почему моя онни до сих пор не пришла за мной?

– Все потому, что это слишком сложно и опасно для Сэа. Она попросила меня отправиться сюда за тобой. Потому что у меня есть особый дар, который поможет мне спасти тебя.

– Особый дар?

– Да, даже сейчас. Я человек, но без препятствий веду с тобой диалог.

– Если подумать… так и есть?

– Да. Теперь ты должна слушать внимательно. Когда меня поглощала тьма, вот что сказал мне этот подонок Ёнджон. Он сказал, чтобы я спросила у тебя, как отсюда выйти.

– Что? Извини, но я не знаю, как это сделать. Как бы я ни старалась, я не могу выбраться из этой проклятой тьмы.

– Я знаю. Поэтому прошу тебя помочь. Я проникну в твою память и попробую найти там подсказку.

– Найдешь подсказку в моей памяти? Как такое возможно?

– Для меня возможно. Это и есть мой особый дар.

Тами с недоверием посмотрела на Лару.

– Да, в это сложно сразу поверить. Поэтому проверь сама. Попробуй прямо сейчас пройти через мое тело. Тогда я узнаю, каким было твое последнее воспоминание.

Глядя на Тами, которая замерла в нерешительности, Лара медленно кивнула. Тогда Тами наконец зашевелилась и прошла через живот Лары. Лара сразу же выбрала самое последнее воспоминание и погрузилась в него. Перед глазами возникло лицо Есыль, за которым скрывался Ёнджон.

Он плевался ругательствами и кривил лицо, как если бы что-то шло не по его плану.

– Черт. Почему я не могу ее полностью поглотить? Эта кошка какая-то особенная?

Вернувшись назад, Лара вполголоса повторила слова Ёнджона, отчего Тами испуганно пискнула. Тами подошла ближе к Ларе и начала внимательно изучать ее лицо.

– Ты же правда можешь читать мои воспоминания?

– Да. И я знаю, как тебе было страшно.

– Что я теперь должна делать? Опять пройти через твое тело?

– Не совсем. На этот раз ты должна войти в мое тело и дождаться момента, когда мы станем одним целым. Об остальном я позабочусь.

* * *

Вдыхая едкий запах бензина, Лара присела рядом с машиной, стоящей на сырой подземной парковке. Вскоре она услышала чьи-то шаги с противоположной стороны. Напрягая слух, она пыталась определить источник звука, вдруг ее сердце запрыгало от радости.

«Наконец-то пришла!»

Она помчалась к источнику звука и остановилась перед Сэа, державшей в руках банку кошачьих консервов.

– Он опять его утащил! Твой дом.

– Мяу.

– И чему ты так радостно и мило мяукаешь? Я столько сил потратила, чтобы сделать этот дом, а мусорщик опять его забрал! Когда он снова придет, свирепо зарычи на него!

Затем она извинилась за то, что до сих пор не рассказала о ней родителям. Если бы она могла забрать ее к себе домой, ей бы не пришлось сооружать домик из выброшенных коробок. Лара начала понимать, почему Сэа была с так груба с ней. Чтобы увидеть первую встречу Сэа и Тами, Лара перенеслась в более ранние воспоминания, когда Тами была совсем маленьким брошенным котенком. Тот поздний вечер, когда ее увезли в другой район, чтобы бросить, был особенно болезненным воспоминанием и вызывал злость. Несколько ночей после этого она бродила по улицам, пока не набрела на подземную парковку жилого комплекса, где встретила Сэа.

– Эй, котенок, подойди сюда.

Повторяя за Тами, которой для счастья хватило одной теплой фразы, Лара жалобно замяукала. Больше не нужно блуждать по улицам промозглыми ночами, маленький животик больше не будет страдать от голода. Но безмятежные дни прошли, наступил душный и влажный август, а с ним сезон дождей. С самого рассвета начинался дождь, превращавшийся в настоящий ливень во второй половине дня, вода постепенно проникала на подземную парковку жилого комплекса. Сердце Лары дрогнуло при виде наивного котенка, который был испуган, но твердо верил, что Сэа придет за ним, и поэтому никуда не уходил. Плохое предчувствие не обмануло Лару. Совсем скоро вода заполнила всю парковку так, что невозможно было ступить шагу. В один миг вода поднялась выше, и маленькое тельце забарахталось в воде. Дышать стало сложно. С каждым вдохом вода попадала в нос и обжигала внутри. Некоторое время она держалась на воде, кружа по парковке, но вскоре силы начали покидать Тами. Перед глазами помутнело, Лара потеряла сознание.

– Не умирай! Не умирай! Тами, очнись!

Послышались чьи-то испуганные крики. А после тяжелое дыхание и шаги. Сквозь прикрытые веки она видела подбородок Сэа. Почувствовав облегчение, Лара закрыла глаза. После этого воспоминания начали прокручиваться быстрее. Они шли по порядку одно за другим: рыдающая Сэа прижимает к себе безжизненное тельце Тами, обеспокоенные лица родителей, которые ее успокаивают, спасенная Тами уютно устроилась на диване в гостиной и наслаждается любовью семьи. Спустя несколько воспоминаний возник образ Сэа, страдающей от боли, лежа в кровати. Мяукнув, Тами забралась на кровать и осторожно приблизилась к Сэа, чтобы свернуться калачиком на ее животе. Постепенно любовь Тами помогла исцелить тело и душу Сэа. Прижатая до этого к животу рука Сэа переместилась ближе к Тами. Их объединяло тепло. Лара почувствовала, что желудок Сэа успокоился, а между ними разливалась теплая энергия. Она была сильнее, чем любая другая, которую встречала Лара.

– Тами, спасибо, что пришла. Благодаря тебе боль прошла. Я люблю тебя, Тами. Я буду о тебе хорошо заботиться, чтобы ты была счастлива.

Энергия благодарности исходила от руки Сэа, которая нежно поглаживала мягкую шерсть.

– Тами, вот оно! Это исцеление силой любви! Из-за этого Ёнджон не смог полностью поглотить твою душу и ты осталась жива. Поэтому никогда не сомневайся в любви Сэа!

Лара поняла, что слова Ёнджона, что он намеренно не поглотил душу Тами полностью, были ложью. Скорее всего, ему не удалось обратить во тьму силу этой глубокой и сильной любви. Когда Лара осознала это, она почувствовала, как все ее тело превращается в шар света. Это была светлая и чистая энергия, исходившая из тела Тами. Лара поняла, что сейчас самый подходящий момент, чтобы разделиться с ней. И она не ошиблась. Как только их души разделились, из Тами вырвался ослепительно яркий свет, способный поглотить даже огромную тьму Ёнджона. А затем этот свет начал притягивать к себе находившееся там бесчисленные души. Свет распространялся так стремительно, что вскоре от тьмы не осталось и следа. В этот момент они увидели, что происходило снаружи. Ёнджону не хватило сил от души Лары, он изо всех сил пытался поглотить остатки души Тами.

– Посмотри туда! Это же я!

– Я тоже это вижу! Кажется, это происходит прямо сейчас. Тами, быстрее выбирайся отсюда и захвати их с собой!

– Сейчас? А как же ты? – обеспокоенно спросила Тами.

Почему-то Лара до сих пор не могла войти в этот свет.

– У меня же есть особый дар. Так что не волнуйся и уходи. Я отправлюсь сразу за тобой.

Несмотря на заверения Лары, ослепительно яркий шар света замер в нерешительности. Лара уверенно кивнула Тами. И тогда, подобно взрыву гигантской планеты, яркий свет залил все пространство и стремительно пронесся через жуткую тьму.

– Слава богу…

Яркая вспышка исчезла вдали, а Лара осталась одна. В этот момент Ёнджон резко сжал ладонь в кулак, и Лара уже не видела, что происходило снаружи. Оказавшись снова в кромешной тьме, Лара встала и стала изучать окружающее пространство.

«Ай!»

Лара сильно прикусила губу от резкой вспышки боли. Эта боль была ей знакома. Душа Лары распадалась.

«Дышать тяжело».

Лара осознала, что Ёнджон забрал почти все ее способности. Чувствуя, как силы и сознание покидают ее тело, она больше не могла стоять и легла прямо на землю.

«Хочется спать… Но это еще не конец. Он может снова поймать их и отправить сюда. Поэтому мне нельзя отключаться. Я должна пойти туда и помочь им. Глаза все время закрываются. Так все и закончится? Мама… возможно, я отправлюсь к ней. Папа, у тебя все хорошо? Бабушка и Расон… я скучаю по вам… Манё и Джерон… заберите меня отсюда. Кругляши… я теперь для вас бесполезна. Простите, я больше не могу. Но я не хочу умирать вот так. Я еще так много хочу попробовать. Как другие обычные дети… хочу жить обычной жизнью».

В этот момент Лара почувствовала, как что-то с силой тянет ее наружу, словно магнитом, и открыла глаза. Затем она увидела лежащего у рояля Ёнджона. Он посмотрел на свою ладонь и воскликнул:

– Черт! Как ты выбралась оттуда?

Лара сделала глубокий вдох и медленно приблизилась к нему.

– Потому что это школа.

– Как это понимать? Очевидно, я поглотил твои способности и как раз собирался взяться за твою душу. Что, черт побери, происходит? Ты же не ощущаешь силы, которые я тебя отобрал?

– Так и было. Но я снова вернула их себе.

– Как… ты это сделала?

– Ничего особенного. Я просто подписала контракт на выгодных условиях.

– Что?

– Перед началом работы я подписала трудовой контракт с небесами. Там есть специальный пункт. Я хочу быть максимально нормальной хотя бы в школе со сверстниками. Сейчас мы наблюдаем его в действии.

– Хотя бы в школе? Как это связано с твоим освобождением?

– Здесь я самый обычный человек. И никто не может изменить этого. Это моя награда за то, что я отправляла кругляшей в загробный мир все это время. Ты просто изначально выбрал неудачное место. Небеса всегда беспощадны к злу. Даже если это всего лишь совпадение, они лишили тебя шанса на победу.

– Ха! Вот же дрянь!

Он бросил на Лару полный ярости взгляд. Он медленно поднялся на ноги. Лара замерла в напряжении, пытаясь предугадать его следующее действие. За ее спиной парили сбежавшие души. Но в этот момент чья-то фигура показалась за спиной Ёнджона.

«Черт! Тами, как ты там оказалась?!»

Воспользовавшись замешательством Ёнджона, Тами незаметно приблизилась с намерением вернуть свое тело, но замерла на месте, как только он встал. Пот струйками стекал по шее Лары, пока она с тревогой наблюдала за нервно подергивающейся в воздухе фигурой Тами и пыталась найти способ отвлечь Ёнджона. В этот момент он бросил взгляд на висящие на стене часы: 21:23. Полночь не за горами.

– Скоро сюда явятся твои друзья, верно? Скажем так, на этот раз я проиграл с шиком. Думаю, сегодня я просто отступлю.

Услышав его заявление, Лара немного разжала кулаки.

– Но знаешь, как бы то ни было…

Ёнджон внезапно сделал паузу. Лара заметила в его глазах безумный блеск и почувствовала опасность. Ёнджон резко развернулся и протянул руку к Тами.

– Я просто обязан опять съесть эту кошку!

– Нет!

Лара снова бросилась к нему. В этот момент перед ней возникала стена огня, разделившая их. Пламя затрещало и вскоре окружило Ёнджона. Затем тело Есыль согнулось и ее начало тошнить. Ее лицо исказилось в мучительной агонии, а изо рта повалил черный дым, нечто начало вырываться из ее тела. Лара испугалась и кинулась к ней.

– Не подходи пока.

– Босс!

Манё появилась рядом и схватила Лару за руку.

– С ней все будет в порядке, так что просто оставь ее. Как ты? Не ранена?

– Я в порядке. Вы очень вовремя, я даже не успела пострадать.

– Слава богу.

Пока Манё осматривала Лару, чтобы точно убедиться, что она не пострадала, в кабинете раздался оглушительно жуткий вопль. Это не был звонкий голос Есыль, а настоящий, грубый и жуткий голос Ёнджона. Полностью покинув тело Есыль, он превратился в шар черного дыма. В следующий миг темный шар был охвачен огнем, который полностью его поглотил.

– Это неугасаемый огонь. Он никогда не потухнет, если только я не прикажу.

– Но тогда здесь все сгорит.

Опасения Лары начали подтверждаться.

Ёнджон метался в агонии по всему классу, разбрасывая искры огня во все стороны. Остальные души разбежались от него и жались к стене.

– Не волнуйся. Искры потухнут, как только упадут на пол. Этот огонь используется для изгнания кошмаров и злых душ.

– А… Вот почему он вырвался из тела Есыль.

Манё кивнула.

Как и сказала Манё, попав на другие предметы, огонь тут же затихал.

– Но все же будь осторожна. Сам по себе этот шар очень горячий. Лучше не подходить к нему близко.

Крики Ёнджона становились все громче по мере того, как огненный шар поднимался все выше.

– Думаю, нам все же лучше отвести Есыль в более безопасное место. У нас будут большие проблемы, если этот шар упадет на нас.

– Да, давай так и сделаем.

Лара и Манё приблизились к Есыль, а затем повели ее подальше от огненного шара. Исхудавшее лицо Есыль выглядело очень бледным. Они отвели ее в угол класса и стали проверять ее дыхание и температуру. В этот момент, собрав последние силы, Ёнджон широко открыл глаза внутри шара. Его взгляд заметался, прежде чем остановиться в одной точке. Этой точкой стал затылок Лары. С пронзительным ревом он в мгновение бросился на Лару.

– На пол!

В голове Лары раздался громовой голос, и ее тело само собой пришло в движение. Одновременно с этим над ее головой пронесся поток огня. Лара быстро подобрала брошенный Джероном гроб, что было очень кстати, ведь, врезавшись в стену, огненный шар тут же отрикошетил.

– Лара! Ударь по очереди ладонью по четырем из двенадцати изображениям животных: дракон, коза, собака, бык. Затем, обращаясь к Ёнджону, громко крикни, чтобы он возвращался в свою могилу!

Она снова услышала голос Джерона всем телом. Лара тут же схватила гроб в форме футбольного мяча и принялась вертеть его в руках, пытаясь найти животных, о которых говорил Джерон. Но он то и дело норовил выскользнуть из ее дрожащих рук.

– Я не оставлю…

Пылающий голос Ёнджона, объятого огненным шаром, периодически доносился до ушей Лары. Она тяжело сглотнула, наблюдая, как он готовится снова напасть на нее. Чем больше она пыталась успокоиться, тем сильнее сжималось ее сердце. Дракон, собака, бык и… Когда она нашла третье животное, по ее спине вдруг побежали мурашки. Зловещее предчувствие заставило Лару вскинуть голову, и она встретилась глазами с Ёнджоном. В этот момент он широко открыл рот и неистово проорал:

– Я не оставлю тебя-а-а-а!

Отчаянное чудовище с бешеной скоростью бросилось на Лару.

– Лара! Берегись!

Несмотря на резкий крик Манё, Лара не сдвинулась с места и до последнего искала четвертое изображение. Наконец, найдя козу, она стремительно ударила по ней ладонью и, широко открыв глаза, закричала что есть силы:

– Ёнджон! Возвращайся в свою могилу!

Одновременно с криком Лары гроб выскользнул из ее рук и раскололся пополам. Затем моментально накрыл пылающего Ёнджона и начал сильно его сжимать. Раздался ни с чем не сравнимый вой. Крик был настолько ужасающим, что все находящиеся в классе, скривившись, заткнули уши. Крик не утихал до самого закрытия гроба, а после продолжился вибрацией. Лара села, она чувствовала, как пот лился ручьями по всему телу. Наконец-то все закончилось.

* * *

Лара на ходу сжимала и разжимала замерзшие руки, пока не дошла до пекарни. Она приветливо улыбнулась встречающим ее Манё, Джерону и кругляшам.

– Ну что, начались каникулы?

– Да! Вы видели вчера первый выпуск программы с участием мистера Хаджуна?

– Еще нет. Собиралась посмотреть с тобой.

– Правда? В моем классе на нем все помешались! Видимо, он выступил очень круто, у него появилось уже много фанатов.

Ни одно другое событие в последнее время так не взбудоражило и обрадовало Лару, как новость о том, что Хаджун решил выступить на танцевальном конкурсе.

Хаджун выступал последним: с завязанными черной лентой глазами, в костюме из мягкой струящейся ткани, благодаря которой его движения выглядели еще более эффектными. Его напряженное лицо заполнило экран планшета. Лара не могла оторвать глаз от экрана в ожидании танца. Хаджун вытянулся на длинных ногах и начал двигаться без аккомпанемента. Вскоре его тело уже танцевало в такт зазвучавшей музыки, вызывая восторженную реакцию зрителей. Его движения были такими мягкими и изящными, словно он был лентой в руках умелого гимнаста. Даже судьи открывали рты и сжимали руки от волнения. Всего через мгновение была нажата кнопка, возвещавшая об успешном прохождении этапа. Сердце Лары подскочило в груди, когда сразу после этого на экране появился анонс следующего эпизода программы.

– Как вы думаете, Мори тоже так танцует на звезде[17] собак?

– Да, я думаю, что да. – Манё ответила на вопрос Лары теплым взглядом. – Как твои подруги? С ними все в порядке?

– Есыль и Сэа? У них все хорошо.

– В тот день Есыль попала в больницу, но ее быстро выписали. А еще она поступила в школу, о которой так мечтала. Сэа знает, что это я нашла Тами. Она извинилась, за то, что ненавидела меня все это время. Вот такие дела. Сейчас они обе благодарны мне, так что я вроде как…

– Ты с ними подружилась, так?

– А? Это…

Лара смущенно теребила прядь волос.

– Как бы то ни было, хорошо, что все хорошо закончилось. У меня до сих пор голова идет кругом при одном воспоминании о случившемся. Тот момент, когда горящий шар нацелился на тебя, а ты не двигалась с места, пытаясь открыть гроб. Если бы он попал в тебя… Не хочу даже думать об этом. Ты не представляешь, какие кошмары меня мучили еще несколько дней после этого.

– Ха-ха, правда? А я, наоборот, так хорошо и крепко спала.

Говоря это, Лара поморщила нос и чрезмерно наигранно замахала руками. Манё недоверчиво покосилась на нее.

– Все же надеюсь, что подобное не повторится.

Лара согласно кивнула в ответ. Она думала о том же. Согласно докладу Джерона, Ёнджон был пойман с помощью неугасаемого огня и заточен в более надежный гроб где-то в загробном мире.

– Кстати, Джерон, что это было за заклинание, когда ловили Ёнджона? Почему нужны были именно дракон, коза, собака и бык?

– Все очень просто, если вспомнить четыре времени года. Тебе известно, какие животные олицетворяют двенадцать месяцев?

– Это же знаки китайского гороскопа? Крыса, бык, тигр, кролик, дракон, змея, лошадь, коза… и…

– Да. Верно. Двенадцать животных связаны между собой, и каждый олицетворяет свой месяц и сезон. Весна – тигр, кролик, дракон. Лето – змея, лошадь, коза. Осень – обезьяна, петух, собака. Зима – свинья, крыса и бык. Последние животные каждого сезона – дракон, коза, собака и бык – завершают свой сезон, прежде чем перейти к следующему. Они обладают особой силой, символизирующей конец, завершение, распад и смерть.

– Вот почему я должна была выкрикнуть, чтобы он возвращался в свою могилу!

Внезапное открытие заставило Лару радостно захлопать в ладоши. Но уже в следующий момент ее выражение лица стало задумчивым, и она покачала головой.

– Но в тот момент на гробе… было изображено только восемь животных. Разве не так?

– Какая ты внимательная. Верно, на нем не было изображений тигра, змеи, обезьяны и свиньи.

– Почему?

– Небожители стерли их изображения перед тем, как передать мне гроб. В отличие от дракона, козы, собаки и быка эти животные символизируют начало, подготовку, создание и рождение. Боги сделали это, чтобы исключить даже малейшую вероятность повторного побега такого негодяя.

– Вот как…

– Лара, раз уж Джерон ответил на все твои вопросы, может, теперь ты ответишь на мой? Ты решила, куда хочешь отправиться? – вмешалась Манё.

– О, точно. Я совсем забыла. Хм… На самом деле, я думала об этом несколько дней назад. Для первого путешествия я бы хотела выбрать место, где открывается самый лучший вид на звезды. После смерти кругляши возвращаются на соответствующую своему виду звезду. И я подумала, что было бы здорово отправиться туда, откуда я смогу увидеть их всех сразу. Мне кажется, это было так круто.

– Звучит неплохо. Я как раз знаю одно подходящее место. Там высоко и довольно холодно, наша одежда в самый раз подойдет.

Манё заставила Лару намотать шарф поверх пальто и встала перед альбомом с кистью в руке. Чернильная клякса заполнила весь лист и превратилась в ночное небо, а на месте нарочно оставленных маленьких просветов появились россыпи ослепительно ярких звезд, которые, казалось, были готовы упасть на землю в любой момент.

– Большой остров?

– Да, Большой остров, Гавайи. Это твое первое путешествие туда? –  Распахнув глаза от удивления, Лара кивнула. –  Тем лучше. Ну что, пошли?

Лара торопливо последовала за Манё, стоявшей прямо перед альбомом. Приблизившись к альбому, Лара почувствовала ворвавшийся другой воздух, несильно отличающийся от воздуха корейской зимы. Дыхание Лары превращалось в белый пар. Манё и Лара встретились взглядами, улыбнулись друг другу и шагнули в альбом.

Когда их силуэты уже практически полностью скрылись в альбоме, появившись из ниоткуда, в него запрыгнул Джерон и присоединился к ним. Идеальная картина – трое друзей на фоне ночного звездного неба.