Большие рывки всегда требуют тысяч маленьких подготовительных шагов. Вместо созыва масштабной пресс-конференции и громких заявлений я отправился к Шмелёву-старшему. Давно не разговаривал с учёным киборгом, полностью заведующим космической отраслью и работающим практически круглые сутки.

Новое бессмертное тело позволяло ему не волноваться о человеческих слабостях вроде еды, питья и сна. Единственной оставленной, по его мнению, «слабостью» оставался чай, Шмелёв потреблял его чуть ли не в промышленных масштабах.

Мой визит в лабораторию был неофициальным, я специально никого не предупреждал и попросил Андрея «стереть» меня с камер. Золотые искры повели меня мимо знакомого здания, где я когда-то общался с гениальным учёным, в новый научный квартал.

Для его возведения понадобились усилия тысяч строителей, одарённых и корейских андроидов. Совместными усилиями они в рекордные сроки закончили масштабный проект, объединивший десятки продвинутых автоматизированных лабораторий с самым современным оборудованием по земным меркам.

Спустя три уровня охраны, состоявшей из автоматических сканеров с турелями, гвардейцев-киборгов и одарённых, я оказался в святая святых земной корпорации «Легион» — главной научной лаборатории.

Увиденное разительно отличалось от моих представлений о науке. Школа и фильмы показывали нам примерно одинаковую картинку — небольшие залы, заполненные компьютерами, пробирками и непонятным громоздким оборудованием. На самом деле я оказался перед гигантским ангаром, заполненным всевозможными механизмами.

Сотни тонких манипуляторов, сварочных аппаратов, плазменных резаков и прочих инструментов работали над разного рода деталями, которые передавались левитирующим дронам. Они доставляли их на испытательные стенды, откуда нужный учёный или целая группа получали необходимые данные. Все расчёты проводились на серверах Андрея, надёжно спрятанных под землёй, а тут скорее мастерская. Но и здесь нашлось место для классических размышлений и учёных диспутов.

Самые горячие споры происходили в изолированных комнатах с мягкими коврами, креслами-мешками и разбросанными всюду подушками. В порыве эмоций мягкие снаряды летели прямо в лица упрямых оппонентов, и те не оставались в стороне. Некоторые предпочитали обсуждать космическую программу в бассейне с шариками, дарующими максимальное расслабление. Самые отчаянные любители экстрима перекрикивались в аэротрубе.

Любители классики восседали в старомодных кабинетах с загруженными книжными полками, с которых часто снимались необходимые справочники и пособия. Андрей рассказал, что их сделали специально для этих кабинетов, на искусственно состаренной бумаге под кожаными обложками содержались актуальные данные, добытые из другой вселенной.

Под такое важное дело мы выделили Легионеров с низким процентом совместимости. Из них получились неважные бойцы, зато им ничего не мешало ходить по рынкам разных планет или связываться с перекупщиками в поисках необходимых данных. Учёные часто делали конкретные заказы на информацию или какое-то оборудование, а «Центурия» всё это финансировала.

В рабочей горячке никто не заметил моего появления, учёные рассчитывали на многоступенчатую систему защиты, и не зря. Они каждый день проходили через всевозможные датчики, по договору им разрешалось пользоваться только заранее предоставленными телефонами, и буквально на каждом шагу торчала камера. Если сюда кто-то попадал, то он делал это с полного ведома вездесущего ИИ.

Я неспешно прогуливался между группами работающих учёных, инженеров и их помощников, стараясь никому не мешать. В стандартном комбинезоне без привычного официального костюма я воспринимался обычным охранником или курьером, мало кто всматривался в моё лицо.

Шмелёв-старший находился в дальнем углу просторного ангара, где за распахнутыми бронированными воротами располагались готовые прототипы. Несмотря на солидный возраст, седой старик вообще не знал усталости! Прямо сейчас он распекал нерадивого помощника, заказавшего не те детали. Судя по абсолютному спокойствию и чуть скучающему виду, он далеко не в первый раз переживал подобное.

— Сколько можно говорить, АДК-17, а не АДК-19! Это же настолько очевидно, как их вообще можно перепутать! Зачем я вообще тебя держу! С роботами проще, дал ему указание, он сделал! А ты… эх, заменить бы вас всех… всё, уходи, и не возвращайся без моего заказа! — Отмахнувшись от него, он развернулся ко мне с раскрытым ртом и резко захлопнул его, чуть не лишившись языка. — М-м-м! То есть… Ваше Сиятельство! Какими судьбами?

— Внезапная проверка, и хочу обсудить одну вещь. — Я нахмурился, глядя ему прямо в глаза. — Выглядишь растерянным, случилось что-то, о чём я не знаю?

— Нет! Ни в коем случае! У меня всё чётко, можете хоть весь день тут ходить, ничего не обнаружите! — учёный мгновенно позабыл о манерах, в голос вернулись ворчливые нотки. — Вам выдать проводника? Или мне самому сопровождать вас во время проверки?

— В который раз напоминаю — я не люблю «выканий», — настала моя очередь недовольно морщиться.

— И я в который раз отвечу на это — с вами, дворянами, лучше всегда оставаться настороже! Сегодня вы весьма доброжелательны к моей скромной персоне, а завтра отправляете в темницу за фамильярность! Я плаваю в этом море значительно дольше вас, молодой человек, меня не провести! — победно хмыкнув, он вдруг вспомнил, с кем говорит, и громко прочистил горло… — Итак, чего изволите, Ваше Сиятельство?

— Хочу послушать, над чем вы сейчас работаете. Под «вы» я имею в виду всех учёных, а не конкретно тебя.

— Кхм… собственно, взгляните своими глазами. На что это похоже? — Шмелёв поманил меня за собой, и мы прошли в соседний отсек, где размещались сверкающие прозрачные куполы, соединённые гибкими тоннелями.

— Лунная колония? Почему такой дизайн? — нахмурился я. Конструкция казалась мне крайне ненадёжной, на пробитие хватит одного удачного попадания плазмоида. — Я вроде бы достаточно чётко описывал требования.

— Не переживайте, Ваше Сиятельство, сейчас вы смотрите на наши фермы. Растениям необходим солнечный свет, заодно они превратятся в рекреационные комплексы. В случае нападения так называемых жуков они скроются под бронекуполами. Следуйте за мной…

Мы перешли в соседний ангар, используемый в качестве гигантского склада. Я так понял, куполы находились в лаборатории-мастерской, поскольку шла их финальная доработка. Готовая продукция перемещалась сюда.

Шмелёв не соврал, основные модули лунной колонии выглядели иначе. Они строились в форме цилиндров и по замыслу должны были быть утоплены в грунте, который обеспечит дополнительную защиту. В местах соединений нескольких модулей получались обширные прямоугольные пространства, и вместе они образовывали неплохой промышленный комплекс.

— Идея с гелием-3, Ваше Сиятельство, гениальна! Роботы и специальное оборудование позволят легко добывать его из лунного грунта и затем переносить контейнеры с газом к посадочной площадке, которая однажды превратится в космопорт! Слетать на Луну станет всё равно что отправиться на выходные в Сочи! — глаза учёного загорелись фанатичным огнём. Оседлав любимого конька освоения космоса, он забывал обо всём. — Наконец-то я дожил до этого момента! Наша первая колония! Гигантский рывок всего человечества!

— Она станет лишь промежуточным звеном. Лунная база предназначена для добычи топлива, и на ней мы проверим жизнеспособность наших колоний. Основное внимание должно быть сосредоточено на Марсе. — Я чуть было не приказал нанороботам создать объёмную голограмму, остановившись в последний момент. Шмелёв и так знает, как выглядит красная планета, думаю, она часто снилась ему по ночам. — Это задача номер один. Нужно переделать лунную колонию под местные условия, увеличить промышленные цеха. В идеале вообще построить полноценный подземный город, у нас должно хватить мощности…

— Чушь! Сначала нужно обеспечить надёжный плацдарм! Посадочные площадки, солнечные батареи, склады, шахты, ремонтные ангары, временные жилые модули! И лишь когда нам удастся нормально закрепиться на поверхности, можно приступать к рытью тоннелей! — пока Шмелёв-старший мысленно колонизировал Марс, я глубокомысленно кивал и думал о своём.

В принципе, он прав, не обязательно полностью уходить под землю. Снаружи можно оставить второстепенные здания и системы обороны, они точно привлекут жуков. Пускай высаживаются на безжизненную планету без нормальной атмосферы и капли биоматерии. Механические легионы окажут им достойный приём…

— Юноша, вы вообще слушаете меня⁈ — невольно вспомнив о преподавательской карьере, Шмелёв-старший грозно навис надо мной. — Вы сейчас не на прогулке, а… ох, простите, Ваше Сиятельство, меня занесло.

— Всё нормально. Вы все молодцы, проделали большую работу. — Я подошёл к глухой металлической стене и постучал кулаком, ничего не услышав. — Большая толщина?

— Достаточная! Выдержит попадание мелкого метеорита… — он подвигал бровями, пытаясь вновь не перейти в режим учителя. — К тому же я слышал, у нас имеется энергокупол…

— Верно, — кивнул я, невольно поморщившись. Заказанная у нирлян установка стоила целое состояние: мы пока не могли сами производить защитные барьеры такого размера. — Но он может сломаться, всякое происходит.

— Всё рассчитано, не извольте беспокоиться, Ваше Сиятельство! — Шмелёв-старший странно дёрнулся вперёд, видимо попытался изобразить поклон. — Мы укрепим модули лунным грунтом! А между слоями будет пустота, получится надёжная слоёная защита. Метеориты нам не страшны!

Я не стал говорить о жуках, и так всё понятно — снесут и не заметят. Против них требовались не просто спрятанные в грунте тоннели, а настоящая космическая крепость.

— У меня есть вопрос, ежели позволите… — получив высочайшее одобрение в виде моего кивка, старик чуть промедлил и вдруг выдал: — А зачем нам вообще такие сложности⁈ Я понимаю смысл лунной колонии, спутник обеспечит нас топливом и позволит проводить эксперименты. А Марс⁈ Это же пустая каменюка! Не говорите мне про ресурсы, я знаю, сколько вы добываете в астероидах! Я абсолютно не вижу смысла в подобной трате наших усилий! Зачем отвлекать учёных на ненужную колонию, когда можно сосредоточиться на создании более совершенных кораблей?

Я терпеливо подождал конца речи и на всякий случай осмотрелся. Нас никто не подслушивал: обычные люди применили весьма полезный в жизни навык «держаться подальше от высокого начальства».

— Ты прав, Марс — это безжизненная каменюка. Там нет животных, растений, кислорода. Мы обнаружили много месторождений ценных металлов, но их гораздо дешевле добывать на Земле или в астероидах. Так в чём же причина? Думаешь, я сошёл с ума? — не дождавшись ответа, поцокал языком, передавая Шмелёву статус нерадивого ученика. — Мы ведь уже затрагивали тему жуков. Они беспощадные враги, против них направлена вся наша деятельность. Высадка на Марс станет для них катастрофой. Не думаю, что у них вообще получится создать там фермы с кормовыми личинками. То есть придётся держать их на кораблях, переправлять туда-сюда огромные стаи, или все десанты станут одноразовыми. Тебе не кажется, что это идеальное место для размещения заводов, ракет, пушек, убежищ?

Под конец Шмелёв слушал меня с приоткрытым ртом. Думаю, никто, кроме меня, не осмеливался говорить с ним таким тоном, не считая Вари и Рокси. Остальные жёны не занимались научным развитием, у всех имелась своя специализация и стихия. Наконец старик оправился и нарушил затянувшееся молчание:

— Да уж, Ваше Сиятельство, удивили вы меня. Признаю, не смотрел на проблему под таким углом. Меня как-то больше далёкие миры беспокоили, колонизация планет с нормальной атмосферой…

— У нас один дом — Земля. Мы должны сосредоточиться на её защите. Отложим экспансию до момента победы. — Похлопав его по плечу, двинулся к ближайшему люку. — Это функциональный макет?

— Да, господин. — Похоже, моя речь произвела на Шмелёва определённое впечатление, теперь он говорил с гораздо большим уважением. — Правда, не всё готово до конца. Мы готовились к появлению высокой комиссии… княжна Варвара обещала прибыть на этой неделе.

— Ну, у меня получилось немного раньше, показывай. — Я встал чуть в стороне и с интересом наблюдал за вращающим колесо на двери учёным. — Почему именно такой дизайн?

— Механические замки надёжнее цифровых. Выключится свет или повредится панель, и никто не зайдёт. А так всё по старинке, по-нашему! Так проще обеспечить герметичность. — Закончив упражняться с вентилем, Шмелёв распахнул передо мной люк. — После вас, Ваше Сиятельство!

— Всё же мне не нравится. Запорный механизм слишком примитивен, а круглая форма неудобна для прохода. Сделайте внутренние механические запоры и раздвижные ворота или опускающийся трап, — отдал распоряжение и, пригнувшись, вошёл внутрь.

Нигде в Федерации я не видел круглых люков, обычно используемых на подлодках, значит и нам они не нужны. Люди из другой вселенной проделали огромный путь в развитии космоса. Пройдя по их следам, мы сэкономим кучу времени и избежим целой горы ошибок.

Шмелёв сильно преувеличил степень готовности, мы с ним с трудом пробирались между сваленными вдоль стен контейнерами. Проходы получились довольно узкими, люди ещё разойдутся, а вот нормально протащить груз уже не получится. Жилые каюты напоминали небезызвестные плацкарты — крохотные комнатушки с торчащими по бокам поднимающимися кроватями. Мест хранения практически нет, окон или их имитации тоже, про мебель вообще молчу.

— Кого вы планируете тут селить? Заключённых? — я не смог нормально сесть на нижнюю полку, упирался головой в верхнюю. — Кто отвечал за дизайн? Раз пытаетесь подражать дизайну в вагонах, почему не скопировали плацкарт? Там хоть разогнуться можно!

— Господин, я лично разрабатывал чертежи! Вы ведь сами знаете — первыми жителями новой колонии станут учёные! Я уже разбираю заявки, скоро предоставлю список счастливчиков! И, разумеется, полетят инженеры. На их совести обслуживание станции и управление промышленным оборудованием…

— Все жилые отсеки такие? — спросил прямо, с трудом разгибаясь. Сидел недолго, а спина затекла! — Пара ночей в таких условиях, и они не смогут нормально работать.

— Настоящий учёный должен стойко переносить все тяготы и лишения службы! Наука требует жертв! Изнеженные сибариты нам ни к чему! Мы должны экономить ценное пространство! — похоже, хренов аскет и впрямь верил в собственные слова. Ну, сейчас вправлю ему мозги…

— Вы все работаете в корпорации «Легион», точнее на меня. Я всегда обеспечиваю своим людям лучшие условия жизни. По-твоему, я зря столько денег трачу на служебное жильё, транспорт, раздачу персональных андроидов-помощников, качественную еду и крупные зарплаты? — поменявшись со Шмелёвым местами, заставил его сесть на моё место. Он и глазом не повёл, не зря же полностью заменил своё тело на механическое. — На Луне им придётся особенно тяжело. В постоянной опасности, вдали от дома и родных, когда от пустоты их будет отделять всего одна стена. И какой бы толстой она ни была, она не успокоит их до конца. И вместо хоть какой-то поддержки ты предлагаешь селить их по четверо в каюте, где невозможно нормально развернуться двоим⁈

Старик не стал молчать и попытался со мной спорить. Тогда я велел ему показать каюту, где предполагалось размещение руководящего персонала. И вообще не стал сдерживать тяжёлый вздох.

Шмелёв вообще не обидел себя и приближённых. Их каюты были примерно в два раза больше стандартных. Тут прекрасно поместились кровать с угловой тумбочкой, рабочий стол с удобным креслом и персональный санузел. В рамках экономии пространства туалет объединили в единое пространство с душем и раковиной, но, думаю, для остальных это слабое утешение. Им-то толкаться в общей зоне.

— Сколько таких кают? — поинтересовался, пробуя кровать на мягкость. Ортопедический, блин, матрас!

— Восемь, господин. Не подумайте, это для важнейших членов колонии! Я лично готов переселиться в стандартные стеснённые условия и… — Шмелёв нахмурился и замолчал, предвкушая взбучку. И он не ошибся!

— Или ты делаешь все каюты одинаковыми, причём в таком стиле, или я лично прослежу за сменой главы научного отдела нашей корпорации. — По-хорошему он не понимал, значит по-плохому. — Меня не волнует, где ты возьмёшь место, хоть стройте ещё один модуль. У тебя день.

Жёсткий срок, но иначе никак. Нам нужно поторапливаться с созданием лунной колонии и добычей гелия-3, сроки сильно поджимали. Жуки фактически на пороге, а мы стоим посреди пустыни с голой задницей, едва прикрытой фиговым листком. Ну, это фигурально выражаясь, на самом деле у нас-то и листика нет.

Разнос Шмелёва не закончился на жилых каютах, следующим пунктом стала еда. Он вообще не парился о пищевом разнообразии, собираясь взять на станцию одну лишь картошку. Мол, она отлично растёт в любых условиях и достаточно питательная. Недостающие витамины, клетчатку и прочие весьма нужные организму вещи он планировал добирать таблетками.

В этот раз я вообще не сдерживался и повысил голос, что происходило крайне редко. Это же нужно додуматься, кормить первых колонистов картошкой! Нет, в самом овоще нет ничего плохого, если к нему полагается мясо, салат и какой-нибудь соус. Не говоря уже о привычном нам хлебе! Без него вообще никуда!

— Хорошо, что я пришёл сейчас. Выяснил бы всё после устройства колонии, и мы бы оба сильно пожалели о произошедшем. — Я смерил поджавшего губы старика самым грозным взглядом из своего арсенала. — Понимаю, ты выступаешь за эффективность и не считаешь важными других, не таких успешных учёных. Это неправильно, мы ценим каждого человека. Они не просто винтики в системе, они мои люди, и я обязан заботиться о них. Это мой долг дворянина. Надеюсь, мы поняли друг друга.

— Да, Ваше Сиятельство. Я непременно учту ваши пожелания и внесу все необходимые изменения. К завтрашнему утру мы доработаем планировку и подготовим колонию к транспортировке на новых кораблях. — Шмелёв неожиданно улыбнулся. Он выглядел расслабленным и довольным. — Скажу откровенно — раньше я не встречал таких дворян. Я рад служить под вашим началом, и это не лесть.

Теперь я не нашёл слов. Андрей подсказал несколько вариантов, и один оказался неожиданно хорош. Я как ни в чём не бывало предложил перейти к следующему пункту нашей обзорной экскурсии. В соседнем ангаре нас ожидали три полностью готовых ко взлёту судна. Это не просто одноразовые ракеты, а полноценные многоразовые корабли. Построенные по куче адаптированных инопланетных технологий, они считались полностью земными.

Наша прекрасная планета наконец-то получила собственный флот.