Интуиция подсказывала мне, что у Владислава Крутова какие-то неприятности. Разговор с Машей только подкрепил мои опасения, хотя все могло быть действительно так, как я и говорила подруге, – будущий папаша переживает за безопасность своей жены, поэтому и создает всю эту суету вокруг. Хотелось бы верить, что так и есть, но внутри меня поселился червячок сомнения.

В доме было пусто. Хозяин с хозяйкой куда-то уехали на машине. Возможно, их вызвали на допрос, а может, парочка просто решила проветриться или закупиться продуктами.

Семейные пары с детьми ринулись к морю, потому что на пятачке, где сушились круги и плавательные матрацы, было пусто. Я не верила, что убийство соседа заставило людей свернуть свой отдых и разъехаться по домам. В конце концов за все было заплачено. И я точно знала, что проживание в «Желтом доме» обходится в приличную сумму, накануне вечером лично залезла в интернет и изучила, сколько обходится Веронике Максимовне ее гостеприимство в обнимку с любопытством. А потом лежала и думала: «Неужели хозяйка дома готова терять столько денег, предоставляя мне номер по конской цене на неопределенное время?» Потом еще эти дружки племянника Григория. Они тоже наверняка живут бесплатно. Тогда, в чем бизнес? Откуда доход?

Я наспех выпила кофе, съела привычный бутерброд и отправилась в сторону пляжа, собираясь по пути заскочить на детскую площадку. Хотелось посмотреть на место преступления своими глазами. Но стоило мне выйти за калитку дома, как я увидела знакомую машину. Внутри меня все застучало и зазвенело. Я решила подойти поближе, чтобы посмотреть наверняка, – может быть, я что-то путаю, в конце концов, сегодня с самого утра мои мысли были беспощадно отданы Владу Крутову на растерзание. Может, уже мерещится?

Но нет. Это точно была его машина. Я сама на ней ездила несколько раз. Внутри никого не было. Я немного постояла, а потом решилась и ударила ногой по колесу.

Видимо, силенок было у меня маловато, потому что сигнализация не сработала. Тогда я решила потеребить ручку двери. Но, к моему удивлению, машина оказалась не заперта. Я присвистнула. Вот это беспечность!

Я распахнула дверь настежь и собралась усесться, как услышала знакомый голос:

– Девушка, вы не ошиблись с машиной?

Водитель Крутова, с которым мы прошли огонь и воду, Витя Семенов, стоял с бутылкой минералки в руках и пялился на меня.

– О-о, знакомые лица, – растянулся он в искренней улыбке. А я улыбнулась ему в ответ. Если бы не Витя, то я бы сейчас не плавала в изумительном Черном море, а лежала в лесу с отрезанным носом в руках, например. Как человек, который совал эту часть своего тела везде, где только можно. Поэтому я отбросила приличия и обняла своего спасителя. Он слегка растерялся от моего душевного порыва, и не нашел ничего лучше, чем похлопать меня по спине. Душевненько, ничего не скажешь.

Я не стала мучить водителя Влада Крутова своими объятиями, хотя надо признать, пахло от Вити приятно. Моя женская физика внезапно дала о себе знать легким головокружением: пора бы подумать о своем здоровье. А еще о том, что полезно хоть иногда утопать в мужских объятиях.

– Здравствуйте, Витя! – сказала я. – Какими судьбами вы здесь?

– А ты? Не ожидал тебя увидеть, думал, ты уехала куда-то в Москву. В городе тебя было не видно.

Виктор выглядел внушительно: накаченное тело, серьезный взгляд. Серые, почти бесцветные глаза заглядывали прямо в душу. Крепкий квадратный подбородок гладко выбрит. Было видно, что Витя не просто следит за собой, он занимается спортом или живет в нем. Хотя он не был раскаченным, как эти тупые бычки с короткими шеями, которые не могут прижать свои руки к телу, потому что им мешают мускулы. Витя был в меру большим и мощным. Сейчас на нем отсутствовал привычный костюм. Льняные штаны в пол, мокасины и футболка поло выдавали в нем расслабленного отпускника, а не человека, который находится на работе.

– Вы сюда отдохнуть приехали? – спросила я.

– Давай на «ты». Мне так привычнее. Нет, у меня дела.

– Ты один? Без босса?

– Ага. Я ненадолго. Мне человечка надо одного найти. Ты давно тут отдыхаешь?

– Четыре дня.

Витя кивнул на людей, которые столпились у детской площадки, где недавно грохнули Егора. Там стояли полицейские машины с включенными маячками.

– Твоя работа?

– Очень смешно. – Сказала я. А потом добавила: – Хотя в какой-то мере уже моя. Я помогаю в расследовании.

– А ты себе не изменяешь, я смотрю, – он улыбнулся.

– А чем мне еще заниматься? – я улыбнулась в ответ.

– Ну не знаю. Замуж там выйти. Ребенка родить.

Я захихикала.

– Это не моя история. Моя вот там, – кивнула я в сторону столпотворения. – Где опасность и риск, кровь и мясо. Загадочные преступления, маньяки, социопаты и другие придурки. Меня же хлебом не корми!

– Ладно, не свисти! Мужика тебе надо хорошего, а не вот это все. Пошли, посмотрим, что там такое.

Мы направились к детской площадке.

Тело уже забрали. На месте убийства находились несколько полицейских, которые опрашивали свидетелей.

– Кого шлепнули, знаешь?

– Да, соседа моего. Говорят, по пьяни ударили по голове. Но я подробностей не знаю.

– Ясно. Подозреваемые есть?

– Уже забрали одного. Но есть сомнения в его виновности. Они дружили крепко.

– Ну по пьяни обычно дружба и заканчивается.

– Все может быть, посмотрим, – ответила я. – А ты кого ищешь?

– Пойдем на пляж, тут смотреть особо не на что. Там и поговорим.

Мы двинули с площадки в сторону моря. Странно было осознавать, что чья-то жизнь оборвалась в пятнадцати метрах от места, где сейчас отдыхают люди, где слышится детский смех и лежат на своих одеялах полуобнаженные тела. Да, ни один, ни два трупа не смогут повлиять на отдых. Зря Вероника Максимовна так переживает.

Я расстелила одеяло и сняла с себя сарафан. Витя внимательно осмотрел мое тело и одобрительно кивнул.

– Чего тебе? – спросила я.

– Красивая.

Я смутилась, потому что не ожидала водителя Крутова такого подхалимства.

– Ты в штанах будешь загорать? Или все-таки разденешься? – спросила я.

– Я вообще-то на работе.

– Ну как хочешь, – сказала я и уселась на одеяло. – Так кого ты ищешь?

– Пять дней назад мы отправили сюда человека, который должен был договариваться на счет земли и строительства здесь гостиничного комплекса. Он пропал. На связь не выходит, жена о нем ничего не знает.

Я задумалась, а потом спросила:

– Жирненький такой, волосатый. С лысиной на голове?

– Да. Ты что, видела его?

– Ага, тут, на пляже. Прибило как-то его к берегу.

– В смысле?

– В смысле труп. Утонул твой человечек.

Витя выругался, а потом посмотрел на меня:

– Ты что-нибудь об этом знаешь?

– Да нет, я Максу звонила. Ты помнишь его – полицейский, который занимался делом Светы? Так вот он сказал, что труп не криминальный. Просто утонул мужик. Он лежит до сих пор неопознанным. Я, кстати, могу и ошибаться. Мало ли, сколько лысеньких, толстеньких и с волосатой грудью людей на земле. Просто этого никто из жителей поселка не узнал. Документов при нем не было, сам понимаешь. Так что, думаю, что тебе надо пройтись до местного отделения.

Витя задумался.

– Фигня какая-то.

– Почему?

– Да потому что не могли его не знать. У него точно тут кто-то был, баба какая-то. Все наши знали, ну естественно, кроме жены, что он сюда не просто так ездил. И был он в поселке далеко не один раз.

– Ну знаешь, смерть меняет лицо. А баба… Может, она замужем? И поэтому не спешит рассказывать о своем кавалере. А может, это не он, а другой волосатый дядечка?

Витя встал, отряхнул штаны от песка.

– Ты где остановилась? Как тебя найти?

– В «Желтом доме».

– Где? – с сомнением посмотрел на меня Виктор, а я улыбнулась и повторила:

– В «Желтом доме». А ты?

– Я пока нигде. Но это вопрос времени. Я сейчас все узнаю, а потом подойду к тебе. Будет задница, если наш Генка – труп. Вот точно не к добру я тебя здесь встретил!

Я лишь пожала плечами.

Жизнь моя обретала новые краски и новые смыслы.