Впервые Лене не хотелось идти на работу. Степка капризничал и слишком долго собирался, наматывая ее нервы на кулак. Лена держалась, хотя была на грани срыва. Ей претило видеть Диму после того, что он ей написал. Она боялась, что не сможет быть корректной. Вдруг он что-то скажет или спросит, полезет со своими разговорами. Она не знала, как держать этот удар. Степка ныл, ныло сердце и было какое-то дурное предчувствие. Чувство задницы. Таким вещам она привыкла доверять, поэтому не ожидала ничего хорошего от этого дня.

Дима с ней поздоровался как ни в чем не бывало. Он был приветлив и мил. Все как обычно. Это ее немного смутило. Хотя, чего она ожидала? Раскаяния? Слов, что он перебрал с алкоголем?

Чего бы она там не ожидала, но Дима был весел и несокрушим. Спокойно беседовал с женой по телефону. Также спокойно разговаривал с Леной.

Она расслабилась. И даже залезла в телефон, проверить, не приснилось ли ей все. Нет. Сообщения были на месте. Слово в слово. И Лена удалила их от греха подальше. Решила, что не будет грузить себе голову и продолжила работу. Хотя мысли о том, что Дима болеет какой-то формой расстройства личности, ее не покидали. Она где-то даже восхищалась его невозмутимостью, которой сама не могла прихвастнуть.

В обеденный перерыв Лена решилась пройтись по магазинам, сидеть в офисной столовке не хотелось. Она ходила по рядам Детского мира, присматривая Степану какой-нибудь подарок, и заметила Диму. С супругой. Беременная Людмила перекатывалась по рядам, она останавливалась возле кроваток, потом разглядывала коляски. Тыкала пальцем и что-то уверенно говорила Диме. Тот кивал. Он шастал по рядам с отсутствующим видом, было понятно, что он устал. Но Люда не отставала от него. Лена внимательно смотрела на жену своего начальника: высокая, с красивыми волосами. Фигура уже поплыла, живот невероятных размеров, грудь просто фантастическая. Выдавалась вперед наравне с животом. Одета Людмила была ярко. Не в балахоны, чтобы скрыть свое положение. А обтягивающие брючки и топ с декольте. Идеальная прическа и макияж. Лена вспомнила себя беременную. С походкой уточки, с хвостиком жирных волос и в резиновых тапках, потому что ноги отекали и не вмещались ни в какую обувь. Хотя, она не успела походить с таким большим животом. И в больнице, где она провела последние месяцы беременности, тапки были вполне уместны. Как и халат.

Людмила своим видом вызывала восторг. Она была яркая. И привлекала к себе внимание даже в положении. Что-то в женщине было неуловимо знакомое. Но Лена не могла понять, что. Она понаблюдала за парой издалека и задумалась о том, почему имея такую яркую жену, Димка бегает по клубам и строчит смс. Точно расстройство личности, не иначе.

Она вернулась на работу и вскоре услышала голос начальника в коридоре. Значит, он тоже вернулся.

Лена работала, перебирала бумаги. И вдруг ее прошиб пот. Ее поразило одно внезапное озарение. Воспоминание.

Жалко, что прошло так много времени и не осталось никаких подтверждений ее отчаянной мысли. «Или остались», – подумала Лена и полезла в телефон.

Она долго двигала пальцем, перелистывала переписку. И нашла. Сообщения от любовницы мужа. С фотографиями.

Конечно, на фото было совсем мало лица. Жена Димы была очень похожа на любовницу мужа. Ту женщину, которая разрушила ее жизнь одним телефонным звонком. Добила перепиской. Она или не она? Лена не знала точный ответ. Но она точно знала, что Люда наставила рога Диме. Если не с ее бывшим мужем, то какая разница с кем? Она такая же, как и они. Из их прайда. Где плевать на чужие жизни. И только похоть правит всем. Лену объяло неожиданное желание.

Она взяла телефон и позвонила Олегу:

– Сможешь сегодня Степку к себе взять, на ночь?

– Конечно. Я заеду. Что-то случилось?

– Нет. Ничего. Просто внезапные планы.

– Хорошо. Без проблем.

Она положила трубку. И набрала смс:

«Нам надо увидеться. Вне работы»

Дима ответил:

«Свидание?:)»

Она написала:

«Да»

***

Лена забрала сына из сада. Воспитательница предупредила, что он плохо кушал и жаловался на живот. Но вроде все было хорошо, никаких проблем в туалете. Лена пообещала, что будет наблюдать и в случае чего не поведет ребенка в сад. Она знала, что Степка отчаянно плохо ест. И часто пользуется разными отговорками, чтобы его не заставляли.

Однажды воспитатели через силу накормили его кашей, а потом собирали ее со стола и окрестностей. Олег, как узнал, побежал в сад и устроил всем адскую взбучку. После этого Степке разрешалось не есть под разными предлогами. Никто его не трогал, вспоминая львиные рыки его отца. Поэтому Лена не сильно тревожилась. Степан шел бодро и рассказывал о событиях в саду.

Она сообщила сыну, что сегодня он ночует у папы.

– Ура! К папке! Мам, ты знаешь, что он делает ремонт в моей комнате? Там теперь чего только нет. Даже батут.

– Батут?

– Да, настоящий. Можно прыгать.

– А соседи как, счастливы?

– Соседи? Батут мой. Они не прыгают. Даже не просились ни разу. Он маленький.

Лена улыбнулась и поцеловала Степку в макушку. Больше всего в жизни она любила своего сына.

Олег забрал Степу, и она начала сборы. Красивое белье. Чулки. Платье, в котором она выглядела шикарно. Полезла в шкаф и отрыла туфли. На каблуках. Очень неудобные. Они жутко терли. Но к платью были идеальны. Она посмотрела на себя в зеркало. Побрызгалась духами, накрасила губы стойкой помадой, взяла сумку, пиджак. И вышла.

Дима ждал ее у подъезда.

Он был в брюках и рубашке. Выглядел потрясающе. И пахло от него так, что у Лены вмиг закружилась голова.

– Куда поедем?

– Куда-нибудь.

Кровь бурлила, а сердце выпрыгивало из груди.

Внутренний голос Лены не просто кричал, он орал, вопил, что надо выйти, снять платье, надеть тапки и пойти смотреть мультики в одиночестве. Но ненависть, тысяча кусочков стекла ярости резали ее изнутри. Ей хотелось вершить правосудие.

Лена пристегнулась, а потом выдавила из себя улыбку.

– Поехали?

И они поехали. Дима повез ее в старый яхт-клуб. Когда-то там был дорогой и престижный ресторанчик, прибежище богатых Буратино и их дам. Сейчас – развалины. Красивая большая территория, пристань и тишина. Никого.

– Почему именно сюда? – Спросила она.

– Я люблю это место. Развалины жизни. Здесь видишь, как быстро роскошь может прийти в негодность. Все рушится. Если перестать заботиться.

Лена задумалась. Яхт-клуб ей нравился. Она тоже была когда-то роскошью, потом развалинами. А сейчас?

Он достал из машины бутылку шампанского и бокал для нее.

– А ты подготовился.

– У нас же свидание.

Он подошел к ней и взял за талию. А потом усадил на перекладину, встав перед ней. Открыл шампанское. И налил бокал. Ее сердце вырывалось из груди. Она выпила почти залпом.

– Красиво тут. – Сказала она.

– И ты, очень красивая.

Она внимательно смотрела ему в глаза. Он не врал. Она тонула в его грустных черных глазах. Без дна.

Он гладил ее по спине. Ее пробивало током его пальцев.

Внутренний голос кричал. Нет, он орал. Но она слушала не голос рассудка. Обхватила его рукой за шею, запустила пальцы в его волосы, затылок. И поцеловала. Каково это – быть в их прайде? Людей, которые все решают… которые безбожно ломают чужие жизни.

Он накинулся на нее. Лицо, губы, шея.

Он что-то шептал и целовал ее. Руки блуждали по ее спине в поиске молнии. Бокал выпал из руки и разбился на сотни маленьких осколков. Остатки розового шампанского расходились под стеклом большим розовым пятном.

Лена сидела на перекладине, чувствуя себя мертвой. Ощущая вкус поцелуя, объятий и вкус предательства. Никаких чувств больше. Внутренний голос обиженно молчал. Душу обжигала пустота. Никакого тока. Никаких эмоций. Только ощущение слюней на своем теле. Магия кончилась. Началась пустота. Яма, в которую она падала по своей собственной воле. Просто потому, что тоже захотелось попробовать испачкаться. Им всем можно. А ей почему нет?

Тишину разнес звук телефона. Дима не дал ей ответить.

– Кому нужно, тот перезвонит. – Ссказал он и уткнулся во впадинку под шеей.

– А вдруг муж…

– У тебя нет мужа. Ты свободная женщина.

– У меня есть ребенок. – сказала она и потянулась к телефону. Ей нужен был воздух. Хотелось дышать. А Диминых объятий не хотелось.

Но Дима отбросил ее сумку в сторону. И закрыл ее рот поцелуем.

В голове пронеслась только одна мысль: «Кто кому мстит?»

Телефон еще звонил. Потом посыпались смс. Потом трубка смолкла. Дима смотрел на Лену. Лена смотрела в себя.

– Поехали в гостиницу, – прошептал он.

Она молчала.

– Я не могу больше терпеть. Я хочу тебя.

Она молчала.

Он гладил ее по бедрам, а потом схватил на руки:

– Я сейчас тебя силой туда потащу. Поехали!

– Отпусти! – приказала она. И он послушался.

Он посмотрел ей в глаза.

– Зачем ты меня мучаешь? – Спросил он и грустно улыбнулся.

Она молчала. И правда, зачем?

– Я не знаю, – тихо сказала она, – Уже не знаю. Но я тебя не хочу. Кончилась магия. Прости.

Дима стоял молча и разглядывал розовую лужицу. Лена словила его взгляд

– Она перед тобой растеклась, а я нет. Прости.

Лена взяла свою сумку. Достала телефон. Пять непринятых вызовов. И три сообщения от Олега.

«Ты Где?»

«Лена, у Степки болит живот»

«Лена, мы едем в больницу. Степку рвет, ты не берешь трубку. Я не знаю, что делать»

У Лены потемнело в глазах. Пол зашатался. Она скинула туфли, чтобы почувствовать почву.

Дима заметил:

– Что-то случилось?

Она не ответила. Она набирала номер.

***

Олег только и успел проорать, что они в приемном покое и ему некогда с ней разговаривать. Лена еще никогда так не бежала. Ее сердце, кажется, остановилось от ужаса. Она винила себя. Терзала всю дорогу, что ехала в больницу. Ей казалось, что это та самая кара, которая ждет всех предателей. Удар по самому больному. Все вышло точно, как и тогда. Возмездие. Неотвратимо. И жертва – ее ребенок, самое дорогое, что у нее есть.

Она закусила губу до крови, и вся мысленно сжалась: «Господи, хоть бы все было хорошо. Хоть бы пронесло».

Дима вез ее молча. Он был сосредоточен на дороге. Она даже не смотрела в его сторону.

Когда они приехали, он спросил:

– С тобой пойти? Подождать?

– Не надо. – Сказала она и вышла.

Она взбежала по лестнице и распахнула дверь приемного покоя.

В коридоре сидели люди. Дети. Кто-то плакал, кто-то носился, кто-то смеялся, кто-то орал. Лена застыла в нерешительности. Куда идти?

И тут она услышала голос Олега. Это был его крик. И Лена рванула на голос.

***

– Я прошу вас сделать ему УЗИ. Я не понимаю, почему вы бездействуете.

– Папаша, успокойтесь. Мы взяли анализы. Результат будет через 15 минут. И все станет ясно. Но на ощупь все хорошо. Я не вижу проблемы.

– Я не хочу на ощупь. Я хочу знать. Что с моим сыном?

Сын сидел на кушетке и играл с машинками. Он был в домашней одежде и тапочках. На Олеге были шорты, сланцы и футболка, надетая наизнанку.

Доктор писал что-то на бумажке и равнодушно смотрел на громкоголосого отца. Его мало чем можно было удивить. Эти стены повидали многое. А доктор – еще больше.

Дверь распахнулась и вбежала женщина. Она была в сногсшибательном платье, но босиком и в изорванных колготках, словно собаки погрызли. А лицо… лицо доктор, пожалуй, запомнит и внесет в свою картотеку воспоминаний. Ужас, отчаяние, страх, решительность, воинственность. Потекшая тушь и красная помада. Волосы всклочены. Взгляд – сумасшедший. Не женщина, ведьма.

– Что с моим сыном? – с порога начала она.

– Так, женщина, присядьте. Мы ждем результаты анализов.

– Что с ним?

– Я полагаю, что ничего серьезного. Скорее всего, обычное несварение. Но на всякий случай мы подождем результаты. Ваш сын вон, в машинки играется.

Мать рванула к Степке и обняла его. Мальчишка только и смог, что выдавить

–Я все равно хочу, чтобы вы сделали УЗИ. Я готов заплатить. Любые деньги – вмешался отец.

Доктор кого-то позвал:

–Маш, сходи узнай, что там с анализами. И загляни к УЗИсту. Сможет он мальца посмотреть.

Эти пациенты его явно раздражали, но по опыту он знал, такие папаши душу вывернут, но заставят сделать и УЗИ, и рентген всего организма. А потом и на МРТ повезут, если надо, то на вертолете. Он оглядел приемную. Отец стоял в позе тигра, готового кинуться на жертву. А мать уже обнимала мальчишку и рыдала. «Да, с такими психами жизнь у парня обречена,» – подумал он и опять принялся что-то писать.

Через пятнадцать минут анализы были готовы. Еще через двадцать мальчику сделали УЗИ, и отец добился того, чтобы его посмотрел еще один специалист.

Степан был в порядке и не нуждался в медицинском наблюдении.

Троица в абсолютной тишине покинула больницу. Также молча Олег усадил сына в кресло, а Лена забралась на переднее сидение его машины. Он уселся, схватил руль, и Лена впервые заметила, что у Олега трясутся руки.

– Я везу вас домой? – спросил он.

– Да, поехали.