– Я хочу развестись. – Сказала Лена ровно и спокойно.

– В смысле? – Олег посмотрел на нее растерянно.

– В прямом. Я хочу развестись.

– Милая, не начинай этот бред снова. У нас ведь все хорошо. Степке нужна мама. Ты же понимаешь, я его тебе не отдам. Зачем такой стресс нашему сыну?

– Ты знаешь, я все взвесила. Если ты хочешь забрать сына, то забирай. Это твое решение и твоя зона ответственности. Я буду платить алименты и брать его к себе по выходным. Устроюсь на нормальную работу, а не в твою фирму и выйду замуж. Возможно, ему действительно будет с тобой лучше, больше возможностей.

Олег смотрел на нее с недоумением. Он впервые видел перед собой решительную жену. Спокойную и хладнокровную. Уверенную в себе. Тигрицу?

– Я не дам тебе развод.

– Я у тебя не спрашиваю. Я ставлю перед фактом. Я больше не хочу жить в этой лжи. Мы не спим вместе, не общаемся. Мы только делаем вид для сына. Он пока маленький, но он не дурак. Он вырастет и потом найдет себе такую же женщину —кактус. Которая будет стоять в горшке. И которой только и надо будет, чтобы ее немного удобряли деньгами. И капелькой внимания. Я перестала себя уважать. Я не кактус.

–Ты же понимаешь, что все, что у нас есть – мое? У тебя зарплата – копейки. Не кактус! Ты не сможешь содержать сына. Ты ничего не сможешь без меня. Будешь искать очередную копилку? Ты у нас кактус, а сын что, станет фарфоровой свинкой с прорезью? Ты мне мои деньги вроде как в вину ставишь. Но ведь ты прекрасно себя чувствовала.

– Потому что я была дурой. И любила тебя. Мне казалось, что мой горшок —прекрасное место, чтобы расти. А ты просто меня уничтожил, растоптал, унизил. Показал мне мое место. И знаешь, я тебе благодарна, потому что смогла посмотреть правде в глаза. Я никто. И чтобы стать кем-то, я хочу от тебя уйти. С сыном или без – это уже твое решение.

– А о Степе ты подумала? Оставит она его. Я же ему расскажу всю правду про тебя! – Это было самое больное место, и он туда ударил.

– Ты волен делать все, что считаешь нужным. И с заботой о нашем ребенке. Мы с тобой взрослые люди, верно? И если ты его любишь, то мы сможем договориться и подарить ему двух любящих его родителей. По отдельности. А можешь забрать у него мать. Навсегда. Ты же знаешь, что такое расти без отца. Выбирай будущее своему ребенку. Но как отец, а не как обиженный малыш, который потерял любимую игрушку. Ты не просил у меня прощения. Но я тебя простила, правда. Возможно, я была виновата в том, что ты меня предал. Потому что я тогда сама себя предала, я отдала тебе все и перестала видеть и слышать реальность, ощущать ее. Ушла с головой в свою любовь и так увлеклась, что потерялась. Больше я так не хочу. Не хочу больше принадлежать никому. Кроме себя. Я все решила, а ты думай. Нужна ли нам война? Или мы подумаем о сыне вместе.

Лена договорила и пошла в детскую играть со Степой. Олег остался один.

***

Первые мысли, которые пришли к нему в голову – пусть идет. Катится на все четыре стороны. Кто она такая? Кому она нужна? Женщина с ребенком после развода с работой на полставки. Ничтожество. Как она там сказала, кактус? Ну-ну.

Он не будет забирать сына. Нет. Он не сделает ей такой подарок, женщина с ребенком – это не так просто для других мужчин. Немного помучается в попытках выжить, а потом прибежит. А он не гордый, он еще и поможет ей прибежать. Будет ухаживать, попробует ее вернуть.

Потом к Олегу пришли сомнения. Может у нее кто-то есть? Жила-жила себе спокойно, а тут резко психанула? Решила уйти?

Он внезапно запаниковал. Забегал по комнате, пытаясь восстановить все события в своей голове. Стал вспоминать перемены, которые произошли с его женой. Он размышлял. Мысли летали, спутывались, вызывали ярость, а потом пришло отчаяние.

Олег сел на диван и закрыл глаза. Он был напуган.

***

– Я развожусь. – сказала Лена своей коллеге и подруге Ане – И мне нужно найти жилье недорогое. У тебя нет знакомых, кто сдает или занимается квартирами?

– Ого. Я поспрашиваю. А муж что?

– Да ничего. Но надо съезжать. Наши отношения себя изжили.

– Ооочень жалко. У вас же сын. А мне казалось, у вас все хорошо. Ты никогда не жаловалась.

– Казалось, мне тоже казалось, – вздохнула Лена.

В кабинет вошел Дима.

– Ну что, девчонки, какие новости?

– Ленка разводится. У вас никто жилье не сдает? – Спросила Аня, а Лена смутилась. Она не хотела пока ничего говорить Диме.

Дима посмотрел на нее внимательно. А потом кивнул:

– Я поспрашиваю. Может, что-нибудь придумаем.

– Дима, я хотела с вами поговорить. Есть ли возможность перевести меня на полную ставку? Мне сейчас нужна работа как никогда.

– Я постараюсь это устроить. – Сказал он и вышел из кабинета.

***

Лена нашла небольшую квартиру рядом с садом сына и переехала, пока Олега не было дома. Она оставила ему все, кроме своих личных вещей.

Пришлось обращаться за помощью к родителям, хотя она до последнего не хотела.

Родители были не в восторге. Люди старой закалки, которые считали, что им невероятно повезло с зятем, а брак – это святое, они были не просто в шоке, а подавлены. И не скрывали своих чувств.

Мать рыдала и умоляла подумать. Не рубить сплеча. Отец молчал и был хмурым. Было видно, что он не просто расстроен. Убит.

–Дочь. Мы тебе во всем поможем. Главное, чтобы вы со Степкой были счастливы. А этот паскудник. Ну его. – Отец сплюнул в сторону.

– Что ты такое говоришь? Что ты лезешь? Мало ли, что у них там. Ведь всякое бывает. Милая, – мать обратилась к дочери. – Мужчины иногда ошибаются. Но в семейной жизни ведь много другого, важного. Вы о Степке подумайте. О его будущем.

– Мам, он меня предал. Не любил никогда. Понимаешь? Я пока с сыном в больнице от страха умирала, он у своей бабы был. Он не думал о нас. Он не просто предал меня, он растоптал все, что во мне было. Я не знаю, как по кусочкам себя сшивать после этого. Как верить кому-то.

– Дочь, денег мы тебе дадим. И поможем. Степке всегда рады. Если надо, мать приедет, поможет.

– Спасибо пап. – сказала Лена от души и обняла отца. Мама подошла к ним, обняла и заплакала.

Это был самый тяжелый разговор для Лены, потому что она видела боль и страх своих родителей. Видела, но сделать ничего не могла. Решение было принято.

Лена со Степкой переехали. Сын не сильно интересовался происходящими переменами, но про отца спрашивал постоянно.

– Мам, а папа приедет?

– Мам, а папа будет с нами ужинать. А где он будет спать? А почему тут нет его вещей.

– Мам, я скучаю по папе.

Лена все время находилась в невероятном стрессе. И вопросы сына вызывали не просто сомнения, а серьезную душевную боль. Невероятное чувство вины, что она ворует у ребенка счастливое детство. Страх окутывал ее и сжимал в своих объятиях.

Сын засыпал вопросами про отца, а она плакала по ночам. Решение Лена приняла, но груз ответственности за это решение был колоссальным. Невыносимым.

Дима ее поддержал. Он подбадривал, говорил о том, что задача женщины – быть счастливой. А какое счастье жить с тем, кто такой засранец? Он помог ей с устройством на полную ставку. Предлагал помощь в переезде, но Лена отказалась. Сейчас ситуация с мужем так изматывала ее, что впутывать еще кого-то ей совсем не хотелось. Лена опасалась, что муж узнает про Диму. И это сильно осложнит ситуацию с разводом.

Она была уверенна, что сразу нужно решить старые проблемы, а потом уже устраивать новую жизнь.

***

Когда Олег вернулся домой и увидел пустую квартиру, он опешил. Комната сына была пустой. Жена собрала все свои вещи. В шкафах – пустота, как и в его душе. Он не мог поверить, что она решилась. Не мог.

Но Лена ушла. В один день. Пока он был на работе, собрала все свои вещи и уехала. Без мебели, без игрушек Степки.

Он набрал ее номер, и она ответила:

– Да, Олег.

– Лен. Ты правда вот так вот уйдешь?

– Я уже ушла. И подаю на развод. Надеюсь, ты меня поймешь. И не будешь устраивать войн. У нас сын.

– Лен. Я без вас не хочу.

– Олег. Я с тобой не могу. Не могу. – повторила она и скинула звонок.

Олег зашел в пустую комнату Степки. Сел на его кроватку и окончательно осознал, что все по-настоящему. Лена ушла, забрав с собой его сына. И она больше ему не принадлежит.

Олег взял телефон и набрал номер:

– Она от меня ушла. Лена ушла, забрав Степана.

– Сынок. Ты в порядке?

– Да, мам. Я такой дурак. Что мне теперь делать?

– Ну ты чего раскис. Куда она от тебя денется? Вернется. Вот увидишь, прибежит еще.

Но Олег был уверен – не прибежит.

Он слушал одобряющие речи мамы. Ей, наконец, представилась возможность пройтись по Лене самосвалом вдоль и поперек. Он сам не понимал, зачем позвонил. Хотелось поддержки? Понимания. Мудрости какой-то. Но от каждого слова матери дыра в груди только росла. Можно было сто раз говорить о том, какая Лена плохая. Но это не решало проблем. Не зашивало дыру. Квартира не наполнялась светом. Его брак рухнул. Олег был к этому не готов.

***

Дима всеми силами пытался пробить оборону Лены и завоевать ее расположение. Он утроил свое внимание, был все время рядом. Вот только мысли Лены где-то витали.

Она не подпускала его к себе. Держалась на дистанции "вы". И это бесило. Она была свободна! Но ему не давалась. Дима злился. Он только начал приходить в себя после измены бывшей, а тут еще одна неудача. И эта неудача пробуждала в нем азарт. Добиться. Взять себе. Положить в карман, наслаждаться. Он был напорист. Он видел, что нравится ей. Дима чувствовал это. Когда он зажал ее в кабинете, она размякла, поплыла. Она уже была почти его. Почти. А потом как будто остыла. Опять отдалилась. Но смотрела на него, он даже не знал, как описать… с надеждой или обожанием? Все было странно и сложно. А ему до боли хотелось простоты.

Они продолжали общаться. Их разговоры становились более доверительными. Она говорила о своих сомнениях и страхах. Он видел, что ей нужна поддержка. Ей нужна опора.

Ему было ее жаль. Очень жаль. Муж – подонок, разочарование в семье, какие-то сложности с ребенком. Она была хорошая, великолепная. Лена была достойна самого лучшего.

Он и был таким лучшим. Но ответственность пугала.

Он вырос в полной семье единственным любимым ребенком. Он был молодым, красивым, успешным мужчиной. Он вызывал интерес у женщин. За ним частенько велась охота. Он знал, у него всегда будет очередь из одиноких и не очень девушек. Так было постоянно в его жизни. И только Лена держалась до последнего.

Она была прекрасна. Но у нее было прошлое. Тяжелое прошлое, которое просто так не выкинуть на свалку. Тем более, что ее муж был одним из его начальников. Проблем не хотелось. Совсем. И он принял решение.

***

Дима встретил ее на проходной.

– Мне нужно посоветоваться.

– Конечно, давайте. – улыбнулась Лена.

Он посадил ее в машину. На заднем сидении лежал роскошный букет и пакет. У Лены перехватило дыхание.

– Смотрите, – сказал он – Нормальный букет?

– Да, очень красивый.

– И вот еще, – он протянул пакет. Там лежали духи. – Нормальные? Вам бы понравились?

– Да. Конечно. Думаю, шикарный подарок. У кого-то день рождения?

– Нет. Я хочу поговорить со своей бывшей. Мне кажется, мы не все решили.

– Это с той, что от вас ушла к другому? – Щеки Лены покрылись краской, у нее закружилась голова.

– Они вроде уже расстались. Я думаю, у меня есть шанс ее вернуть.

– Определенно есть. – Сказала Лена и вышла из машины.

***

Олега и Лену развели. Она жила на съемной квартире. Он приезжал почти каждый день повидаться с сыном.

На удивление, Олег вел себя идеально. Вот только ел много. Такое чувство, что у него была задача – опустошить ее холодильник. Он приезжал, играл с сыном, а потом напрашивался на ужин. И она не могла отказать, потому что Степашке это было нужно.

Они сидели как семья. Олег шутил, был очень ласков. А ей хотелось разбить тарелку ему о голову. Выбежать в туалет и орать, орать что есть сил.

Он был удивительно хорошим. Примерным отцом, добрым другом. Он платил алименты, при этом постоянно приносил что-то в ее дом. Она понимала, зачем он это делает. Знала, что Олег продолжает свою борьбу за сына. Она была благодарна, что он дает их ребенку все и даже больше. Но сама отдала бы многое, чтобы его не видеть.

Когда муж ушел, она мыла посуду. Сын подошел и обнял ее.

– Мамочка, я так тебя люблю.

Она повернулась к нему и опустилась на колени. Крепко прижала к себе. А в голове вертелся только один вопрос: «как из таких сладких мальчиков вырастают такие подонки?» Она обнимала сына и плакала.

***

Лена продолжала работать вместе с Димой. После того случая с букетом она решила еще больше увеличить дистанцию.

Поступок Димы был ей понятен, она же не глупая. Он просто намекнул, чтоб она шла мимо со своими чувствами.

Можно ли было его за это винить? Наверное, нет. Но ей почему-то было очень больно. Она чувствовала себя опять преданной. И ненавидела мужчин. Всех до одного. Потому что не верила, что на свете найдется хоть один честный и адекватный представитель мужской половины.

При этом Дима продолжал оказывать ей знаки внимания, отпугивать от нее коллег, демонстрировать свою симпатию. А потом звонил прямо при ней своей бывшей и щебетал с ней по телефону.

Она не понимала, зачем он так делает? Что им движет? Скотство?

Он писал Лене смс. Постоянно подкидывал комплименты, говорил, что она особенная, а потом отстранялся. Он мучил ее, а она и сама готова была мучиться, потому что дурацкая надежда внутри терзала ее – а может, он все-таки чувствует что-нибудь? Может быть решится? А потом приходила ясность – на что он там решится? На секс? Он терзал ее своими признаниями, а потом отчуждением. Было ощущение, что он абсолютно не в ладах с головой. Потому что его поведение не укладывалось ни в какие рамки. Ее поведение и состояние тоже сложно было оценить. Она металась как раненный зверь. Душу разрывало от чувств влюбленности и предательства. Ей было больно принимать правду. Невыносимо.

Лена была свободна от брака. Она надеялась, что как только разведется, Дима начнет действовать более решительно. Хотя бы позовет ее на свидание. А он купил букет другой. Он показал ей ее место. Все тот же горшок с кактусом.

Лена пришла на работу и уселась за стол. Ее коллега Анька сидела с таким видом, что ее сейчас разорвет от новостей.

– Давай, колись. Что случилось?

– Дима сделал своей бывшей предложение. И она согласилась. Он сегодня хвастался, порхал тут на крыльях.

– Ну и молодец. – Лена постаралась сделать непроницаемым лицо.

– Слушай, все же знают, что она от него ушла к другому. И рога ему нарастила метра на два. Не думала, что у него совсем хребта нет.

– Может, он любит ее очень.

– Ага, любит. Хотя кто их знает, этих мужиков.

– Это точно. Я вообще не знаю, как оказалось. – Лена держалась из последних сил, силы были на исходе.

– Мы собираемся с ребятами с работы на «тусэ». Пойдешь с нами? Будем пьянствовать и танцевать. Ты вроде свободная птичка. Думаю, тебе надо развеяться.

– А с кем мне Степку оставить? Не такая уж я и свободная.

– У Степки, между прочим, есть отец, правда?

– Правда. Я подумаю.

Лена подумала и согласилась.

Степку она отдала Олегу с ночевкой. Она была спокойна за сына. Знала, что бывший муж справится.

Олег с радостью взял Степана к себе.

– А ты куда? – Спросил он.

– А я гулять. – Ответила Лена.

– Будь аккуратнее. Чтобы мы не волновались, хорошо?

– Угу, – кивнула она и ушла.

Вечеринка была веселой. Много алкоголя, полный клуб знакомых лиц. Дима тоже там был. Один. Без своей возлюбленной.

Лена танцевала, как никогда в жизни. Хотя она и правда давно не танцевала, разве что с сыном, когда они бесились под детские песенки. Раньше она постоянно бегала с подружками на танцы, где они отплясывали до утра. Раньше, когда у нее еще был задор.

Сейчас у нее вместо задора были совсем другие чувства. Вся ее грусть, ненависть, усталость, тоска выходили из нее с каждым новым движением, с каждой новой песней. Она чувствовала свою свободу, легкость. Свою молодость. Свой гнев.

К ней постоянно подходили какие-то мужчины знакомиться. И это ей нравилось, поднимало ее самооценку. Она видела, как Дима смотрит на нее. Видела. И дарила свою улыбку всем. Всем вокруг. Она светила.

Лена и Аня плюхнулись за стол. Там уже сидели люди, многих из которых Лена видела впервые. Они смеялись, общались. Там был и Дима. Он сидел через 3 человека от нее и не сводил с Лены взгляд.

Мужчины громко разговаривали, один из сидевших обратился к Диме:

– Брат, слышали ты женишься?

– Да. Будем готовиться к свадьбе.

– Помирились?

– Угу.

– Ну и правильно. Девка-то она ладная, огонь у тебя. Не ревнует, что ты тут отжигаешь?

– Она свое уже отожгла. Пора и честь знать. – отшутился Дима и перевел тему, увидев, что Лена внимательно слушает их разговор. – Серега-то тоже женится. Попросил прибавку на свадьбу.

– Ну да, деньги ему понадобятся. Он же взял себе РСПху.

– Кого? – спросила Лена? Серегу она знала не очень хорошо. Но была уверенна, что с зарплатой у него все отлично.

– Разведенку с прицепом. Ты что, не слышала?

– С прицепом?

– Ну с ребенком. Чего ты как маленькая. – Сказал ей мужик, которого она видела в первый раз.

Лена замолчала. Она посмотрела на мужика, на Диму, а потом встала и пошла на танцпол.

Она пила один за другим коктейли. В душе горело, жгло. Боль, которую она потеряла, танцуя в прошлый раз, вернулась к ней в двойном объеме. Она смеялась и пила, плясала и опять пила. А хотелось выть от вопросов, которые атаковали ее сознание.

Как так вышло, что с мужем она была недочеловеком. Как так вышло, что женщина с ребенком – недочеловек для таких ничтожеств? Как так вышло, что ребенок – это прицеп? Ее сын – прицеп? Как так вышло, что кругом одни мудаки?

Она пила и плясала.

К ней подкатил тот самый мужик, кто поведал ей про РСП.

– Потанцуем?

– Боюсь, у тебя денег не хватит со мной танцевать, так что отвали.

– В смысле?

– Пошел отсюда, да?

– Это ты мне?

– Тебе, тебе, ублюдок. Давай, брррысь отсюда. Даже если ты будешь последним мужиком на земле, а у меня будет восемь детей и все от разных, я не то, что танцевать с тобой не буду, за один стол рядом не сяду.

Внезапно около нее появился Димка. Он был трезв, так как приехал на машине.

– Лен, пошли.

– Мы теперь на «ты»? Не, я никуда не пойду с вами. Вы почти женат.

– Лен, давай я тебя домой отвезу.

– Не стоит. Я сегодня домой не еду. Я гуляю. У меня прицеп забрали. Я отдыхаю. Можно и от вас тоже?

Он взял ее за руку и потащил на воздух.

– Отстаньте от меня. Я прошу вас, отстаньте все от меня. Просто не трогайте! Отвалите!

Дима тащил ее из клуба на улицу, хоть она и сопротивлялась.

– Ты зачем так напилась?

– А вы зачем женитесь?

Он молчал.

– Я люблю ее. – Наконец ответил он.

– Отлично. Я желаю вам счастья. Огромного большого счастья. А я люблю пить. Много пить. И танцевать. Поэтому не мешайте. – Сказала Лена и попыталась уйти.

–Тебе лучше домой поехать. Ты сейчас чуть не подралась с замом твоего мужа.

– Этот ублюдок зам моего мужа? – сказала она и засмеялась. Она хохотала, пока из глаз не полились слезы.

– Блин, скажи честно, у вас там что, отбор специальный? Корпорация монстров? Самых главных подонков набирают? Этого Сергея теперь надо уволить за то, что он на РСПхе женится. Нечего ему с вами делать. Единственному мужику. На всю. Вашу. Сраную. Корпорацию!

– Лен, успокойся, а?

– Сами вы успокойтесь. И проваливайте. К своей как ее там?

– Люда. Ее зовут Люда

– К своей Люде. Только рогами за дверь не зацепитесь. Или у вас это семейный аксессуар? По типу короны? Каждой сестре по рогам. – Лена захихикала, – Ладно, пока-пока!

Лена помахала ему рукой и пошла на танцпол.

***

Олег беспокоился. Он не мог дозвониться до бывшей жены. Она пропала.

Обещала приехать за сыном утром, Степка уже спрашивал про нее. Но на звонки Лена не отвечала, дверь не открывала.

Он знал, что сейчас у жены никого нет. Провел собственное расследование. Он приглядывал за ней, не терял надежды. Олег невыносимо скучал. Он до сих пор не мог поверить, что его семья треснула. Лопнула. И теперь есть она и он. И их сын, невидимой нитью, но все же еще связывающий их.

Он страдал. Он скучал по ней. Он ревновал. И поэтому точно знал, что никого у нее нет.

Олег взял телефон и стал звонить на работу, чтобы узнать номер ее подруги.

Лена нашлась достаточно быстро. Она была у Ани, коллеги по работе, и несчастная Аня очень обрадовалась, услышав, что Лену скоро заберут от греха подальше. Он приехал за ней без Степки, оставив пацана со своими друзьями. У него было не так много времени, поэтому он спешил.

Аня умоляла приехать скорее.

Лена была в ужасном состоянии. Ей было плохо. От бывшей жены не просто разило перегаром, она была будто пропитана спиртом насквозь.

Олег подхватил Лену на руки и понес в машину:

– Сейчас, милая, сейчас поедем в больничку. Тебе станет легче

Она молчала. Было видно, что от трупа ее отделяет совсем немного. Какая-нибудь рюмочка текилы.

Когда он отдал ее на поруки знакомому врачу, Лена открыла рот и прошептала:

– Я тебя ненавижу, сгинь,– после ее стало выворачивать наружу.

– Я люблю тебя, – ответил Олег и улыбнулся. Такой он свою жену не видел. Никогда.

***

Олег зашел в палату, где лежала его бывшая жена.

–Ты тут подлечись, а я поехал к Степке. Он у моих друзей сидит.

– Друзей? Или подруги?

– У друзей, Лен. Хороших друзей. Лена, прости меня.

– Знаешь, чего бы я очень хотела?

– Любое желание.

– Я бы хотела, чтобы у тебя родилась дочь. И ты бы в жизни не допустил к ней такого мужика, как сам. И понял всю мою боль. Только еще в квадрате.

– Я бы тоже хотел, чтобы у меня родилась дочь. И была похожа на тебя.

– Не дождешься. И знаешь, хватит приходить и есть мой борщ. Я не олигарх тебя кормить.

–Понял. – Сказал Олег и улыбнулся опять.

Лена зарычала и уронила голову на подушку. Так плохо она не чувствовала себя давно. И ей было стыдно, ужасно стыдно.

Она пила и танцевала, пока Аня с Димой силой не увезли ее из клуба. Они просто побоялись оставить ее одну дома. А теперь ее бывший тут устроил для нее детокс с капельницами. А дома ждет Степка. Кошмар. Это было унизительно. И грустно. Хотелось отмотать все назад.

Она прокрутила в голове все события, которые могла вспомнить. И застонала.

Глава 11

Дима женился. Он сам не до конца понимал свой поступок. Люда сначала бросила его. А потом вернулась. И он ее принял с ощущением победителя.

Однажды одна из подруг сказала ему, что у него развитый инстинкт охотника.

– Ты мужчина, которому всегда все приносили на самой красивой тарелочке. Ты просто не привык к отказам. Поэтому ты хочешь ее вернуть. А сам понимаешь, зачем? Все что не твое должно стать твоим?

Он был не согласен с подругой. Люду Дима любил. Ему было хорошо с ней, уютно. Молодая, красивая, успешная, уверенная в себе женщина. Ее не стыдно привести к родителям. Только дипломов у нее три штуки. Не женщина, а знамя победы. Предмет для гордости. Предмет? Дима огорчился своим мыслям. Может, в словах Лены была правда? Была причина, которая казалась ему весомее: если бы он привел к родителям Лену с ребенком, с чужим пацаном, они бы в нем точно разочаровались. Мама бы провела какую-нибудь аналогию с надкушенным яблочком. Отец бы никогда не принял чужого внука. Он любил только своих детей, о чем постоянно говорил. А тут мальчик. Носитель фамилии, наследник. Не срослось. Слишком все было сложно.

Свадьба вышла роскошная. Хотя весь этот балаган ему был не нужен. Но Люда хотела и получила. Самое дорогое платье, самый шикарный ресторан, кольца и всю прочую мишуру.

Он не стал звать никого с работы. Знакомые лица видеть не хотелось. Те самые лица, которые знали о том, что когда-то Люда его бросила и подарила ветвистые рога. А теперь идет в свадебном белом платье. Невеста, мать ее.

Лена продолжала работать. Она действительно была отличным сотрудником. Очень дотошная, умелая, сообразительная. И при этом невероятно обаятельная. Она могла решить любой сложный вопрос. Ее частенько кидали на амбразуру к суровым проверяющим просто потому, что ее улыбка обезоруживала. Согревала. Лена продолжала сиять каждый день. Ему назло.

Их отношения стали только рабочими. Никакой дружбы, никаких улыбок. Только дела. И ничего больше.

Это было правильно. Но очень грустно. Ему ее не хватало. Он так привык к ее влюбленным глазам и улыбке, которая больше ему не принадлежала.

***

Олег продолжал приезжать к Лене и Степе. Только теперь кроме игрушек он привозил еду.

Она просила его встречаться с сыном на нейтральной территории. Но Степка все равно всегда звал папу в гости.

Лена работала. Сперва она хотела уволиться. Ей невыносимо было видеть Диму и его кольцо на пальце. Ее грызла обида, а еще влюбленность. Она не могла выкинуть его из головы. Он врывался в ее мысли со своими теплыми словами, ухаживаниями. Воспоминания травили ее. Заставляли рыдать по ночам.

Она просто заставляла себя быть сильнее, простить и не думать о нем. Получалось плохо, но работа ей нравилась, а зарплата нравилась еще больше. Был смысл работать над собой.

Лена знала, что смогла вынести предательство мужа. Предательство не мужа она тоже как-нибудь вынесет. Она сжимала челюсти, замораживала эмоции и шла на работу по осколкам своей любви. А там включала на полную улыбку и сияла.

В ее жизни остался только один важный мужчина – ее сын. Ему-то она и отдавала себя. Больше ее никто не интересовал.

Бывший муж действовал на нервы меньше, чем Дима. Может, потому что она больше не чувствовала к нему ничего? Потихоньку они наладили сносное общение ради сына. Приятельское общение, хотя Олег не оставлял попыток ее вернуть. Это было заметно.

Именно поэтому она начала убегать из дома и ходить в бассейн, когда Олег встречался со Степкой. Она использовала время на полную. Если ходила не плавать, то в кино. У нее еще никогда не было столько времени для себя. И она увлеклась.

По вечерам маски, по утрам – растяжка. Удобные платья, удобная обувь. То, что она никогда раньше себе не позволяла.

У нее случился роман. С собой. Настоящий роман.

Как-то она вернулась домой и споткнулась об свои туфли на высоченных каблуках, которые были красивые, но жутко натирали ноги. Настроение было не очень, и она пнула обувь со всей силы. Одна туфля отлетела в комнату. Лена смотрела на нее, и ее поразила внезапная острая мысль: зачем ей вообще эти туфли? Она их ненавидит. Из-за них у нее постоянно ноги в пластырях. Вопрос был не сложный. А ответ на него заставлял крепко задуматься.

Лена поняла, что все время делала что-то для кого-то. Даже эти туфли носила не просто так. А чтобы поднимать свою самооценку. Поднимать? Натирая ноги в кровь?

Лена потрогала ногой туфлю, как какой-то мусор, потому что осознала: ее самооценка почему-то всегда от кого-то зависела. От мужа, от Димы, от непонятных мужчин с их ухаживаниями. Они! поднимали ее самооценку. Лена хотела нравиться. Даже через боль. Она смеялась. Она всегда была легкой и мягкой. И поэтому ей пренебрегали. Ее швыряли, обманывали. Как с тем букетом для Люды? Это же просто унижение в чистом виде: еще вчера он обнимал ее и говорил, что она самая лучшая, а потом показал букет для другой. И она это проглотила. Молча. Страдая и давясь болью. Все равно ему улыбалась. А надо было взять цветы и дать ему по лицу. И спросить в лоб, что вообще происходит. Поставить его в то неудобное положение, в котором она сама находилась постоянно. Ведь это не она за ним ухаживала. Не она прижимала и шептала слова желания. Не она посылала смс. Он.

Когда Лена зашла в квартиру, споткнулась о свои туфли, она поняла: больше в ее жизни такого не будет. Никогда.

Теперь приходы бывшего мужа к Степке стала использовать себе во благо. Она больше не кормила его котлетами, а брала сумку и шла плавать или гулять.

Тогда впервые Лена подумала о том, что ей вообще плевать на всех мужчин в этом мире. Особенно на тех, для кого ребенок – прицеп.

Лена начала самый волшебный роман своей жизни. С собой. И с этого момента, когда она приняла это решение, все изменилось.

***

С каждым днем Олег понимал, что Лена уже не вернется. Он видел, что ее отрешенность неподдельна. И не знал, что с этим делать.

Он был в курсе, что до сих пор у нее никто не появился. Но сама она изменилась так, будто влюбилась. Она сбегала от него. Она стала другой. Еще недавно она была просто интересной и солнечной, притягательной. А сейчас она была… счастливой? Уверенной?

Он не знал, как обозвать ее перемены. Единственное, что он понимал, что не может без нее. Не хочет.

У него уже давно никого не было. Да и как устраивать свою жизнь, когда целыми днями думаешь о жене. Когда ищешь повод повидаться с сыном. А малыш все время задает ему вопросы:

«Пап, а когда ты вернешься?»

«Пап, а может, мы к тебе переедем?»

Он верит, что мама и папа будут жить вместе. Сын верит. А вот Олег уже нет. Он не знал, что ему сделать, чтобы она его простила. Он не знал, что надо сделать, чтобы вернуть ее любовь. Не знал.

***

Лена частенько сталкивалась с тем противным мужиком с вечеринки. Она про себя называла его "прицепом".

Он действительно с того вечера часто попадался ей на пути. Однажды Прицеп с ней заговорил:

– Я не хотел вас тогда обидеть. Правда.

Честно, Лена очень плохо помнила, что произошло в тот вечер. Хорошо она помнила только одно: этот тип – говнюк.

– Вы меня не обидели. Вы просто показали свое отношение к женщинам и детям. Можно пройти?

И она прошла мимо него.

Дима уже не отпугивал от нее кавалеров, она сама прекрасно с этим справлялась, когда была не в духе.

Аня как-то сказала ей:

– Может ты будешь помягче? А то что-то в последнее время совсем разошлась.

– Может и буду. Но не с этим придурком.

– Этот придурок, между прочим, зам одного из главных.

– Ага. Зам моего бывшего мужа. Я в курсе.

– Давай-ка не перегибай. А то пойдут сокращения да проверки. Оно нам надо?

– Бесит он меня.

– А ты не бесись. Соберись. И просто расслабься. Видно, что мужик не просто так сюда ходит.

– Вот именно. Еще один говнюк по мою душу. Хоть бы один нормальный рядом прошелся.

– Да ходят нормальные, ходят. Просто ты их не замечаешь.

– Ну-ну. Ты сейчас про кого?

Аня замолчала. А потом задумалась.

– Ладно, давай работать.

– То-то же! Ходят. Ага.

Лена уселась за стол и погрузилась в бумаги.

На следующий день Прицеп пришел с букетом.

– Елена, – он замялся и замолчал.

– Николаевна, – помогла ему Лена.

– Я бы все-таки хотел извиниться. Мне правда неловко. Я же не знал, что у вас ребенок.

– Прицеп вы имеете ввиду?

Он покраснел.

– Давайте уже закроем эту тему и забудем. Я дурак. Полный. И мне ужасно стыдно.

– Ладно, давайте сюда этот ваш букет. – Она взяла цветы. «Прицеп» немного расслабился и улыбнулся.

– Но я должна вас сразу предупредить. Чтобы потом не было для вас сюрпризом. Мой прицеп производства вашего начальника Олега Леонидовича. А я его бывшая жена. Так что сами понимаете, сложностей выше крыши. Лучше даже не пытаться за мной ухаживать, а выбрать сразу ту, кто с чистой биографией. И без прицепа, разумеется.

«Прицеп» стоял, вытаращив на нее глаза.

Анька, которая застыла возле двери выглядела, как шарик, из которого вот-вот выйдет весь воздух.

Наконец, «Прицеп» ожил:

– Ну надо же. Не знал.

– Я особо не афиширую, но теперь вы в курсе.

Мужчина долго и внимательно ее разглядывал, а потом вышел. Анька засмеялась, а Лена пробурчала:

– Ничего смешного. Сплошная трагедия. Еще один отвалился.

В обед к ним зашел Дима с булочками. Давно он им ничего не приносил.

– Что за праздник? – Спросил он, указав на цветы.

– У Лены кавалер нарисовался.

Лена молча перебирала бумаги.

– Кто такой? – С интересом спросил Дима.

– Артем Леонидович. – Сказала Аня, Дима хмыкнул, а Лена наконец-то узнала имя Прицепа.

***

Лена пригласила Аню в кафе. Олег как раз забрал Степку, и у нее образовался свободный вечер. Хотелось провести его приятно. Поэтому Лена позвала подругу, а та с радостью согласилась. Только они уселись за стол, как Анька начала жаловаться на мужа. У нее давно назревали проблемы в семье. Но они были хроническими и вялотекущими. Ничего менять Аня не стремилась. Но пожаловаться любила:

– Он занят чем угодно, но только не семьей. На ребенка никогда не найдет и пяти минут. Уткнется в телефон или засядет в туалет, и все. Можно не ждать. Вот твой бывший муж – такой молодец. Вечно со Степкой. Сколько раз в неделю приходит, семь? Хороший он у тебя, а ты глупая.

– Мой муж да, молодец. Он чтоб меня не напрягать, завел себе любовницу в свое время, пока я беременная была. Постоянно о нас заботился. Оберегал, так сказать.

– Ой, да ладно тебе, идеальных нет. Знаешь, давно бы уже простила его, и жили бы вместе. Сыну на радость. Вон, Димка наш, посмотри, простил же?

– Знаешь, сын сейчас имеет суперпапу и счастливую мать. Я думаю, он и так счастлив. Тем более, мы нормально общаемся с Олегом. Не враги.

– Это вы нормально общаетесь, пока у тебя мужика нет. А у него бабы. А потом начнется свистопляска, вот посмотришь. Сразу он на сына забьет и перекроет финансовый краник. А твой новый мужик начнет строить бедного мальчонку. И суперпапа, и супермама превратятся во врагов. Вот посмотришь, когда поваляться проблемы.

– Потом и посмотрю. Знаешь, я сейчас чувствую себя как никогда счастливо и спокойно. – Лена не обижалась на подругу за грубость, потому что знала, что это не со зла. Аня, как и ее мать, были уверены в том, что Олег заслуживает второй шанс. И ради ребенка надо его дать.

– Ну не знаю. Когда мой Ванька чуть не загулял, я к батюшке пошла. – продолжила Аня. – Чувствовала, что что-то страшное происходит. И у нас разговор был долгий, обстоятельный. Батюшка мне и сказал: измена – это грех, конечно. Причем страшный. Но любовь и покаяние искупают все. Простить можно и нужно, если человек потом изменится на корню, признает вину и переродится. Начнет новую жизнь.

– И что, твой Ванька переродился?

– Нет, но я тогда вовремя ему внушение сделала. Он ведь одумался. А твой Олег изменился. Это же видно.

– Знаешь, жалко, что мужики по батюшкам не бегают, когда чувствуют, что что-то страшное происходит. А чуть что, сразу по бабам.

Аня прыснула.

– Ну что с тобой делать?

– Ничего не делать. Понять и простить. Я себя чувствую прекрасно.

И это было правдой. Прошло немного времени и любовь к Диме начала исчезать. Его флер умного и надежного мужчины – испаряться. Лена начала замечать его ужасный смех и кривой зуб. Понемногу добрые чувства сменились раздражением. И это ее очень радовало. Она концентрировалась на этих чувствах. Боль уходила, оставляя пустое место. Тишину. А ей как никогда нужно было спокойствие. Только по ночам Лене еще снились его теплые объятия. И утром, после пробуждения в такие дни, она чувствовала себя разбитой.

***

– Олег, мне нужно с тобой поговорить. – Сказал Артем своему начальнику, с которым у него сложились очень добрые отношения. Они дружили по работе. Но на личные темы – никогда.

Олег кивнул:

– Что-то срочное, по договору?

– Нет, это касается твоей бывшей жены. Пойдем выпьем?

Рабочий день подходил к концу. Олег взял портфель, предупредил секретаря и кивнул Артему:

– Пойдем.

Они устроились за небольшим столиком в уютном ресторанчике, где было тихо и безлюдно.

Артем сразу заказал алкоголь и закуску. Олег напрягся как струна скрипки во время концерта. Он знал, что сейчас услышит что-то неприятное. С Леной у него было никак. Он находился в стадии полного отчаяния, потому что видел всю бесперспективность своих попыток вернуть жену. Он знал, что она его больше не любит. А это означало, что шансов у него нет.

–Ты хотел поговорить о Лене?

– Да. Как у вас?

– В смысле как у нас? Она моя бывшая жена. И у нас общий ребенок. Тебе зачем это?

–Ты знаешь, я случайно с ней познакомился. Давай выпьем?

Олег напрягся еще сильнее. Так, что пришлось расслабить узел галстука и расстегнуть верхнюю пуговицу.

– Давай.

– Олег. Ты ее любишь?

– Тебе какое дело?

– Да, собственно, она мне понравилась очень. Но я не знал, что это твоя жена. Прикинь, сидели за одним столом, и я в ее присутствии начал обсуждать разведенок с прицепом. Она мне потом так вставила, до сих пор стыдно. Как мальчишка потом извиняться ходил. Классная она. Быстро я поплыл. Прости, что так прямо говорю. Хотел просто прощупать. Вдруг у тебя уже кто-то есть и у меня будет шанс.

Олег залпом выпил рюмку и налил себе еще одну, не дожидаясь товарища. И опять выпил. Он не знал, что сказать. Его раздирали противоречивые чувства. Хотелось врезать по морде, разбить о его голову графин или заплакать, как мальчишка, ощущая всю свою беспомощность. Рассказать о том, что никому не говорил с момента развода. Кому? Своему сопернику? И он решился.

– Я такой дурак, Артем. Конченный. Я предал ее. Не просто предал, а убил нашу семью. Пока она со Степкой в роддоме, я … а, даже говорить не хочется. Такая я скотина. И ведь на что повелся. На ноги да сиськи. Ведь реально не любил, даже не чувствовал ничего. Кроме статусности своей. Дурак. Просто устал, голова кругом от беременности, от перемен, токсикоз этот вонючий, живот, до которого дотронуться страшно. Да что я себе оправдания ищу. Повелся как идиот, слабак. А она возьми и жене моей расскажи. Ленка чуть Степу не потеряла. А я вместо того, чтобы убить эту куру, я к ней поехал. Дурак. Какой дурааак. Я не знаю, что мной двигало. Но вот так вот. Когда все всплыло, я вместо того, чтобы в ноги упасть, права начал качать. Добил Лену окончательно, припугнул, что сына заберу. Конечно, я потом Милку в шею погнал. Но толку-то. Я просрал свою семью. Сам. Один просрал. Ты спрашиваешь есть ли у тебя шанс? Есть, хоть 100 шансов. Любое говно с обочины будет для нее лучше, чем я. Но я люблю ее. Я не знаю, как без нее жить. Не хочу, чтобы мой сын видел другого отца. Я хочу все вернуть. Но я не знаю, как. Я вообще ничего не знаю.

Олег выпил еще. У него горело все внутри. От осознания собственной подлости и беспомощности. Эмоции захлестывали его.

Артем налил себе и выпил, а потом выругался.

– Да. Именно так, —кивнул Олег. —Я не знаю, что делать.

–Я тебе знаешь, что скажу? Ну помимо того, что ты козел. Слушай! Когда попадаешь в аварию на машине, когда ее кидает на обочину, переворачивает. Ты ведь не будешь сидеть и стонать: не хочу, не могу. Ты как мужик выйдешь и будешь решать вопросы. Потому что кроме тебя никто не решит. Не хочет он, видите ли, другого отца своему ребенку! Так это в твоей власти. Быть хорошим отцом и достойным примером. Тогда другого и не будет. Отца. Это в твоей власти сохранять и оберегать ваши отношения, уважение и к матери своего ребенка. А знаешь, в чем уважение – в возможности принять любое наказание, исходящее от нее. Не давить. Не пережимать. Не пытаться манипулировать. Если ты ее любишь, то относись с уважением к любому ее решению. Если она тебя не любит, то прими это.

– Я не хочу принимать. Я хочу сделать, что угодно, только бы она вернулась.

– Ты хочешь вернуть ее как вещь. А потом что? Вернешь и по новой бить там, где больнее?

Олег молчал. Артем продолжил:

– Нет. Если любишь, то уважай. Отношения строятся на уважении. На доверии. На любви. А не на желании владеть кем-то. Отцом ты всегда будешь для своего сына. И твоя воля определять, каким именно отцом – хорошим или плохим. А мужем… это ей решать. На холодную голову. Дай ей то, что она просит. И цени ее выбор. Такая плата за предательство, друг. Ты не можешь диктовать условия. Ты можешь просто уважать ее выбор. А жизнь подскажет, быть вам вместе или нет.

– А ты?

– А что я?

– Ты будешь ее добиваться?

– Я твоей жене говорил в лицо про разведенок с прицепом. Поверь, мне кажется, я уже добился почти того же, чего и ты. Такое же дерьмо на обочине. Она меня не просто отшила, а с треском. Как ты мог такую упустить?

– Дурак. Я полный дурак.

– Да. И жить тебе с этим всю жизнь. Хотя… Я не лучше тебя.

Остаток вечера они просто пили. Почти молча. Каждый думал о своем.

***

– Слышала, у Димки скоро будет ребенок? Его жена беременна. Я встретила их в магазине, у нее живот уже на лоб лезет.

– Да? Замечательно. – Сказала Лена.

Ей было все равно. Голову занимали рабочие вопросы. А если уж думать о детях, то только о своем сыне.

– Что-то наш Димон молчит как рыба.

– Слушай, ну не будет же он бегать и кричать на каждом углу, что скоро станет папашей.

– Не будет. Но с нами на тусы продолжает ходить. Жена на сносях, а он по барам. Мы, кстати, сегодня тоже идем. Ты с нами?

– Отстань от человека. Это не наше дело. – Сказала Лена, но почему-то ей стало неприятно. Она вспомнила, как Дима осуждал ее мужа, когда узнал о ситуации с ее беременностью. – Я не пойду, уже находилась. Еле выжила.

– Да брось ты. Все равно было весело.

– Ага, я чуть копыта не откинула. Нет уж. Старая я. Как только муж тебя отпускает?

– Как-как. Спокойно отпускает. Я же его с мужиками на рыбалку отпускаю? А он меня – потанцевать. Он терпеть не может такие посиделки. А я отдыхаю. И потом неделю его мозг не трогаю.

– Я что-то совсем не хочу никуда. Устала. Нарежу себе салатик, покормлю Степку, посмотрю мультики и спать.

– А зря. Пора бы уже себе мужика найти, а не мультики смотреть.

– Слушай, я сейчас живу в полной гармонии с собой и сыном. Я счастлива как никогда. Одна. И вот нет у меня никакого желания бежать и искать того, кто усложнит мою жизнь.

– Это ты сейчас так говоришь. – Сказала Аня с видом эксперта. Лена улыбнулась. В экспертность подруги она не верила.

Лена смотрела телевизор, когда ей пришла смс:

«Я не могу тебя забыть. Ты самая лучшая на свете. Я хочу быть с тобой. Может быть мы сможем все вернуть и попробовать?»

У Лены началась тахикардия. Сердце бешено заколотилось. А к щекам прилила кровь. Ей стало трудно дышать.

Она сидела в темноте и думала об иронии судьбы. Когда-то ее муж ездил к другой, пока она ждала их сына.

Теперь Дима пишет ей. Пока его беременная жена наглаживает свой живот в ожидании чуда.

Слезы сами покатились по ее лицу. Она плакала и не могла остановиться. Жизнь дала ей шанс побыть на другой стороне баррикад. Стать той, кто может принести несчастье.

У нее есть выбор. У той женщины тоже был выбор, когда она взяла телефон и набрала ее номер.

У Димы был выбор, когда он отправил это смс.

У мужа тоже был выбор.

И Лена сделала свой: «Проваливай к черту», – написала она и выключила телефон.