Я решил вздремнуть часик посреди дня. Не хотелось упускать редкой возможности. К тому же я чувствовал, что вновь окажусь снова в своём глубинном бессознательном. Так оно и случилось, но предстало с немного другой удивительной стороны.

И снова вся вселенная окутала меня, при этом я осознал себя, уже телесно ощущая твердь под ногами. По моей воле появились заветные цифры, которые никак не изменились с прошлого раза. Моё развитие вновь остановилось, но я и не особо жалел об этом.

Сперва подумал, что здесь, в малоисследованно

Я решил вздремнуть часик посреди дня. Не хотелось упускать редкой возможности. К тому же я чувствовал, что вновь окажусь снова в своём глубинном бессознательном. Так оно и случилось, но предстало с немного другой удивительной стороны.

И снова вся вселенная окутала меня, при этом я осознал себя, уже телесно ощущая твердь под ногами. По моей воле появились заветные цифры, которые никак не изменились с прошлого раза. Моё развитие вновь остановилось, но я и не особо жалел об этом.

Сперва подумал, что здесь, в малоисследованной прослойке сна довольно красиво, а потом понял, что могу вести размышления без оглядки на время. Странное чувство, будто бы моё тело, оставшеея в материальном мире, передавало мне таймер, остановившийся где-то на получасе реального сна, а вот дух, оказавшийся здесь, и мысли летели с невероятной скоростью, минуя гораздо больше, чем час или даже два.

А подумать мне было о чём.

Неужели и правда старейшина Кайр и Доу спелись? Ходячая нежить, некогда презираемая всем Гордо вдруг начала получать от старейшины горцев посылки с книгами? При этом ведь я уверен, что книги те вовсе не о засолке огурцов и не о принципах стихосложения.

Между мной и Кайром давно появилось некоторое недоверие. Любой человек ощущал подобное чувство. Например, когда старые друзья или коллеги вдруг будто бы меняются в своём отношении к тебе, и вроде бы общение и обстоятельства остаются неизменными, но ты понимаешь, что на самом деле всё изменилось к худшему.

Я мог бы долго думать и о своих ошибках, и о поступках Лёхи, но нутром чуял, что суть крылась в корыстных интересах самого Кайра.

Этот старик при всём его стремлении помочь мне мог сделать всё что угодно, если это вдруг стало бы ему выгодно, его народу или совету старейшин. Точный выбор зависит уже оттого, что старику важнее, а вот этого наверняка я не знал. За кого он играет и за что? На первый взгляд, несомненно, за интересы своего народа. Однако мне, землянину со знаниями о сущности большинства так называемых политиков, поверить в подобное трудно. Мир может быть каким угодно, но обладающие властью люди везде примерно одинаковы. Ещё некоторое время я размышлял об архетипах политиков и к какому из них можно примерить самого Кайра. Конечно, во власти есть не только жадные до власти коварные люди, бывают там и наивные, самоотверженные, но оттого и самогубительные личности. Правда, Кайр в целом на роль наивного не проходил.

Я понял, что мне пора просыпаться. Если отныне мой сон работал именно так, то это гораздо круче, чем параноидальная слежка за цифрами собственных характеристик. Была бы у меня вечность на раздумья и возможность использовать это правильно…

Подремав и приободрившись, я отправился в гору. В одиночный подъём я мог позволить себе быстрый темп, от которого обычный человек, скорее всего, свалился бы с ног, не пробежав и половины пути. У меня получилось довольно сильно пропотеть. Уверен, что раньше с кольцом и полной поддержкой Сталрока на мне выступила бы лишь лёгкая испарина.

В Гордо меня пропустили без лишних вопросов. Удивительно, как быстро столица народа Саттин открыла для меня двери. Вряд ли это навсегда, но нужно пользоваться, пока есть возможность. Мне так хотелось изучить город, обойти все улочки и площади, переговорить со многими местными. Но где найти на всё это время?

Стражники на входе глядели на меня спокойнее, чем когда-либо, и даже не уточняли цель визита, а один из них и вовсе кивнул мне как старому знакомому.

Мне нужно найти площадь и то двухэтажное зелёное здание. Я искал питейное заведение, название которого даже не знал. Задача оказалась не из простых. Без спешки, делая вид, что просто гуляю, я поначалу шёл, как мне казалось, по знакомому маршруту и даже думал, насколько хорошая у меня память, пока не понял, что свернул не туда и попросту заблудился.

Пришлось беспокоить случайного прохожего, коим оказался высокий, полноватый почтенных лет господин. На нём была куртка, напоминающая вычурную дублёнку, наружу торчал густой идеально выделанный мех, длинные полы покачивались при ходьбе, а высокий воротник почти касался округлых щёк.

И всё же горцы привыкли жить в достатке, даже в полной изоляции, так ещё и с чувством гордости, независимости и свободы. Как бы парадоксально это ни звучало. Был бы я культурным исследователем, то осел бы, наверное, здесь в Гордо и писал труды на тему различных загадок цивилизации, навроде такого вопроса… А как кормится столь изолированное общество, не имея по сути никакого сельского хозяйства? Откуда мне знать?

— Чужак? Ты что-то хотел? — обратился ко мне горец после того, как я с глупой улыбкой перегородил ему путь.

Он оказался не очень вежлив.

— Простите, хотел узнать, как мне пройти до заведения, где разливают крепкие напитки.

— Таких заведений у нас несколько, — усмехнулся местный и с гордостью начал перечислять. — Если прямо-таки очень крепкие напитки, то это Старуха прямо по этой улице до тупика. Если не сильно крепкие, но с азартными играми, то тебе нужно развернуться и идти к входу в город, откуда ты и пришёл, а там стража тебе подскажет или сам поймёшь по вывеске с цветком, заведение называется Кольм. А может быть, ты про самый известный кабак в Гордо, про Снежинку?

— Да! Точно. Меня там угостили напитком, который так и назывался.

— Это тебя Кут угостил? Ну и неудивительно, никто так не любит в этом городе чужаков, как полоумный старейшина Кут.

— Что? — переспросил я, но не оттого, что плохо расслышал, а оттого, что сразу и не понял. — Вы сказали, старейшина? За стойкой?

— А ты не знал? Кут сам себе на уме. Кто-то ставит его выше самого Кайра, но, как по мне, он полоумный. Вместо того чтобы заниматься тем, чем положено, он сидит себе в Снежинке и разливает алкоголь гражданам. Называет себя скромным застольником, хотя все знают, что он там и заправляет.

— Вы назвали его полоумным. Я думал, горцы не позволяют себе такого, говоря о старейшинах…

— Может, и так, обычные горцы и не позволяют, а я управляющий городской казной, так что хватит тратить моё время и можешь передать Куту пару ласковых от управляющего Скармера.

На этих словах управляющий казной Скармер в своей роскошной дублёнке пошёл дальше, вынудив меня уступить дорогу и буквально отскочить, иначе бы раскатал он меня по улице не хуже катка.

Подсказки Скармера помогли мне выйти в знакомые места. Я потратил не более получаса и нашёл нужную площадь. А ведь у местного кабака с зелёным фасадом всё же была вывеска, просто очень неприметная, больше похожая на те мраморные мемориальные таблички из моего родного мира, рассказывающие о какой-то известной личности или событии. Наверное, там написано название, и я бы прочитал, разбирайся в этой письменности хоть немного.

Я толкнул дверь и вошёл внутрь. Всё почти что, как и в тот день: коридорчик с охраной, затем просторный зал и разрозненные столики. За столиками чуть меньше людей, чем в прошлый раз, оттого и меньше шума, да и сцена пустовала.

К моему разочарованию и удивлению за стойкой никого не было. Лысый горец, когда-то назвавшийся скромным застольником, а на деле оказавшийся тем самым старейшиной, чьё место постоянно пустовало на совете, судя по всему, любил пропадать в самый неподходящий момент.

Я подошёл ближе. Потухшие лампы и начисто протёртая столешница как бы говорили о том, что сегодня здесь не наливают. Неужто Кут решил взять отпуск или, наконец, заняться делами своего народа?

— Степан, верно? — послышался незнакомый голос за спиной.

Я обернулся и увидел одного из охранников заведения, рефлекторно кивнул ему.

— Старейшина Кут сказал, что вы будете его искать, и просил передать вам это, — он протянул мне бежевый конверт, коротко кивнул и будто поторапливаясь скрылся в одной из комнат заведения.

Что за…

В конверте оказалось письмо, причём на малфортской куда более понятной для меня письменности:

«Знаю, что остальные против, но не я. Дарю тебе пропуск и указываю путь. Тебя будут ждать».

Чуть ниже письма был аккуратный рисунок, по сути, небольшая карта направления, отправной точкой которой служила Снежинка. А вот что в финале? То, что мне нужно? Но как Кут об этом узнал?

Следуя карте, которую передал Кут, я легко нашёл нужное место. Трудно ошибиться, завидев такое издалека. В конце улицы в тупике на фоне гор возвышался ученический дом, комплекс из светлого камня, скрывающий за могучим фасадом, возможно, целый район. По крайней мере, очертания зданий позади и множество печных труб намекали на это.

Три соединённых между собой пятиэтажных корпуса образовывали просторный внутренний двор перед парадным входом. Территорию не ограждал забор, была одна лишь высокая узорчатая арка, указывающая на центральный проход, хотя со двора вели и другие выложенные плиткой тропы.

Фасад выглядел суровым, но достойным с умеренным количеством различных архитектурных украшательств, в коих я мало что смыслил. Ученический дом строили на века, вот что можно понять, даже не разбираясь в архитектуре.

С наступлением вечера золотистые лучи скрывающегося в горах солнца скользили по каменной кладке, окрашивая её в приятные медовые оттенки. К тому времени, как я подошёл к арке, внутренний двор наполнился движением. Из корпуса небольшими группами выходили ученики, на ходу они набрасывали поверх разной одежды одинаковые бежевые плащи. Ученики негромко общались между собой, был слышен смех, и всё это превращалось в общий гул, навевающий мне воспоминания о собственной школе и студенчестве, которое я по воле судьбы так и не смог закончить.

Я пошёл навстречу потоку, и никто не обращал на меня внимания. Меня удивило то, что далеко не все из них выглядели юными. Полно было мужчин и женщин зрелого возраста, и даже пара стариков. Может быть, в толпе учеников затерялись и учителя, которые по некой традиции носили такие же плащи. Однако интуиция мне подсказывала, что в этом ученическом доме возраст значил куда меньше, чем желание учиться и предрасположенность к определённым знаниям.

Когда поток людей начал редеть, я обошёл корпус, как это было показано на схеме от Кута. Задний двор, куда более скромный, украшал сад из раскидистых деревьев. Фасад здания с этой стороны выглядел поскромнее, хотя и имел больше окон. На пути мне попалась деревянная бочка с водой, покрывшейся тонкой ледяной коркой, и странная конструкция из деревянных досок, похожая на уличную бельевую сушилку. Правда, сушилось здесь не бельё, а пучки каких-то трав, хотя скорее даже не сушились, а… Мариновались? Кажется, они были все в какой-то приправе и вовсе не выглядели сухими, а наоборот вымоченными.

С осторожностью я миновал странную конструкцию, от которой ещё и сильно разило знакомыми мне ещё с земной жизни специями. В центре сада увидел беседку. Меня и правда ждали.

Анна обернулась, будто почувствовал моё приближение, хотя я шёл очень тихо. Заметив меня, девушка несколько секунд стояла неподвижно, а затем спустилась по трём деревянным ступенькам и спешно пошла навстречу. Одета она была в такой же ученический бежевый плащ, лицо взволнованное и удивлённое.

— Ты… — тихо сказала она, подойдя ближе. — Я не ожидала, что это будешь ты.

Сказала она это так странно, поначалу даже показалось, что мне не рады, однако её глаза сияли. Ещё секунды, мы сблизились, я притянул её к себе и обнял, а затем отнял от себя, чтобы посмотреть в глаза. Анну переполняла радость, сейчас она выглядела живой, хотя что-то заставляло её себя сдерживать.

— Кого же ты ждала? — спросил я улыбнувшись.

— Директор сказал, что меня ждёт важный разговор, и передал письмо. Я думал, что будет кто-то из старейшин.

— Например, старейшина Кут?

— Что ты… Откуда ты про него знаешь? Даже местные мало что знают про него.

— Это всё он устроил, — сказал я и показал ей раскрытое письмо.

— Но почему? Как ты вообще его нашёл? Хотя какая разница. Ты скучал по мне? — она прямо-таки засыпала меня вопросами.

— Да, — не думая и секунды, ответил я. — Но я старался вытравливать из себя это чувство, как и многие другие. Если честно, с такой жизнью я, возможно, и не пришёл бы к тебе, если бы мне не понадобилась твоя помощь. Если бы я не понял, что больше некому мне помочь. Но это не значит, что я не скучал и не хотел увидеться.

— Я тоже скучала, но старейшины против нашего с тобой общения. Потому мне даже пришлось приукрасить этот запрет, когда рассказывала тебе. Странно, что Кут тебя сюда привёл. Расскажешь, что случилось? Пойдём в беседку, там есть лавочка. Если сам Кут одобрил нашу встречу, нам теперь не о чем беспокоиться.

— Что ты знаешь про этого Кута? — спросил я, пока мы направлялись под деревянный свод.

— Он отошёл от дел, якобы. Но по законам горцев это невозможно. Говорят, что он старее самого Кайра, хотя и выглядит сильно моложе. Я слышала, что он сильнее остальных старейшин и изначально должен был стать верховным правителем у горцев, возродить древнюю традицию. А некоторые впечатлительные ученики распространяют слухи, что мол, он им и был когда-то в древности и лет ему не меньше тысячи.

— Вот уж и в такое готов поверить после всего, — усмехнулся я.

— Как там Нагорье?

— Люди в последнее время всё больше разочаровываются во мне, видимо, многие думали, что я поскачу в одиночестве со своим мечом наперевес в самое сердце демонического логова и сражусь там с королём демонов. Они не понимают, что рубить бестолковых рогатых направо и налево — это одно. А вот победить в войне, где у врага есть воины и покрепче меня. Или может быть я и вовсе никакой не воин, а просто человек со сказочным везением… Но одного везения недостаточно, это я знал всегда.

— Что это? — Анна спросила, коснувшись моей руки, про которую я уже начал забывать, и ахнула от удивления.

— Это последствия моей встречи как раз таки с настоящими воинами. Долго рассказывать, но я постараюсь.

— Старейшина Нора сказала, что Кайр заказал для тебя некую лечебную настойку. Ты болеешь?

— И про это расскажу. Может, и болею, но не серьёзно, а сейчас чувствую себя и вовсе замечательно.

— Хорошо, тогда давай говори, чем я тебе могу помочь сейчас?

Я достал из-за пояса два сложенных листа и протянул ей.

— Посмотри. Клянусь, это последние на сегодня бумаги от меня, на которые тебе нужно взглянуть.

Анна осторожно взяла листы и сначала изучила письмо, а затем переключилась на перерисованные мною символы.

Её лицо ожидаемо наполнилось тревогой.

— Где ты это взял? — тихо спросила она.

— У Доу. Точнее у меня, но пока что он оккупировал мой домик… А вот эти символы я срисовал со странного камня, который не решился забрать. Доу хранит камешек в наволочке подушки, не слишком изыскано, при этом очень подозрительно.

Она ещё раз посмотрел на оба листа, выложила их перед собой на лавку, подняла взгляд.

— Эти символы хорошо описаны в одной из наших базовых дисциплин. Их изучают многие ученики… хотя обычно только теоретически. Это стоит знать, но точно не стоит использовать. Базовые конструкции, которые слишком сильны, чтобы ими могли управлять слабые люди. Эти базисы лежат в основе многих магических ритуалов, отсюда и название, но маги обычно используют лишь их производные, такие отдалённые тени или скорее эхо куда более сильной магии. Здесь нет никаких запретных знаний, однако по комбинации можно понять, что задумывает маг. Камень лишь основа, очень мощная, судя по всему, основа, которая должна ещё напитаться силой. Понятно, почему Доу не носит его с собой и хранит под подушкой. Таскать такую вещь в кармане опасно. Удивительно, что ты касался его и при этом ничего не почувствовал. Может быть, он ещё не заряжен? Ты перерисовал символы в строгом порядке?

— Если честно, нет. Я просто хотел узнать их значение. Видишь ли…

И мне пришлось всё же отнять у девушки целый час, чтобы пересказать всё произошедшее с тех пор, как мы с ней виделись в последний раз. В первую очередь, чтобы утолить её любопытство и уже во вторую, чтобы подвести к моему недоверию старейшине Кайру. Старик и Доу спелись, я уверен в этом.

Анна была не слишком удивлена.

— Кайр строг, честолюбив и стремится к большей власти. А ещё он старается всячески скрывать свои истинные качества, но при этом все знаю про его скрытые желания и обсуждают за его спиной. Понять бы, что он задумал, если уж решил помогать этому Доу. Я бы могла примерно понять ритуал, будь у меня все символы, даже независимо от их порядка.

— Был ещё один, я смогу его нарисовать, но очень отдалённо. Он сложнее остальных, я поэтому даже не стал его перерисовывать. Могу передать общие очертания. Поймёшь?

— Давай попробуем.

Под рукой не было ничего, чем можно было рисовать, но Анна с улыбкой достала из внутреннего кармана плаща самый настоящий карандаш, немного толще привычных мне, но с хорошо заточенным грифелем.

— Ого, и много при тебе принадлежностей?

В ответ девушка лишь загадочно улыбнулась.

Я набросал корявый рисунок, сильно напоминающий лилию. Да чего уж там, именно лилию я и нарисовал, хотя тот символ явно означал нечто другое, но без такой ассоциации я бы и не запомнил недостающего знака.

Анна смотрела на лилию заворожённо и что-то обдумывала.

— Ты уже поняла в чём дело?

— Есть только два ритуала, которые подошли бы под использование этих базисов. Но только в теории. Как я уже говорила, во всём мире не найдётся такого мага, который осилил бы подобное.

— Два ритуала? Уже не так плохо, не десять. Можно даже погадать…

— Это либо ритуал очень мощной ловушки для духовной сущности, либо же ритуал высвобождения.

Я тихо присвистнул.

— Всё одновременно и логично, и непонятно. Если это ловушка, то она может быть создана для короля демонов. Тогда не о чём беспокоится. Кайр и Доу просто придумали запасной план, они на правильной стороне. Если высвобождение… Я не знаю, а кого можно высвободить?

— Всё же ловушка выглядит здесь куда более подходящей, — неуверенно сказала Анна, пожимая плечами. — Но если мы предположим даже в самых скромных фантазиях, насколько силён этот король демонов, то такой ритуал становится ещё более невозможным.

— Почему?

— Потребуется частичка его души или плоти. А сама сила ритуального артефакта и мага не соответствует тому, что сейчас есть у горцев или в Малфорте. Да и сам Доу не обладает такими силами. Странно это. А что, если… — Анна вдруг замолчала и обеспокоенно посмотрела мне прямо в глаза. — А если они снова хотят обуздать твою удачу? Что, если эта ловушка для тебя?

Я бы соврал, если бы сказал, что сам не подумал о таком. Но мне не хотелось углубляться так далеко, проще просто пойти и спросить напрямую у Кайра и, если всё подтвердиться просто сражаться, пытаться выжить.

— Плевать. На это уж точно. Много кто уже пытался, да ничего не вышло. Подозрительно, конечно, что они ничего мне не говорят и что-то готовят между собой. Так себе у них союз. Послушай, у меня идея. — Меня вдруг осенило. — Но неужели нет никакой практической возможности обуздать столь сильный ритуал? Если Кайр и Доу его готовят, они нашли способ управления этими… Базисами? Что, если нам добыть частичку короля демонов? Создать для него ловушку? Это уже что-то, учитывая, что мы не знаем, смертен ли он вообще и отчего смертен.

— Может быть, ты и прав, но я не знаю таких способов. Да и где ты найдёшь его частичку?

— В мой первый день в этом мире. Помнишь ту бойню в храме забытого бога? Когда Артур ранил короля демонов? Что, если там под сводами ещё что-то осталось? Хотя его тело превратилось в дым…

Наш разговор прервали тихие хлопки в ладоши. Я резко обернулся и, к своему удивлению, увидел около беседки лысую голову старейшины Кута, он же скромный застольник. Анна, обернувшись следом, ахнула и подскочила с лавки.

— Вы очень умны и догадливы, Степан, сами пришли к весьма интересным выводам.

— Или меня привели к ним вы, — с некоторым осуждением и недоверием сказал я.

— Вовсе нет. Я наблюдатель, но не кукловод. Однако долго смотреть со стороны на беспредел, творящийся вокруг, я не могу.

— Тогда может уже объясните, что происходит? Почему помогли мне, почему притворяетесь застольником и не заседаете в совете. Что там задумал ваш друг Кайр.

— Он мне не друг, — ответил Кут с некоторым отвращением, даже поморщился. — Вы правы в своих выводах, простите, что подслушивал. Однако никаких частей короля демонов искать в храме забытого бога подле Малфорта столицы славного королевства Малфорт не стоит. Там ничего нет, я уже был там и проверил.

— Ага, значит, схема с ловушкой вполне себе рабочая и вы над ней трудитесь? Совместно с Кайром и Доу.

— Хватит о них, они предатели и гнойники, — уже с откровенной неприязнью сказал Кут. — Они строят заговор против меня и против вас, против всего народа. Но ни не представляют, насколько жалки их попытки. Послушайте, времени мало. Есть только один способ заполучить частичку этого проклятого демона, и вы, Степан, знаете о чём я. Заполучить быстро и немедля, покончить как можно скорее, пока фронт, удерживаемый воинами Мантикора, не рухнул.

— Ваша святыня, которая перемещает куда угодно?

— Верно.

— И вы предлагаете свою помощь и поддержку как старейшины, а также разрешение…

— Всё так.

Я посмотрел на Анну, и без лишних слов было ясно, что она прекрасно понимает, о чём идёт речь. Видно было, что она уже испугалась за меня. Я бы соврал ей, сказав, что сам ни капельки не боюсь.

— Старейшина Кут, а как же насчёт ритуала и магической силы?

— Это уже моя проблема. Выход есть, и Анна поможет мне в этом.

— И после всех подковёрных заговоров я могу довериться вам? Я вижу вас второй раз в жизни.

— Давай я поговорю при тебе с Анной, она многое знает и в очень многом разбирается, у неё настоящий дар. Она поймёт, что моя задумка сработает, пусть она и рассудит, прав я или нет. Ты же решишь, стоит ли мне доверять и прыгать в самое пекло ради этой затеи.

— Тогда по рукам, пока что. — Я протянул руку старейшине Куту, и, хотя здесь в горах такой жест не встречался, тот понял меня без лишних объяснений и крепко пожал руку в ответ.

й прослойке сна довольно красиво, а потом понял, что могу вести размышления без оглядки на время. Странное чувство, будто бы моё тело, оставшеея в материальном мире, передавало мне таймер, остановившийся где-то на получасе реального сна, а вот дух, оказавшийся здесь, и мысли летели с невероятной скоростью, минуя гораздо больше, чем час или даже два.

А подумать мне было о чём.

Неужели и правда старейшина Кайр и Доу спелись? Ходячая нежить, некогда презираемая всем Гордо вдруг начала получать от старейшины горцев посылки с книгами? При этом ведь я уверен, что книги те вовсе не о засолке огурцов и не о принципах стихосложения.

Между мной и Кайром давно появилось некоторое недоверие. Любой человек ощущал подобное чувство. Например, когда старые друзья или коллеги вдруг будто бы меняются в своём отношении к тебе, и вроде бы общение и обстоятельства остаются неизменными, но ты понимаешь, что на самом деле всё изменилось к худшему.

Я мог бы долго думать и о своих ошибках, и о поступках Лёхи, но нутром чуял, что суть крылась в корыстных интересах самого Кайра.

Этот старик при всём его стремлении помочь мне мог сделать всё что угодно, если это вдруг стало бы ему выгодно, его народу или совету старейшин. Точный выбор зависит уже оттого, что старику важнее, а вот этого наверняка я не знал. За кого он играет и за что? На первый взгляд, несомненно, за интересы своего народа. Однако мне, землянину со знаниями о сущности большинства так называемых политиков, поверить в подобное трудно. Мир может быть каким угодно, но обладающие властью люди везде примерно одинаковы. Ещё некоторое время я размышлял об архетипах политиков и к какому из них можно примерить самого Кайра. Конечно, во власти есть не только жадные до власти коварные люди, бывают там и наивные, самоотверженные, но оттого и самогубительные личности. Правда, Кайр в целом на роль наивного не проходил.

Я понял, что мне пора просыпаться. Если отныне мой сон работал именно так, то это гораздо круче, чем параноидальная слежка за цифрами собственных характеристик. Была бы у меня вечность на раздумья и возможность использовать это правильно…

Подремав и приободрившись, я отправился в гору. В одиночный подъём я мог позволить себе быстрый темп, от которого обычный человек, скорее всего, свалился бы с ног, не пробежав и половины пути. У меня получилось довольно сильно пропотеть. Уверен, что раньше с кольцом и полной поддержкой Сталрока на мне выступила бы лишь лёгкая испарина.

В Гордо меня пропустили без лишних вопросов. Удивительно, как быстро столица народа Саттин открыла для меня двери. Вряд ли это навсегда, но нужно пользоваться, пока есть возможность. Мне так хотелось изучить город, обойти все улочки и площади, переговорить со многими местными. Но где найти на всё это время?

Стражники на входе глядели на меня спокойнее, чем когда-либо, и даже не уточняли цель визита, а один из них и вовсе кивнул мне как старому знакомому.

Мне нужно найти площадь и то двухэтажное зелёное здание. Я искал питейное заведение, название которого даже не знал. Задача оказалась не из простых. Без спешки, делая вид, что просто гуляю, я поначалу шёл, как мне казалось, по знакомому маршруту и даже думал, насколько хорошая у меня память, пока не понял, что свернул не туда и попросту заблудился.

Пришлось беспокоить случайного прохожего, коим оказался высокий, полноватый почтенных лет господин. На нём была куртка, напоминающая вычурную дублёнку, наружу торчал густой идеально выделанный мех, длинные полы покачивались при ходьбе, а высокий воротник почти касался округлых щёк.

И всё же горцы привыкли жить в достатке, даже в полной изоляции, так ещё и с чувством гордости, независимости и свободы. Как бы парадоксально это ни звучало. Был бы я культурным исследователем, то осел бы, наверное, здесь в Гордо и писал труды на тему различных загадок цивилизации, навроде такого вопроса… А как кормится столь изолированное общество, не имея по сути никакого сельского хозяйства? Откуда мне знать?

— Чужак? Ты что-то хотел? — обратился ко мне горец после того, как я с глупой улыбкой перегородил ему путь.

Он оказался не очень вежлив.

— Простите, хотел узнать, как мне пройти до заведения, где разливают крепкие напитки.

— Таких заведений у нас несколько, — усмехнулся местный и с гордостью начал перечислять. — Если прямо-таки очень крепкие напитки, то это Старуха прямо по этой улице до тупика. Если не сильно крепкие, но с азартными играми, то тебе нужно развернуться и идти к входу в город, откуда ты и пришёл, а там стража тебе подскажет или сам поймёшь по вывеске с цветком, заведение называется Кольм. А может быть, ты про самый известный кабак в Гордо, про Снежинку?

— Да! Точно. Меня там угостили напитком, который так и назывался.

— Это тебя Кут угостил? Ну и неудивительно, никто так не любит в этом городе чужаков, как полоумный старейшина Кут.

— Что? — переспросил я, но не оттого, что плохо расслышал, а оттого, что сразу и не понял. — Вы сказали, старейшина? За стойкой?

— А ты не знал? Кут сам себе на уме. Кто-то ставит его выше самого Кайра, но, как по мне, он полоумный. Вместо того чтобы заниматься тем, чем положено, он сидит себе в Снежинке и разливает алкоголь гражданам. Называет себя скромным застольником, хотя все знают, что он там и заправляет.

— Вы назвали его полоумным. Я думал, горцы не позволяют себе такого, говоря о старейшинах…

— Может, и так, обычные горцы и не позволяют, а я управляющий городской казной, так что хватит тратить моё время и можешь передать Куту пару ласковых от управляющего Скармера.

На этих словах управляющий казной Скармер в своей роскошной дублёнке пошёл дальше, вынудив меня уступить дорогу и буквально отскочить, иначе бы раскатал он меня по улице не хуже катка.

Подсказки Скармера помогли мне выйти в знакомые места. Я потратил не более получаса и нашёл нужную площадь. А ведь у местного кабака с зелёным фасадом всё же была вывеска, просто очень неприметная, больше похожая на те мраморные мемориальные таблички из моего родного мира, рассказывающие о какой-то известной личности или событии. Наверное, там написано название, и я бы прочитал, разбирайся в этой письменности хоть немного.

Я толкнул дверь и вошёл внутрь. Всё почти что, как и в тот день: коридорчик с охраной, затем просторный зал и разрозненные столики. За столиками чуть меньше людей, чем в прошлый раз, оттого и меньше шума, да и сцена пустовала.

К моему разочарованию и удивлению за стойкой никого не было. Лысый горец, когда-то назвавшийся скромным застольником, а на деле оказавшийся тем самым старейшиной, чьё место постоянно пустовало на совете, судя по всему, любил пропадать в самый неподходящий момент.

Я подошёл ближе. Потухшие лампы и начисто протёртая столешница как бы говорили о том, что сегодня здесь не наливают. Неужто Кут решил взять отпуск или, наконец, заняться делами своего народа?

— Степан, верно? — послышался незнакомый голос за спиной.

Я обернулся и увидел одного из охранников заведения, рефлекторно кивнул ему.

— Старейшина Кут сказал, что вы будете его искать, и просил передать вам это, — он протянул мне бежевый конверт, коротко кивнул и будто поторапливаясь скрылся в одной из комнат заведения.

Что за…

В конверте оказалось письмо, причём на малфортской куда более понятной для меня письменности:

«Знаю, что остальные против, но не я. Дарю тебе пропуск и указываю путь. Тебя будут ждать».

Чуть ниже письма был аккуратный рисунок, по сути, небольшая карта направления, отправной точкой которой служила Снежинка. А вот что в финале? То, что мне нужно? Но как Кут об этом узнал?

Следуя карте, которую передал Кут, я легко нашёл нужное место. Трудно ошибиться, завидев такое издалека. В конце улицы в тупике на фоне гор возвышался ученический дом, комплекс из светлого камня, скрывающий за могучим фасадом, возможно, целый район. По крайней мере, очертания зданий позади и множество печных труб намекали на это.

Три соединённых между собой пятиэтажных корпуса образовывали просторный внутренний двор перед парадным входом. Территорию не ограждал забор, была одна лишь высокая узорчатая арка, указывающая на центральный проход, хотя со двора вели и другие выложенные плиткой тропы.

Фасад выглядел суровым, но достойным с умеренным количеством различных архитектурных украшательств, в коих я мало что смыслил. Ученический дом строили на века, вот что можно понять, даже не разбираясь в архитектуре.

С наступлением вечера золотистые лучи скрывающегося в горах солнца скользили по каменной кладке, окрашивая её в приятные медовые оттенки. К тому времени, как я подошёл к арке, внутренний двор наполнился движением. Из корпуса небольшими группами выходили ученики, на ходу они набрасывали поверх разной одежды одинаковые бежевые плащи. Ученики негромко общались между собой, был слышен смех, и всё это превращалось в общий гул, навевающий мне воспоминания о собственной школе и студенчестве, которое я по воле судьбы так и не смог закончить.

Я пошёл навстречу потоку, и никто не обращал на меня внимания. Меня удивило то, что далеко не все из них выглядели юными. Полно было мужчин и женщин зрелого возраста, и даже пара стариков. Может быть, в толпе учеников затерялись и учителя, которые по некой традиции носили такие же плащи. Однако интуиция мне подсказывала, что в этом ученическом доме возраст значил куда меньше, чем желание учиться и предрасположенность к определённым знаниям.

Когда поток людей начал редеть, я обошёл корпус, как это было показано на схеме от Кута. Задний двор, куда более скромный, украшал сад из раскидистых деревьев. Фасад здания с этой стороны выглядел поскромнее, хотя и имел больше окон. На пути мне попалась деревянная бочка с водой, покрывшейся тонкой ледяной коркой, и странная конструкция из деревянных досок, похожая на уличную бельевую сушилку. Правда, сушилось здесь не бельё, а пучки каких-то трав, хотя скорее даже не сушились, а… Мариновались? Кажется, они были все в какой-то приправе и вовсе не выглядели сухими, а наоборот вымоченными.

С осторожностью я миновал странную конструкцию, от которой ещё и сильно разило знакомыми мне ещё с земной жизни специями. В центре сада увидел беседку. Меня и правда ждали.

Анна обернулась, будто почувствовал моё приближение, хотя я шёл очень тихо. Заметив меня, девушка несколько секунд стояла неподвижно, а затем спустилась по трём деревянным ступенькам и спешно пошла навстречу. Одета она была в такой же ученический бежевый плащ, лицо взволнованное и удивлённое.

— Ты… — тихо сказала она, подойдя ближе. — Я не ожидала, что это будешь ты.

Сказала она это так странно, поначалу даже показалось, что мне не рады, однако её глаза сияли. Ещё секунды, мы сблизились, я притянул её к себе и обнял, а затем отнял от себя, чтобы посмотреть в глаза. Анну переполняла радость, сейчас она выглядела живой, хотя что-то заставляло её себя сдерживать.

— Кого же ты ждала? — спросил я улыбнувшись.

— Директор сказал, что меня ждёт важный разговор, и передал письмо. Я думал, что будет кто-то из старейшин.

— Например, старейшина Кут?

— Что ты… Откуда ты про него знаешь? Даже местные мало что знают про него.

— Это всё он устроил, — сказал я и показал ей раскрытое письмо.

— Но почему? Как ты вообще его нашёл? Хотя какая разница. Ты скучал по мне? — она прямо-таки засыпала меня вопросами.

— Да, — не думая и секунды, ответил я. — Но я старался вытравливать из себя это чувство, как и многие другие. Если честно, с такой жизнью я, возможно, и не пришёл бы к тебе, если бы мне не понадобилась твоя помощь. Если бы я не понял, что больше некому мне помочь. Но это не значит, что я не скучал и не хотел увидеться.

— Я тоже скучала, но старейшины против нашего с тобой общения. Потому мне даже пришлось приукрасить этот запрет, когда рассказывала тебе. Странно, что Кут тебя сюда привёл. Расскажешь, что случилось? Пойдём в беседку, там есть лавочка. Если сам Кут одобрил нашу встречу, нам теперь не о чем беспокоиться.

— Что ты знаешь про этого Кута? — спросил я, пока мы направлялись под деревянный свод.

— Он отошёл от дел, якобы. Но по законам горцев это невозможно. Говорят, что он старее самого Кайра, хотя и выглядит сильно моложе. Я слышала, что он сильнее остальных старейшин и изначально должен был стать верховным правителем у горцев, возродить древнюю традицию. А некоторые впечатлительные ученики распространяют слухи, что мол, он им и был когда-то в древности и лет ему не меньше тысячи.

— Вот уж и в такое готов поверить после всего, — усмехнулся я.

— Как там Нагорье?

— Люди в последнее время всё больше разочаровываются во мне, видимо, многие думали, что я поскачу в одиночестве со своим мечом наперевес в самое сердце демонического логова и сражусь там с королём демонов. Они не понимают, что рубить бестолковых рогатых направо и налево — это одно. А вот победить в войне, где у врага есть воины и покрепче меня. Или может быть я и вовсе никакой не воин, а просто человек со сказочным везением… Но одного везения недостаточно, это я знал всегда.

— Что это? — Анна спросила, коснувшись моей руки, про которую я уже начал забывать, и ахнула от удивления.

— Это последствия моей встречи как раз таки с настоящими воинами. Долго рассказывать, но я постараюсь.

— Старейшина Нора сказала, что Кайр заказал для тебя некую лечебную настойку. Ты болеешь?

— И про это расскажу. Может, и болею, но не серьёзно, а сейчас чувствую себя и вовсе замечательно.

— Хорошо, тогда давай говори, чем я тебе могу помочь сейчас?

Я достал из-за пояса два сложенных листа и протянул ей.

— Посмотри. Клянусь, это последние на сегодня бумаги от меня, на которые тебе нужно взглянуть.

Анна осторожно взяла листы и сначала изучила письмо, а затем переключилась на перерисованные мною символы.

Её лицо ожидаемо наполнилось тревогой.

— Где ты это взял? — тихо спросила она.

— У Доу. Точнее у меня, но пока что он оккупировал мой домик… А вот эти символы я срисовал со странного камня, который не решился забрать. Доу хранит камешек в наволочке подушки, не слишком изыскано, при этом очень подозрительно.

Она ещё раз посмотрел на оба листа, выложила их перед собой на лавку, подняла взгляд.

— Эти символы хорошо описаны в одной из наших базовых дисциплин. Их изучают многие ученики… хотя обычно только теоретически. Это стоит знать, но точно не стоит использовать. Базовые конструкции, которые слишком сильны, чтобы ими могли управлять слабые люди. Эти базисы лежат в основе многих магических ритуалов, отсюда и название, но маги обычно используют лишь их производные, такие отдалённые тени или скорее эхо куда более сильной магии. Здесь нет никаких запретных знаний, однако по комбинации можно понять, что задумывает маг. Камень лишь основа, очень мощная, судя по всему, основа, которая должна ещё напитаться силой. Понятно, почему Доу не носит его с собой и хранит под подушкой. Таскать такую вещь в кармане опасно. Удивительно, что ты касался его и при этом ничего не почувствовал. Может быть, он ещё не заряжен? Ты перерисовал символы в строгом порядке?

— Если честно, нет. Я просто хотел узнать их значение. Видишь ли…

И мне пришлось всё же отнять у девушки целый час, чтобы пересказать всё произошедшее с тех пор, как мы с ней виделись в последний раз. В первую очередь, чтобы утолить её любопытство и уже во вторую, чтобы подвести к моему недоверию старейшине Кайру. Старик и Доу спелись, я уверен в этом.

Анна была не слишком удивлена.

— Кайр строг, честолюбив и стремится к большей власти. А ещё он старается всячески скрывать свои истинные качества, но при этом все знаю про его скрытые желания и обсуждают за его спиной. Понять бы, что он задумал, если уж решил помогать этому Доу. Я бы могла примерно понять ритуал, будь у меня все символы, даже независимо от их порядка.

— Был ещё один, я смогу его нарисовать, но очень отдалённо. Он сложнее остальных, я поэтому даже не стал его перерисовывать. Могу передать общие очертания. Поймёшь?

— Давай попробуем.

Под рукой не было ничего, чем можно было рисовать, но Анна с улыбкой достала из внутреннего кармана плаща самый настоящий карандаш, немного толще привычных мне, но с хорошо заточенным грифелем.

— Ого, и много при тебе принадлежностей?

В ответ девушка лишь загадочно улыбнулась.

Я набросал корявый рисунок, сильно напоминающий лилию. Да чего уж там, именно лилию я и нарисовал, хотя тот символ явно означал нечто другое, но без такой ассоциации я бы и не запомнил недостающего знака.

Анна смотрела на лилию заворожённо и что-то обдумывала.

— Ты уже поняла в чём дело?

— Есть только два ритуала, которые подошли бы под использование этих базисов. Но только в теории. Как я уже говорила, во всём мире не найдётся такого мага, который осилил бы подобное.

— Два ритуала? Уже не так плохо, не десять. Можно даже погадать…

— Это либо ритуал очень мощной ловушки для духовной сущности, либо же ритуал высвобождения.

Я тихо присвистнул.

— Всё одновременно и логично, и непонятно. Если это ловушка, то она может быть создана для короля демонов. Тогда не о чём беспокоится. Кайр и Доу просто придумали запасной план, они на правильной стороне. Если высвобождение… Я не знаю, а кого можно высвободить?

— Всё же ловушка выглядит здесь куда более подходящей, — неуверенно сказала Анна, пожимая плечами. — Но если мы предположим даже в самых скромных фантазиях, насколько силён этот король демонов, то такой ритуал становится ещё более невозможным.

— Почему?

— Потребуется частичка его души или плоти. А сама сила ритуального артефакта и мага не соответствует тому, что сейчас есть у горцев или в Малфорте. Да и сам Доу не обладает такими силами. Странно это. А что, если… — Анна вдруг замолчала и обеспокоенно посмотрела мне прямо в глаза. — А если они снова хотят обуздать твою удачу? Что, если эта ловушка для тебя?

Я бы соврал, если бы сказал, что сам не подумал о таком. Но мне не хотелось углубляться так далеко, проще просто пойти и спросить напрямую у Кайра и, если всё подтвердиться просто сражаться, пытаться выжить.

— Плевать. На это уж точно. Много кто уже пытался, да ничего не вышло. Подозрительно, конечно, что они ничего мне не говорят и что-то готовят между собой. Так себе у них союз. Послушай, у меня идея. — Меня вдруг осенило. — Но неужели нет никакой практической возможности обуздать столь сильный ритуал? Если Кайр и Доу его готовят, они нашли способ управления этими… Базисами? Что, если нам добыть частичку короля демонов? Создать для него ловушку? Это уже что-то, учитывая, что мы не знаем, смертен ли он вообще и отчего смертен.

— Может быть, ты и прав, но я не знаю таких способов. Да и где ты найдёшь его частичку?

— В мой первый день в этом мире. Помнишь ту бойню в храме забытого бога? Когда Артур ранил короля демонов? Что, если там под сводами ещё что-то осталось? Хотя его тело превратилось в дым…

Наш разговор прервали тихие хлопки в ладоши. Я резко обернулся и, к своему удивлению, увидел около беседки лысую голову старейшины Кута, он же скромный застольник. Анна, обернувшись следом, ахнула и подскочила с лавки.

— Вы очень умны и догадливы, Степан, сами пришли к весьма интересным выводам.

— Или меня привели к ним вы, — с некоторым осуждением и недоверием сказал я.

— Вовсе нет. Я наблюдатель, но не кукловод. Однако долго смотреть со стороны на беспредел, творящийся вокруг, я не могу.

— Тогда может уже объясните, что происходит? Почему помогли мне, почему притворяетесь застольником и не заседаете в совете. Что там задумал ваш друг Кайр.

— Он мне не друг, — ответил Кут с некоторым отвращением, даже поморщился. — Вы правы в своих выводах, простите, что подслушивал. Однако никаких частей короля демонов искать в храме забытого бога подле Малфорта столицы славного королевства Малфорт не стоит. Там ничего нет, я уже был там и проверил.

— Ага, значит, схема с ловушкой вполне себе рабочая и вы над ней трудитесь? Совместно с Кайром и Доу.

— Хватит о них, они предатели и гнойники, — уже с откровенной неприязнью сказал Кут. — Они строят заговор против меня и против вас, против всего народа. Но ни не представляют, насколько жалки их попытки. Послушайте, времени мало. Есть только один способ заполучить частичку этого проклятого демона, и вы, Степан, знаете о чём я. Заполучить быстро и немедля, покончить как можно скорее, пока фронт, удерживаемый воинами Мантикора, не рухнул.

— Ваша святыня, которая перемещает куда угодно?

— Верно.

— И вы предлагаете свою помощь и поддержку как старейшины, а также разрешение…

— Всё так.

Я посмотрел на Анну, и без лишних слов было ясно, что она прекрасно понимает, о чём идёт речь. Видно было, что она уже испугалась за меня. Я бы соврал ей, сказав, что сам ни капельки не боюсь.

— Старейшина Кут, а как же насчёт ритуала и магической силы?

— Это уже моя проблема. Выход есть, и Анна поможет мне в этом.

— И после всех подковёрных заговоров я могу довериться вам? Я вижу вас второй раз в жизни.

— Давай я поговорю при тебе с Анной, она многое знает и в очень многом разбирается, у неё настоящий дар. Она поймёт, что моя задумка сработает, пусть она и рассудит, прав я или нет. Ты же решишь, стоит ли мне доверять и прыгать в самое пекло ради этой затеи.

— Тогда по рукам, пока что. — Я протянул руку старейшине Куту, и, хотя здесь в горах такой жест не встречался, тот понял меня без лишних объяснений и крепко пожал руку в ответ.