Кассия

— Кассия, ты сошла с ума?! — прошипел на меня отец, уводя подальше от посторонних глаз.

Я уже думала, что да…

Это началось неожиданно. Будто что-то выбило воздух из легких. Я шла по мостовой, гуляла с кузиной, и словно что-то невидимое толкнуло меня в спину. Я покачнулась, чуть не упала, даже обернулась, но никого рядом не было.

И потом на меня стало нападать странное чувство — будто некоторые события уже были. Я замирала непонимающе, прислушиваясь к себе. Но разве такое возможно?

А после и вовсе началось ужасное.

Сны…

Сущие кошмары…

Они стали сниться мне месяц назад. Такие… жаркие… Невинной девице о таком не следует знать. Обжигающие… Я просыпалась в ночи, а внизу все горело и пульсировало. Меня сводило с ума волной необъяснимого, необузданного и неутолимого желания.

В этих снах был темный мужчина. Он врывался в мои сновидения и овладевал ими. Как и мной. Он вел себя властно и собственнически. Будто имел полное право на меня. А я не могла ему сопротивляться и позволяла…

Я боялась кому-то рассказать об этом. Как о таком можно поведать отцу? Днем я старалась держаться спокойно, не показывать волнения. Надеялась, что само пройдет.

А потом я увидела его в газете.

Это был точно он.

Я чуть не упала прямо в гостиной…

«Темный дракон Дамиан Монтре обвиняется в убийстве Начальника Тайной канцелярии Филиппа Уоррена»

Филиппа Уоррена…

Филиппа…

Уоррена…

И я все вспомнила. Меня накрыло потоком воспоминаний, которые происходили со мной, но которых еще не случилось.

Я стояла, оперевшись руками на стол, порывисто дышала, пытаясь принять новую реальность.

— Касси, что с тобой? — ко мне подошла Вивиан, — Ты в последнее время странная… — сморщила она свой вздернутый нос.

Я зло посмотрела на нее, она даже отшатнулась.

Нет, нужно убедиться. Быть может, кто-то просто сводит меня с ума…

Я бросилась в библиотеку.

Если все, что я помнила, правда, то книга должна быть там. Верно?

И она была. Как и в прошлый раз лежала себе на столе среди отцовских документов. Совершенно не привлекая к себе внимание, никто ее не перекладывал и не трогал, словно и не видел вовсе.

Я раскрыла ее, но она была пуста.

Как и я.

Потому что он украл мой дар…

Дамиан Монтре — мой муж…

Он обманул и отправился спасать свою невесту. И исполнять свою месть, ради которой и затеивал свой план. В котором я была инструментом.

Похоже, из-за того, что дар все же изначально принадлежал мне, моему роду, я и помню все. Ему удалось переписать историю, но я перенеслась с ним и почти забыла… Поэтому казалось, что я это уже делала, это уже случалось…

Но лучше бы я не помнила.

Все внутри сжалось от боли. Я не только помнила события, но и чувствовала. Эмоций было слишком много.

Нет, я должна помнить, что мужчинам не стоит верить. Я клялась себе, что не буду больше наивной дурочкой.

— Кассия, что случилось? — в библиотеку зашел отец, — Вивиан сказала, что ты не в порядке.

Я только что все вспомнила. Конечно, я не в порядке. Мне нужно время…

Время… которым я когда-то управляла.

— Все нормально. Просто… я так рада, что ты у меня есть, — я встала, подошла и обняла его. Крепко-крепко.

— Не плачь… Ты маму вспомнила, да?

— Да… — кивнула, — Вспомнила.

У него получилось. Он смог прыгнуть так далеко. Он вернул мне отца. Вот он стоит живой. А Филипп мертв.

— Скоро твой бал. Мне очень жаль, что ее не будет с тобой.

— Я справлюсь.

— Не сомневаюсь, дочка.

— Пап…

— Да?

— А как у тебя дела? Как… в Совете… из-за того, что случилось.

— Ооо мы разберемся. Тебе лучше не забивать свою голову этими делами.

— Этот Монтре… он и правда убил?

— Кассия, тебе не стоит бояться, — отец думал, что я волнуюсь в целом, а мне нужно было выяснить, что произошло.

— Тёмные драконы опасны, дочка.

Он тогда ничего мне не сообщил. Я сама узнала из газет и сплетен, что Монтре в тюрьме. Мне хотелось, как-то помочь ему. Я порывалась поговорить с отцом, но ему не нравилось мое вмешательство.

Я была рада, что он жив, но теперь у меня были связаны руки. У меня была его любовь и защита. Но теперь я не могла поступать как мне заблагорассудится и рисковать.

А затем Монтре освободили… Сам король выписал ему помилование, в котором говорилось, что Дамиан должен вскорости женится и обзавестись наследниками.

После долгих терзаний не выдержала и все же сорвалась к нему в день освобождения.

Прошла незамеченной по его особняку, который прекрасно знала, и замерла, наблюдая за их идиллией…

Красивая темноволосая девушка прижалась к нему со спины. Он был полностью обнажен… Льнула к нему, что-то шептала на ушко.

Я не стала мешать им.

Наша история закончена. Она осталась в будущем. Зря я пришла… На что надеялась? Думала, он тебя ждет?

Он скоро женится и уедет, а я останусь. Не нужно все усложнять, а мое разбитое сердце заживет…

На бал ехать не хотелось. Но я не могла объяснить окружающим, что со мной происходит. Да и сидеть в четырех стенах не лучший способ исцеления души. Так что я улыбалась.

Всем, кроме Вивиан. Я больше не желала ее видеть в своем окружении. Кузина восприняла это остро, наговорила мне всякого. Тем лучше. Предательница не может быть моей подругой. Она обязательно воткнет мне нож в спину. Не с Уорреном, так с другим.

И то пышное платье ведь это она мне помогла выбрать. Щебетала, что я в нем прекрасна…

Хотя раньше оно мне нравилось и самой… Но оно было для легкой, наивной девушки, мечтающей встретить любовь всей своей жизни на балу. Теперь я была другая. И платье выбрала другое. Более взрослое, не такое воздушное.

Хоть в прошлый раз Дамиан и был на этом балу, сейчас я его не ждала, полностью уверенная, что он не появится. У него там более важные дела с невестой, подготовкой к свадьбе.

И каково же было мое потрясение, когда он наглым образом объявился, да еще при всех закружил меня в танце, на который я не давала согласие.

Но когда оно ему было нужно? Он в своем беспардонной, не терпящей возражений манере притянул меня к себе.

Мое тело тут же предательски отреагировало на его близость. Я все задрожала. Корсет словно стал мал, не продохнуть.

А он прижимал все теснее. Щеки горели, сердце билось оголтело.

Что он задумал?

Я не собиралась показывать, что помню нас, но проговорилась. Он понял все сразу, по одной только короткой фразе.

Заулыбался обаятельно, как никогда.

— Я справился, как и обещал.

— Поздравляю.

Пришел на прощанье сказать, что он был прав. Что оно того стоило?

В глубине души, конечно, я понимала, что он прав. Что именно этого я и хотела сама. Я же желала никогда не встретить Филиппа Уоррена. Он мертв. Не явится на этот бал, не завладеет моим вниманием. Но отчего же мне тогда так трудно дышать?

Я попыталась отстраниться, это из-за того, что он так прижимает — обманывала себя, хотя знала, что дело в другом. В моем сердце…

На нас все смотрели. Еще бы темный и светлая. Не просто темный… Самый скандальный и опасный мужчина за последнее время. Его знали все в этом зале. Презирали и боялись. А он танцевал со мной. Не со своей темной невестой, а со мной, с которой он даже не должен быть знаком. Для всех мы были чужими, незнакомцами.

— У меня почти два месяца никого не было… — наклонился к моему ушку, опаляя своим дыханием.

— Я не верю вам.

Я видела их, он опять врет.

— Я тебе никогда не врал, — его пальцы коснулись спины и я судорожно выдохнула, отворачиваясь.

— Конечно… А где же ваша невеста? Оставили её дома? — не удержалась от колкости.

— Я отменил помолвку. Я уже женат… на вас.

— Больше нет.

— Еще нет… Как же я рад, что ты все помнишь, — его глаза блестели, и я боялась, что поверю. — Давай поднимемся наверх, и я избавлю вас от этих ужасных юбок.

Богиня… когда закончится этот танец?

— Еще чего… — держалась из последних сил.

— Я встану на колени и попрошу прощение как следует… под этими юбками… — зашептал очередную порцию будоращущих непристойностей.

— Прекратите…

— Хочу тебя… Или я поцелую тебя прямо сейчас при всех и твоего батюшку инфаркт схватит снова… зря, что ли, я его спасал… Нужно позаботиться о его сердце… ведь я вскорости собираюсь у него просить твоей руки.

— Он вам откажет, как и я.

— Наверху через полчаса.

Музыка закончилась, он подвел меня к моему пунцовому от злости отцу, все вокруг шептались, а я слышала только его слова в голове: «Я разорвал помолвку», «Я женат на вас»

Я посмотрела на удаляющуюся крепкую спину в черном…

— Кассия, ты в своем уме?! — злился отец.

— А что мне нужно было сделать? Бросить его посреди танца? — спросила тихо, хватая стоящий бокал с шампанским и выпивая его залпом.

— Да. Ничего с ним бы не случилось.

— Папа…

Конечно, я не собиралась подниматься наверх. Уж точно не здесь. Мне ужасно хотелось расспросить, как все прошло и… о его невесте. Но я знаю его.

— Этот человек не делает ничего просто так.

Да, отец прав. Нельзя вот так сразу поддаваться. Он только поманил и собралась выполнять. Безоговорочно. Забыла чем это закончилось? Все мои попытки что-то выяснить заканчивались одинаково. Я даже пикнуть не успею, как окажусь уже под ним, а он под моими юбками, которые ему не пришлись по душе. Он это умеет…

— Что он тебе сказал?

— Ничего.

Отец не поверил. Через полчаса я была уже не во дворце в комнате наверху, а направлялась домой.

— Нужно связаться с Советом, — не успокаивался отец.

— Папа, не нужно ничего…

Отец был взволнован. Он не знал, как реагировать на такой явный интерес темного дракона к его дочери. Его и впрямь схватит удар, если он узнает, что мы были женаты с этим мужчиной.

— Это просто танец.

Он ничего не ответил. А я не знала, что придумать. Мне не хотелось лгать, а правда… слишком сложна.

Отец направился в кабинет, а я к себе. Заперлась в своей комнате, не впуская даже слуг. Самостоятельно сняла платье, оставаясь в одной сорочке, метаясь по комнате после неожиданной встречи.

За окном было темно, а сна не было ни в одном глазу.

Нужно успокоиться.

Но вдруг за окном что-то грюкнуло. Я подошла посмотреть и…

На карнизе был он, взбирался ко мне.

— Вы в своем уме? — теперь уже я твердила слова, что часом ранее сказал мне отец, — Вам нельзя сюда.

— Открывайте скорее. Вы же не хотите, чтобы я упал и разбудил всех ваших домочадцев?

Ничего не оставалось, как распахнуть створку, впуская ночного гостя.

— Птичка, я прилетел к тебе, — он улыбнулся и протянул мне красную розу, но я не спешила ее принимать.

— Помнишь, что означает красный цветок у темных?

Я прекрасно помнила нашу свадьбу.

— Вам лучше уйти, — скрестила руки на груди.

Но он был бы не Дамианом Мотре если бы послушался. Он шагнул ближе.

— Перестань мне выкать… Мы уже настолько близки, что это неуместно.

— Этого не было. Вы все стерли…

Еще шаг.

Я попятилась, упираясь спиной в стену.

— Я все напишу заново, мне не сложно повторить, — он обломил стебель цветка и красный бутон вдел мне в волосы, наклонился к моему плечу, спуская бретельку и покрывая кожу поцелуями, поднимаясь выше к моим губам.

— Я ужасно соскучился, Кассия, — проговорил хрипло и накрыл мои губы своими. Нежно и глубоко. Руки обвили талию. — Скажи, что тоже скучала, — оторвался, но не отступая.

— Нет…

Говорить было трудно, мурашки разбегались по всему телу, а мозг превращается в кисель рядом с ним.

— Я же чувствую… Зачем все усложнять? — разозлил меня.

— Как у вас все просто! — вспыхнула я, — Захотели — взяли. А что хочу я вы спросили? Только о себе и думаете?!

— Что ты хочешь, моя пташка? — провел нежно пальцами по щеке, — Сделаю все что хочешь…

— Нельзя просто прийти и заняться… заняться…

— Хочешь свидание? Хорошо. Я готов. Пойдем, — отступил на шаг, протягивая руку, чтобы я последовала за ним.

— Что?!

— Обувайся, — распахнул дверь шкафа, доставая оттуда мои туфли и помогая обуться, оглаживая при этом щиколотки. Затем стянул с себя свой плащ и закутал меня в него.

— В ночнушке?

— И в моем плаще. Это будет лучшее свидание в твоей жизни.