Когда Риджуэй наконец предстал перед судом, он подробно рассказал обо всех сорока восьми эпизодах, в которых его обвиняло государство, и раскрыл детали своего образа жизни. Многие его слова лишь подтверждали то, что следователи слышали от других серийных убийц, включая Банди, но некоторые признания все равно звучали по-разному поразительно.

«В большинстве случаев, когда я убивал этих женщин, я не знал их имен, – говорил он. – Чаще всего убивал при первой встрече. Я плохо запоминаю лица. Я убил так много женщин, что мне трудно их всех вспомнить». Он перечислял места почти механически: «Я убил всех в округе Кинг. Большинство – у себя дома на Милитари-роуд, многих – в грузовике недалеко от того места, где подобрал. Некоторых – прямо на улице. Я оставлял тело там, где его потом находили».

О мотивах он тоже говорил предельно прямо: «Я хотел убить как можно больше женщин, которых считал проститутками. Я ненавижу большинство проституток и не хотел платить им за секс». Он подчеркивал, что считал их легкими целями: «Их можно подцепить так, чтобы никто не заметил. О них не сразу заявят в полицию, а иногда не заявят вообще. Я думал, что смогу убивать столько, сколько захочу, и меня не поймают».

Отдельно он описывал, как обращался с телами: «Я забирал украшения и одежду, чтобы убрать улики и затруднить опознание. Большинство тел я складывал в группы – “пучки”. Так я вел счет. Мне нравилось проезжать мимо “пучков” и думать о женщинах, которых я туда спрятал». Он объяснял, что помечал каждый «пучок» ориентиром: деревом, поворотом дороги, камнем. «Иногда я убивал и бросал женщину, собираясь начать новый “пучок”, но не возвращался, если думал, что меня могут застукать».