«Горячий» подозреваемый зачастую появляется не благодаря доказательствам, а из-за симпатий самого громкого начальника. Выбрать, за какой зацепкой стоит идти дальше, чтобы выйти на по-настоящему перспективного фигуранта, едва ли проще, чем определить самого «горячего». А ложные наводки – те самые «многообещающие» сведения, что заводят следствие в тупик, – неизбежная часть любой охоты на серийного убийцу.

Показательный пример – дело Йоркширского потрошителя[20]. Парламентская комиссия позже раскритиковала полицию за то, что та слишком всерьез восприняла письма и аудиокассеты, якобы отправленные убийцей. На их проверку ушли тысячи часов работы, но арестованный Питер Сатклифф к этим материалам не имел никакого отношения. Ложный след не только отвлек оперативников от настоящих, но и безнадежно растянул расследование.

В серийных делах есть суровый парадокс: чем больше жертв, тем проще «отсечь» лишних подозреваемых. У следствия появляется больше дат, мест и временны́х промежутков, которые можно сверять с перемещениями человека. Достаточно одной несостыковки – и кандидат выбывает.

Но, как справедливо заметили члены группы по делу Потрошителя, пользоваться исключающими факторами нужно только тогда, когда они абсолютно надежны. А это бывает далеко не всегда. Даже официальные документы могут сыграть злую шутку. Частый пример – «железное алиби» в виде нахождения в тюрьме. На бумаге человек заключен, но в реальности он мог быть на УДО, работать вне стен учреждения или уходить в дневные отпускные часы – и именно в это время совершить убийство.

Поэтому осторожный следователь никогда не принимает такие данные на веру. Даже самое убедительное исключение требует дополнительной проверки – иначе легко упустить настоящего преступника.