Роль грибов и энтеогенов в человеческой духовности, кооперации и сознании всего лишь один пример того, как люди развивались вместе с растениями и животными таким образом, что те в свою очередь влияли на эволюцию человека и цивилизацию. Циклы обратной связи между нашими средой обитания и эволюцией питали нас, создавали наши города и основывали наши религии, в то же время делая нас более уязвимыми для болезней и голода: в частности, микробы атаковали наши общие ресурсы и поражали наши тела. Люди уничтожили и взяли под контроль наших макроскопических врагов – львов, тигров и медведей, – но каждый день мы все еще сражаемся с нашими невидимыми, микроскопическими, микробными врагами.

Мы боролись с этими врагами, опознавая их, и, первоначально методом проб и ошибок, изыскивали и применяли защитные механизмы, развитые против микробов другими живыми организмами. Как мы уже видели, эволюция это гонка вооружений: против каждой новой угрозы устанавливается защита, либо в пределах организма, либо путем кооперации с партнерами или с организмом, осуществляющим контроль над атакующим. Одним из уникальных аспектов естественной истории человека стало эволюционное развитие способности сознательно захватывать, контролировать и использовать среду обитания. К примеру, нечаянные открытия и мутуалистические отношения привели нас к развитию сельского хозяйства, а также к хранению продуктов питания и возникновению лекарств. Соли и специи сохраняли пищу, позволяя нам пережить суровые зимы и засуху и проводить глобальные исследования, тогда как продукты химической войны между растениями, грибами и их врагами привели к созданию новых, спасающих жизни лекарств. В этой главе я более подробно объясняю положительные и полезные аспекты сознательного сотрудничества, отмечая, как люди используют свои отношения с окружающим их миром. Люди, как и другие биологические виды, извлекали выгоду из кооперативных отношений в своей среде обитания благодаря нетеологическому движителю эволюции, но даже в случае лекарственных растений цивилизация привнесла и продолжает обеспечивать осознанное возвращение в мир, где мы находимся хотя и как доминирующий вид, но по-прежнему просто один из многих биологических видов.

История о том, как люди сохраняли пищу для того, чтобы пережить суровые зимы и плохие урожаи, и чтобы облегчить исследование неизведанных земель, это история о том, как биологический вид учится самосовершенствоваться, используя находящиеся по соседству организмы и материалы. И этноботаника, и фармакология возникли на основе открытий, связанных с консервирующими свойствами пряностей, открытий, использовавших сотни миллионов лет коэволюции защитной химии растений для благополучия человека. (Точно так же, как холодильники кардинально изменили способы хранения и транспортировки продуктов питания.) Мало кто из нас считает поход в аптеку рудиментарным побочным продуктом использования человеком средств защиты растений для здоровья человека. У нас короткая память о собственной естественной истории.

В то же время наша естественная история технологий сохранения пищевых продуктов включала в себя как неудачи, так и успехи: даже самые ранние формы запасания и сохранения скоропортящихся продуктов имели свои риски. Чтобы должным образом сохранять свою пищу, люди должны были бороться со многими микробами, конкурировавшими с нами за добытые продукты растительного и животного происхождения. Как мы скоро увидим, микробы имели свою долю побед и ответных действий, как и в случае болезней.

В Новой Англии и Европе XVII века многие люди в аграрных сообществах были обвинены в колдовстве, преданы суду, осуждены и казнены. Самыми известными были 20 «ведьм» в городке Салем, штат Массачусетс, США (Рисунок 9.1 на вклейке), обвинявшихся в том, что они «околдовывали» молодых женщин и девушек, вызывая у них припадки и другие непредсказуемые поступки. Традиционно эти ужасающие события объяснялись тем, что удушающая религиозная культура той эпохи сталкивалась с бунтарским подростковым поведением в социальном контексте, богатом гендерными и этническими предрассудками. Но в 1976 г. профессор Ренсселеровского политехнического института Линда Капораэль, тогда аспирантка, усложнила эту точку зрения, предположив, что сумасбродное поведение обвиненных в Салеме ведьм объясняется биологической причиной, а именно грибковой инфекцией. Капораэль отметила, что процессы над ведьмами происходили в районах Европы и Америки с влажным умеренным климатом, где происходило заражение ржи спорыньей, появлявшейся в виде черных пятен на отдельных зернах или в виде выступающих из колосьев черных рожков. В Средние века употребление зараженного спорыньей ржаного хлеба вызывало целые эпидемии заболевания «антонов огонь» (гангрены), названного так из-за ощущения жжения, приводившего к гибели тысяч людей. Грибок спорыньи вырабатывает алкалоиды и лизергиновую кислоту – предшественницу галлюциногенного рекреационного наркотика 1970-х гг., ЛСД – предположительно для химической защиты от микробов и травоядных организмов[204].

Капораэль обнаружила, что обвиненные в колдовстве молодые женщины кроме прочего отвечали за сохранность запасов зерна. Их задачей было поддержание сухости зерна для предотвращения его гниения, что они делали, сгребая и перекидывая зерно лопатами для искоренения сырости. Поскольку со своей работой они справлялись, это означало еженедельное многочасовое вдыхание сухих аэрозольных частиц зерен и грибков спорыньи. Позже грибковые и микробные инфекции зерновых научились контролировать и ограничивать путем вымачивания зерна в солевом рассоле перед сушкой до закладки на хранение. Это технологическое усовершенствование эффективно положило конец колдовскому кризису.

Свойства спорыньи уже были известны в других контекстах. В Средние века некоторые ее фармакологические свойства были обнаружены и использовались повивальными бабками для стимулирования родов при осложнениях беременности, а также для спонтанных выкидышей при нежелательной беременности. В начале XX века спорынья изучалась с целью выделения из нее полезных для медицинского применения биологически активных соединений, что сделало их одними из первых химических лекарств, добываемых фармацевтическими компаниями из природного сырья. Иными словами, те самые химические вещества, вызывавшие у юных женщин «ведьминское» поведение, постепенно стали рассматривать как пригодные для терапевтического применения. ЛСД был синтезирован и выделен в 1938 г. в Базеле, Швейцария, сотрудником фармацевтической компании «Сандоз» Альбертом Хофманном в ходе синтеза производных лизергиновой кислоты из эрготамина для использования в качестве возможных стимуляторов дыхательной и сердечно-сосудистой деятельности. Сильные психотропные эффекты вещества LSD-25 (диэтиламида D-лизергиновой кислоты, или ЛСД) были обнаружены пять лет спустя, когда Хофманн случайно прикоснулся пальцем к препарату ЛСД в лаборатории и имел яркие галлюцинации. Таким образом, процессы над ведьмами и колдунами в Средние века и в XVII веке были эпизодами воздействия на нас растений и грибов в ходе экспериментирования с ними и их использования, а не примерами мистических визитов злых духов[205].

Как и в случаях спорыньи и ЛСД-25, использование средств защиты эволюционных партнеров дало людям неисчислимые преимущества, включая наши первые аптеки и холодильники. Эти средства позволили нам улучшить нашу собственную иммунную систему, добавив защиту от вредных микробов и грибков. От специй до соли и льда – мир природы был превращен людьми в эволюционный набор инструментов для борьбы с окружающими нас угрозами. Использование этих средств имело, однако, свою долю взаимовлияний. Они могут быть не столь театральны, как колдовство, но они так же опасны.