На обратном пути в повозке я стараюсь отсесть подальше от главы Шэна и занимаю противоположный угол. Моё лицо всё ещё горит, а сердце бьётся взволнованно. Он ухмыляется, явно замечая моё смущение, но, к счастью, ничего не говорит. Я кошусь на него с опаской. Хочется знать, что это было там, на смотринах. Глава Шэн выглядел так, словно и вправду влюблён в меня без памяти и очарован любой моей придурью.

Я с трудом набираюсь смелости спросить, но в этот момент глава Шэн отворачивается и устремляет взгляд в окно. Я тоже отворачиваюсь в противоположную сторону. Невысказанный вопрос постепенно теряется среди прочих размышлений. Теперь, когда эмоции слегка поутихли, я начинаю испытывать лёгкое чувство вины. Всё-таки госпожа Ся, при всём своём неприятном характере, желает клану только лучшего. Да, она несносная старая карга, но мне следовало проявить уважение хотя бы к её возрасту.

— Спасибо тебе, — вдруг говорит глава Шэн, по-прежнему глядя в окно.

Удивлённо поворачиваюсь к нему.

— За что?

Я ожидала чего угодно: насмешки, упрёков, язвительных комментариев о моём неумении вести себя в приличном обществе. Но точно не благодарности. Это точно он?

Глава Шэн со вздохом откидывается назад.

— Я знал, что госпожа Ся будет испытывать тебя и, скорее всего, останется недовольной, — говорит он спокойно. — Я поехал за тобой, потому что переживал, что ты не выстоишь под её давлением, и наш фиктивный брак окажется под угрозой. Но ты справилась. И даже лучше, чем я ожидал.

Он бросает на меня короткий взгляд, и у меня перехватывает дыхание. О нет, Янью! Только не это! Не вздумай влюбляться в этого гада. Это точно ничем хорошим не закончится!

Я резко отворачиваюсь, пытаясь успокоить разыгравшуюся фантазию. К счастью, на глаза мне попадается тот самый эзотерический магазин.

— Господин, прикажите остановить, пожалуйста! — восклицаю я, подскакивая на ноги.

Глава Шэн ударяет в стенку, и повозка резко тормозит. Прежде чем я успеваю среагировать, меня бросает вперёд. Я неловко выставляю руки, предвкушая жёсткую встречу с деревянной обшивкой. Но глава Шэн ловит меня, невольно заключая в объятия. Несколько долгих мгновений мы смотрим друг на друга в упор. Только успокоившееся сердце начинает колотиться пуще прежнего. Почему-то становится жарко…

— Эй, ты выходить не собираешься? — наконец спрашивает глава Шэн с насмешкой. — Не за этим ли просила остановить?

Я резко отстраняюсь и буквально вылетаю из повозки. Что со мной не так? Находиться рядом с ним явно опасно для моего душевного равновесия.

Глава Шэн, к моему разочарованию, тоже выходит и следует за мной в лавку. Я окидываю взглядом прилавки, заставленные экзотическими товарами. Взгляд цепляется за огромную корзину грибов, напоминающих вёшенки. Точнее, моё внимание привлекают не сами грибы, а частички органических отложений, на которых они росли, а также белые вкрапления в них, похожие на кусочки селитры. Но чтобы убедиться, что это точно селитра, мне нужно провести опыты. Я смотрю на главу Шэна.

— Не могли бы вы купить их для меня, раз уж я так хорошо постаралась в доме госпожи Ся? — спрашиваю в предвкушении. — И ещё желательно узнать, откуда они.

Глава Шэн слегка приподнимает бровь, но ничего не говорит, лишь кивает и обращается к продавцу.

— Откуда привезли эти грибы? — спрашивает он с холодными властными нотками.

— Ох, глава! — лавочник испуганно приседает, узнав его, а затем вскидывает руки и кланяется. — С юга, господин. Они растут в пещерах. В предгорье на границе с пустыней.

Это оно! Я едва не подпрыгиваю от радости. Глава Шэн протягивает монету лавочнику, и тот, начинает перекладывать грибы в другую корзину, предварительно очищая их.

— Чистить не нужно! — восклицаю я не выдержав.

Лавочник и мой будущий муж глядят на меня изумлённо.

— Пещерные грибы ведь используют для ритуалов, не так ли? Я слышала, что без обработки от них больше пользы, — натянуто улыбаясь, поясняю я. На самом деле я понятия не имею, для чего нужны эти грибы.

Лавочник активно кивает и улыбается.

— О, госпожа, а вы сведущи в таких делах, — одобрительно произносит он.- Не желаете ли также приобрести лунный камень высшего качества?

Вот же шарлатан! Кажется, принял мне за какую-то суеверную девицу. Ну ничего, сейчас я этому мастеру маркетинга покажу!

— Позвольте прежде взглянуть на него, — отвечаю я как будто заинтересованно.

Тот с радостью достаёт из-под прилавка красивую деревянную шкатулку с красной шёлковой подкладкой внутри. Упаковка и осторожное обращение лавочника с камнем внутри даже на меня производят впечатление. Из-за этого я не сразу понимаю, что что-то не так. Однако…

— Уважаемый, тот, кто продал вам этот камень, был шарлатаном, — произношу я, склонившись над коробкой. — Это не лунный камень, а обычное мутное стекло.

— Что за вздор? — дрожащим от волнения голосом отвечает лавочник. — Я сам добыл и обработал этот камень для продажи!

— В таком случае, шарлатан — это вы, — я только развожу руками, — ибо настоящий адуляр, именуемый в простонародье лунным камнем, имеет перламутровый отблеск.

— Глава Шэн, эта девушка ошибается! Разве стал бы я предлагать подделку прямо у вас на глазах?!

— Учитывая, какая слава за вами ходит, вполне могли, — глава, всё это время молча наблюдавший за мной, шумно вздыхает. — Вероятно, вы решили, что ни один из нас в силу возраста не способен отличить настоящий камень от подделки. Но вам не повезло, моя невеста владеет знаниями алхимии, и уж точно разбирается во всякого рода камнях.

Я удивлённо поднимаю глаза на главу Шэна. Знания алхимии… С чего это он взял? Неужели он предположил это после того, как увидел ту навозную кучу? Если подумать, то он и во время игры спрашивал меня о чём-то подобном? Он же не заставит меня превращать ртуть в золото? Меня всегда пугали истории средневековой Европы. Впрочем, опасных заблуждений и у нас хватало. Взять, к примеру, свинцовую пудру.

Дрожь пробегает по спине, когда я вспоминаю, что служанка тоже чем-то красила меня с утра. Возникает желание немедленно умыться. Даже кожа начинает зудеть. Лавочник же, осознав, что его афера не удалась, начинает извиняться и всячески пытаться переложить вину на обстоятельства.

— Виноват, господин! Но не гневайтесь на меня, прошу, — лавочник почти хватается за рукав. — Тяжко стало нам, торговцам, — за пределы провинции не выехать. Вот и пытаемся заработать на чашку риса, как можем.

Не знаю, в чём дело, но глава Шэн багровеет от злости. Его ладони охватывает пламя. Это не первый раз, когда я вижу огненную магию, но впервые это происходит настолько близко ко мне. И это одновременно пугает и завораживает.

— Господин, — робко произношу я и кланяюсь. —Дайте этому человеку ещё один шанс. Пусть послужит на благо клана.

— Спасибо вам, госпожа! — восклицает торговец с надеждой.

— …Ну а если он снова возьмётся за обман, то вы сможете спалить всё, что он имеет дотла! — продолжаю я угрожающим тоном. Не знаю, прислушается ли глава ко мне, но очень надеюсь на это. Не хочется мне становиться свидетелем убийства.

Проходит минута, и наконец пламя на руках главы Шэна гаснет. Я едва заметно выдыхаю и забираю с прилавка свои грибы.

— Полагаю, мне не нужно говорить тебе, что будет, если ты ещё хоть кого-то попытаешься надуть, — произносит он.

Торговец снова быстро кивает. Глава Шэн разворачивается и выходит из лавки.

— Ну что, расскажешь для чего тебе эти грибы? — спрашивает он, когда мы снова садимся в повозку.

Я гляжу на него удивлённо — от его злости не осталось и следа. Неужели в лавке он только притворялся?

— Не совсем уверена, но если я всё же права, то мне не придётся делать новые селитряницы, чтобы получить удобрения, — отвечаю я, вновь загоревшись идеей. — Но чтобы убедиться в этом, мне нужно будет провести эксперимент. В месте, где трудно устроить пожар.