Я стремительно оглянулся. Высший вампир Валдис собственной персоной уютно расположился в мягком кресле. И… ни одной молнии в его сторону! Я покосился на Хранителей. Да, такого зрелища я и в страшном сне представить не мог. Все трое хранителей влипли в стену в самых немыслимых позах, почти расплющившись по стене. Приклеенные к ней прозрачной клейкой массой. Видно было, что Хранители в настоящий момент совершенно беспомощны.

- Я назвал это заклинанием патоки, – небрежно бросил Валдис вставая и подходя ближе к Хранителям, – заклинание любопытное, однако… неэффективное. Ну, разве что так, полюбоваться.

И он действительно с любопытством уставился на Хранителей.

- А они нас слышат? Видят? – не удержался я.

- Разумеется. И видят, и слышат и обоняют. Только сделать ничего не могут. Даже мысленно. К сожалению, у заклинания есть обратный эффект: и с ними никто ничего сделать не может. По сути, они сейчас совершенно неуязвимы. Однако, ненадолго. Буквально через несколько секунд они придут в нормальное состояние. Боюсь, при этом будут, гм, повышенной раздражительности. Хотя, если вдуматься, зла я им не сделал.

Валдис повернулся ко мне и развёл руки в стороны:

- Увы, молодой человек, своё приглашение вам посетить клан вампиров я отзываю. Равно, как и приглашение наблюдателя. Вы проиграли. Я не могу рисковать жизнями своих последователей. Впрочем и я сам отказываюсь в дальнейшем от вашего приглашения на Совет Хранителей.

Он снова повернулся к Хранителям и воскликнул с неожиданной болью в голосе:

- Исабелла! Иси! Я понимаю Мгумбганга, я понимаю Родомира. У них есть причины для… скажем мягко, для недовольства. Но ты! Как ты могла?! После всего, что было между нами? Не могу поверить! И не поверил бы, несмотря ни на какую П-магию, если бы своими глазами не увидел. Я хочу, чтобы ты знала, я ухожу с разбитым сердцем.

И Валдис стал медленно таять. Не телепортировался разом, не стал невидимым, а начал неторопливо растворяться в пространстве. Как кусок сахара в тёплом чае. Завораживающее зрелице, если вы не в курсе.

- Пижон! – пробурчал сзади голос Колдуна.

Значит, оттаяли. Значит, сейчас начнётся.

- Кляк! – голос Исабеллы настолько звенел от негодования и злости, что я непроизвольно поёжился. Однако, к моему удивлению она спросила не о том, почему я, оставшись на свободе, не атаковал вампира. Видимо и сама догадалась, что я отвечу.

- Кляк! Какими словами высший вампир Валдис отказался от твоего приглашения?!

Я задумался, вспоминая.

- Ну, если дословно, то он сказал: «Нет, спасибо, я сейчас занят, возможно, в другой раз».

- И ты, конечно, подумал, что в другой раз – это после другого приглашения?

- Конечно.

- Идиот! Кретин! Тупица!!! Ты чуть не угробил нас всех! Родомир – объясни ему!

- Чего уж тут непонятного, – вздохнул Колдун, – Это место закрыто магическими щитами от всех нежелательных посетителей. Вплоть до дождевых червей. Вплоть до микробов! И пробить щиты практически невозможно. Я не представляю силу того чародея, который сможет это проломить или разрушить. Однако, для тех, кто приглашён, вход открыт. Пригласить, разумеется, тоже может не каждый. Только один из Хранителей. Или один из учеников Хранителя, предназначенный сам стать Хранителем. Вроде тебя, Кляк. И ты пригласил Грет… Валдиса. А он ответил, что возможно, посетит нас в другой раз. Дождался момента, который сам счёл «возможностью» и посетил. А, поскольку умеет работать в области П-магии, рассчитал так, чтобы попасть прямо на Совет. Да ещё и при обсуждении вопросов вампиризма. Это хорошо ещё, что Грет… Валдис сам вслух отказался от возможности вторичного посещения по твоему приглашению. Не дурак. Иначе могла возникнуть война с вампирами. Такое приглашение – не шутки. Мне, во всяком случае, совсем не смешно!

До меня стала доходить та тонкая грань между миром и войной, на которой мы балансировали по моей милости. Меня бросило в жар.

- Всё! Совещание закончено! Главное мы уже услышали! – сказать, что Исабелла кипела, это ничего не сказать, – Кляк! Я запрещаю тебе встречаться с вампирами! По любым вопросам! Только с моего личного – подчёркиваю, личного! – разрешения. Мгумбганг! Вампирами займёшься ты! Наблюдение, вербовка, противодействие и прочее! Почему ты так смотришь, Кляк? Ты что-то хочешь сказать?

Я глубоко вздохнул, поправил на боку перевязь с мечом, на ножнах которого наконец-то появился герб, и торжественно выдал:

- Я объявляю вам войну! – и потянул меч из ножен.

- Ты… что?! – вытянулось лицо председателя Совета Хранителей.

- Я объявляю вам войну! – повторил я, и вытянул меч. Вся пещера озарилась золотистым переливающимся светом. И все переливы отразились на лицах хранителей.

- С ума сбрендил?! – рявкнул Колдун.

- И чем же ты намерен воевать? Мечом?! С магами нашего уровня?! – искренне удивилась Исабелла, – И ты предполагаешь, что у тебя есть хотя бы одна стомиллионная доля шанса на победу?.

Я снова печально вздохнул, и вбросил меч обратно в ножны.

- Господа Хранители! Позвольте объясниться. Мне потребуется кое-что вам напомнить, поэтому, прошу садиться. Слушайте.

Итак, семнадцать циклов назад появились особые люди, которые назвали себя магами. Потому, что могли творить такое, что обычным людям не под силу. И, тем не менее, в глубине того, что называется душой, они остались всё же людьми. Со всеми человеческими слабостями и пороками. Нет, и человеческие достоинства были, я не отрицаю, но сейчас речь о пороках.

Первые маги действовали отважно и бескорыстно. Героически. Они были, действительно, примером для подражания. Каждый из них видел в своих товарищах идеал. И, каждый хотел, чтобы остальные люди стали бы таким же идеалом. Поэтому и родилась великая цель – добиться, чтобы все люди стали подобны магам. Подобны богам.

- Ты повторяешь прописные истины! – взорвалась Исабелла.

- Но, чем дальше развивалось магическое сообщество, тем больше росли противоречия между членами этого сообщества, – не обращая внимания на Исабеллу, продолжал я, – В отличие от первых лет, когда каждое новое заклинание, найденное одним из братства магов немедленно становилось доступным для других, в дальнейшем магическое искусство стало наоборот, тщательно скрываться.

Примеры? Ну, если помните, когда я настаивал на ментопроецировании, я сослался на прецедент со Спараденеком Благословенным? Который отказался от полного ментоскопирования, опасаясь, что его знания в области П-магии станут достоянием других? И это не единственный случай.

Хорошо быть среди равных! Но, ещё лучше, если ты чуть-чуть впереди этих равных! Это так по-человечески!

- Ты не понимаешь… – начала Исабелла.

- Я понимаю! – вытянул я руку ладонью вперёд, – Я понимаю, что были и маги-отступники, и маги, не согласные с решениями Совета Хранителей, и прочие… некроманты, к примеру! И кого-то осенила благостная мысль: пусть все маги будут одинаковые, но некоторые, Хранители, к примеру, чуточку мощнее. Или пусть они больше знают. Или пусть будут тренированнее. Но, это разделение привело к полному искоренению смысла цели магов! Теперь каждый из магов старался придумать что-то своё, особое. Свою фишку.

Помимо прочего, этому способствовало и естественное разделение магов по способу колдовства, я имею в виду все эти магии земли, воздуха, воды и огня. То, что одному магу давалось легко и естественно, другому доставалось с трудом и большим напряжением. С потом и кровью.

Я начал говорить о пороках. Всё то, что первые поколения магов тщательно давили в себе, постепенно вылезало наружу. Я не знаю, что могло бы быть, если бы оказалось, что магией можно поделиться, как куском хлеба. Я этого даже представить не могу. Но, я точно знаю, что в действительности произошло с магами. Они перестали быть идеалом.

М-магия ещё продолжает оставаться всеобщим достоянием. Потому, что не слишком опасна. По сути, это баловство, а не серьёзная магия. Во всяком случае, с точки зрения таких монстров, как вы! Уже про Т-магию никто из вас не рассказывает всего, что знает. Остаются общеизвестные заклинания, но всё, что выходит за эти рамки – уже тайна за семью печатями. Хотите примеры? Или вы их сами знаете?

Я поднял взгляд на притихших Хранителей, которые мрачно переглядывались между собой, и продолжил:

- Госпожа Викли! Вы однажды продемонстрировали способность к трансцендентности, вы были одновременно в двух разных местах. И в обоих местах в физической, телесной оболочке. Никаких фантомов и иллюзий! Вы готовы поделиться с нами секретом физического раздвоения личности? Это же Т-магия! Нет? Молчите? Вот об этом я и веду речь! Про П-магию я и заикаться не буду!

Чародей чародею стал не друг, товарищ и брат, а конкурент, хотя и соратник. До поры, до времени. И эта трещина в магическом обществе всё углубляется. А человеческие пороки в душах магов всё растут. И в первую очередь зависть, тщеславие, соперничество. Каждый хочет подчинить этот мир себе. Включая магическое сообщество.

Я сперва всё время удивлялся, почему никто из вас не носит ауру? Почему вы её подавляете? Вы сами можете мне ответить? Нет? А я могу. Она у вас далеко не радужная! И вы этого стыдитесь!

Ладно, это, так сказать, присказка. Сказка впереди.