Я остался один. Мне было не до сна. Мне было противно на душе и тяжело на сердце. Я сел на какую-то корягу и стал вычерчивать прутиком всякие простенькие фигуры: квадрат, эллипс, трапецию… Я понимал, что я задумал подлость, но другого выхода не видел. Механически я стирал свои же рисунки и начинал чертить заново, сложнее: шар, пирамида, куб… Мне было очень тяжело. Я понимал, что меня ждёт Эля, и она может меня утешить, на свой лад, конечно. Я понимал, что, то, что я задумал, не совместимо с понятием «дружба» или «любовь», и всё же я не мог поступить иначе. Я продолжал чертить: эллипсоид вращения, параболоид вращения, эллиптический параболоид, гиперболический параболоид… Я понимал, что поступаю эгоистически, что мне нет оправдания, что если мои друзья поймут истинную мою цель, я навсегда лишусь их дружбы… и всё равно планировал предательство. Прутик вычерчивал проекцию четырёхмерной фигуры в трёхмерном пространстве на двухмерной плоскости. Получалось в виде кляксы, и это меня злило. Но я всё равно сидел, вспоминал лекции Попугая, планировал свои действия и чертил всякую ерунду.

Рано утром Эля вылезла из своего шалаша, подошла ко мне и, молча, прижалась всем телом. Она была совершенно одета, что означало, что ночью она выходила из шалаша, подобрала свою одежду и видела меня сидящим в одиночестве. А я и не заметил. Я наклонил голову в её сторону и потёрся щекой. Эля довольно заурчала. И, в этот момент из своего шалаша вылез гном. Я глубоко вздохнул и начал представление:

- Эй, Эрих! Скажи, а среди гномов бывают герои? Чтобы совсем бесстрашные, до бесшабашности?

- Да, где уж им, ссыкунишкам? – насмешливо сказала Эля, и мне стало совсем плохо. Мы не договаривались, не репетировали, но ведь я понимал, что она непременно встрянет, примерно с таким замечанием, а значит, отрежет и себе дорогу назад…

- Как это нет? – возмутился Эрих, – Да, у нас каждый второй гном – герой! А, что, надо-то?

- Ничего особенного, – скромно сказал я. – просто я знаю, как завалить флидатора.

Стало тихо. Я понадеялся, что меня сейчас пошлют далеко и надолго, но нет. Эля негромко спросила:

- И, как же?

Я на неё не взглянул, я продолжал разговаривать с гномом:

- Эрих, ты знаешь, что летают только те драконы, которые огнедышащие?

Эрих ответить не успел. Опять ответила эльфийка:

- Допустим. И, что же?

- Эрих, а почему драконы летают?

- У них же крылья есть! – недоумённо ответил гном.

- Эрих, – я продолжал разговаривать исключительно с гномом, – а, ты знаешь, почему рыбы в воде не тонут?

- Конечно! – гном совсем потерял нить разговора, – У рыб есть плавательный пузырь!

- Правильно! – ответил я. И начал объяснять.

Рыбы тяжелее воды, но не тонут потому, что в организме рыбы имеется плавательный пузырь. Он образовался в процессе эволюции, как специфический вырост пищевода. Впрочем, есть рыбы, у которых он отсутствует, акулы, например, и эти рыбы вынуждены постоянно двигаться, иначе… утонут! Количество газа в плавательном пузыре регулируется самой рыбой: если надо всплыть – увеличивается, пузырь раздувается, если надо погрузиться – уменьшается, пузырь сдувается. Газ этот рыбы выделяют и поглощают либо из пищевода, либо из специфического образования – красного тела. Это такое сплетение кровеносных капилляров на плавательном пузыре.

Так, вот, у драконов тоже есть свой «плавательный пузырь». Но, не у всех, а только у огнедышащих. Чем, по вашему мнению, создаётся огненная струя? Не знаете? Поджиганием смеси обычного воздуха и чистого водорода! Если бы поджигался чистый кислород и чистый водород – это был бы не огонь, а взрыв, а так – просто сильная струя пламени. Вот этот чистый водород драконы и хранят у себя в своём подобии плавательного пузыря. Откуда водород берётся? Хм-м… ну, человек тоже порой… испускает… сероводород… А драконы научились получать чистый водород. Эволюция, блин!

О чём это я? Ах, да! Представьте себе громадный пузырь внутри дракона, наполненный чистым водородом, который легче воздуха. Что получится? Правильно, как побочное свойство, огнедышащие драконы получили возможность плавать в воздухе. И крылья им нужны не для полёта, а для управления телом в процессе этого «плавания».

В этом месте Эля ахнула:

- Постой, Кляк, ты хочешь сказать, что драконы просто… плавают в воздухе? Как рыбы в воде?

- Вот именно, – ответил я, – вот именно. И это наша единственная надежда завалить флидатора.

И я продолжил. Давно замечено, что крылья дракона не могут развить такой подъёмной силы, чтобы оторвать его тушу от земли. А ему это и не надо! Его тушу от земли отрывает водородный пузырь. Мощные ноги, которые, как думают люди, поддерживают его мощное тело, на самом деле служат специфическим балластом, предотвращающим кувыркание в воздухе, и помогают в полёте совершать резкие развороты и броски. А длинный, толстый хвост служит противовесом огромной голове. Драконы могут зависать в воздухе, жить в воздухе, спать в воздухе… но там мало пищи. Чем питаются крупные драконы? Нет, не овечками, этих овечек им на один зуб… Крупные драконы питаются другими крупными драконами. Например, травоядными, которые не летающие и не огнедышащие! Но, травоядные драконы – это вам не овечки! Это драконы! С шипами, с рогами, с костистыми наростами…

А теперь представьте, что началась битва летучего ящера с нелетучим. Один сверху плюётся огнём и норовит разодрать жертву когтями, благо массивные ноги позволяют упрятать в них массивные когти. Другой защищает голову рогами, спину костистыми наростами и шипами, а сам машет в ответ хвостом, у которого на конце этакая рогатая булава. Представили? Если такое будет продолжаться тысячи лет, то где эволюция сделает лучшую защиту для летающего ящера? Правильно, на брюхе. Ну, и по бокам, рядом с брюхом.

А теперь представьте, что какой-то жалкий рыцарь на жалкой лошадке нацелил своим жалким копьецом в бок дракона, защищённый такой броневой чешуёй, которая может легко выдержать удар костистой лапой и шипастым хвостом другого дракона… Если бы у драконов было чувство юмора, они бы все со смеху передохли! Дракона можно взять только сверху! Там, где защита самая слабая, откуда он нападения не ожидает. И сделать это может только гном!

- Я?!! – поразился до глубины души Эрих, – почему я смогу, а вы нет?

- Потому, что ты самый сильный! – непреклонно ответил я, – Потому, что только ты сможешь раздвинуть драконью чешую! Только тебе под силу так пронзить дракона, чтобы проткнуть его водородный пузырь! И, кроме того, мы с Элей будем заняты.

- Нет, я понимаю, что силы у меня хватит, – Эрих был в замешательстве, – но пока я буду его чешую выламывать, он же меня, как кобель муху!

- А вот этим, как раз и будем заняты мы с Элей, – возразил я, – в смысле так отвлекать дракона, чтобы он на тебя и внимания не обратил!

Эля открыла рот и… закрыла снова. Мне опять стало гадко на душе. Я же им поставил шах и мат, после взаимных упрёков в трусости и взаимной же похвальбы в геройстве, ни один из них теперь не отступит. Я помотал головой, отгоняя нахлынувшее чувство и начал излагать свой план в деталях, вычерчивая схему внутренних органов дракона, с водородным пузырём.