Интерлюдия

В дверь дома старосты Фрола ближе к рассвету кто-то тихо, но мерно стучал. Спросонья мужчина не мог понять, что происходит. Марса, его жена, накинула на себя домашнее платье и подошла к двери.

— Кого там на ночь глядя принесло? -недовольно буркнула она.

— Марса, открывай, это Зен, дом травницы горит.

Услышав такую новость, женщина распахнула дверь, чтобы впустить ночного гостя, но тот не вошел, а посмотрел за спину хозяйки дома.

— Она жива, но сильно избита. Сониту я не нашел, видимо те, кто поджег дом, забрали её с собой.

— Пошли. Где она сейчас?

— Роксана без сознания, я отволок её подальше от полыхающего дома.

Издалека виднелся пожар: огненно-багровый языки пламени озаряли ночное небо оранжевыми бликами, разгоняя темноту. Дом, охваченный огнем, пылал, разметая во все стороны искры, выдавливая окна, со звоном и треском падающие на землю, валил черный густой дым.

Окинув взглядом всю поляну и радуясь тому, что дом травницы стоял в стороне от остальных и ждать новых возгораний не придется, Фрол спросил:

— Где она?

— Под тем деревом, — Зен показал пальцем в сторону леса.

Софья.

Когда мы с бабушкой оказались в замке, я чувствовала себя Золушкой, впервые попавшей на бал, вот и рассматривала во все глаза музейную красоту. Только времени, чтобы утихомирить мое любопытство, не дали, а повели в спальню к больному.

Взгляд герцога словно приковал меня, я ощущала себя овцой перед убоем, таким тяжёлым и проницательным был его взгляд, но Роксана, как всегда, выручила меня, схватив за руку. Почувствовала, как меня окружила теплота её рук, и я словно маленький ребенок была окутана нежностью и заботой матери…. Взгляд графа уже не казался таким страшным, долго не думая, принялась за дело, рассматривая лежащего передо мной светловолосого юношу, бледного, с заострившимися чертами лица, даже в таком состоянии остающимся очень привлекательным.

Роксана отвлекла меня от раздумий и быстро шепнула, чтобы я осмотрела юношу и принялась его лечить. Для неё важнее всего было то, чтобы о моем появившемся даре никто не знал, но, по-моему мнению, скрыть это было невозможно, но желательно пусть это произойдет намного позже. К моей радости, виконт очнулся, и я даже не заметила, как вскочила с кресла, на котором сидела, избавляя от проклятья виконта, и оказалась рядом с бабушкой. Видимо, сил было затрачено много, потому что все остальное, было словно в тумане, мне сильно хотелось есть и спать, а чего больше, я так и не смогла решить. Я спала очень долго и вечером следующего дня проснулась от чувства сильного голода, было ощущение, что скоро он сам себя начнет не просто есть, а жрать, простите за тавтологию. Неделю все было спокойно, но после прихода этого странного мужчины, зудящее чувство беспокойства стало подниматься изнутри, захватывая меня полностью, только сейчас я стала понимать, что не собиралась общаться с ним и неожиданно остановилась и осмотрела его на присутствие негативной магии в организме, которое и является порчей, сглазом или проклятьем в зависимости кто его сделал и с какими эмоциями. А в теле несчастного виден как облачко или спрут. После слов бабушки: «На сердце неспокойно после прихода этого мужчины, мне кажется, он тебя разыскивал», напряглась.

Я еще сильнее разволновалась, а сейчас сижу в кустах на краю деревни и пытаюсь наблюдать, что там происходит. Почему пытаюсь? Было видно плохо, все же ночь на дворе, а пользоваться магическим зрением я еще не научилась. Хотя бабушка велела мне убегать от дома чем дальше, тем лучше, я не могла оставить её одну.

Дом загорелся совершенно неожиданно, отчего я вскочила и не думая о том, что меня могут заметить, бросилась обратно, но непонятная сила откинула меня, и я, ударившись об ствол дерева, заскользила вниз, успев подумать, что откинуло словно на батуте, и потеряла сознание. В себя пришла от солнечного лучика, пробившегося сквозь ветки деревьев и осветившего полянку. Я прислушалась: утро в лес пришло звонким щебетом многоголосых птиц, тихим шелестом листьев на деревьях и трескотней насекомых. Понемногу я стала приходить в себя и чувствовать, как боль утраты наполняет мое сердце, слезы подкатили к горлу, сдавив спазмом.

Сквозь лесной шум мне удалось услышать мужские голоса. Это были те же самые мужчины, которые приходили к нам в дом, это они убили мою бабушку. Превозмогая боль в теле от неудобного лежания на земле, я перевернулась на бок, затем на живот и встала на корячках. Сильная злость образовалась в сердце, и я готова была выплеснуть все на этих отморозков, но чья-тот тяжелая рука, опустившаяся на плечо, остановила меня.

— Если ты сейчас это сделаешь, то выдашь саму себя, кроме этого, после гибели аристократов сюда заявятся ищейки и от этого пострадают все жители и Роксана. Она жива, избита сильно, но со временем все переломы и ссадины исчезнут, -услышала позади себя голос старосты.

Непонятно куда все исчезло, я лишь тяжело вздохнула, почувствовав, что сжатая пружина в душе с прошлой ночи, отпустила меня, и я разревелась.

— Успокойся, девочка. Главное, что вы обе живы. Твоя бабушка словно чувствовала, что ты не уйдешь. Вот тебе адреса нужных людей, как устроишься, напиши. К этому времени, думаю, Роксана придет в себя, она присоединится к тебе, когда почувствует себя лучше. Но это будет не скоро, ей надо будет увести преследователей от тебя подальше.

Я лишь кивнула, даже будучи избитой, она думала про меня.

— Вот тебе узелок, там немного еды. Сейчас пойдем, я провожу тебя, пока эти, -он кивком указал на мужчин, копошившихся в руинах пожарища, -не очухались и не стали проверять лес.

Фрол подал мне руку, и я поднялась, все тело ломило, а голова нещадно болела. Каждый шаг давался с трудом, хотелось улечься куда-нибудь, желательно на мягкую постель, и ни о чем не думать, но страх за свою жизнь подгонял убежать, спрятаться, забиться в какую-нибудь дыру, чтобы зализать раны.

— Ничего, девочка, ты сильная, справишься. Если смогла среди хищников выжить в младенчестве, то сейчас тоже выдюжишь, -поддерживал меня словами мужчина.

Шли мы долго, очень долго, время уже перевалило за полдень, а у меня в голове стучала лишь одна мысль:

— Когда же привал?

— Через час будем на месте, там и отдохнешь, -ответил Фрол.

Видимо, я свой вопрос произнесла вслух. Мы пробирались лесом, по бездорожью, у меня уже подкашивались ноги, когда я услышала заветное слово:

— Привал.

Я распласталась, как доска, на мягкой травке и блаженно закрыла глаза.

— Сонита, — я почувствовала, что Фрол сел рядом. — Ты же не Сонита?

— С чего ты взял? -я старалась скрыть панику и придать голосу полное равнодушие.

— Есть некоторые моменты в поведении девушек, которые никогда не сделает коренная жительница нашего мира.

Я открыла глаза и внимательно посмотрела на старосту.

— Какие например? -я села и поперла спиной ствол дерева.

— Ни девушка, ни женщина никогда не ляжет при чужом мужчине, -улыбнулся он.

— Даже если она теряет сознание?

— Потеря сознания это одно, а просто лечь перед чужим, хотя и знакомым, считается неправильным и осуждается. Так поступают…ммм…женщины легкого поведения. Отсюда я сделал вывод, хотя ты и выглядишь как Сонита, но ты не она. А если взять то, что девушка долго не приходила в себя после отравления ядом арахнида, то ты пришлая. Мне о них рассказывала моя бабушка, раньше они часто попадали в наш мир.

Я молчала не зная, что ответить на домыслы мужчины.

— Не заморачивайся, я все равно об этом никому не скажу…говорю это потому, что рад познакомиться с пришлой и жаль, что ты уедешь в другое королевство. Хотелось бы узнать о тебе побольше, -улыбнулся он. — Если немного отдохнула, то слушай меня внимательно. Я провёл тебя охотничьими тропами, и мы примерно в тридцати километрах от нашего поселка. Через пять минут мы выйдем к тракту, который ведет в портовый город Теран. Молодым девушкам там опасно, поэтому я попросил своего друга помочь тебе сесть на корабль, идущий в Вергас. На листке, которые я тебе дал, все данные, куда ты должна отправить письмо после того как устроишься, и адрес моего друга Колина. Он маг, причем очень сильный, даже если так случится и тебя найдут поджигатели, он сможет с ними справиться. Деньги у тебя только золотом?

— Нет, есть медные, серебряные.

— Спрячь золотые, медные понадобятся при въезде в город, серебряные, когда тебя представят капитану, с которым ты уплывешь на Вергас, а также для оплаты проезда караванщику. Там легче затеряться и кроме этого, ни зверолюди, ни оборотни своих жителей никогда не дадут в обиду, даже если будут являться друг другу врагами.

Фрол посмотрел на солнце.

— Нам пора, скоро на дороге появится караван.

Меня всегда поражало умение жителей ориентироваться по солнцу. Они всегда точно знали который сейчас час. Мы успели подойти к краю леса, когда появись первые телеги каравана.

Фрол помахал рукой, а я стояла в ступоре, пока он изъяснялся с хозяином каравана.

— Сонита? -когда я подняла голову, то поняла, что он уже не раз меня окликнул. — Подойди сюда.

Стараясь не смотреть на страшилищ, похожих на огромных аллигаторов длинной в четыре метра, я подошла ближе. Он успел шепнуть на ухо.

— Я же говорил, что пришлая, наши дети с детства видели ездовых дракалов.

Я поздоровалась

— Вот, господин Аларик Утонс, это моя племянница, ей надо в Теран. Она травница, если вдруг что-то случится, спасите от напастей Всевышние, сможет лечить в дороге.

Мужчина хмыкнул, но кивнул головой, затем посмотрел своими карими глазами на девушку.

— Десять серебряных.

Я вынула заранее приготовленные монеты и отдала караванщику.

— Сядешь в кибитку, в третью по счету. Там едет одна старушка. С ней никто не хочет общаться, от нее пахнет гнилью, другого места предложить не могу, все занято.

— Спасибо господин Аларик Утонс.

Он махнул рукой. Караван двинулся, а Фрол, сосчитав кибитки, помог мне подняться в третью.

— Будем ждать от тебя вестей, Сонита. Будь осторожна девочка.