Осень.

Дни становятся всё короче, а ночи всё длиннее. И это не только от того, что осеннее золото начало радовать глаз, но и от бесконечной занятости. Я трижды проклял момент, когда решил стать полноправным графом. В кабинете главы семьи обнаружилось много интереснейших вещей. Начиная от долговых расписок, притом, что долги были в нашу пользу, что меня порадовало. А то могло оказаться, что графство не только разорено, но и по уши в долгах. Ан-нет, должны были нам. Мелькали фамилии различных знатных семей: Баронов, виконтов, даже один граф. У некоторых сроки уже подходили, а другие заняли только недавно, но это хороший инструмент для интриг. Можно простить часть долга или весь долг, за маленькую услугу. Стравить друг с другом баронства, заключить браки, если найдутся заинтересованные лица. Конечно не со мной и не с Софией. А вот одного баронства с другим, если найдётся меланхоличный юноша, втрескавшийся в какую-нибудь баронессу, но не получивший её руки. Ух! Как власть ударила в голову. Ладно, что тут ещё? Какие-то ценные бумаги, документы о вкладах в банках, банковские ячейки с драгоценными камнями. Хоть мой братец был трусом, но он был не дураком в бухгалтерских делах. Боюсь, что он был слишком умным и нам не удастся найти ему замену. Почему же он довёл графство до такого бедного состояния? Зачем ему вытягивать последние соки из простых крестьян и прогонять торговцев высокими налогами?

Здесь же хранились и письма, которые были интересны как мне, так и Софии. Особенно было интересно наблюдать за лицом Софии, когда она читала про свою помолвку с бароном Вигором Яр-Хейсом. Она немедленно потребовала разорвать помолвку, но я мог лишь развести руками. У меня до совершеннолетия не будет таких прав, да и у неё, как у будущего регента тоже не будет возможности разорвать эту помолвку, так как это может сделать только полноправный член семьи. Я мог успокоить сестру только тем, что дата свадьбы не указана, а значит осталось дождаться весны. На самом деле, мои отношения с сестрой становились всё лучше и лучше. Но я по-прежнему проверял еду на яд, особенно угощения от Софии. Её это не раздражало, а наоборот забавляло.

Задачи внутри поместья были поставлены и поэтому я начал разъезжать по графству, лично наблюдая за ситуацией. Приказ о снижении налогов для торговцев и отмене налога на урожай был составлен на следующий день после административного совета. Гонцы разъезжали по городам, селам и даже деревням оглашая новые законы. Крестьяне облегчённо вздохнули. Некоторые селения были настолько разорены поборами, что мне пришлось отправлять гонцов в поместье для экстренной помощи в виде съестных припасов и семян. А ведь дело не только в налоге, как я выяснил у капитана Бремингтона, кроме налогов, которыми, в основном занимались солдаты, они могли ещё что-то требовать для себя. И этим могло быть не только зерно или деньги, но и молодые девушки. Я чувствовал отвращение и подозревал, что среди оставшихся солдат были такие люди, но не стал ничего предпринимать, только пригрози кастрацией за повторение таких эксцессов. Для тех, кто не понял что такое кастрация и что такое эксцесс, пришлось выражаться в более красноречивой форме. Конечно, зима для крестьян всё равно будет тяжёлой, радует только, что здесь не сибирские морозы. Зимой я уже не буду лично разъезжать по деревням, доверю это тем же солдатам, капитан Бремингтон отберёт лучших для такого дела и будет отвечать за правильное выполнение поставленной задачи головой. Причём в прямом смысле, что я доходчиво до него донёс.

Кстати о солдатах. Поначалу моя тренировка была для них крайне утомительная, но вскоре они уже привыкли и тогда, я увеличил нагрузки. Через три недели была построена полоса препятствий, к которой солдаты отнеслись сначала скептически, до первых ушибов и переломов. Тут я и завёл новую должность в своей казарме – военный врач. Всего я создал две должности врача на свою роту, но среди бойцов оказался только один врач-недоучка. Найти второго было проблематично, так как он должен был не только знать своё врачебное дело, но и тренироваться вместе с солдатами с такой же нагрузкой. Но здесь сыграл свою роль случай. В первый день моего приезда половина роты отсутствовала, но, постепенно, солдаты начали возвращаться. Часть была отсеяна, часть осталась, часть уволилась по собственному желанию. Среди вернувшихся солдат был и врач. Правда, он был известен тем, что много пил, но я оставил эту головную боль на капитана, который, в свою очередь передал это лейтенантам, с моего позволения назначенных им из солдат. Чтобы подстраховаться, я решил нанять в городе какого-нибудь врача, чтобы подтянуть знания солдат. Итого из 189 человек моей гвардии, сейчас было чуть больше ста десяти. Но тут сыграет свою роль бойцовский турнир, который уже должен состояться в скором времени.

Пришлось организовать дополнительные расходы. Сам турнир, естественно, будет проводиться на плацу и на полосе препятствий. Были предусмотрены награды в зависимости от места в каждой из трёх дисциплин. С подачи Эрдэна, было решено разослать приглашения местных баронам и виконтам. Помимо своих собственных владений, граф управлял несколькими виконтами, под властью которых находилась масса баронов. И вот настало время заводить знакомства, налаживать с ними отношения, попытаться понять, как они относятся к переменам. Что было удивительно, императорская семья приняла приглашения и нам следует ожидать принца Иогана Лоркест Яр-Силлиана. Чтобы было лучше видно, около плаца была построена временная трибуна, с которой можно было просмотреть места для боёв и полосу препятствий. Самые высокие места на трибуне естественно займут хозяева поместья и почётные гости. А так как более почётного гостя чем сын императора быть не может, то там будем сидеть только мы трое. Я, как наследник семьи, София, как регент и принц. И, конечно, наша охрана, стоящая за спиной.

Вся организация влетела мне в копеечку, но, с учётом богатств моего брата, это была мелочь. Каламбур какой-то получился, учитывая, что в этом мире нет копеек. Незадолго до турнира приехала императорская комиссия, я думал, что будет формальное расследование, но они подробно расспрашивали у всех о событиях того дня, Габриель был подвергнут тщательному, но безуспешному допросу. А вот меня долго не стали допрашивать, в этом мне помог титул графа. Залезли в каждую дырку и щель в доме, в поисках трупа, но так и не смогли найти. Рабочей осталась версия, что под тяжестью своих грехов и в страхе перед ответственностью Вантер Яр-Феррал воспользовался амулетом случайной телепортации и бесследно исчез. Меня назначили наследником семьи, а Софию регентом, до моего совершеннолетия, что не удивительно, все бумаги с подписями и печатями императорской семьи у проверяющей комиссии были с собой.

Так как в Империи мы вели разговоры только на Имперском языке, Пешка хоть и с сильным акцентом, но уже хорошо понимала Имперский и говорила на нём. Но пришла другая беда, на третьей неделе нашего пребывания здесь, я заметил, что Пешка от безделья и от постоянного объедания набрала в весе, и имел глупость сказать ей об этом. Ночи сразу стали холоднее. Правда, на следующий день, среди солдат, я заметил занимающуюся Пешку. О том, кем является Пешка, все в доме прекрасно знали, поэтому я не беспокоился за неё. Я больше беспокоился за солдат, которые могли быть приглашены прекрасной дамой на поединок, за шутки над орчихой. Всё-таки простой народ, как и солдаты, более резко относились к представителям других рас, чем аристократы, которые по большей части делали вид, что не терпят их. Всё вышло так, как я и думал. И, даже лучше. После первого выигранного поединка, последовали и другие и не в качестве обиды, а в качестве защиты своего достоинства. Как можно проиграть орку, к тому же женщине? Но Пешка выигрывала один поединок за другим. За время наших странствий, я научил Пешку, что в бою нет места правилам. Естественно, мечи и копья были покрыты защитными кожухами во избежание серьёзных травм, но всё-таки было пара серьёзных ушибов и один перелом. Пешка, обученная мной различным подлостям, не стеснялась пользоваться пинками, особенно в пах, ударами локтем в лицо, подсечками, прыжками, кувырками и другими трюками, которые солдаты даже и не видели. Конечно, в боях один на один, максимум три на один, это полезные навыки, но вот в строевом бою армии на армию, такие навыки будут скорее опасны для своих же. Поэтому такие трюки не входили в обучение моей гвардии. А вот некоторым построениям, например фаланге, их обучить стоит. Для этого я заказал несколько длинных копий. Но, сначала, нужно добиться дисциплины и физической подготовки. Кстати, через несколько недель побед, Пешка всё-таки проиграла. Солдаты так радовались, что я подумал, что они войну выиграли. Я даже разрешил сегодня им выпить чего-то покрепче воды, собственно, выкатив бочку с пивом из подвала. На моё удивление, они не стали напиваться, лишь выпив по паре кружек и убрав бочку на более подходящее время. Пешка надула губки, но всё равно была довольна.

Турнир был назначен на первое октября. К этому времени уже будет собран урожай с полей и крестьяне смогут со спокойной совестью приехать на соревнование. Для этой цели были наняты повозки, которые доставят тех крестьян, что живут слишком далеко, от моего имения и именно по этой причине не смогут приехать. Оставалась проблема, с размещением гостей. Если знатных гостей и их свиту можно было бы разместить в доме, а их охрану в казарме, которая была достаточно большая, чтобы вместить более шести сот человек. То крестьян я не мог пригласить в дом. Статус не позволяет. Пришлось нанимать плотников, чтобы они соорудили несколько хижин, на территории имения, с минимумом удобством. То есть, только стены да крыша, да место для сна. Под это, я, скрепя сердцем, отдал часть красивого сада. Сестра была в бешенстве, назвав меня вандалом и другими словами, которые я не ожидал услышать от столь высокоблагородной особы. Окупятся ли мои затраты, сможет показать только время. На турнир велась предварительная запись участников, и сейчас насчитывалось около пятисот участников. Даже больше, чем я ожидал. Солдатам других аристократов было запрещено участвовать, так как я их не мог нанять себе в любом случае. А вот баронам, если они желали показать свою удаль, можно объявить о своём участии уже непосредственно на турнире. Правда, я сомневался, что такие найдутся. Победить ничтожную чернь – славы не принесёт. А вот если кто-то проиграет, то это будет позор на всю семью.

К концу сентября начали прибывать первые гости и нам с Софией, приходилось встречать каждого лично, так уж велит этикет. Во взгляде некоторых читалось уважение, кто-то поглядывал на нас с презрением или усмешкой, а кто-то с откровенной неприязнью. С улыбкой на губах такие люди будут в лицо благословить небеса за столь гостеприимного хозяина, а в спину будут посылать проклятия. Больше всего было с высокомерными взглядами. Причём, такие взгляды были от вторых или третьих сыновей баронов, в то время как главы семей и наследники, были вполне приветливы. Конечно, это правило не применимо ко всем. Всегда есть исключения в любой категории. Из-за этих высокопочитаемых гостей, мне пришлось спать одному, чтобы не травмировать их нежную психику. Кто-то из гостей был спокойным и вёл себя непримечательно, а вот другие наоборот требовали внимания или устраивали скандалы на пустом месте. То им чай не сладкий, то еда пересоленная, то вода не вкусная. Одна гостья меня настолько достала своими причитаниями к качеству еды, что я предложил ей отправиться в свинарник и жрать там вместе со свиньями, чтобы она поняла какая еда действительно не вкусная. От такой наглости, её муж вызвал меня на дуэль. Теперь, этот бравый вояка никогда не сможет держать в правой руке оружие. Стилет идеально вошёл в локоть барона, навсегда выведя руку из строя. После этого случая, скандалов стало поменьше. Эх, что день грядущий мне готовит?