А ты хоть и прав – но противный зануда!

Ольга Арефьева.

- Что-то случилось? Ты кажешься не выспавшейся, – заявил на следующий день Кащей, когда я припёрлась к нему, как всегда, в неурочный час.

Конечно, не выспалась! Я перед этим ночь почти не спала, с Горюном разговаривала, потом бал этот, ни дна ему, ни покрышки, потом опять всю ночь беседовали. Сперва я отругала блохастика. Я ему сказала, где прятаться? А он почему опять меня в кровати ждёт? Но, долго сердится на Горюшку оказалось попросту невозможным. Когда он замурчал, и прижался ко мне тёплым, мягким бочком, я растаяла. И принялась почёсывать пушистую спинку. А он рассказал мне … нет, об этом лучше потом. А сейчас я посмотрела на Кащея самым честным взглядом:

- Да, нет, что ты? Это я по поводу бала переживаю.

- Зря! – хмыкнул Кащей, – Весьма любопытная беседа вчера нарисовалась! Я из неё много интересного почерпнул. Есть, понимаешь, ниточки, за которые можно людей дёргать. И вчера некоторые такие ниточки нарисовались. Этакие грешки молодости. Теперь только покопать в нужном направлении, и – подсекай! Какому конгрессмену, к примеру, понравятся воспоминания его бывшей сокурсницы, которой пришлось в юности аборт делать? Из-за него. Или, можно ещё …

- Я определилась, почему ты гад и мерзавец, – перевела я неприятный разговор.

- В самом деле? Любопытно послушать!

- Потому что ты захватчик! Ты постоянно желаешь покорить чужие земли!

- И что в этом плохого? – искренне изумился Кащей.

- Как это «что»? – обомлела я, – Всё! Всё плохо! Угнетение народов! Выкачивание национальных богатств! Имперские амбиции и геноцид!

- И ты можешь это доказать? – Кащей удивлённо покрутил головой, – Ну и ну! Давай рассмотрим факты? На примере внешнего мира?

Одно время британская империя – ты слышала про британскую империю? Ага! Это хорошо! – так вот, британская империя имела своими колониями Индию и Китай. Которые, по твоему утверждению, «угнетала и притесняла». И что же? Теперь у Китая вторая экономика мира, а Индия уверенно занимает пятую строчку и поднимается к четвёртой! Разве это не достижение? Разве это плохо?

- Но, ведь это только после освобождения от колониализма! – возмутилась я, – Когда эти страны были под пятой империалистов, они были в нищете. Они голодали!

- Ну и что? – невозмутимо возразил Кащей, – Главное, ты не можешь отрицать, что порабощение этих стран дало невиданный толчок к будущему процветанию. А, раз так, то временное порабощение обернулось будущим благом. Согласись, что это так.

- Не так! – я кипела возмущением и негодованием, – Ещё неизвестно, каких высот достигли бы эти страны без колониального рабства!

- Никаких «высот» они не достигли бы! – фыркнул Кащей, – Что мешало этим странам достигнуть экономических высот раньше? До британского владычества? Вот, спроси меня: «Что им мешало?».

- Что им мешало? – послушно спросила я.

- Я тебе скажу, «что»! – обрадовался Кащей, – Им мешала внутренняя разобщённость! Борьба между кланами. Взаимная вражда. Да, чего там! Они чуть не под корень вырезали друг друга, пока все не попали в колониальную зависимость к британцам! И ещё: эти страны были слишком ориентированы на добычу полезных ископаемых, а не на промышленное производство. Запомни, девочка, страны, которые продают ресурсы всегда проигрывают странам, которые эти ресурсы перерабатывают. Всегда. И не важно, что это за ресурсы. Шкуры животных, лес, пенька, шёлк или нефть и газ. Результат один. Проигрыш. Пока британцы не принесли в Китай промышленное производство, китайцы были никем. А когда у них случилась промышленная революция, они стали великой нацией. И произошло это, благодаря колониализму. Финиш.

- Нет, не финиш! – сквозь зубы заявила я, – А как же индейцы? Их вырезали! Значит, колониализм не такое уж счастье!

- Сами виноваты! – равнодушно пожал плечами Кащей, – У них было то же самое. Индейцы племени сиу ненавидели племя гуронов, а гуроны терпеть не могли племя делаваров. А делавары мечтали вырезать племя апачей. И все они были врагами ирокезов.

Китайцы смогли забыть взаимные раздоры и объединиться. И только тогда скинули британское владычество. И до сих пор объединены. Единой целью, единым управлением. А индейцы – не смогли. И что это значит? Это значит, что они оказались нежизнеспособной нацией. Недостойной жизни. Вот и всё. Кто слаб, тот умирает.

- Попахивает фашизмом, – заметила я, – По поводу высших и низших рас.

- Нет-нет! Просто страны напоминают людей. Кто-то сильнее, кто-то слабее, кто-то хитрее. А люди напоминают животных. Они, собственно, от них и произошли. И, значит, есть страны – хищники, и страны, которые предназначены этим хищникам на съедение.

- И это повод уничтожить целый народ? – горько спросила я, – Уничтожить их самобытную культуру?

- Са-мо-быт-ну-ю! – со вкусом, по слогам, повторил Кащей, – То есть, говоря обычным языком, такую культуру, которая не вписывается в обычную, мировую культуру?

Ты права! К моменту появления белых колонистов, у индейцев ещё практиковалось жертвоприношение. Весьма самобытно, не находишь? А высшим достижением доблести, считалось снятие с врага скальпа. Лучше, если с живого врага. Вот сидишь ты, индейская скво, возле шатра, похлёбку варишь для маленьких деток. А тут твой муж из диких прерий выходит. Радостный такой. Весёлый. И трясёт перед твоим носом окровавленным пучком волос. И что же? Ты улыбаешься, дети радостно визжат … Очень культурно!

Василисушка! Опомнись! Индейцы даже колеса изобрести не могли! Они свои шатры разукрашивали не кисточками, а руками! Опустят в краску ладонь, а потом этой ладонью шлёп по шкуре! Ура! Красиво! Ты можешь назвать великого индейского музыканта, художника, поэта, писателя?.. Вот то-то!

- Но, они строили великие храмы! Они разбирались в движениях звёзд! Они создали необычайно точный календарь!

- Да, необычайно точный … для их уровня развития, – согласился Кащей, – А весь мир к этому времени пользовался своим календарём, не хуже. Зачем же нужен другой календарь? И храмы, предназначенные для того, чтобы вырывать живое сердце из живых людей – это высокое достижение, да!

Нет, ну почему так? Такое ощущение, что у Кащея готов ответ на любой мой вопрос! Ещё до того, как он задан! Впрочем, понятно, почему. Кащей организовывал информационную пропаганду задолго до того, как я родилась. В том числе, объяснял простым колонистам, почему индейцев надо уничтожать. Не учить музыке и живописи, не сажать детей в школы, а уничтожать в резервациях, стравливать племена между собой и подбрасывать им зараженные оспой одеяла. Тьма изобретательна в поисках ответов, которые кажутся разумными. А на самом деле – мракобесие. Китайцы тоже сбросили колониализм не потому, что британцы стремились сделать Китай великим. То есть, возрождение Китая произошло не благодаря британцам, а вопреки. Только, доказать это логически, для меня невозможно. Кащей ухмыльнётся и скажет, что история не приемлет сослагательного наклонения. «Если бы»! Что было бы, если бы британцы развивали Китай на благо китайцев? А никто не знает! Факты же говорят о том, что именно после колониальной зависимости, Китай занял лидирующее положение в мире! Шах и мат!

Тьфу на тебя, Васька! Ты уже думать начинаешь, как Кащей! Неужели, постепенно подпадаешь под его влияние? Неужели тоже наливаешься тёмной силой? Нет, Васька, какая ты дура набитая! Это Кащей хочет, чтобы ты так думала! А ты не такая! Не такая, я сказала!

- А, кстати! – Кащей глядел на меня подозрительно ласковыми глазами, – Ты вчера танцевала на балу с одним молодым человеком. И как он тебе? Анджей Полонски?

- К чему вопрос? – насторожилась я. И сердце предательски застучало в груди.

- Ну-у-у … – Кащей неопределённо покрутил пальцами, – Мало ли! Ты у меня девочка взрослая, вдруг тебе замуж захочется? Должен же я подыскать тебе достойную пару? Заблаговременно!

И Кащей посмотрел на меня сквозь хитрый прищур. Я чуть не ляпнула про Ваньку. Мол, не напрягайся, жених у меня уже есть. Но, вовремя спохватилась. Подумала, и ответила веско:

- Батюшка, неужели у тебя дела идут так плохо, что ты вынужден меня замуж выдать? За какого-то … первого встречного! Неужели ты мечтаешь моим замужеством поправить свои пошатнувшиеся финансы?

В шахматах это называется цугцванг. Любой ход противника ведёт к ухудшению его положения. Скажи Кащей, что у него дела идут хорошо, а я ему сразу: «Тогда нет повода для торопливости с замужеством!». А про то, что дела идут плохо, он мне ни за что не признается. Даже, если бы они, и впрямь, были бы хуже некуда.

Плохо я знала Кащея! И в шахматах он посильнее меня будет. Кащей задумчиво покусал нижнюю губу, и ответил:

- Ты права, дочка. Торопиться не будем. Время у нас ещё есть. Целый вагон. Выберем самого достойного.

И я поняла, что это отсрочка. А потом Кащей выдаст меня, хочу я того или нет. За того, за кого сам захочет. Раз уж я сама определиться не в силах. Вот гад!