- Ты знаешь? – задумчиво сказал принц на следующее утро, – Мне начинает казаться, что мы в самом деле спасёмся!

- Типун тебе на язык! – возмутилась я, – Ещё накаркаешь чего не надо! Сиди, рули, и помалкивай! Кстати, если ты не знаешь, то знай: звук над морем слышен гораздо дальше, чем над сушей! А в тумане и подавно! Даше шёпот можно различить издалека.

- Я не каркаю, – задумчиво возразил принц, – Я простого говорю. Вот, ещё несколько дней назад я был весел, счастлив и доволен жизнью. Да, отец говорил, что в королевстве зреет смута и мятеж, но… как-то не ощущалось. Где они, эти смута и мятеж? А я вот он, весел и здоров. И отец балы закатывает. А потом – раз! – и в один момент всё поменялось. В один момент! И я перестал понимать, кто друг и кто враг. На кого можно надеяться, а на кого нельзя. Кому можно доверить свою жизнь, а кому… Эх!

Перепугался я тогда знатно! И даже не за жизнь свою стало страшно, хотя и это тоже. А просто всё в голове перемешалось и перевернулось. Кто есть кто?! Ну, я говорил. Я тогда натанцевался с этой… Матильдой фон Штяйн… странно, до этой минуты я про неё и не вспоминал, а раньше думал, что влюблён без памяти… Ну, вот, натанцевался я до упаду и пошёл во двор, подышать свежим воздухом, да не дошёл. И это счастье, что не дошёл! Иду, вдруг мимо меня по коридору гости, слуги, какие-то незнакомые люди!.. Все бегают, кричат. Нападение, измена, переворот!!! И первое, что я вспомнил, это не наставления отца, а ваши советы, сударыня. Хотя, до этого, эти советы мне и не нравились вовсе. Как-то от них… трусостью, что ли, попахивало. А тут смотрю: по коридору бегут раненые, все в крови… И мне как-то стало не до геройства… Я, что, трус?!

- Нет, – мягко коснулась я его руки, – Ты не трус. Ты просто растерялся. И любой бы растерялся на твоём месте. Кстати, эти люди… они же не организовали оборону? Они тоже побежали? Получается, они все трусы? Нет, это просто растерянность и паника. Умело организованные врагами.

- Спасибо! – искренне сказал принц, – Я тоже так думал, но… от тебя услышал, и на сердце полегчало!

- И что дальше?

- Дальше? Я видел, как люди выбегают во дворик, и даже хотел побежать за ними. А потом подумал, и решил спрятаться на кухне. По твоему совету. Подкрался поближе к дверям кухни, и тут увидел чей-то фартук. Не то, кто-то сбросил, убегая, не то, ещё откуда-то взялся. Я его на себя накинул и пошёл на кухню, лицо от всех отворачивая, вроде как задумался или рассматриваю чего-то. Да им и не до меня было! Там главный королевский повар порядок наводил. Длинной, такой, поварёшкой. Слухи, они как пожар, в момент по всему дворцу вспыхнули. Вот я и улучил момент, спрятался за какие-то бочки. Кажется, их прикатили, а в подсобку убрать не успели. Сижу, ничего не понимаю, вокруг крики, шум, суета. Прибегает повариха, рыдает, аж в истерике заходится, что всех во дворце уже перерезали, только до кухни ещё не дошли. Тут поварёнок орёт, что во дворе своими глазами целую гору трупов видел, а врагов вокруг видимо-невидимо! Страшно! Я уже и с жизнью прощаться начал. И тут твой голос! Как… как…

- Не надо! – опять положила я ладонь на руку всхлипнувшему принцу, – Я всё понимаю.

- Не-е-е… Я ж тогда подумал… Я ж подумал… А чего она тут живая, когда всех перерезали?! А потом решил: всё равно мне тут не отсидеться. Так чего уж… И пошёл. Я к тебе, как на убой шёл!..

- Ну, не убили же? Обошлось?

- А потом я у ворот чуть не обделался! Когда настоящих врагов увидел. Понимаешь, когда говорят слова, это одно дело: «враги, враги»… А тут, вот он стоит! Мордатый, небритый, в стальной кирасе, не по размеру, глаза с прищуром, и смотрит подозрительно! Враг! И если он меня узнает… А у него на поясе во-о-от такой палаш!

Я вздохнула. И в самом деле, парню ещё и тринадцати не стукнуло, а тут такое на его глазах завертелось. И я не догадалась, пожалеть, ободрить… Только ругалась почём зря.

- И потом сколько раз боялся! – окончательно зашмыгал носом принц, – И что тот, у которого в роще заложницу взяли, стражу приведёт, а стража меня – хвать! И когда разбойники к нашему костру выехали. Четверо! Конных! И когда услышал, что за мою голову награду дают… И вижу, что ты это тоже услышала! И понимаю, что ты понимаешь, что если ты меня им… то они тебя отпустят, не тронут, ещё и золотом осыплют. А потом? Когда простудился? Уйди ты от меня, и мне бы конец! И потом, когда меня из пещеры вытаскивали?! Я ж думал, разбойники нас нашли! Отбиваться пытался, так они меня, как курёнка… А у меня мысль бьётся, сами они меня нашли, или не сами, а это ты им… А потом увидел убитых разбойников и понял, что ты меня не бросила. Что из-за меня жизнью рисковала и вообще… Во-о-от. А потом отравился. Тоже думал, что помру. Или что ты уедешь. Возьмёшь всех четырёх коней и уедешь. А я сдохну… А ты… А ты… А теперь верю, что мы и в самом деле спасёмся! Честно!

- Тихо! – шикнула я, сильно сдавив руку принца и прислушиваясь. Мне показалось, что плеснуло водой, вроде как, когда веслом гребут. Нет, показалось.

- Вот что, сестрёнка! – еле слышно прошептала я прямо на ухо принцу, – Когда в самом деле спасёмся, тогда и будем плакаться, и друг другу на шеи бросаться. А пока – сопли в кулак и помалкивать! Ясно?!

Нет, ведь хотела прижать к себе мальчишку, погладить по плечу, утешить… Ему это позарез надо! Он все эти дни в страхе провёл. В реальном или мнимом, неважно. Главное, что наболело. А я ему вот так – терпи! А с другой стороны, разве я не права? Осталось-то, по моим прикидкам, всего пару дней потерпеть!

Принц ещё несколько раз довольно звучно шмыгнул носом, и затих. А потом спросил негромко:

- А как ты в тумане видишь, куда плыть?

- Никак не вижу, – призналась я, – Просто, мы плывём не слишком далеко от берега. А в тумане, как я говорила, звуки слышнее. Вот я прислушиваюсь, и слышу, как прибой о берег бьётся. А если я слышу, где берег, то знаю куда плыть.

- А мне кажется, волны вокруг одинаково плещут…

- Не-е-ет! Ты получше прислушайся! Слышишь?! Это волны о наш ботик бьются, а во-о-он там отдалённый плеск, слышишь? Это уже о берег.

- Я бы не отличил, – вздохнул принц.

- Ну, так ты же… кхм!.. Я говорю, ты на море, поди-ка, первый раз? А мне доводилось, когда я планировала на побережье ярмарку устроить и место выбирала. Так что, не сомневайся!

- Ты выбирала место для ярмарки и поэтому научилась плавать по морю в туман?! – поразился принц.

Я прикусила нижнюю губу. И в самом деле, так себе отмазка!

- Главное, что я слышала, как бьёт прибой о песчаный берег! – возразила я, – И всё! Мне хватило. А теперь тихо! Рули и помалкивай.

- Ладно, только ещё один вопрос. А что мне говорить своим подданным, когда мы вернёмся, и они будут спрашивать, как я спасся? Рассказать, что меня девчонка спасла? Засмеют же!

- Конечно, нет! – успокоила его я, – Не волнуйся, когда мы будем в безопасности, мы придумаем тебе такую историю спасения, что все вокруг ахать будут! Я как-то говорила, что король должен быть овеян легендами? Вот это будет самая первая! Легенда о том, как король спасся из… твою мать!!! Накаркали!!!

Пока принц болтал, а я, дура, поддерживала разговор, туман потихоньку рассеивался. И вот – рассеялся… твою мать! Нам на перехват шли две шхуны сразу. Одна со стороны кормы, другая со стороны носа. Две! А сжечь я могу только одну. И вторая явно отомстит за погибших. Браслеты не в счёт. На браслеты надеяться нет смысла.

- Ноги под лавку! – грозно шепнула я, – Платье поправить! Волос не касаться! Делать испуганный вид! Впрочем… можешь и не стараться. Вид у тебя подходящий.

Нет, в самом деле, оптимизм принца резко ухнул вниз. После того, как он сам поверил в спасение. После того, как начал строить планы, что он будет делать и говорить после возвращения.

- Разговаривать только шёпотом! – продолжала я, – Словно у тебя горло страхом перехватило! Следить за мной. Если резко махну рукой, прыгай за борт и плыви к берегу. Меня не ждать! Уходи в сторону юга. Здесь пара дней пути. Авось, добредёшь.

- Я плавать не умею, – шепнул в ответ побледневший принц. Твою ж мать!

Я лихо заломила шапку на голове, незаметно проверив, не выбиваются ли из-под шапки мои волосы. Небрежным жестом проверила на шее кулончик. Ну, я готова!

Обе шхуны были уже совсем рядом. Обе рыбацкие, и обе слегка переделанные для военных целей. Леера слегка опущены, чтобы удобнее прыгать с борта на борт в абордажной схватке, носы окованы металлическими полосами, для крепости, если придётся идти на таран. И, разумеется, ни на одной из них не видно даже подобия сетей. Рыбацкие шхуны, но не для ловли рыбы. А для убийства человеков. Очень похожие шхуны, только у одной мачты выкрашены красной краской.

И ещё одно странное отличие. На обычной шхуне человек двадцать в полном вооружении столпились на носу, рассматривая наш ботик, а на «красной» шхуне на палубе стоял только один человек. Наверное, капитан. Он тоже вышел к самому бушприту и стоял, попирая бортик грубым ботфортом. Оружия при нём видно не было, а первое, что бросалось в глаза – это воинственные усы, пиками торчащие в разные стороны.

- Эй, на шхуне! – прокричали с обычного корабля, – Что за судно? Как называется?

- Буревестник! – отчасти презрительно прокричал капитан с «красной» шхуны, – Написано же на борту! Или читать не умеешь?

- Не помню такого! – прокричал капитан обычного судна, – Кто капитан? Почему нет бойцов? К какому отряду кораблей приписан?

- Отвечаю по порядку! – весело и задиристо прокричал в ответ «красный» капитан, – Ответ первый! Капитан судна барон Растор фон Блюсс! Ответ второй! Не твоё собачье дело! Ответ третий! Зачем мне кому-то принадлежать? Я сам по себе!

- Так ты не из Гранации! – дошло до «правильного» капитана.

- Совсем слепой? – нагло отвечал «красный» капитан, – Или пьян до посинения? Ни названия не видит, ни флага?

Только теперь и у меня хватило ума взглянуть на флаги. И сердце забилось сильнее. На «правильной» шхуне развевался флаг Свентона Первого, на красной – флаг Вильма Восьмого. Это же… Это же даже не корабль Ольфела! Это наш, наш корабль! Тинидийский!

- Какая приятная встреча! – явно обрадовался «правильный» капитан, – Объявляю, что ваша шхуна, господин барон, вторглась в морское пространство королевства Ольфел! А в связи с тем, что королевство Ольфел находится в состоянии войны с королевством Гранации, морские воды этого королевства блокированы! Таким образом вы, господин барон, объявляетесь пленником, а ваша шхуна подлежит реквизированию в пользу Гранации! Вы признаёте себя пленником?

- Хрен там! – лаконично и хладнокровно ответил «красный» капитан, – Это твоя посудина вторглась в воды королевства Тинидии!

- Это королевство Ольфел!

- Тинидия!

- Ольфел!

- Тинидия!

- Сейчас мы решим этот вопрос оружием! – предупредил «правильный» капитан, – Лучше, если вы, сударь, признаете себя пленником. Целее будете!

- Приди и возьми меня! – презрительно ответил «красный».

- Вы сами вынудили меня, сударь! – деланно вздохнул «правильный», – Рулевой! Лево руля! Десант, к бою!

И принялся командовать, чтобы повернуться к «красной» шхуне боком, да так, чтобы практически притереться бортами. «Красный» капитан не шелохнулся. До тех пор, пока десантная команда «правильной» шхуны не полезла на свой борт, собираясь перепрыгнуть на «красную» шхуну. Несколько самых сильных бойцов приготовили абордажные крюки, чтобы вцепиться во вражеский борт и притянуть судна друг к другу. Миг, и крюки полетели, разматывая за собой крепкие верёвки.

- Ребята! У нас гости! К бою!!! – заорал «красный» капитан и на палубу один за одним стали выскакивать «красные» бойцы. И с первого взгляда было видно, что это грозная сила. Отлично вооружённая, слаженная, понимающая друг друга с полувзгляда. И они хлынули к своим бортам.

- Отставить десант! – в панике заорал «правильный», – Руби абордажные канаты!! Рулевой! Ещё левее руля! Ещё левее!!!

От неловкого манёвра «правильная» шхуна накренилась так, что чуть не черпнула бортом воду. И едва не запуталась своими парусами и парусами «красной» шхуны. Не запуталась. Повезло. И самое главное, «правильному» капитану удалось увеличить расстояние между бортами так, что прыгать стало слишком рискованно. Теперь бойцы «красного» полезли на борта, раскручивая над головой абордажные крюки с верёвками.

- Отставить! – разочарованно заорал теперь «красный», – Опоздали, ребята! Будем тренироваться…

Я отлично понимала, что происходит. А принц сидел с выпученными глазами. На самом деле, всё просто. Абордаж хорош, когда есть преимущество в силе. Тогда можно послать отряд на слабого противника, чтобы перебить его оборону и захватить судно. Шхуна с одиноким капитаном – идеальная цель. И весьма заманчивая награда. Оказалось, что это приманка. Если бы «правильный» капитан не остановил десант, «красные» этот десант перебили бы. И уже «правильная» шхуна стала бы добычей. Потому что у «красного» стало бы больше сил. Но и «красным» лезть на абордаж теперь стало не с руки. Как ни крути, а охрану своего корабля оставлять надо! А значит, преимущество в силе тогда будет у «правильного». Оба капитана прекрасно понимали расклад. Кто первым полезет, тот и проиграл. Вот никто и не лез. Обе шхуны встали борт против борта, подобрав паруса, и покачивались на волнах. А капитаны мрачно смотрели друг на друга.

- Ладно! – мрачно буркнул «правильный», может, и занесло нас течением из вод Ольфела в эти… нейтральные! нейтральные воды! Поэтому с объявлением вас пленником, это я… погорячился. Я забираю вон тот ботик и мы расходимся мирно. Вы согласны?

- Хрен там! – оскалился в усмешке «красный» капитан. Похоже, это его любимое выражение, – Это я забираю ботик! А ты трус и пустомеля!

- Что?!! – потемнел лицом «правильный».

- Что слышал! – «красный» гордо расправил свои шикарные усы-пики, – Обещал напасть, и не нападает! Обещал пленить и не пленяет! Обещал шхуну захватить и пальцем не ведёт! Трус и пустомеля! Нет! Пустобрёх!

«Правильный» пошёл красными пятнами. Но сдержался. Правильно сделал. Слова – это просто слова. А если он полезет на рожон, то это будут уже не слова, это уже кишки из его бойцов полезут.

- Я забираю ботик! – яростно повторил он, – Эй! Триксель ставь! Самый малый вперёд!

- Хрен там! Это моя добыча!

- Моя!

- Нет моя! Ребята! К бою! И позовите Аркиса!!!

Кто-то со всех ног бросился бежать к трюму, и оттуда вернулся уже не один. И не пустым. Вдвоём они еле тащили целую охапку арбалетов. И сразу расклад поменялся. Теперь «правильный» был обречён. Обычно моряки не берут с собой луки и арбалеты. Из-за постоянной качки правильно прицелиться невозможно. Но, вот сейчас, при почти полном безветрии… Для меня всё было понятно. Сейчас часть бойцов «красного» возьмут под прицел палубу «правильного», выбивая с неё тех, кто попробует на этой палубе остаться. Потом пойдут на абордаж. И сопротивления не будет. Все бойцы «правильного» будут прятаться в трюме. А «красные» этот трюм попросту закроют, словно мышеловку. Может, «правильные» в последний момент предпримут отчаянную попытку выскочить из трюма и перебить десант, но это будет героическая и бессмысленная попытка. Нападавших соберётся на их палубе столько, что сопротивление окажется бессмысленным.

И не только я это понимала.

- Все паруса!!! Все паруса ставь!!! – не своим голосом заорал «правильный» капитан, – Рулевой! Лево руля!! Лево руля, якорь тебе в спину! Как можешь круче, лево руля!!!

Жалкая попытка сбежать. Почему «жалкая»? Нет, не потому, что «правильный» испугался. Это как раз нормально. А потому, что делая перед этим манёвр, «правильный лишил себя хода и поставил корабль в невыгодное положение, носом в сторону берега. Теперь ему не хватит ни пространства, ни скорости. И то, что он пытается сделать – это жест отчаяния. Если такое и получится, то это будет чудо расчудесное. Один шанс на миллион. Или даже меньше.

К-р-р-р-г-г-г-г-х-х-х-х!!! – заскрежетала «правильная» шхуна брюхом по дну. А матросы, от резкого торможения, полетели кто куда. Некоторые успели ухватиться за леера, роняя из рук оружие, некоторые заорали благим матом, падая с рей. И не всем повезло упасть в море. Пара человек распласталась прямо на палубе. Тем временем «красный» осторожно, не торопясь, подходил со стороны кормы, там где глубже. И его абордажная команда была наготове.

«Правильный» капитан в последний раз оглянулся на преследователя. Всё было ясно.

- Покинуть корабль! – заорал он не своим голосом, – Все за борт! Плывём к берегу!

Надо признать, покинул корабль он последним. Убедившись, что все остальные уже прыгнули в воду. Ну, кроме тех двоих несчастных, которым уже никогда никуда прыгать не придётся. А победители уже хозяйничали на палубе проигравшей шхуны. Крепили канаты, убирали паруса, проверяли, не осталось ли кого в трюме…

Проигравший капитан проплыл в десятке шагов от нас. Приостановился, высунувшись наполовину из воды, словно морж, и прищурился в нашу сторону.

- Обознался… – горько пробормотал он сам себе, – Это не те, ради которых стоило шхуной рисковать…

И, широко загребая, поплыл к берегу.

- Эй!!! – заорала я, наконец-то очнувшись, – Эй, на шхуне! Господин барон… как вас там… господин барон Растор!!! Вы из Тинидии? Возьмите нас с собой! Мы заплатим!

Между тем, проигравшая шхуна, полегчавшая после бегства команды, приподнялась со дна и позволила потихоньку увлечь себя на глубину. Неплохой приз для победителя! Совершенно целый корабль!

- Гребите сюда! – капитан Растор опять появился на носу, – Так и быть, мы вас возьмём с собой!

Уф-ф-ф!!! Неужели все проблемы позади?!

* * *

Дорогие читатели! Расслабьтесь, откиньтесь на спинку кресла, сейчас мы будем вас гипнотизировать! Лайк и подписка… лайк и подписка… повторяйте вслед за нами: лайк и подписка… лайк и подписка…

А теперь… ну, вы знаете что делать!