- Стоять здесь! – втиснула я принца в какую-то небольшую, тёмную нишу коридора, – Голову опустить! Ни с кем не разговаривать! Даже, если зададут вопрос, не отвечать! Только мычать, словно ты глухонемая! Помнить, что ты – девка! Жди меня, я скоро буду!

И я помчалась по коридору… направо. Туда, где уже была. Во двор, где сейчас, как в огромном котле, кипело ужасное злодейство. Страшно? Не то слово! Рискованно? Ещё как! Но, мне показалось, что это оправданный риск.

Тихой тенью я выглянула во двор и принялась красться вдоль стены. Ага! Вот то, что мне надо! Две кареты, заваленные набок, одна возле другой. И каждая запряжена четвёркой коней. Сейчас кони бешено бились на земле, не в силах подняться, запутавшись в постромках. Рядом валялись трупы обоих кучеров, один из них упал так неудачно, что оказался прямо под лошадьми. Потерявшие разум кони давно уже размозжили ему череп своими копытами, и от запаха крови вообще совершенно взбеленились. Кучера жаль, но его смерть мне на руку. И я – чик-чик! – ловко обрезала постромки у самой кареты, чтобы не лезть под ноги лошадям.

Четыре лошади выметнулись из оглоблей, словно дикие звери! И понеслись по двору, не разбирая дороги, топча всех встречных и поперечных. Крики, яростный мат, истеричный визг и исступлённое ржание… а я уже резала постромки у другой кареты! Теперь во дворе творился совершенный бедлам! Все кричали и никто не понимал, что кричат другие. Наверное, командиры отдавали приказы бойцам. Ну, например, немедленно убить этих бешеных тварей. Только бойцы не слышали командиров. Вой и визг, казалось, достигли небес и сейчас проткнут небеса! А я уже бежала обратно в коридор.

- За мной! – задыхаясь я ухватила принца за руку и дёрнула, что есть мочи, – Бежим!

Теперь мы мчались по коридору налево. К свободе. Хотя я понимала, что до свободы ещё далеко.

В конце коридора я резко затормозилась. Быстро оглядела себя и принца. Сойдёт. И к дверям мы подбегали нервной трусцой, как и положено испуганным девицам.

Расчёт мой был прост. И опасен. Я решила, что захватчики сами сели на выходе, проверяя входящую и выходящую прислугу. Прогнав или убив тех стражников, которые всегда здесь стояли. А значит, не знают всех в лицо! И могут поверить, что эти две девушки на самом деле поварята из дворца. Если среди них будет кто-то из тех стражников, которые знают всех слуг наперечёт… ну, придётся пробиваться с боем. И это смертельно опасно. Но другого выхода я не вижу. Принц в платье не боец. Он в нём сразу запутается. Значит, всё на мне, любимой. Ну, что ж… вперёд!!!

Была ещё одна маленькая надежда. Что выход для прислуги будет охранять не огромный отряд, а несколько человек. Резать прислугу? Зачем?! Они ещё пригодятся захватчикам, приносить вино из подвалов и подтирать блевотину, когда захватчики тем вином упьются вусмерть… Единственная задача этих стражников, чтобы среди прислуги не выскочил кто-то благородный. Так благородные про этот выход и слыхом не слыхивали! А ещё я надеялась, что тот переполох, который я только что устроила во дворе, отвлечёт внимание этих стражников. Ну, хоть капельку?..

Получилось!

- Слышь, Гвоздь, – услышала я настороженный голос, когда мы с принцем показались у выхода, – Что-то наши там особенно раскричались! Не случилось ли чего?! Иди-ка разузнай, что там и как. Мы тут и втроём справимся, с Берком и Лагой. А вы чего, девки?

Последний вопрос уже к нам.

- Пустите нас, дяденька! – плаксиво зарыдала я, одновременно старательно изображая косоглазие, – Домой мы идём с сестрицей…

Сама же настороженно зыркнула на парня, который нырнул к нам за спину. А, нет, не обыскивать. Наверное, это тот самый Гвоздь, которого отправили на разведку во двор. Ай, какая я молодец! Гвоздь оказался молодым парнем, а трое других, которые остались, мужиками в летах. Есть надежда, что не полезут щупать молоденьких девиц. Гвоздь наверняка бы полез.

- А чего это вас ночью домой отпустили? – недоверчиво проговорил старший из охраны.

- Не отпустили, – всхлипнула я, – Выгнали!! Мы ж с сестрицей в поварне в ночную смену были, ну, стало быть, чтобы бал обслуживать! А как крики да шум начались, я от испуга возьми, да тарелку невзначай и разбей! Фарфоровую! И тут их милость, главный королевский повар, изволил меня в морду ударить! Поварёшкой! Во какой фингал! И погнал нас с сестрицей. «Подите вон!», – кричит, и ногами топает… Ну, мы и пошли…

Стражники заинтересованно рассматривали мой синяк, который я получила в толчее, возле двери.

- Добрый у вас главный королевский повар! – проворчал старший, – Я б за фарфоровую тарелку… А чего сестру погнал?

- А знает, что мы обе пугливые! – объяснила я, – Я от испуга тарелку разбила, она вообще могла что угодно сделать! Она ещё в детстве так напугалась, что говорит с трудом! Еле мычит. Вот он от греха подальше… У нас и матушка такая! Как батюшка придёт подвыпивший, так она сразу прятаться! Боится…

- Это правильно! – захохотали стражники, – Это ваш батюшка молодец!

- Чего-то сестрица твоя больно угловатая… – подозрительно заметил старший, – И руки у неё… вон какие руки!

- А ещё бы! – возмутилась я, – Она цельными днями тесто вымешивает! Посмотрела бы я на вас, если бы вам дали тесто замешать на три сотни хлебов! А у неё, бедняжки, жених сбежал… Понимаете, обняла она его… а он только пискнул и тут же бежать!..

- А-ха-ха!!! – загрохотали стражники, – Ну и семейка!!!

- Так можно мы уже пойдём?.. – подняла я жалобный взгляд. Глаз уже начал болеть, оттого, что я им косила в сторону.

- Идите, – всё ещё посмеиваясь, махнул рукой старший из стражи, – Ох, девки! Ну, насмешили!

И, едва мы с принцем зашли за угол, как, не сговариваясь, припустили во всю прыть!

* * *

Похоже, пара лошадей из тех, что я выпустила на волю, всё же сумела пробиться сквозь ворота королевского дворца. Во всяком случае, не улице тоже слышались ржание, стоны раненых, крики и маты. И, разумеется, никто из окружающих даже носа не высунул из жилища, посмотреть, что случилось. Ну и хорошо. Нам лишние наблюдатели ни к чему.

Хотелось бы поймать хоть одну лошадку из сбежавших, но те умчались, словно им под хвост горячих углей насыпали. Пришлось идти пешком. Благо, принц не ныл. Ну, мужик растёт! Понимать надо.

К утру дотащились до моего дворца и… я не рискнула заходить внутрь. Очень уж подозрительный шум доносился оттуда. Словно один из вчерашних отрядов в чёрном умело шерстил мой дворец в поисках… меня? Скорее, нас с принцем. Наверное и ко мне лично у того, главного среди чёрных, тоже были вопросы с претензиями. Оно мне надо? Я повернулась и пошла боком-боком… через другую улицу и подальше, подальше.

В ближайшей роще мы остановились.

- Не вешайте нос, ваше высочество! – подмигнула я, – Сейчас вы увидите чудо! Сейчас я позову чародея и он появится перед нами! Смотрите!

И я первый раз попыталась вызвать Кляка. Всё как тот учил. Кляк. Ты. Мне. Нужен!

- Не получается? – первый раз поинтересовался принц.

- Н-да! – вынуждена была признать я, – Придётся нам пока самим… А пока вам экзамен: куда мы пойдём и как мы вас спрячем?

Принц сел на пенёк и обхватил голову руками. Ни дать ни взять, девица страдающая от неразделённой любви! Только ноги у девицы торчат из-под края платья необычайно волосатые и руки как две кувалды. А так ничего, даже умилительно.

- Враги уже знают, что я сбежал под видом девушки, – медленно начал принц, – Потому что они нашли ту повариху, с отрезанными волосами. И думают, что раз мне повезло один раз, то я буду использовать этот трюк постоянно… Но это глупость! Я попросту не умею ходить в платье! Я не умею вести себя, как девушка! Я не умею застенчиво стрелять глазками и так двигать задом, чтобы притягивать взгляд парней. А значит, очень скоро вызову подозрения! Нет, мне надо опять стать парнем! Каким-нибудь простолюдином: кузнецом, мельником, шорником, кожевенником… Это я смогу. Я смогу сделать «театр» и в роли кузнеца и мельника… Беда в другом. Все профессии объединены в цеха. И если я буду кузнецом и меня спросят, знаю ли я кузнеца Перта, с улицы Медников, я должен его обязательно знать, раз мы одной профессии и из одного города. А я не знаю! Я не знаю, какого цвета у него волосы, на какую ногу он хромает и какой характер у его жены. А значит, попадусь! Значит… значит мы должны из этого города исчезнуть! Только тогда, совсем в другом городе, я могу врать напропалую, что кузнец Перт совершенно лыс, но зато у него огромная рыжая борода, что он припадает на правую ногу и по праздникам, слегка выпив, колотит свою миниатюрную жену, которая, между прочим, подарила ему троих наследников! И мне будут верить.

Теперь, куда бежать… Лучшим вариантом, совершенно неожиданным для врагов, будет вариант, когда мы побежим… в Гранацию! Однако, этот вариант отпадает. Похоже, что заговорщики поторопились и резня во дворце произошла раньше, чем запланировано. Во всяком случае, я не слышу криков на улицах, не пылают дома, не бегут обезумевшие люди… а значит, войско Гранации только на подходе. И бежать не просто в Гранацию, а навстречу войску – это самоубийство. Худшим вариантом было бы бежать в Тинидию, строго от наступающих войск. Во-первых, непременно увязнешь в потоке беженцев и кто-то обязательно опознает, во-вторых, именно туда, по логике, отправят поисковые отряды для моей поимки. Значит, надо бежать куда-то вбок! Это по логике. Но так же думают и враги! Значит, надо бежать именно в Тинидию! Да, поисковые отряды направят. Только искать они будут без азарта. Без надежды на результат. Ну, и не каждого беженца они проверить и опросить смогут!

Итого: мне надо переодеться простолюдином и нам нужно немедленно уходить в сторону Тинидии, сторонясь основных потоков других беженцев!

- Браво! – совершенно искренне восхитилась я, – Слышу речь не мальчика, но мужа! Вчерашнее печальное происшествие добавило вам зрелости в суждениях! Теперь осталось воплотить наши идеи в жизнь!

- Как? Опять кого-то раздевать будем?

- Ну-у… раздевать-не раздевать, а ещё одно разбойное нападение придётся устроить. Вон, как раз и подходящие жертвы идут. Только вы, ваше высочество, в этом участия принимать не будете. Нельзя, чтобы вас за таким делом видели. Вон, заляжьте в тех кустах и ни во что не вмешивайтесь. Да-да, вот так. И предупреждаю: лежать придётся долго.

Сама же я затаилась за широким кустом. По дороге шёл мужик с дочкой и что-то её увлечённо рассказывал. Девочка смеялась. На вид девочке было лет десять. То, что надо. И малолетка и достаточно взрослая. И, когда эта парочка проходила мимо куста, я выскочила, как раз позади них. Девчонку схватила за волосы и сунула ей кинжал под подбородок. Мужик оглянулся на шум…

- Охренела?! – рявкнул он, – А ну, пусти ребёнка!

И сделал шаг ко мне.

- Стоять! – я дёрнула девочку за косы, так, что подбородок задрался, а тонкая шейка обнажилась, словно перечёркнутая кинжалом, – Ещё шаг и полосну!

Наверное, была в моём голосе такая уверенность, что мужик остановился как вкопанный. Только глазами сверкал и кулаки у него то сжимались, то разжимались.

- Хочешь, чтобы девочка твоя жила? – свистящим шёпотом уточнила я.

Почему-то все бандиты разговаривают с жертвами свистящим шёпотом. Вот и я применила. Чтобы мужик сразу понял, что к чему.

- Нет у нас денег! – набычился мужик, – Правда, нету! Вот, хочешь рубаху отдам? А денег нету…

- А мне и не надо твоих денег, – я потихоньку отодвигалась. А то вдруг он сдуру прыгнуть захочет? Возись с ним потом! – Мне твоя услуга нужна.

- Какая ещё услуга? – насторожился мужик.

- А такая: вот тебе колечко, лови! Цена этому колечку почти пять тысяч золотых. Ты должен пойти в город, найти ювелира и продать ему это колечко за любую сумму. Ну, хоть за триста золотых! Хоть за двести! Хоть за… ну, ты понял! А потом пойдёшь на рынок и купишь мне…

И я принялась тщательно перечислять то, что необходимо. Мешок, верёвка, одежда на парня моей комплекции, ношеная, но чистая, небольшой топорик, крепкий нож, кремень с кресалом, небольшая ловчая сетка, и прочее, прочее, прочее, что необходимо в дальнем походе. Не забыла и про продукты, типа вяленого мяса и пару лепёшек хлеба. Мужик вдумчиво кивал головой.

- А потом вернёшься сюда и мы поменяемся. Ты мне то, что я сказала, а я тебе твою дочку. Может, ещё и денежку дам за труды. Но, если ты стражников приведёшь… прощайся с дочкой навсегда! Мне терять нечего! – закончила я.

Мужик только запыхтел гневно. Глянул на меня злобно, круто развернулся и пошёл прочь. А я утащила девочку поглубже в кусты, усадила на травку и принялась… рассказывать ей сказки! Лучше пусть сказки слушает, чем будет плакать. Ещё услышит кто-то плач, да полезет проверять в кусты. Поначалу девчонка куксилась, глядела исподлобья, пузырила губы, но постепенно увлеклась. Глазки заблестели, рот приоткрылся. А я всё рассказывала, сама поглядывая на тропинку, не возвращается ли мужик? Не привёл ли он с собой стражников?

Рассказывать пришлось не один час, но вот и мужик. Шёл, озираясь. Держа на плече тяжёлый мешок. Я живо прикрыла девчонке рот, чтобы не пискнула раньше времени и понаблюдала за мужиком. Вроде один… Ну, пошли!

- Эй, ты! Всё принёс?..

- Живая! – бросился было мужик к девочке.

Я снова приставила ей к горлу кинжал.

- Кидай мешок мне под ноги! А ты, малявка, развяжи! Посмотрим, что там есть…

Ну, неплохо! Мужик постарался. Правда, продуктов маловато…

- А чего еды пожадничал?

- Эх, ты! – с непередаваемым чувством процедил мужик, – Знала бы ты, сколь я из-за тебя по городу набегал! Ни один ювелир сегодня не работает! По всему городу грабежи! Мне пришлось, ради дочки, угрожать одному, что дом его подожгу, если не выйдет, да товар у меня не купит. Я ему кольцо, а он нос воротит! Сегодня, говорит, этого добра хоть возы нагружай! Вчера вечером знатно пограбили, сегодня всякие колечки, серёжки да браслеты за десятую долю цены продают! Да и то, не покупают! Я ж перед ним на колени встал! Умолял, чтоб за любую цену… Так он мне… три золотых…

- Сколько?! – ахнула я, – Пятитысячное колечко за три золотых?!

- Три! – подтвердил мужик, – А потом я на рынок… Эх, если б, не ради дочки! Цены взлетели стократно! Те три золотых единым махом разошлись! Вот! В этом мешке твои три тысячи золотых! И вот единая серебрушка сдачи!

И мужик в сердцах швырнул мне монетку под ноги.

А может, и не врёт, подумалось мне. После резни в королевском дворце так и должно быть. Ювелиры прячутся, а продукты взлетают в цене. И все друг друга боятся.

- Забирай мешок, отдавай ребёнка! – приказал мужик.

- Ага, щаз! – процедила я, – А ты только из рощи выйдешь, сразу стражу звать? Вот что! Знаешь мельницу за городом? Вот там я тебе дочку и отдам! Иди на мельницу. Что встал? Чего ждёшь? Иди на мельницу, я сказала!

- Пап, не бойся! – пискнула девчонка, – Тётя хорошая! Она мне сказки рассказывала. Она меня не обидит…

Мужик сгорбился, повернулся и заковылял прочь. Я дождалась, когда он отошёл подальше.

- Ты дом свой сможешь найти? – негромко спросила я девочку.

- Конечно! – удивилась та, – Я уже взрослая, я и на рынок сама ходила, и еду отцу на обед носила, совсем на другую улицу…

- Вот и молодец! – подвела я итог, – Тогда наклонись, подбери монетку… Ага! Отдашь отцу, скажешь, что это за его труды и волнения. Ну, и беги себе домой! И ждите, когда ваш отец вернётся. Я так думаю, что он до ночи на мельнице просидит. Но ночью должен вернуться. Ждите!

Девчонка припустила так, что только пыль с дорожки взвилась. А из кустов вылез встрёпанный принц.

- А зачем ты его отправила на мельницу? – поинтересовался он, вытаскивая из мешка мужскую одежду.

- Мало ли? – пожала я плечами, – Вдруг он всё же сговорился со стражей? И те ждут нас возле рощи? Теперь он скажет им, что здесь нас ловить опасно, мы можем поранить или убить его дочь, а лучше отловить нас на мельнице. И стража уйдёт туда, устраивать засаду.

- Ловко! – признал принц, – Извини, я переодеваться!

И принц полез обратно в кусты, держа одежду подмышкой. А я попробовала вызвать Кляка ещё раз. Второй. И опять без результата. Я потом ещё часто вызывала чародея. Но он всё никак не появлялся.

* * *

Дорогие читатели! Повторяем снова и снова: лучшая награда для авторов – это ваши лайки и подписки! Это же совсем не сложно! Прямо, как в песне: «Нажми на кнопку – получишь результат! И твоя мечта осуществится!». А авторы, поверьте, испытают восторг, близкий к экстазу!