И вот вы теперь, наверное, удивляетесь, чего же эта дура мучается, если всё у неё хорошо? Не всё у меня хорошо! У меня концы с концами не срастаются! Цепь рассуждений раскололась посередине! У меня… Ай, ладно.

Всё дело в том, что де ля Тракуш, которого я навестила накануне, ясно дал мне понять, что считает заговорщиком де Бридвиста! Да, раньше я тоже считала, что виновен кто-то один из них. И не сбрасывала де Бридвиста со счетов. Пока не познакомилась ближе.

Тут вся суть в психологии. Заговорщик, это кто? Это предатель. А значит, человек с чёрной душой. Человек с чистой душой не может стать предателем и заговорщиком, разве не так? А де Бридвист во время игры пожертвовал своими деньгами, чтобы дать шанс выиграть мне. Человек с чёрной душой так поступил бы? Во-о-от!

И дело не в деньгах. Не дура, понимаю, что для де Бридвиста двести золотых не деньги. Дело в самом поступке. А поступок, по сути своей, добрый. И моя цепь рассуждений дала трещину.

- А почему вы считаете именно де Бридвиста заговорщиком? – с придыханием спросила я, ловко уклоняясь от попыток де ла Тракуша поцеловать мою ручку возле локтя, намного выше, чем позволяют приличия.

Нет, конечно мы заговорили о заговоре не сразу. Вначале, как и обещала, я задавала ему вопросы об управлении королевством. Так сказать, взгляд изнутри. И отличия от управления графством.

- Зачем вам это? – удивился де ла Тракуш.

- Ну-у… – смутилась я, – Я девушка незамужняя, известного древнего рода… Вполне может получиться, что выйду замуж за государственного чиновника… Я хотела бы знать, чем он там занимается! Чтобы заранее понимать, когда он вздумает меня обмануть!!!

Де ля Тракуш весело рассмеялся, похвалил мою предусмотрительность и принялся объяснять вопросы, умело обходя конкретные цифры королевства Ольфел. Умный мужик.

Потом мы свернули на налогообложение.

- Вот здесь и кроется главное отличие королевства от графства! – горячился герцог, – Граф собирает налоги и себе и королю! А король никому не собирает налогов! Он только их тратит на нужды королевства!

- Позвольте! – возражала я, – Но на нужды королевства тратятся и налоги, которые собирает граф! Кто чинит дороги? Король? Фигушки! Это делает граф из своих денег! Кто организует торговые ярмарки? Король? Фигушки! Кто чистит реки, чтобы сделать их судоходными? Король?!

- А потому что прибыль и от хороших дорог, и от ярмарок и от судоходных рек получает не король а граф! – пылко заметил де ля Тракуш, – А король вкладывает деньги туда, где отдачи от их вложения не ожидается!

- Ну, положим, если граф получит прибыль от дорог, ярмарок и реки, то и король получит свою долю с этой прибыли… – проворчала я, – А что это за вложения, которые не окупаются?

- Ну… например, пограничные гарнизоны, – растерялся герцог, – Они, конечно, находятся на территории какого-то графства, баронства, маркизиата… Но сидят там королевские воины. И платит им король.

- Ага! – согласно кивнула я, – Прибыль от таможенных пошлин получает владелец земли, а гарнизоны содержит король…

- Ну, часть прибыли король возьмёт налогами, – подмигнул мне де ля Тракуш, ненавязчиво напомнив мне же моё возражение о дорогах и ярмарках, – А кроме того, задача гарнизонов вовсе не участие в таможенных сделках. Их задача отразить первый возможный натиск врага и предупредить короля о вторжении. Если такое будет. Чтобы король успел собрать армию.

- И именно поэтому, – плавно перевела я разговор в нужное русло, – именно поэтому все гарнизоны со стороны Гранации приведены в боевое положение? И им спешно выплачивают жалование из казны, которое не успели выплатить за прошлые годы?

- Откуда вы, сударыня… – оторопел де ля Тракуш.

- Да, бросьте! – лениво махнула я рукой, – Об этом во всех тавернах города уже какую неделю судачат!

- Как?! – герцог вообще обомлел, – Вы, сударыня, посещаете таверны?!

Нет, вообще-то посещаю. Не слишком часто и хорошо загримировавшись. Я даже в портовых драках иногда участвую! Ну, так, исключительно, чтобы поддерживать форму. Но в этот раз я искренне оскорбилась. За кого здесь меня принимают?! Меня могут заподозрить в посещении таверн? Меня?!

- Я даже из окна кареты в ту сторону стараюсь не смотреть! – холодно отчеканила я, – Туда, где царят похоть, алчность и разврат! А вам, господин герцог, должно быть стыдно говорить подобные слова даме моего сословия!

- Прошу прощения! – с очень, очень искренним лицом раскаялся герцог и бросился целовать мою ручку, – Умоляю простить меня, сударыня! Даже не представляю, что на меня нашло! Но вы же, с вашим ангельским характером, меня простите? Простите же?..

И поцелуи поползли выше, по направлению к локтю.

- Даже не знаю, – отняла я у него руку, – Может, вы и сможете вымолить у меня прощение… Если ответите правду! Почему же гарнизоны приведены в боевую готовность? И почему только со стороны Гранации?..

Примерно через час я довела герцога до полной ажитации. К этому времени он даже умудрился разок поцеловать меня в шею, но зато совсем потерял контроль над своими словами. Говорил, что думал.

С месяц назад к королю записался на приём маркиз Джозеф. Его маркизиат как раз граничит с Гранацией. О чём они говорили, доподлинно неизвестно. Но ходят слухи, что егеря маркиза нашли в лесах растерзанное тело. Видимо, бедняга пробирался непроходимыми дебрями, да наткнулся на дикого зверя. Тело было в добротных и богатых одеждах. С сумкой. А в сумке лежали бумаги.

Егеря, конечно, грамоте не обучены. Но понимали, что подобные бумаги – это что-то важное и нужное. Поэтому отнесли их вместе с сумкой маркизу. А маркиз тут же записался на приём к королю.

Всё дело в том, что это было запечатанное письмо. Запечатанное печатью короля Гранации, Свентона Первого. А начиналось письмо словами: «Любезный герцог! Наша с вами договорённость о свержении его величества Белфела Третьего входит в завершающую фазу. Наши войска тайно стягиваются к границе и будут готовы не позднее, чем через два месяца. Надеюсь, вы, со своей стороны, готовы выставить оговорённое между нами количество воинов. Когда настанет час…». Что там написано дальше, знают только король и маркиз Джозеф.

Меры король принял молниеносно. Во все концы королевства полетели гонцы с требованием к графам, баронам и прочим маркизам выставить положенное число пеших и конных воинов не позднее, чем через месяц. И направить их к границе с Гранацией. Потом, пылающий яростью король, вызвал двух своих герцогов. И зачитал начало письма.

- Кто?! – хрипел от злости король, – Кто из вас меня предал?! Пусть признается, если он мужчина! Клянусь, если он признается, я дарую изменнику жизнь! Он только расскажет мне в подробностях планы по моему свержению, и пусть катится на все четыре стороны! Но пусть он только признается! Кто?!

- Всё просто! – заявил тогда де ля Тракуш, – Ваше величество, всё просто! В письме говорится, что изменник должен подготовить какое-то количество войск! Вы можете отправить своих людей в мои владения и они подтвердят, что никаких вооружённых отрядов там нет! Помимо обычных, которые дружины, на постоянной основе.

- У меня тоже нет! – дёрнулся де Бриквист, – Вы можете проверить!

- Чёрта с два! – прохрипел король, – Чёрта с два! Вы можете подготовить для заговора не своих воинов, а те войска, которые даны вам мной в подчинение! Одному – городская стража, вместе с военным гарнизоном столицы, другому – моя личная гвардия! А я, как дурак, буду отправлять людей в ваши герцогства?! Чёрта с два!

В общем, разговора не получилось. Оба герцога принесли клятвы, что они не при чём. Король хмурил брови, грозил изменнику всевозможными карами, если тот не признается, но доказательств у него не было. Ах, если бы письмо начиналось: «Любезный герцог де Бриквист!..». Тогда не возникло бы никаких вопросов!

- Почему «де Бриквист»? – перебила я.

- А кто же?.. – недоумённо уставился на меня де ля Тракуш, – Про себя я знаю, что невиновен. А герцогств много не бывает. У нас два, в Римерии два, в Касатосто одно, в Марании вообще нет… Вы же не думаете, сударыня, что король Свентон писал письмо в Римерию? О свержении именно нашего короля? А посланец так неудачно заблудился, что оказался в нашем королевстве Ольфел? Нет, сударыня, письмо писано именно нашему герцогу! А если не мне, то значит де Бриквисту! Правильно король у него личную гвардию отобрал! Правильно доверил маркизу Джозефу провести там тотальную чистку!

- А он отобрал? – уточнила я.

- Отобрал, отобрал! – заверил меня де ля Тракуш, – Личная гвардия проверяется на предмет заговоров и измены. Конечно, король не пошёл на беспрецедентный шаг – отстранение от своей особы сразу двух ближайших соратников, двух герцогов королевства. Иначе, в королевстве вообще начались бы такие брожения и шатания, что никакого войска Гранации не потребуется! Сами друг друга перебьём. Внешне в королевстве тишь да блажь, вон, даже дворцовые приёмы и увеселения устраиваются. Но король надёжно спрятал своего наследника, принца Тарклина, да так, что никто не знает, где он сейчас! И, само собой, гарнизоны вдоль границы с Гранацией сидят в боевой готовности.

- Значит, герцог де Бриквист? – ещё раз уточнила я.

- Он! – убеждённо ответил де ля Тракуш, – Больше некому! Я, со своей стороны, тоже принял меры! Я вызвал негодяя на дуэль! Он не посмеет отказать!

- Но почему? Зачем это де Бриквисту?

- Потому что король обидел его родственника, маркиза де Циплат, наложив на него опалу – раз! – легко принялся перечислять де ля Тракуш, – Потому что во время спора за земли между де Бриквистом и графом фон Спенстоном, король встал на сторону графа – два! Правда, это ещё до того, как король изгнал графа из страны, но это неважно! Главное, де Бриквист потерял земли! Король отказал де Бриквисту, когда тот хлопотал о месте для своего старшенького, виконта де Бриквиста – три! А когда два года назад де Бриквист умолял короля снизить налоги в связи с засухой? Король отказал! Это четыре! Есть ещё и пять, и шесть, и семь!

- Значит, де Бриквист… – уныло подвела тогда я итоги.

А вот теперь сижу и не срастаются у меня звенья разорванной цепи. Не срастаются! Не получается у меня, чтобы де Бриквист был подлым изменником. И что же делать?

- Прикажи заложить карету! – мрачно отдала я Энжель распоряжение, – И пусть мне подготовят приличное платье. И сама переоденься во что-то достойное. Мы едем к герцогу де Бриквисту!