Кони захрипели и остановились, несмотря на понукания кучера. Неудивительно. Они увидели, что вся дорога завалена брёвнами. Куда уж там скакать дальше? Хотя, кроме лошадей, никто этого не увидел. Растерянный кучер подхлёстывал лошадей, но те не двигались. Из кареты выглянуло миловидное личико. Юная девушка в изысканных нарядах. В великолепных нарядах. В очень дорогих нарядах. Действительно, повезло.

Я снял шляпу и наклонил голову:

- Сударыня! Позвольте искренне поблагодарить вас за то, что вы остановились. Это так благородно с вашей стороны! Так милосердно! Будучи вынужденным посетить это место по причинам, которые слишком скучны для вашего внимания, я рассчитывал, что задержусь здесь слишком долго и отпустил свою карету. Однако, обстоятельства сложились иначе. И, если бы не ваше милосердие, нам пришлось бы топтать ноги и глотать пыль! Во всяком случае, пока не встретился бы наёмный экипаж. Согласитесь, это не совсем прилично для дворянского сословия! Позвольте же ещё раз искренне поблагодарить вас за проявленное милосердие!

Ну, да, опять психология. Я говорил уверенно, как будто уже получил приглашение в карету. И благодарил за это. Теперь не пригласить меня прокатиться, выглядело бы почти оскорблением. Вроде как сперва пригласили, а потом отказали. И многословие моё было неспроста. Я давал девушке возможность разглядеть мой наряд, который, как вы помните, завораживал, чем дальше, тем больше.

Сработало. Дверцы кареты раскрылись и прозвучал мелодичный голос:

- Простите, сударь, я не узнаю вас. Однако, прошу в карету. Я с удовольствием помогу вам добраться по нужному адресу.

- Ах, сударыня, – я снова слегка поклонился, – вынужден предупредить, что я не один. Эта девушка, которую я… которой я покровительствую, сопровождает меня в моих делах. Я вынужден просить места для двоих. Впрочем, уверяю вас, что подобное знакомство может принести вам пользу! А какую именно, я готов рассказать вам в дороге.

Психология, опять психология. Я специально сделал заминку, когда говорил о покровительстве, пусть незнакомка будет заинтригована. Почему я покровительствую девушке? Конечно, первое, что ей придёт в голову – это то, что Тилли оказывает мне услуги определённого рода. Но, надеюсь она не дура, и сразу же сама себе возразит, зачем тащить за собой обычную проститутку за тридевять земель? Значит, не секс. Тогда что? И второй крючок, который я забросил в реку её любопытства, это фраза о том, что Тилли может быть ей полезна. И не сказал, чем и почему.

Женщины, вообще, гораздо любопытнее мужчин. Там, где мужчина хмыкнет и пройдёт мимо, ковыряя в носу, женщина может часами допытываться подробностей и причин. Я надеялся, что и здесь сработает. В обычной ситуации благородная дама посадила бы в карету благородного кавалера, а безродной девушке предложила бы шлёпать себе на все четыре стороны. В лучшем случае – сесть рядом с кучером. Но, заинтригованная благородная дама, может поступить совершенно иначе. Так и произошло. С небольшой, но отчётливой заминкой, незнакомка сказала:

- Хорошо. Пусть будет, по-вашему. Садитесь сударь.

Я не стал ждать дополнительных уговоров. Протянул руку Тилли и помог ей протиснуться в карету. Как благородной даме. Очевидно, шокировав обоих. Тилли, кажется, даже пискнула и забилась в самый угол кареты. Я небрежно бросил кучеру, чтобы держал направление на улицу Горшечников и занял своё место напротив незнакомки, уверенно, как равный. Хотя совершенно не был в этом уверен. Я имею в виду дворянский титул. Уж очень роскошной выглядела карета, как снаружи, так и изнутри.

Незнакомка выглянула в окошко кареты и скомандовала кучеру трогать. Я спохватился и убрал свой фантом. Лошади успокоились и взяли рысью. Карета тронулась, на удивление мягко и плавно. Незнакомка величественно окинула меня взглядом, впрочем, смягчённом улыбкой, и напомнила:

- Сударь, вы всё ещё не представились.

Я улыбнулся и ответил, стараясь подпустить в голос властность и уверенность:

- Сударыня, я предпочитаю остаться для вас инкогнито. Не поймите меня превратно, мне нечего скрывать, но… миссия, которую я сейчас здесь выполняю не позволяет мне представиться… по крайней мере сейчас. Надеюсь, что на ближайшем балу, который устроит его величество, я смогу снять этот покров тайны, который я вынужден временно набросить, не по своей воле, поверьте.

Фу-у-у! Я сам запутался в своём вранье. И, пока врал, отчаянно пытался понять, что за незнакомка передо мной.

Молоденькая. Даже очень молоденькая. Не старше восемнадцати лет. Симпатичная. Даже, очень симпатичная. Тёмно-каштановые волосы зачёсаны аккуратно, волосинка к волосинке. Явно умелый парикмахер причёсывал. Ярко-голубые глаза. Небольшой вздёрнутый носик с мелкими, почти незаметными крапинками веснушек. Умело закрашенными, хотя на мой личный взгляд, эти веснушки её только украшали. Щёчки с ямочками. Наверняка, много улыбается. Губки небольшие, пухленькие. Часто приподнимаются уголки. Действительно, любит улыбаться. Подбородок гордо приподнят. Так естественно, что сразу видно, её этому учили с детства. Так всё же, кто она? Баронесса? Графиня? Маркиза? Герцогиня? Девушка, между тем, оживилась:

- Вы тоже будете через неделю на балу, который даёт дядя?

Дядя? Его величество король – её дядя?! И я опять мысленно стукнул себя по лбу. Герб! На карете, ведь, был же герб! Ну-ка вспомним, что там? Ах, да, два медведя на задних лапах, у одного в передних лапах топор, у другого – корона. Великий герцог Филонт! Брат короля! В смысле, это его герб. А девушка, стало быть, герцогиня Линея, дочь Филонта, племянница короля Людвига. Кстати, герб не простой, с ним связана любопытная история. Даже не одна. Но, сейчас не до герба, надо выкручиваться.

- Надеюсь, что буду, ваша светлость! И, если вам будет угодно меня там разыскать, я открою все свои тайны. Какие вам только заблагорассудится у меня узнать. А сейчас позвольте представить мою спутницу. Эту милую девушку зовут Тилли, и готов поставить сотню золотых, что вы не отгадаете с трёх раз, чем она занимается.

Ну, да, я её заманивал в игру. Примерно так же, как заманивают в игру карточную. Там тоже начинается примерно так же, мол, ставлю серебрушку, что ты среди этих трёх карт за две попытки не найдёшь нужную. И появляется азарт, как же так? Я?!! Из трёх карт за две попытки не угадаю?! Нет, не угадаешь. Когда я возьму эти три карты в руки, нужной карты среди них вообще не будет. Хоть все три раза угадывай! Здесь, конечно, цель была другая, только средства похожи.

- М-м-м… Служанка?

Это, похоже, герцогиня пыталась мягко переиначить слово «проститутка». Мол, если служанка, значит, услуживает. Мало ли, чем она услуживает?

- Нет, – улыбнулся я, – Холодно.

- Кухарка?

Нет, ход мысли понятен. Я же сказал ей, что девушка под моим покровительством. Если она не ублажает моё тело – значит, ублажает желудок. Что ещё есть у мужчин? Не мозги, же – хи-хи! – в самом деле.

- Теплее. Вы открыли один из несомненных талантов Тилли, – любезно поклонился я герцогине, – но не главный. Она действительно готовит так, что половина поваров королевства готова будет утопиться или повеситься, познакомившись с её стряпнёй. И всё же, её главный талант в другом. У вас ещё одна попытка, ваша светлость.

Линея вновь внимательно оглядела Тилли с головы до ног и её взгляд остановился на альбоме и коробке с карандашами.

- Неужели… художник? – расширились глаза герцогини.