Почти дойдя до пристани, корабль всё же наткнулся на риф. Пробоина была небольшая и корабль с рифа следующей же волной сняло, но на корабле забегали матросы. И не как попало, а слажено и целенаправленно. Не прошло и десяти минут, как на дырку был наложен парусиновый пластырь. Я понял, что весь экипаж специально тренировался для подобных действий. И не раз, и не два. И даже не десять. Отрабатывая все возможные ситуации, каждую мелочь. В путешествии на Айсгринт по морю мелочей не бывает!

Наконец корабль причалил, и я услышал радостный гомон. Какие бы там эльфы не были выдержанные и величавые, но после такого испытания удержаться от возгласов радости не смогли. Я их понимаю. Выжили, дошли, справились! Эк, сколько мужества и достоинства прибавилось!

Часть матросов под командой какого-то эльфа, видимо боцмана, спешно занялась ремонтом корабля и откачкой воды, проникшей через пробоину. Остальные, во главе с величавым, статным эльфом сошли на берег, оглядываясь по сторонам. Возможно, их удивило, что никто их не встречает. Может, обрадовало, что нет других кораблей, что они добрались до острова первыми. Я не вслушивался. Я смотрел на флаг корабля. На серебристый флаг со вздыбленным единорогом, нацелившим рог на одинокую звёздочку.

Нет, до чего же маленький шарик, наша планета Земля! Как часто здесь происходят всяческие встречи, жданные и нежданные. Значит, вот ты какой, «убивучий» Сивергенн фюр Балуччи фюр Костекки, муж Эльвиенерры фюр Алагава, фюр Антониэлла фюр Циммпатта. Хотя, сейчас она, пожалуй, уже не Эльвиенерра. Если старина Торматт не соврал, она уже родила и поменяла временное девичье имя на постоянное. Плевать! Для меня она навсегда останется Эльвиенеррой, Элей.

Эльфы меж тем пошли к крепости. Я не стал устраивать представлений и заранее вытащил бревно, которое служило задвижкой в воротах. Эльфы, смеясь и переговариваясь, вошли в крепость. И увидели меня посреди площади.

Нет, вот скажите, они что, и в туалет ходят с луками за спиной? Я только моргнул, а на меня уже смотрели три десятка стрел. Дрожа в натянутой тетиве.

Я показал пустые руки и сказал:

- Приветствую вас, благородные эльфы! Я пришёл с ми…

И вокруг меня блеснули три сотни стрел. Каждый из тридцати эльфов успел пустить, как минимум, десяток стрел, пока я их приветствовал.

- …ром! – закончил я.

Все три с лишним сотни стрел дрожали в воздухе, примерно в метре от меня, образуя этакий полукруг из стрел. Большинство напротив жизненно важных органов – ну, там, сердце, глаза, печень. Да, я применил воздушный щит. Не зря тренировался. Я вздохнул и щёлкнул пальцами. Все стрелы попадали у моих ног. Мог бы и не щёлкать, но здесь важна зрительная связь. Щёлкнул – упали. Значит, я маг и чародей. Если бы просто упали, без щелчка, тогда искали бы другие причины. А мне это зачем? Если мне нужно, чтобы они видели именно эту причину?

- Господа высокородные эльфы! – начал я снова.

Если эльфов не назвать благородными, высокородными, или там, доблестными и возвышенными рыцарями, они просто не услышат, что вы к ним обращаетесь. Аристократы-с! Все, как один! Нет, и многие люди такие же. Целые народы! Требуют, чтобы обращались к каждому, как к высшему сословию: господин, сэр, пан … и прочие джентльмены. Какой-нибудь, с позволенья сказать, свинопас, всю жизнь свиньям хвосты крутит, а туда же – пан! Я как-то задумался об этом и вывел для себя утверждение: это одна из основных потребностей человека. Уважение. Такая же потребность, как в пище, сне, и прочем. Основополагающая.

Не верите? Тогда представьте, что вы имеете всё, что душе угодно, кроме уважения. Садитесь вы за стол, а вам не подают тарелку с икрой, а просто – шварк её с размаху об стол!

- Жри, – говорят, – свинья эдакая! На тебе, свинья, ещё и ложку золотую, хотя непонятно, зачем она тебе? Жрал бы руками, не всё ли тебе, свинья, равно?!

Получите ли вы удовольствие? И ложка золотая и тарелка золотая с чёрной икрой, а удовольствия нет.

Вот и ходят запанибрата пан свинарь и пан пастух. Друг друга, стало быть, уважают, панами называют. Хотя настоящие паны очень редко друг с другом братаются. Не до того им. В отличие от пана свинаря, им приходится своё панство каждый день доказывать. Следить, чтобы урону чести не было. Защищая свою честь, вплоть до дуэли. Побратаешься, вот так, с кем-нибудь, а он тебе нехорошее слово скажет. И как его убивать прикажете, если он побратим?

Самое честное обращение между собой, насколько я помню, принял в прошлом цикле один народ после революции, когда всяких господ да панов в шею погнали. Как же они друг к другу обращались?.. «друг»?.. А, нет, «товарищ». И уважительно и никакого превосходства друг над другом.

Эта мысль мелькнула в моей голове и ускакала прочь. Мне назвать эльфов «благородными» не трудно. Язык не отсохнет. Я ещё раз вздохнул и начал заново:

- Досточтимые эльфы! Мудрые и рассудительные! Великие и непогрешимые! Я пришёл с миром. Мало того, я пришёл с подарками. У меня нет цели оскорбить или опорочить ваши святыни. Понимаете ли вы, кто перед вами?

Ну, что ж, сам напросился. Сивергенн, который пристально рассматривал меня сквозь прищур век, под общее «гы-гы» выдал:

- Понимаем. Сексуальная игрушка для эльфов!

Узнал, значит. И не забоялся. А зря! Сегодня я его, может и не трону, если сам не напросится, сегодня у меня другие цели и задачи. Но этого всеобщего «гы-гы» я ему точно не прощу!

- Для эльфиек, – уточнил я, – С ними я не прочь поиграть в веслые игры. А, для эльфов сексуальной игрушкой выступают другие эльфы! Тут вам ни в одной другой расе конкурентов нет!

Натужная шуточка, максимум на три балла, но другой в голову не пришло.

- Но я пришёл сюда не для этого. А для спасения эльфов!

- Пошёл прочь! Нам не нужны спасители-люди! Эльфы сами себя спасут! Если это понадобится. Так всегда было, есть и будет!

- Вот как? – удивился я, – И Великий Завет эльфы сами себе добыли? Не люди им привезли с товарами?

Среди эльфов возникла мимолётная заминка. Потому что Великий Завет действительно привезли люди, а признаваться в этом не хочется. Я не дал им времени прийти в себя:

- А, может быть помните, какие жаркие споры возникли среди эльфийских кланов, когда решали, следовать Великому Завету или нет? Хотя, где вам! Эльфы, хоть и долгожители, но всё не так, как мы, колдуны и маги. Ну, может, хоть отцы и деды что-то рассказывали?

Заметьте, я этого явно не говорил, но из моей фразы у эльфов должно было сложиться впечатление, что они не помнят, а я-то помню. Ну, раз я из долгоживущих колдунов и магов. И говорю об этом, словно сам, буквально вчера, видел. А то, что споры были – так это естественно, как же без них, без споров? И все эльфы, здесь стоящие, хоть краем уха об этих спорах слышали. Только повода для споров не помнят. Наверняка.

- Я вам напомню! – снизошёл я до объяснений, – Всё в Великом Завете эльфов устраивало, кроме одной-единственной фразы. На странице тридцать один, пятый абзац сверху. «Унфе гресто витарто, жиронамус калондо, севет контари спрено тавуки, пелек будатос финта вукати. Унфе гресто жиротами талупани бет вагасио, хен чиркони патачио»! Именно эта фраза предписывает эльфам инициировать эльфов, гм, специфическим способом. А знаете ли вы, почему были споры? Не отвечайте, вы всё равно не знаете! Потому, что книга Великого Завета попала в руки эльфов, хоть и в хорошем состоянии, но всё же, были и потёртости и в некоторых местах буквы выцвели, и на некоторые страницы попадала морская вода. Странно было бы, если бы этого не произошло за две тысячи лет, учитывая, что книга в разных руках побывала. В том числе и у людей. Которые её святыней отнюдь не считали! Вы все видели эту книгу и не можете опровергнуть мои слова!

Конечно, не могут. Даже если помнят всю книгу наизусть и каждое пятнышко на книге по отдельности. Потому что Торматт специально в разных местах, в том числе и в этом месте, текст слегка повредил. То есть, сделал читаемым, но с трудом. А я добавил микроскопические штрихи. Которые эльфы ещё не видели.

- Ну и что? – не выдержал Сивергенн, – Какое дело людям, как эльфы проводят обряд инициации?

- Я колдун, маг и чародей, – напомнил я мягко, – Люди об этой вашей инициации не знают. Пока. Поэтому радуются. Хотя должны бы ужасаться!

- Почему?

- Потому, что на самом деле там написана другая фраза! У магов и чародеев есть библиотека, в которой собраны все книги, когда-либо писанные, с начала времён. Недавно мне понадобилось кое-что почитать о быте эльфов. Для сравнительного анализа. Я пошёл в библиотеку и взял книгу. Да, это другой экземпляр Великого Завета. В идеальном состоянии. Гораздо лучшем, чем ваш экземпляр. Потому что хранился он не у людей, а у магов и чародеев. Я открыл книгу и с удивлением увидел, что фраза звучит совсем по-другому! Там было написано ««Унфе гресто витарто, жиронаму скаландо, севет контари спрено тавуки, пелек будатос финта вукати. Унфе гресто жиротами талупани бет вагасио, хен чиркони патачио». Понимаете? Не «жиронамус калондо», а «жиронаму скаландо»! То есть предписывается эльфам вступать в сексуальную связь не с другими эльфами, а с гнуснейшими преступниками из людей! Так сказать, воздавать им по заслугам! И для молодых эльфов это действие считается инициацией.

- Ты лжёшь!!!

Оп-почки! Сколько народу выкрикнуло без разрешения командира, а он этого даже и не заметил! Значит, пробрало!

Если кто-то не понял сути того, что я сделал, поясню. Бывает, что изменение одной буквы в слове или перестановка буквы из одного слова в другое, полностью меняет смысл предложения. Ну, к примеру смысл фразы «шёл человек с тарой» совершенно отличается от смысла фразы «шёл человек старый». Хотя на слух эти фразы очень созвучны. Вот я и воспользовался тем, что в тексте Великого Завета оказалась подобная возможность. Очень удачно! Оставалось то «исправить» всего два слова!

- Пойдите и посмотрите! – я демонстративно пожал плечами, – Мой экземпляр лежит рядом с вашим. Лично мне как-то без разницы, куда эльфы будут свои э-э-э… свои стручки запихивать! А, вот люди-преступники вам скажут спасибо! Не знаю, что скажут вам ваши же дети! Которых вы для инициации привезли! И используете так, как вы должны были бы использовать преступников!

Толпа эльфов было загомонила и двинулась к святилищу, но Сивергенн предупреждающе вскинул вверх руку. И спросил ядовито:

- Тебе-то, колдун, какая радость от этого?

Ага, значит, уже «колдун», а не «сексуальная игрушка». Подожди, ты меня ещё «господином магом» и «Кляком величайшим» называть будешь! Будешь-будешь, куда ты от меня денешься!

- Колдуны и маги не держат ничью сторону, – пояснил я, глядя на них самыми честными глазами, – Они выступают только за правду. У них в ходу великая пословица: «Сократ мне друг, но истина дороже»! Сократ – это… гм, ну, тоже, вроде как один из чародеев. Типа того.