Лонде-Бри

Едва заметная тень проскользнула между домами и исчезла за углом, когда по улице с ревом пронесся сверкающий глянцем эфикар, заставив черных ворон сняться c заснеженных веток деревьев. Парень натянул капюшон поглубже, скрывая свое лицо от вездесущих шпионов Равена Галбрейта, а когда карканье утихло, до него донесся разговор случайных прохожих:

— Опять эти проклятые вороны, — негодовал парень.

— Тс-с! Ты же знаешь, Равен следит за всеми, — одернула его девушка.

— За кем ему следить уже? И так под Орла прогнулся весь Вусмиор, неужели боится, что кто-то из нас способен поднять восстание против Правителя? Это даже смешно.

Ее спутник явно не собирался сдаваться и искренне рассмеялся.

— Не знаю даже, говорят, Орла не видели уже несколько двулуний. А его жену и еще дольше… Как же ее звали… Дженнифер, вроде? Она вообще хоть жива?

— Да даже если на корм вурдалакам пошла, нам-то с тобой какое дело? В Лонде-Бри, кроме этих проклятых ворон, все спокойно, и ладно, — уже где-то издалека послышался голос.

И тут парень в капюшоне тяжело выдохнул, выпустив пар и растопив снежинки, падающие с неба.

Сложно было не согласиться с амхельнчанами. Здесь, в столице всего Вусмиора, все было теперь совсем иначе, нежели в некогда светлой обители Эстер. Как будто он вернулся на год назад, когда мог так же беззаботно ходить по улицам и обсуждать сплетни о своих правителях.

Вот только правители бывшего города под куполом мертвы, а Эстер сегодня не всплывал даже в новостных сводках, словно его и не существовало вовсе. А вместе с ним и тех, кто когда-то служил верой и правдой родной обители, защищая ее жителей. Лишь изредка их тени мелькали где-то среди того, что осталось от их родины после пришествия Смерти.

Силуэт в капюшоне выглянул из переулка заснеженного Лонде-Бри, стараясь не попасться на глаза воронам, и перебежал от одного угла дома до другого в попытке смешаться с толпой и остаться незамеченным. К счастью, в столице Вусмиора было много тех, кто прятал свои лица, зная, что за каждым их шагом следит сам Равен Галбрейт, верный Советник лорда Орла. Победа над Эстером словно изменила даже тех, кому это было всегда безразлично.

Но если амхельнчане могли просто добраться до своего дома и выдохнуть, то у незваного гостя не было такой роскоши. Его снедали сомнения, боль и Тьма, но эстеровец продолжал упрямо двигаться куда-то на север Лонде-Бри.

— Хоук, не зли меня, — отзывался в голове голос Джейсона Милтона. — Мы из кожи вон лезем, чтобы вернуть наши жизни себе и восстановить справедливость! А ты только и делаешь, что ноешь!

— Я не ною, — ответил тогда Квентин и вторил себе сейчас, упорно продолжая идти вперед, несмотря на подстерегающие на каждом шагу опасности. — Сколько еще нам искать остатки армии Эстера? Мы только зря тратим время! Если уж у наших правителей не получилось справиться с Эгго, то что говорить об обычных стражах? Дженнифер — единственная из выживших, кто сможет противостоять лорду Орлу!

— Квентин, послушай… о Дженнифер после нашего побега больше ничего не слышно. Мы даже не можем быть уверены, что она жива, — не раз пыталась вразумить его Джоан Берч.

А ведь после гибели мужа ей самой часто требовалась поддержка.

Сейчас Квентин уже жалел, что наговорил тогда лишнего, но все еще твердо был уверен в своем решении. Дженнифер рискнула всем, чтобы вытащить их из лап темных, и все ради чего? Чтобы они так и сгинули в ожидании какого-то чуда? Чем больше проходило времени после гибели правителей Эстера, тем крепче Хоук убеждался, что скорее он, Милтон, Берч и другие выжившие эстеровцы превратятся в морлоков, сидя в темных и затхлых катакомбах бывшей обители Света, чем дождутся нужного момента для мести.

Ему не удалось спасти ни Дина Рида, ни Клауса Берча. Как погибла Леди Тали, никто не знал, но Всемогущий Смерть подтвердил ее убийство и передал власть в Эстере адептам Тьмы. Но, может, он еще мог помочь Дженнифер?

Не было ни дня после спасения из плена Лонде-Бри, чтобы он не жалел о том, что оставил некромантку на растерзание эпигонам Орла. Дженнифер — единственная, кто не боялся пойти против Арнлейва Эгго. Но что двигало самим Квентином — желание хоть что-то изменить после поражения светлых или же привязанность к дерзкой инфанте?

— Вот Смерть! — Квентин попытался осторожно выглянуть из очередного переулка, но быстро отпрыгнул снова в тень, заметив вальяжно прогуливающихся эпигонов в утепленных черных кителях и с неизменными золотыми орлиными профилями на лицах.

В висках стучала кровь, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы привести дыхание в порядок из-за испуга. Он не помнил, когда нормально ел и спал, а на окружающий мороз Хоук и вовсе перестал обращать внимание. В самом центре логова Тьмы все это не имело никакого значения по сравнению с навязчивым чувством преследования.

Сперва он передвигался на мобиле с украденными амхельнскими номерами, но был вынужден оставить и его, когда заметил, с каким пристрастием патрули эпигонов досматривают эфикары в центральной части города. Бывший хранитель Эстера хорошо запомнил карту Лонде-Бри, которую часами рассматривал вместе с другими эстеровцами в их импровизированном штабе в одном из бывших подземных укрытий. По словам шпиона Нейтана Блейка, особняк Орла располагался на севере столицы, а, значит, где-то там он найдёт и Дженнифер.

— А что насчет Евы? — спросила тогда Джоан Блейка.

Он, как и все обитатели того штаба, так или иначе продолжал нести вверенные им бывшими правителями обязанности.

— Ну… тут все сложно. После того, как она помогла сбежать вам, к ней пришли с обысками. Перевернули все вверх дном. И там давно никого нет. Сам лично я Еванджелину не видел. Насколько мне известно, она встречалась с Кэтрин Рид после допроса. Думаю, Орел бы не упустил возможность устроить публичную казнь кузины бывшего Правителя Эстера… Однако я не видел ее даже где-то в компании с генералом Рейном. Значит, ей каким-то образом удалось выпутаться из той истории. Я пытался с ней связаться после всего, но безрезультатно, — вздыхал Нейтан, как будто то, что случилось с кузиной Дина, он записал в свое личное поражение. — Одно я знаю про нее точно — Ева умеет залечь на дно, когда это нужно. Остается уповать на ее благоразумие и хитрость.

Квентин оглянулся, как будто узнав в прохожей ту самую брюнетку, с которой столкнулся однажды в баре, когда вместе с Джоан и Дженнифер примчался в Лонде-Бри из Мармиати-Ай в поисках Капитуляра Смерти. Но, конечно, Хоук ошибся. Это была не Ева. Если даже Блейк не нашел Еву Рид, Квентину бы точно не улыбнулась так удача. А ведь она наверняка могла бы помочь ему…

Хоук остановился возле павильона, где была нарисована карта движения омнибусов, еще раз сверив в своей памяти движение до дома Арнлейва Эгго. В кармане неожиданно зазвонил циркуляр. Хоук, не зная зачем, открыл его, хотя и так знал, что это его брат. Он тут же сбросил вызов и отключил циркуляр. Что он скажет Грегу? Тот и так стал чересчур тревожным после всего, что случилось в Эстере.

Кввентин выдохнул и уверенными шагами двинулся в нужном направлении. В глаза бросался Дом правителей Амхельна — высокий трехбашенный замок, видневшийся с любой части центрального острова столицы. Над зданием, помимо привычного воронья, кружили отвратительные паукообразные мутанты, ветрархи.

— Интересно… Орел сейчас там? — невольно задался вопросом Хоук.

Он, как и все, кто выжил в той мясорубке в Эстере, задавался одним и тем же вопросом каждый день — получил ли Арнлейв Эгго желанный барьер?

* * *

Квентин шел пешком, то и дело прикрываясь своей способностью искажать течение времени, чтобы его не заметили. Но даже так ему пришлось сделать большой крюк через лес, чтобы никто не заметил на снегу свежие следы.

Увидев, наконец, среди высоких сосен внушительный особняк, Хоук остановился, чтобы получше рассмотреть местность. Казалось, чья-то тень следовала за ним, но он по-прежнему никого не обнаружил.

Квентин спрятался за зарослями кустов, стараясь дышать в воротник, чтобы пар изо рта не выдал его на морозе, и начал наблюдать за домом Эгго. Он насчитал как минимум десять человек возле кованого металлического забора, окружавшего огромное поместье. Вороны и тут летали повсюду и представляли собой, пожалуй, самое серьезное препятствие.

В остальном…

— Все слишком просто… — хмурился Хоук, представляя, как замедлит время и легко перелезет через забор незамеченным. Редкие острые пики на его вершине не представляли реальной опасности, а следов других мер предосторожности не видно.

Но ведь как-то же здесь должны были защищаться от незваных гостей или невидимок? Квентин даже не дышал, всматриваясь в ночную темноту. Вот один из эпигонов в маске прошел через ворота, словно там и правда не было никаких преград или барьеров.

Квент подкрался поближе, решив, что он что-то упускает из виду, и окружил себя пространством вне времени. Все вокруг словно застыло в молчании, пока он двигался вдоль забора. Вблизи тот оказался значительно выше, и взобраться наверх уже не казалось таким простым делом, но ворота все еще оставались открытыми…

«Может, все-таки эфирный барьер?» — в спешке размышлял Хоук. — «Завладев способностью Леди Тали, Эгго мог окружить свой дом точно так же, как она окружала куполом весь Эстер…»

Одна его рука плотно держала вокруг себя вневременное пространство, создавая иллюзию его невидимости. К тому моменту, когда на снегу проявлялись его следы, самого Квентина уже не было в этом месте. Хоук не придумал ничего лучше, как другой рукой поднять с земли беспризорный камень и кинуть его в сторону прохода.

— Хм… — недоуменно выдохнул Квентин, когда ничего не произошло, а булыжник беспрепятственно пролетел во внутренний двор поместья.

Отбежав в сторону, Хоук спрятался за кусты и расслабил руку, вернув пространству вокруг привычный ход времени. Никто ничего не заметил, но сам Хоук заметно выдохся от того, как долго пользовался эфиром.

— Ты слышал? — неожиданно остановился один из эпигонов, видимо, обратив внимание как, запыхавшись, сопит эстеровец. — Там, в кустах!

Квентин замер. В сезон снегов было довольно сложно маскироваться, казалось, сама природа была против тебя в этот момент.

— Прекрати, это, наверное, вороны Советника… — отмахнулся второй эпигон.

— А вдруг это снова зомби этой проклятой некромантки? — с нескрываемым раздражением переспросил его напарник и сделал несколько шагов в сторону прятавшегося стража.

— Если и так, то где-то рядом может быть и сама некромантка. А навредишь ей, считай, лишился головы. Уж лучше встретиться со Всадником Смерти, чем разозлить лорда Орла…

— Нет, там точно кто-то есть…

— Твою ж… — выдохнул Квент, а пространство вокруг снова замерло.

Дженнифер! Она точно жива и всё ещё в этом доме! Медлить было нельзя! Поэтому обогнув эпигона, направлявшегося в его сторону, а точнее, только ещё намеревавшегося двинуться в сторону укрытия Квентина, сам Хоук изо всех сил ринулся к раскрытым воротам.

Хоук понимал, что это безумие. Но вся его жизнь и тот мир, который он так рьяно защищал, погрузились в отчаяние, и другой возможности у него может просто не быть. Он должен узнать, как добраться до Дженнифер. Сейчас или никогда.

Однако стоило ему только дойти до входной арки посреди длинного забора, как раздался громкий хлопок, откинувший Квентина назад.

И все сразу пришло в движение.

— Какого Всадника⁈ Что это⁈ — раздались голоса эпигонов.

Едва открыв глаза, Хоук понял, что больше не контролировал ни время, ни пространство вокруг, а сам буквально распластался на земле. Эпигоны застыли, под орлиными масками не было видно их лиц, но они явно были поражены тем, как внезапно перед ними появился лежавший на земле гость.

— Именем лорда Орла! — тут же завопил один из эпигонов.

Квентин на мгновение сжался в ожидании, что в него сейчас полетит какая-нибудь эфирная атака, но лишь услышал звук приближающихся шагов.

«Эфира нет!» — эта мысль придала ему смелости, и он оказался на ногах раньше, чем воины в орлиных масках успели к нему подойти. Столь резкий маневр обернулся мощным головокружением, и прежде, чем рухнуть снова на землю и быть схваченным, Квентин сделал то единственное для своей защиты, на что был способен в этой патовой ситуации — призвал скверну.

После скоропостижной гибели семейства Хейстов заниматься обучением Хоука некромантии было некому, и поэтому изумрудное пламя Нижнего мира в руках бывшего хранителя было все таким же неудержимым, как и раньше. Квентин не столько атаковал эпигонов, сколько пытался их напугать и сбить с толку стеной скверны, пока сам бежал, не зная куда, в попытке оторваться от преследователей или хотя бы добраться до зоны, где уже был эфир. Ненужная битва могла привлечь самого Орла, и тогда Хоук лишится последних шансов на выживание. Если они у него еще были.

— Стоять! — послышалось откуда-то сбоку, а затем кто-то со всей силы врезался в Квентина, сбив его с ног.

Прежде чем он успел хоть что-то предпринять, ему уже заломили руки назад, мигом защелкнули костяные наручники-ограничители, и Хоук лишился возможности творить даже скверну. Он только успел выхватить из-за пояса хлыст, которым всегда орудовал на службе Эстера, и рукояткой ударить по лицу неведомого противника. Но тут уже подоспел другой эпигон, который взмахом меча едва не отрубил Квентину руку.

— А-а-а! — взвизгнул он, когда лезвие прошлось вдоль предплечья.

Рухнув на землю и прижав к себе раненую конечность, Хоук застонал. Не от боли, а от ненависти и разочарования в самом себе. В том, он позволил себе погибнуть так жалко и глупо.

Но его не пронзили клинком и не ударили молнией. Хоук не успел понять, в какой момент он вдруг начал задыхаться. Собственная тень пришла в движение и обвившаяся вокруг шеи, лишая его одновременно и воздуха, и здравомыслия. Тело перестало слушаться, забившись в конвульсиях, но когда рядом с ним раздался голос, сознание Квентина вдруг стало удивительно ясным.

— Интересно, у кого хватило смелости и наглости явиться к самому лорду Орлу?

Этот голос Хоук узнал сразу, он слышал и видел его обладателя в кошмарах, которые мучали Квентина после падения Эстера. Хоук непроизвольно дернулся в попытке ударить его ногой, но тут же получил разряд тока. Когда спазм отпустил, а вместе с ним ослабла и хватка на шее, Квентин взглянул на своего противника из-под упавшего на глаза капюшона.

Конечно же, перед ним стоял тот, кто сам участвовал в свержении Света, тот, кто собственноручно убил Дина Рида и Клауса Берча. Квентина распирало от ненависти, но он был слишком слаб, чтобы хоть что-то противопоставить генералу Рейну, ведь тот явно не скитался по подвалам все эти месяцы, пытаясь выжить.

Сам Аллард словно и не изменился с того дня, когда Хоук видел его в последний раз, разве что тот стал еще более хмурым.

— Кто это у нас тут? — генерал, не церемонясь, скинул носком сапога с него капюшон.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы узнать Квентина. С последней их встречи в Эстере хранитель избавился от длинной челки, а его щеки и подбородок заросли после нескольких двулуний без бритвы.

— Если мне не изменяет память — Квентин Хоук? — усмехнулся Рейн, но отчего-то его голос не был злым или довольным. — Вот уж не ожидал увидеть здесь эстеровцев…

— Какие будут указания, генерал? — спросил один из эпигонов.

— Я отведу его к лорду Орлу, уверен, он сам захочет поговорить с бывшим стражем Эстера.

— Я был, есть и остаюсь стражем Эстера, — сквозь зубы процедил Квентин, морщась от боли.

— Кто бы сомневался, — усмехнулся Рейн, а затем со всей силы ударил Хоука по голове, отчего тот мгновенно потерял сознание.

* * *

Первое, что почувствовал Квент после того, как пришел в себя — это холодный пол, на котором лежал.

— Там точно больше никого не было? — вторым вернувшимся чувством был слух, но Хоук не узнал, кому мог принадлежать этот голос.

— Эпигоны прошерстили все вокруг, — хриплый тембр Рейна даже в полусознательном состоянии заставил Квентина презрительно скривиться.

— Эпигоны допустили, что бывший соратник Тали добрался до дома Правителя, — недовольство незнакомца набирало обороты.

— Как и твои вороны, Равен, — парировал Аллард.

«Советник…» — пронеслось в голове у Хоука, продолжавшего лежать на ледяном полу.

— Хватит, я думаю, наш гость услышал достаточно, — вмешался третий, спокойствие в его голосе граничило со скукой, и в то же время по властному тону можно было не сомневаться, что это был сам Арнлейв Эгго. — Я уже знаю, что ты пришел в себя, Квентин.

Бывший хранитель Эстера снова поморщился, а затем предпринял попытку перевернуться. Тело и голова отозвались тупой болью, а силы, которых и так было немного, окончательно покинули его. Теперь он едва мог подняться и посмотреть на лица врагов.

Когда глаза привыкли к яркому свету, Квентин сперва увидел хищную птицу в огромной клетке, висевшей над ним. Чуть поодаль в просторном кожаном кресле вальяжно расположился Арнлейв Эгго в белой безликой маске. Рейн стоял возле окна и не обращал на пленника никакого внимания. А вот слева от Правителя Вусмиора стоял мужчина с черными зализанными назад волосами и в строгом костюме-тройке. Хоук, конечно же, сразу узнал в нем Советника Амхельна — Равена Галбрейта.

Это явно была не темница, где он когда-то провел немало мучительных дней и ночей вместе с Джоан. Также это был и не тронный зал, куда его вместе с остальными приволокли неудачной стычки с Эдом Пирсом, и Квентин уже прощался со своей жизнью. Возможно, если бы его убили тогда, он бы не лежал сейчас в этой комнате, которая, по всей видимости, служила для частных аудиенций.

На его руках все еще были ограничители способностей, а недавний порез неожиданно оказался кем-то перебинтован.

— Ваша разведка в лице Нейтана Блейка хорошо работает, раз вы смогли вычислить, где находится мой дом, — заговорил Арнлейв Эгго, продолжая сидеть в кресле. — Эстеровцы все не сдаются? Джейсон Милтон прислал тебя сюда? Или же Джоан Берч не смогла простить того, что наш генерал убил ее мужа?

На последних словах Квентин заметил, как Рейн поморщился, но ничего не сказал. Сам же Хоук недоуменно смотрел по сторонам — кроме троих правителей и птицы, здесь больше никого не было. За большим окном виднелся центр Лонде-Бри, а значит, он был уже не в северной части столицы, а в Доме правителей.

— Вот только вы, похоже, не рассчитали, как быстро генерал может оказаться возле моего дома. И точно не знали, что, если применить эфир, сенсоры на входе просто обесточат его. Вы же не думали всерьез, что можно вот так просто проникнуть в мой дом? — Арнлейв рассмеялся.

Хоук ничего не ответил, он лишь мечтал о том, чтобы все побыстрее закончилось. Он понимал, что это будет суицидальная миссия, поэтому недоумевал, почему с ним все еще церемонятся.

— Зачем ты пришел сюда⁈ Кто тебя послал⁈ — внезапно громкий голос Эгго прокатился по комнате, а внутри Квента все сжалось от боли, отчего его тут же вырвало кровью. — Отвечай, или я залезу в твои мозги и узнаю все сам. И поверь, тебе это не понравится…

Мысленно Квентин усмехнулся, ему не было дела до того, что Эгго мог узнать о Джее или Стиве, даже об Эрике. Разве что… Джоан и ее сын Оливер вызывали в нем хоть какое-то чувство жалости. Но он продолжал упорно молчать, за что вскоре и поплатился.

В голосе зашелестел незваный голос, словно пугающий призрак из прошлого, Соулривер ожил и вновь начал манипулировать им, настолько реальны были ощущения.

— Как интересно, Аллард, ты был прав, когда говорил, что в его голове довольно сложно копаться после Соулривера, — эти слова он, кажется, услышал снаружи, но не был в этом уверен.

Перед глазами начали проноситься кадры последних нескольких месяцев, словно отматываясь назад, но внезапно все остановилось на моменте, когда Смерть явился в Эстер после убийства Дина и Клауса.

— А-а-а… — Хоук схватился за голову и рухнул на пол, а от боли его снова вырвало кровью. — Больной ублюдок, что ты там ищешь…

Лорду Орлу явно не пришлись по вкусу эти слова, незримая сила откинула его назад к стене, а затем Квент стал задыхаться. Перед глазами мелькали какие-то картинки и разговоры, на каких-то Эгго останавливался, какие-то перематывал. Пока не докрутил до спора с Джейсоном пару двулуний назад, после которого Хоук и ушел.

— Ты только и делаешь, что ноешь! — низкий потолок заглушал недовольный возглас Милтона, однако оттого напряжение между ними только усиливалось.

— Ты считаешь это нытьём? Дженнифер — единственная из выживших, кто сможет противостоять лорду Орлу!

— Мы даже не можем быть уверены, что она жива… — примирительный голос Джоан снова отозвался муками совести в душе Квентина, ведь тогда он ответил слишком резко:

— Если вы хотите сидеть здесь, как вурдалаки или морлоки, то я — нет!

— Квент…

— Пусть проваливает, придурок, пока я сам его не убил! — донеслось до него за секунду до того, как он хлопнул тяжелой железной дверью, отчего со стен осыпалась цементная крошка.

Внезапно Квентин рухнул на пол, делая глубокие хриплые вздохи. Генерал, наконец, посмотрел на эстеровца. Очевидно, он, как и сам Хоук, был несколько удивлен, что тот еще жив.

— Серьезно?.. — неожиданно произнес Арнлейв, а затем поднялся и медленно подошел к Квентину.

Равен и Аллард переглянулись, наблюдая за ними. Эгго уже рукой схватил хранителя Эстера за шею и приподнял, а в голове Квентина вдруг все снова перемешалось: воспоминания, слова, мысли, прошлое и настоящее.

— Правитель?.. — вмешался Равен, когда сцена начала затягиваться.

Хоук снова рухнул на пол, в лужу собственной крови, пытаясь понять, что реально, а что нет. Арнлейв развернулся и медленно начал ходить туда-сюда, игнорируя вопросительные взгляды своих соправителей.

— Можешь не переживать, Дженнифер жива, — наконец, заговорил Эгго с легкой усмешкой.

— А причем здесь эта… причем здесь Дженнифер⁈ — неосторожно воскликнул Аллард.

— Похоже, эпигоны и вороны зря искали кого-то из эстеровцев по всему Лонде-Бри. Армии отмщения с ним нет. Он, — презрительно усмехнулся Арнлейв и снова остановился возле Квентина, — решил все взять в свои руки.

— Он пришел за Дженнифер⁈ — с сомнением спросил Равен.

— Зря я его остановил… — пробурчал себе под нос Аллард, но слишком громко, чтобы этого не услышали остальные. А затем добавил, когда поймал на себе взгляд Эгго. — Простите, Правитель…

— И зачем она ему? — но Галбрейт, похоже, разделял мнение генерала.

— Он считает, что она единственная, кто может помочь меня остановить… — Квентин ожидал, что на этих словах Арнлейв засмеется, но отчего-то он промолчал. — А еще отчего-то дорожит ей. Похоже, этот идиот решил, что у Дженнифер тоже могут быть к нему хоть какие-то чувства.

На этих словах Правителя генерал молча закатил глаза и повернулся к окну.

— Эстер все еще не теряет надежду, что сможет вернуть свой город и победить вас?.. — рассмеялся Равен, его явно не интересовала некромантка.

— Они хотят отмщения за своих ненаглядных правителей, — усмехнулся Арнлейв, сжав руку в кулак. — Вот только есть проблемка… Дженнифер хоть и жива, но уже вряд ли хоть кому-то поможет.

— Что ты с ней сделал, урод⁈ — сплюнув кровь, Хоук предпринял попытку подняться.

— Я? Ты и эта Джоан, и тот, кто помогал вам бежать. Это вы виновны в том, что с ней стало, — голос Правителя стал низким, а вокруг словно потемнело, как будто сама Тьма пришла в движение. — Тебя ведь мучает совесть за то, что вы ее бросили умирать⁈ Я должен был казнить тебя сразу, как только узнал, что моя жена чуть не умерла.

— Вы все сошли с ума! — Хоук свирепо посмотрел сперва на Равена, а потом на Алларда. Ему нечего было терять, поэтому он даже не пытался скрывать то, что думал. — Вы слепые, или не видите, какому монстру вы служите?

— И чем же они отличаются от тебя? — хмыкнул Эгго, не оборачиваясь на своих соправителей. — Ты служил верой и правдой своим правителям, и куда тебя это привело?

— В отличие от тебя, они погибли, сражаясь вместе с нами и за нас. Леди сделала все, чтобы мы смогли вернуться в Эстер, заманив вас переговорами, — не унимался Хоук, а в следующую секунду отлетел в сторону, снова ударившись головой.

— Никого из них уже нет в живых, а вот ты… — прорычал Эгго. — А вот тебе пока везет… Не каждый может похвастаться возможностью оказаться в моих руках дважды и все еще продолжать дышать…

— Ха… так я, выходит… счастливчик?

— Не обольщайся, Квентин, любая удача рано или поздно заканчивается, — на этот раз голос Правителя Вусмиора звучал уверенно и спокойно, а сам он направился к своему трону. — И запас твоей удачи сейчас зависит от того, насколько хорошо ты можешь мне послужить…

Рейн сопровождал Орла очередным вопросительным взглядом, то и дело с пренебрежением поглядывая на Хоука, всем своим видом удивляясь, зачем им сдался этот малохольный.

— Служить⁈ Тебе⁈ — Квентин громко расхохотался, а затем снова сплюнул кровью. — Ты идиот, если так думаешь.

— Я в этом уверен.

Аллард бросил взгляд на Правителя, но не решился озвучить свои мысли, зато Равен не стал молчать:

— Правитель, при всем уважении, зачем он нам? Его стоило убить еще тогда, когда мы поймали их в первый раз в Лонде-Бри.

Эгго лишь взмахнул рукой, давая понять, что не собирается слушать нравоучения Советника.

— Ты будешь служить мне хотя бы потому, что твой брат Грег может пострадать. Ты ведь ему даже не сказал, куда поехал, настолько переживаешь за своего братца, — каждое слово Арнлейв буквально смаковал. — Я многое успел увидеть, Квентин…

Аллард сосредоточено смотрел на пленника, достав из внутреннего кармана пальто сигарету, словно и сам проверял, насколько тот верен Эстеру.

— Только тронь его, ублюдок, я…

— Что ты сделаешь? — рассмеялся Эгго.

Хоук снова предпринял попытку подняться, но даже не смог сдвинуться с места, ведь лорд Орел контролировал каждый его шаг.

— Не в твоих интересах сопротивляться. А если будешь верно служить мне, то тогда… я позволю тебе увидеть Дженнифер.

На этих словах Квентин замер. Он хорошо знал, что Правитель манипулирует им, в этом он был всегда хорош. Хоук никогда не понимал как столько людей могли купиться на слова темнейшего человека во всем Верхнем мире. Но сейчас…

— Не думай, что я поведусь на это, — ответил хранитель. — Ты лжец!

— О, я могу быть кем угодно, но точно не лжецом. Дженнифер буквально выторговала собой ваши с Джоан Берч жизни. Я пообещал ей, что вы останетесь живы. И, как видишь, держу свое слово, — развел руками Эгго. — Даже сейчас…

— Ты бросил нас в лабиринт умирать, — прорычал Хоук.

Квентин пытался сопротивляться Тьме, которая в его душе уже сделала выбор.

— Но вы выжили, и я не убил вас, хотя должен был.

— Ты убил наших правителей и захватил Эстер! Из-за тебя погибло столько стражей…

— Не из-за меня, а из-за упертости ваших правителей, в особенности — Леди Тали. Я ведь не раз предлагал ей обмен — ее жизнь на жизнь города. Она не согласилась. Так ли уж хороша ваша драгоценная Хранительница? — каждое слово Эгго било точно в цель. — И ты продолжаешь сражаться и верить в спасение Эстера? Я никого не обманываю. Тебе больше не нужно будет прятаться, как морлоку. Так ведь ты сказал Джейсону? Ты сможешь начать жить спокойно. И да, увидишь Дженнифер. Разве не этого ты хотел, приходя сюда?

Хоук замолчал. Еще несколько минут назад он думал, как бы выхватить меч у генерала и всадить его прямиком в шею Правителя. Но теперь яростный огонь в его глазах стал как будто утихать, а возмущение на лице уступило место сомнению.

— Ну же, мистер Хоук, смелее, — довольно произнес Эгго.

— Какого Всадника тебе нужно от меня⁈

— Всего лишь быть моими глазами и ушами в рядах бывших стражей Эстера. Будешь докладывать, где они встречаются, с кем общаются, особенно это касается Джоан Берч и Джейсона Милтона.

Рейн нахмурился, посмотрел на Арнлейва, затянувшись сигаретой. А вот лицо Равена не выражало никаких эмоций, он как будто уже и вовсе потерял интерес к Хоуку.

— Ты же уже все видел в моей голове… И где наш штаб, и сколько нас, о чем мы разговариваем… Видел, что никто из нас не представляет угрозы. Так зачем тебе это все?

— Это уже не твое дело, зачем мне это. Я прошу не так много, верно? — ответил Эгго. — Всего лишь докладывать мне, что происходит в подполье Эстера, в обмен на жизнь твоего брата и возможность увидеться с Дженнифер.

Хоук снова замолчал, пытаясь утихомирить Тьму в своей голове, которая так и манила его примкнуть сильнейшим.

— Можешь не отвечать мне немедленным согласием, я понимаю, не так просто предать свои идеалы в одну минуту. Но будет достаточно, если ты мне скажешь — кто помог вам сбежать из плена?

К этому вопросу Квентин явно не был готов, как и соправители лорда Орла, у которых мигом вернулся интерес к дрожащей фигуре эстеровского хранителя.

— Ты до сих пор не знаешь?.. Ты ведь мог увидеть это в голове у Дженнифер…

— Как видишь, Квентин, я держу свое слово. Я обещал своей жене, что не буду лезть в ее мысли, и не делаю этого, — усмехнулся Арнлейв.

Бывший страж Эстера не верил его словам, но почему-то его слова звучали так убедительно, что Хоук отчего-то все больше верил в честность Эгго.

— Тогда ты можешь посмотреть это в моей голове, зачем мне называть имя? — он не понимал, какую игру затеял Правитель Вусмиора, но вмешивать в это дело еще одного человека добровольно точно не хотел.

— Копаться в твоих скучных воспоминаниях? Избавь меня от этого. Твой ответ будет залогом твоей преданности и доверия. Только имя — и ты свободен, — у Квентина сперло дыхание, а орел, сидящий в клетке, заклекотал. — Ну же, я жду.