Дождь закончился следующей ночью, когда они спали. Солнце стало припекать с самого утра, словно вспомнило, что на дворе середина лета. Так что камни и земля подсохли быстрее, чем Даша и Кирилл собрали рюкзаки и свернули палатку.

Они открыли и съели последнюю банку тушёнки, негласно решив не тратить время на костёр. Но банку с остатками сгущёнки и жира положили в карманы рюкзаков. Мало ли, вдруг в самом деле придётся варить корни лопуха.

Даша сбегала и набрала воды. Она очень сомневалась, что на вершине их ждут ручьи специально для их удобства.

– Я буду подниматься и привязывать верёвку, а ты постарайся не перетруждать ногу, – попросила Даша.

Ужасное настроение пропало вместе с дождём, и Даша была уверена, что до вершины они доберутся быстро. И, как знать, может, снова разожгут сигнальный костёр. Или просто будут следить за рекой. Разумнее это было делать с пологого берега где-то в районе Акчима, но тогда им казалось иначе. Можно кусать локти, а можно пытаться жить с тем, что есть. И Даша выбрала второе.

Кирилл уверял, что уже может потихоньку наступать на ногу, да и прыгать по камням, держась за верёвку, у него получится и без неё, но Даша не собиралась позволить ему испортить последнее, как она надеялась, восхождение. Поэтому каждый раз спускалась обратно и помогала Кириллу.

Чем выше они поднимались, тем реже становился лес, а вот каменистых участков значительно прибавилось, и Даша беспокоилась за ногу Кирилла.

– Всё нормально? – спрашивала она каждые пятнадцать минут. Когда она спросила четвёртый раз, Кирилл вскипел.

– Я скажу, если будет ненормально! – выкрикнул он. – Или ты услышишь полный боли вопль и сама догадаешься!

Дальше они карабкались по горе молча, но Даша знала, что надолго её не хватит. Тяжело дуться на человека, которого буквально на своём плече тащишь по камням. Однако Кирилл первым прервал затянувшуюся паузу.

– Прости, Даш, – буркнул он. – Я панически боюсь, что там всё-таки перелом и я смещу кости, а потом обратно не поставлю. Нога же ещё болит и опухшая, просто отёк сильно уменьшился. Но не ушёл.

– Я понимаю. – Даша и правда понимала. За время их вынужденных скитаний по тайге она успела вспомнить всех знакомых, кто злился, капризничал или грубил, когда болел и получал травму. По всему выходило, что таких было немало. Правда, ссорились некоторые с ними после этого совершенно по-настоящему. И Даша не могла быть уверена, что Кирилл не перестанет с ней общаться, когда они выберутся. Потому что она его видела слабым и беспомощным. Видела, как он плакал и сердился. Н-да, стоило признать, у этой истории любви век был короче, чем у курортного романа.

Но Даша слишком устала, чтобы горевать об этом. Она просто хотела вернуться домой. Неужели она просит многого?

Она не сразу поверила, что добралась до вершины, когда скинула рюкзаки на плоскую и ровную площадку. Отсюда и правда открывался великолепный вид на лес и реку.

Нужно было привязывать верёвку и спускаться за Кириллом, но Даша решила передохнуть. Одну минуточку.

Рука сама нашарила телефон, Даша включила его. И не поверила своим глазам. Сеть была!

Хотелось броситься скорее за Кириллом, но она уже набирала номер. Как знать, вдруг сеть пропадёт, едва она спустится, и уже не появится? Или она уронит телефон, и он полетит с обрыва…

Даша вцепилась в телефон, когда в трубке послышался голос:

«Служба спасения 112. Что у вас случилось?»

И Даша расплакалась. Громко, взахлёб. Она не могла успокоиться, но оператор слушала внимательно, не раздражалась и не торопила.

Даша выплёскивала всё, что накопилось. И про ногу Кирилла – вдруг он всё-таки её сломал? И про медведя. И про дождь. И про то, что им осталось только есть лопухи.

На этом месте оператор всё-таки заговорила.

– Ваши координаты переданы поисковой группе. Ожидайте на месте, никуда не уходите, телефон не отключайте. В случае экстренной ситуации снова наберите 112.

Даша сказала «спасибо» и даже не спросила, чем поможет звонок, если к ним выйдет медведь. Но сейчас ей категорически не хотелось думать ни о каких медведях.

Она привязала верёвку и поспешила спуститься к Кириллу.

Он выслушал её сбивчивый рассказ и покачал головой:

– Вот так просто? Там реально ловит связь?

– Только не говори, что ты разочарован, – уязвлённо произнесла Даша. – Ты хотел обязательно начать умирать с голода или вступить в схватку с медведем, что ли?

– Н-нет, – неуверенно ответил Кирилл и взялся за верёвку. – Не смотри на меня так. Я не разочарован, что нас спасут. Но я хотел фото медведя и сплавляться по реке, а вместо этого свалился в овраг и сломал ногу!

– Не всегда удаётся получить, что хочется, – Даша вздохнула. Не говорить же, что у неё на этот сплав тоже были другие планы! – Давай, поднимаемся. Поисковая группа… нас ищут!

– Это логично, – согласился Кирилл. – Но я рассчитывал, что нас ищут с вертолётами, а ни один вертолёт над нами не пролетал. Если же они пешим ходом, то мы тут ещё и заночуем.

– Иногда тебя очень хочется стукнуть, – сообщила Даша, помогая Кириллу преодолеть сложный участок скалы.

– Знаю. – Кирилл вздохнул. – Сам бы себя стукнул, да как-то страшно. Вдруг так сильно втащу, что синяк будет? И объясняй потом людям.

Даша прыснула от смеха. А вслед за ней рассмеялся и Кирилл. Так они и забрались на вершину, хохоча во всё горло, будто отдыхали, а не выживали в тайге.

Даша помогла Кириллу усесться на свёрнутом спальнике так, чтобы ему была видна река. Сама же решила посмотреть, есть ли рядом какие-нибудь ягоды. Но вместо этого она увидела спасателей.

– Вертолёт, – шёпотом произнесла она, не до конца веря тому, что видит. – Кирилл, вертолёт!!!

Даша выскочила на открытое место, замахала руками и закричала так, словно в вертолёте её могли услышать. Она понимала, что глупо, но не могла остановиться. За ними прислали вертолёт! Интересно, он так быстро летает или же он уже был на поисках, когда их данные передали спасателям?

– Вертолёт! – снова крикнула она, скача вокруг Кирилла, точно счастливый папуас.

– Вертолёт, – подтвердил Кирилл. Вставать он не пытался. Похоже, был слишком ошарашен.

Тем временем вертолёт завис от них на довольно приличном расстоянии, и из кабины выбросили лестницу.

«Эй, мы не там, мы тут!» – хотела крикнуть Даша, а потом поняла, почему спасатели выбрали такой вариант – деревья росли близко от места, где сидел Кирилл.

Из кабины по очереди начали спускаться люди. У одного с собой был чемоданчик, а последний был в другой одежде, словно вовсе из другой команды. Даша следила за тем, как спасатели скрылись в лесу. А когда они вынырнули из-за деревьев, не выдержала и побежала.

И вдруг резко остановилась.

– Дядя Серёжа? – Даша вытаращилась на идущего прямо к ней мужчину. Двое спасателей МЧС в одинаковой форме сразу направились к сидящему на земле Кириллу. Он попытался неловко встать, но его усадили обратно. – А… мама там… папа… Маша.

– «Мама, папа, Маша», – беззлобно передразнил дядя, быстро заглядывая зачем-то Даше в глаза и поворачивая её голову так и сяк. – Вспомнила, лягушка-путешественница! В Красновишерске они все. Ты им хоть сообщила, что до спасателей дозвонилась?

– Ой! – воскликнула Даша.

– Вот тебе и «ой». Учишь её, учишь, что нельзя уходить с места, где заблудился. Нет, рванули скакать везде, ищем их который день!

– Сергей Андреевич, девочка как, долетит так? – спросил один из спасателей. – Подстрахуешь?

– Долетит, – подтвердил дядя, и Даша только сейчас осознала: долетит. Она долетит. Она спаслась! Они спаслись!

– Кирилл! – Она повернулась к Кириллу, которого закрепляли на специальных носилках. – Мы спаслись!

Он смотрел на неё испуганно, и что-то странное было в его взгляде.

– А медведя мы так и не сфотографировали, – произнёс он. Даша закатила глаза. Возможно, у него всё-таки лихорадка? Это бы хоть немного объяснило, что он не радуется, а грустит из-за медведей!

– Повезло, – глубокомысленно ответил дядя Серёжа. – Давай сюда ваши рюкзаки, Даша. И потихонечку-потихонечку пойдём.

Даша радовалась, что они больше не одни. С ними взрослые, её родной дядя. Ей не нужно тащить два рюкзака, разжигать костёр или искать корни лопуха, будь они неладны. Только вот с Кириллом она так и не успела поговорить откровенно. Откладывала, ждала того самого момента…

Сейчас же Кирилла забрали с собой спасатели.

– Хорошо зафиксировали ногу. Сам? – одобрительно хмыкнул один из них.

– Нет, Даша, – смущённо ответил Кирилл, и больше Даша ничего не слышала. Кирилла уложили на носилки, и вскоре все трое исчезли за деревьями.

– Идём, Дашук. – Дядя Серёжа покачал головой. – Ох и напугали же вы всех!

Как оказалось, хватились их не сразу. Из-за того, что записывал их один человек, вёз другой, а Даша вообще была в отдельной палатке, проводник её не посчитал, когда группа собиралась отплывать. Компанию бы лишили лицензии, если бы она была. Но откуда ребятам было знать, что именно нужно было проверять? Им пустили пыль в глаза, задурили кофе, оладьями, поваром и медитациями.

– Есть отличные организации со всеми этими приблудами, – пояснял дядя Серёжа, пока они шли к вертолёту. – Но вам не повезло.

Ещё хуже оказалось с Кириллом. Как он выпал, видел один Гордей. Но тот знал и что они Дашу на стоянке забыли, просто никому не сказал. Даша ему не нравилась. Вот он и подумал, что Кирилл захотел в одиночку спасти Дашу. И решил ему не мешать и ничего не говорить.

– И, может, вашу пропажу долго бы не обнаружили с этими любителями медитации. – Как опытный походник, дядя Серёжа недовольно фыркнул. – Вот только видео, которое выложилось с телефона твоего Кирилла…

Даша наморщила лоб. Это какое видео?

– Когда он снимал берег, корягу, а потом телефон снимал только воду, – пояснил дядя. – Я так понимаю, телефон достался Вишере?

– А! – сообразила Даша. – Ой…

– Ещё какое «ой»! – Дядя старался перекричать шум лопастей вертолёта. – Представь, каково его матери было этот ролик увидеть? Она сначала на скорой в больницу уехала, а потом сюда рванула первым самолётом. Сейчас с твоими в Красновишерске.

К счастью, они уже подошли к бортовой лестнице, и гул стоял такой, что у Даши не было никакой возможности ответить. Но она в красках представила, в каком ужасе пребывали родители. И её, и Кирилла.

Лететь в Красновишерск было страшно. Она на автомате поднялась в кабину. Думала, что испугается, но, похоже, она набоялась на месяцы вперёд.

Ей дали шумоподавляющие наушники, но прежде чем она успела их надеть, услышала голос Кирилла:

– Даш, у моего последнего видео почти полмиллиона просмотров!

«Могло стать и в самом деле последним», – прочла по губам дяди Даша. Он неодобрительно покачал головой. Кирилл ему не понравился? Или дядя не одобрял блогеров, которые в погоне за контентом оказываются в ледяной Вишере?

Даше стало грустно.

Она не могла сейчас позвонить родителям, но написала, что она с дядей Серёжей и летит обратно. Ей оставалось только смотреть на целую гору голосовых – прослушать их Даша всё равно не могла, но её семья не желала этого понимать. И только Маша написала капсом: «ПРИШЛИ КРУЖОЧЕК». Даша с трудом сообразила, что от неё хотят. Несколько дней без связи, когда телефон включался только для проверки, не прошли даром.

Она отправила «кружочек», в котором улыбалась, махала рукой и даже показала кабину. А потом вспомнила, что её телефон забит видео, которые снимал Кирилл. Надо будет ему их отправить, когда они окажутся в месте со стабильным вайфаем.

Даша открыла альбом и онемела. Пролистнула первые несколько видео, посмотрела фотографии. Да, тут были те, на которых Кирилл показывал интересные места, в том числе и его эпичное падение в овраг. Но на многих видео и фото была она. Сонная и водящая руками по волосам – вместо причёсывания. Сосредоточенно перевязывающая его ногу. Со спины, сидящая у костра, – тёмный силуэт.

Первая мысль была удалить все видео и фото, но Даша не смогла. У неё самой не получалось сделать такие снимки. Не получались они и у Таси с Ингой.

Скорее всего, с Кириллом они больше не увидятся – наверняка, как только разрешат врачи, родители заберут его в Москву. Даша бы на их месте так и сделала. Но у Даши останутся сделанные им фотографии на телефоне.

Жаль, что не было ни одного их совместного кадра. Ну, если не считать фото «Даша и перевязываемая ею нога». Видимо, так и должно быть.

Даша спрятала телефон в карман и уставилась в окно.

Показался город. Даша понятия не имела, туда они летят или нет, но знала, что её ждут родители и сестра. А ещё килограммы мороженого, торт, пюре с котлетой и бургер.

На глаза навернулись слёзы облегчения.