— Пап, здесь девушка.

Я раскрыла глаза. Передо мной застыло удивленное выражение лица мальчика лет тринадцати. Он с любопытством рассматривал меня, хлопая пушистыми ресницами. Нахмурился.

— Девушка? — донеслось издали.

Послышался хруст снега от шагов.

Небо было серым. Оно напоминало металлическую пластину, заполонившую небосвод, через которое больше никогда не пробьются лучи солнца. В нем хаотично блуждали демонические души, словно искали пристанища.

Я неподвижно лежала, укутанная в простыню снега и смотрела то на небо, то на незнакомого ребенка.

— Жива?

— Да, пап.

Мужчина подошел ближе — его тень упала на меня, а потом он оцепенел на месте, начиная тяжело, прерывисто дышать.

— Отойди от неё! Немедленно!

— Почему? — не понял ребенок.

И правда, почему?..

Я попыталась пошевелить пальцами. Сложно. Больно. Сколько я так пролежала без движения? Сперва мизинцы, указательные пальцы, потом смогла почувствовать всю руку. Дальше было проще. Получилось даже вдохнуть. И когда кислород наполнил легкие, я задержала дыхание, поражаясь красоте и многообразию запахов. Запах воды, льда, хвои. Раньше, будучи в горах, ничего подобного я не слышала.

— Отойди! Говорю же, отойди! — громче завопил мужчина, видимо, отец мальчишки, когда я попыталась сесть.

— Почему, пап? Она… ну..

— Это демон! Не видишь, что ли? Иди сюда! — он выставил руку, сын протянул свою, мужчина силой рванул ребенка, закрыл собой, а сам встал в боевую позу, обнажив кинжал.

Пока со мной собирались биться, я пыталась прийти в себя. Тело гудело. Голова соображала плохо.

— Вы ошиблись, — выдохнула устало и потерла затылок.

— Не обманешь, нечисть!

— Вы правда ошиблись, — протянула обиженно, пытаясь встать. И пока я поднималась, отец и сын нервно содрогались так, словно правда видели воплощение Зла.

— Снежная дева о’ни, — пораженно произнес мужчина одними губами.

Я не поняла его реакцию: он испуган или… восхищен?

Но серьезно, меня сравнили со Снежной девой о’ни, Юки-онной? Серьезно? Хотя неудивительно. Нашли без сознания посреди горной долины, заваленной снегом. Я сильно перемерзла и оттого, наверное, белее белого.

— К счастью нет, — заверила я и для пущей убедительности дружелюбно улыбнулась.

Когда это сделала, отец и сын ахнули, отступив еще на шаг столь неожиданно и резко, что по инерции отскочила и я. В противоположную сторону.

Ребенок огорчился:

— Пап, я думал демоны смелее.

— Я человек!

Незнакомец подозрительно насупился, но кинжал опустил, спросил строго:

— Как зовут?

— Аи.

— Ясно. Моё имя Чед. Этого достаточно.

Мальчуган решил иначе и представился сам:

— Бао.

Уверенность и смелость ребенка заставили меня улыбнуться.

— Как ты оказалась здесь? — продолжил допрос «старший».

Незнакомец был невысоким, но крупным. Одет тепло, но без шапки. Слишком слабо для зимы, но достаточно для «холодного лета» на высоте гор.

— Эм… — воровато оглянулась, почесывая макушку. И правда, как я здесь оказалась? Тай точно толкнул меня в Проклятый Туман, потом мгла Забвения, а потом?… Что было потом? — Не помню.

Чед смерил меня взглядом. Поджал губы, показывая всем своим видом и даже позой, что не доверяет мне.

— Вот же обрушилась проблема на наши головы! — пробурчал мужчина, плюнул и добавил: — за нами иди.

— Благодарю! — радостно отозвалась я.

— Но так близко не подходи.

— Прошу прощения.

Дальше мы продолжили путь вместе. Мужчина шел первым, вторым его сын, а третьей плелась я. Бао периодически оглядывался.

— И всё же… — между прочим начал Чед, — как ты, человек по твоим словам, — быстро уточнил он и задал вопрос низким голосом, протягивая гласные: — выжила в такой холод? Под снегом. В легком ханьфу.

— Девять Небес, видимо, благосклонны.

Чед остановился, глянул злобно через плечо, процедил:

— Или Тьма.

Я нервно втянула воздух носом.

— Обижаете.

— Извиняюсь. Молюсь Девяти Небесам, чтобы мои предположения оказались ошибочными. — Чед прислушался, продолжил тише: — просто… после разрушения Стены никогда не знаешь, где повстречаешь демона. Их стало больше. Намного больше. — Мужчина тяжело вздохнул, поднимая взгляд и смотря куда-то вдаль. — Не понимаю, как у них получилось…

Сердце сжалось.

— Стена… — робко уронила я, проглатывая вязкую слюну, — её… всё-таки разломили?

— Не в курсе? — удивился Чед. — Да. Дня три назад? — уточнил у сына.

Бао прищурился, размышляя, а после кивнул:

— Сегодня четвертый день.

Ноги подкосило, но я удержалась.

Четыре дня… Четыре дня я пролежала под снегом и льдом! Человек никак бы не выжил. Осознание выбило землю из-под ног, стало сложнее дышать. Я обняла себя руками, понимая, что абсолютно, абсолютно не чувствую холода!

— Аи, всё в порядке? — настороженно спросил Чед.

— Да-да, — выдавила улыбку. — В порядке, спасибо. Долго еще идти? Я… замерзла. — Ложь сдавила горло удавкой.

— Я же говорю, удивительно, как вообще выжила! Чудо! А идти недалеко. Свою меховую накидку не дам, — предупредил мужчина, — ты уйдешь, а я могу заболеть. У сына матери нет.

— Не объясняйте, — ответила раньше, прежде чем Чед закончил. — Я всё понимаю, — добавила мягче.

— Меньше будем говорить, а лучше будем быстрее идти! — воскликнул мужчина и ускорился. Бао радостно полетел за отцом. Я не отставала.

На подходе к деревне, мужчина всё же накидку снял. Здесь было гораздо, гораздо теплее. Не лето, конечно. Но середина весны точно. Зеленая трава, яркие цветы. Вереница каменных домов. Резвилась детвора в растянутых ханьфу, взрослые занимались работой. В основном здесь были кузнецы. Лязг металла и его шипение в холодной воде слышались со всех сторон.

Заметившая нас женщина замерла, будто призрака увидела, выронила ягоды. Задрожала.

— Снежная дева о’ни… Снежная дева о’ни…

Чед прочистил горло и хлопнул в ладони. Незнакомка испуганно подпрыгнула.

— Снежная дева о’ни, — объяснила та и указала на меня пальцем.

— Я того же мнения, — спокойно ответил мужчина, вздохнул и похлопал женщину по плечу.

— Она добрая! — Бао побежал за отцом, но успел вставить свою монету в разговор.

— Но…

— Аи, пойдем.

Я кивнула и поспешила за Чедом, но женщина перегородила дорогу.

— Нечисти не место рядом с лю…

— Не нечисть! Человек. Я человек, понятно? — отчаянно твердила, хотя сомневалась…

— Суиин, — тяжело выдохнул мужчина, — прошу… прекрати. — Он взял меня за руку и… обжегся. — Как холодно!

Чед обжегся холодом…

— Видишь! Видишь! Снежная дева о’ни! Зачем привел? Зачем? — безумно завопила та.

— Прекрати!

— Сомневаешься? — Суиин уперла руки в бока.

— Мы нашли её под снегом. Девчонка чуть не погибла. Посмотри, в каком она легком платье! Конечно, она замерзла!

Больше Чед разглагольствовать и оправдываться не стал, взял меня за руку, поморщился от лютого холода, исходящего от моей кожи, и увел за собой.

Первым делом, когда мы зашли в дом, Чед переместил очаг в угол дома, туда усадил Бао, который, радуясь долгожданному теплу, начал снимать верхние вещи. Мне хозяин дома предложил сесть в противоположном углу.

— Здесь ты практически не ощутишь тепла, — с горестью произнес он, набрал из бочки воды и перед мне кружку. Я взяла её, оставаясь озадаченной тем, что услышала. — Есть будешь? — этот вопрос адресовался сыну.

— Буду!

Пустыми глазами я наблюдала как торопливо Чед готовит рыбу для Бао, воду не пила. Мужчина был сосредоточен, серьезен и… немного напуган. Нож выпал из рук. Чед выругался, сполоснул и продолжил готовить.

— Я… Снежная дева о’ни.

Не знаю, был ли это вопрос, а может… утверждение. Мысли вслух.

— Знаю. Убедился, когда прикоснулся.

— И все равно меня спас…

— Себя, — резко поправил Чед. — И сына. — Он громко поставил тарелки. — Узнают, что привел демона — изгонят. Побудь немного гостей, а потом уходи. Пусть ты демон, но вижу, незлая. Думаю, проблем не составишь.

— Я не всегда была демоном…

Чед резко развернулся, уставился ошарашено.

— Ещё четыре дня назад я была человеком. Или три. Как считать, — пожала плечами.

— Человеком, значит?! — Мужчина со свистом втянул воздух, сжал губы, сдерживаясь, сам принялся нарезать салат. — Ты была у Стены? С демонами?

Кивнула.

— Как? — покачал головой отец Бао.

— Если вам что-то это скажет, то знайте: я была медиумом. И демонам…

— Понадобилась твоя сила сломать Стену, — удрученно договорил Чед. — Нашли всё же… Я думал, медиумов уничтожили давно.

— Вы знаете о медиумах?

— Правду многие знают, но о ней не говорят вслух. Светлые заслуги медиумов присваивают себе и не любят, когда люди придерживаются другого мнения, — усмехнулся собеседник, съедая с ножа дольку огурца.

— Да. Верно, — грустно подытожила я.

— Но демон… — хмыкнул Чед, покачал головой, пытаясь из пазлов собрать картинку, — как ты им стала? Ещё одним из высших и самых опасных! — Мужчина сделал паузу и на секунду сменил тему: — прости, не спросил, ты голодна?

— Нет.

— Против воли? — вернулся к предыдущей теме. — Или… Хм. Не могу даже предположить… Медиум может открыть Стену, не принося себя в жертву, поэ… — Чед резко развернулся ко мне, отложил готовку и подсел ближе. — Девять Небес, Аи, тебя принесли в жертву?

— Если то, что меня затолкнули в Проклятый Туман можно считать приношением в жертву, то да.

— Это оно и есть, — тяжело выдохнул Чед и потер виски. — Тогда… тебе крупно повезло, если так можно сказать. Ты стала избранной Снежной девы о’ни. Потеряв свою душу, обрела новую. Но странно, ты тогда не должна была помнить прошлое…

— У меня забрали лишь часть души, — объяснила я.

— Тогда ясно. — Мужчина грустно усмехнулся, процедил: — насколько же сильно ты хотела жить, Аи, что часть твоей души смогла противостоять темному духу.

Кажется, это не был вопрос. Я грустно улыбнулась, вспоминая, как просила судьбу дать еще один шанс…

— Откуда вы столько знаете о демонах? О Стене? О тонкостях…

— Знания, нажитые нашим народом не за один год, Аи, — гордо ответил Чед. — Когда живешь бок о бок с Проклятым Туманом, лучше о нем всё разузнать, согласна? — мужчина подмигнул.

— Да, — я улыбнулась и сделала глоток.

— Но наворотила ты дел, конечно, — присвистнул мужчина, — немало. Стена рухнула. Демоны на свободе. Я понимаю, ты не виновата, а твою силу просто бесстыдно использовали и…

— Мир ждет хаос? — перебила, догадываясь, к чему ведет собеседник.

— Власть сменится точно, — подчеркнул он. — Уже сменилась.

— Расскажите…

Пока я перебывала во сне, время продолжало неумолимо течь, подобно быстрой реке.

— Высший демон с девятью хвостами на троне, — скучно поведал Чед.

— Юэ Вейшенг.

— Та я их по именам знаю?! Наверное. Хотя его власть укреплялась, когда Стена еще была. Нечисть продвигалась быстро, быстро взяли столицу. Об этом все говорили. Можно сказать, Вейшенг или как там… на готовенькое вернулся. Но с тучей демонов!

— Вот как… Ясно. А люди?

— Кто-то за, кто-то против. Многие Светлые сбежали, объединяются в отряды, пытаются лиса свергнуть. Ну то ладно, — Чед махнул рукой, — у нас-то здесь своя власть. Лишь бы нечисть не трогала. А ты? Какие планы в новом обличии?

— Путешествовать, — весело ответила я, прячась за большой кружкой.

Ответ мужчину удивил, но подробно расспрашивать не стал.

* * *

Я ушла на рассвете. Перед уходом, зашла в местный магазинчик, приобрела там краску для лица и губ, чтобы освежить цвет кожи и убрать нездоровую бледность, которой меня одарило… новое воплощение. Я даже стала похожа на человека, и люди, которые встречали по пути, уже не шарахались от меня, словно от открытого огня.

Демоном себя не ощущала, пусть клетки организма и потерпели сильные изменения. Возможно потому, что я осталась при здоровом уме и кровожадность не застелила глаза.

О могуществе, дарованном мне Забвением, могла пока только догадываться. Моя сила — тайна, которую предстоит разгадать, которую придется укротить.

Стоя в лесу, я обернулась, воззрилась на серые горы, укутанные снегом, словно вуалью. Улыбнулась. Я услышала пение гор, голос льдов и элегию ветра.

— Спасибо, — прошептала невидимой силе, подарившей мне новую жизнь, новую возможность, новый шанс.

..С высвобождением демонов воздух сгустился. Витающая в нём тревога давила на виски и заставляла с опаской оборачиваться. Гнетуще ухали совы. Раздражительно кричали вороны, срываясь с сухих веток деревьев. Я понимала, бояться глупо. И нелепо. Будучи демоном — высшим демоном! — могу передвигаться свободно, смотря на низшую нечисть свысока, но пока не получалось мысленно перестроиться. Я по-прежнему ощущала себя слабой девушкой, загнанной в тупик. Одинокой. Обезоруженной.

Под ногами мялась трава, трескались веточки. Шла неспешно, думала. Думала о будущем, о том, что скажу Вейшенгу, когда увижу. Как отреагирует Тай?

Тряхнула головой. Жадно втянула воздух и сжала кулаки.

Довольно!

Я устала быть жертвой.

Прикрыв глаза на мгновение, выставила руку. Подумала о холоде, который согрел меня, о снеге, который защищал, о скалах…

Когда раскрыла глаза снова, — лес покрылся инеем. Руки задрожали. Взглянув на раскрытую ладонь, улыбнулась. Я свободна. Кажется, я наконец-то свободна…

— Демон!

Стрела долетела раньше, чем возглас мужчины.

— Тьма! — увернулась в сторону.

Незнакомец замер среди двух секвой, наставив на меня стрелу. Оскалился.

Белые одеяния. Светлый.

Да, а вот про них забыла. Кого и нужно остерегаться мне будучи демоном, так это Светлых. Но ирония… мне приходилось остерегаться их, даже будучи человеком.

Поспешили другие, застыли рядом с товарищем, обнажили клинки.

— Снежная дева, — сообщил главный.

— Девять Небес! «Повезло» же наткнуться! — выругался второй и плюнул.

— Не стыдно нападать на девушку? — вздохнула с картинной печалью я.

— Я видел, что ты сделала!

— И что дальше? Выпустишь в меня стрелу?

Светлый не ответил. Светлый правда выпустил стрелу. Я не дрогнула, не отошла, не попыталась увернуться. Усмехнулась. Когда стрела почти достигла цели — врезалась в ледяную пластину, выросшую передо мной.

Мужчины испугано отшагнули.

— Тьма! — выругался один из них.

Я провела ладонью — лед растаял.

— Доложите командиру о демонице, я задержу её, — сквозь зубы, с ненавистью отчеканил стрелок и ринулся на меня. — Быстрее! — на мгновение обернулся к товарищам.

— У меня нет желания убивать тебя, — сказала Светлому, когда тот, близко подлетев, замахнулся.

Я увернулась от одной атаки, следующей. Мужчина не отступал. Позабыв о технике боя, Светлый бился со мной, будто находился в припадке. Кричал, рычал зверем и хаотично махал кулаками.

— Довольно, — мрачно процедила я.

Удар — и мужчину откинуло волной, он ударился спиной о секвойю и сполз по стволу вниз. Взмах — края одежды заледенели и Светлого приковало к дереву. Он забился пойманной птичкой, в панике попытался снять верхнюю одежду.

— Успокойся, — попросила я, подходя ближе. Откинув полы ханьфу, присела на корточки так, чтобы наши взгляды со стрелком оказались на одном уровне.

— Подмога уже в пути! — попытался напугать, но я рассмеялась.

— Славно. Пообщаемся.

— С тобой никто не станет разговаривать, демоница!

— Тогда я заморожу всех вас. — Светлый притих. — Сделаю из вас красивые ледяные статуи.

— Не думай, если демон у власти, то вам всё позволено!

— Но именно так считали вы, когда Светлые были борцами за справедливость. Люди в вас верили, — мрачно произнесла я. В голове вспыхнул образ Лея. — И верили вам.

Мужчина поджал губы, заерзал, пытаясь освободить рукава. Я встала, сложила руки на груди, равнодушно наблюдая за бессмысленными телодвижениями моего пленника.

— Стой на месте, нечисть! — донеслось злое за спиной.

Этот голос… Красивый, вкрадчивый голос. Голос надежды, голос спасения, голос моей некогда ложной свободы. Цзинсун.

Мир тесен. Не думала, что встретимся вот так. Я бесстрашно развернулась, словив пронзительный взгляд его очей цвета акациевого мёда. Будучи пораженным, Цзинсун опустил оружие. Отряд последовал примеру командира.

— Аи?..

— Рада видеть тебя в добром здравии, Цзинсун.

— Аи… — Светлый покачал головой, блуждая по мне внимательным взором. — Ты… ты…

— Демон? — озвучила то, что никак не мог произнести он. — Да.

— Но…

— Её нужно убить, командир! — яро выпалил кто-то позади отряда.

— Заткнись, — рявкнул Цзинсун.

— Вы знаете её? — спросил Светлый, стоящий справа от командира.

— Аи. Её искал император, — удрученно объяснил мужчина.

— А-а-а! — воин щелкнул пальцами. — Та женщина, к которой Вейшенг был неравнодушен, и которую мы…

— Да, — перебил.

— Понял. Тогда, может, отведем её к императору?

За свое предложение Светлый получил по голове.

Я тихо посмеялась, полюбопытствовала:

— Император с вами?

— Не твоё дело, Аи, — оборвал Цзисун. — Думаю, понимаешь почему.

— Потому что стала демоном? — театрально удивилась, грустно вздохнула. — Я стала им против воли… — Светлый не поверил, подозрительно изогнул бровь. Я горестно продолжила: — мне до сих пор приписывают связь с лисом, но… почему тогда я сейчас не с ним, а здесь, в лесу? Скрываюсь, — ответила сама, заправив прядь волос за ухо. — Пусть стала демоном, но с демонами не хочу иметь ничего общего!

Цзинсун перешагнул с ноги на ноги, подергал пояс.

— Вы ведь хотите свергнуть Вейшенга? — задала вопрос прямо. Светлые зашептались, Цзинсун нахмурил брови. — Думаю, моя помощь вам понадобится.

— Ты столько раз подставила Светлых и думаешь, я поверю?

— Справедливо, — кивнула, делая глубокий вдох. — Только знай, не подставляла… Просто с треском проваливались планы.

Цзинсун молчал.

— Не буду давить, — сдержанно улыбнулось. — Я пойду.

И только собралась было уходить, как услышала:

— Стой. Нам… может пригодиться твоя сила. — Слова дались нелегко, голос Светлого подрагивал.

Взмахнув рукой, льды отпустили стрелка. Тот подскочил, отряхнулся и встал в отряд.

— Пойдем. Представим тебя императору.

— Навряд ли он обрадуется, — пискнул кто-то из воинов. Цзинсун промолчал.

Лагерь Светлых находился в глубинке леса, защищен магическим куполом.

Много было раненых, поэтому, когда воины увидели с командиром меня, выразили крайнее недовольство. Некоторые попытались напасть.

— Она не представляет опасности, — заверил Цзинсун.

Воин с перемотанной ногой хищно оскалился.

— Любой демон опасен! — прокричал тот и зажмурился от боли, схватившись за колено.

— Лечись. В твоем состоянии нельзя нервничать. Останется Снежная дева или нет — решит император, — и на этих словах, взяв меня за локоть, Цзинсун оттащил в сторону к роскошному шатру, выполненный из красного дерева и украшенный алым бархатом.

Внутри на небольшом возвышении восседал император, склонившись над картами местности. Бледный и исхудавший. Меня бросило в холодный пот, когда наши взгляды с императором пересеклись. К горлу подполз нервный комок. Я вспомнила ужасные слова и действия по отношению ко мне, и его мерзкий, похотливый взгляд. Пожилой мужчина тяжело задышал, его охватил мандраж.

— Демон! Она демон!

— Ваша черная лилия, повелитель, — протянула бархатно я.

Император побледнел. Черная лилия… именно так он назвал меня в первую встречу. Было противно и гадко.

— Ты! — вспомнил он, ткнув в меня морщинистым, иссохшим пальцем.

Я улыбнулась самой очаровательной улыбкой из своего арсенала и поклонилась.

— Приветствую, ваше величество.

— Она демон! Демон! — обезумел пожилой мужчина.

— Аи на нашей стороне, — попытался успокоить Цзинсун.

— На… нашей? — не поверил бывший император, приложил к сердцу руку, пытаясь нормализовать дыхание.

— Да, ваше величество, — смиренно поклонилась.

— Она… поможет… вернуть мне дворец?

Я опередила командира Светлых и ответила:

— О да. Конечно. Я обязательно верну вас во дворец.

— Снег! Пошел снег! — полилось со всех сторон.

Цзинсун судорожно осмотрелся, держа руку на клинке.

Небо было ярко-синим, как и подобает знойному лету, а вот красивые снежинки, падающие на изумрудную траву, никак не вписывались в пейзаж. Ветки покрывались тонким слоем снега и замерзали.

— Аи, — злобно протянул командир Светлых и обнажил меч.

Я не глянула на него. Ухмыльнулась. Меч воина покрылся льдом. Щелчок пальцами — и острая сталь треснула.

— Схватите её! Схватите!

Светлые кинулись на меня грозной тучей, но один взмах руки — и воины заледенели красивыми статуями, сияющими в лучах солнца. Я повернулась к Цзинсуну. Моя магия не тронула только его и императора. Второй дрожал, согнувшись в три погибели.

— Ты обманула нас…

— Нет. Я пообещала вернуть вас во дворец?! Я сдержу обещание. Думаю, Вейшенг вас ищет.

Дыхание севера…

Цзинсун и император заледенели.

— Прости, — шепнула командиру, потом подошла к статуе императора. Брезгливо усмехнулась, рассматривая, как лед запечатлил животный ужас, застывший на лице пожилого мужчины. Закусив губу, глубоко вздохнула. Я слышала биение сердец и боролась с желанием, чтобы лед, заточивший императора, проник в самое сердце.

Желание сумела побороть.

* * *

— Давно не виделись.

Услышав мой голос, тэнгу сперва оцепенел, янтарные глаза начали перекатываться в поисках меня. Вороны закружили в небе.

Мгновение.

— Ах… — лишь успел тяжело выдохнуть Тай, когда я налетела на него, оттолкнула и зажала между своим телом и холодной стеной дворца. На демона наставила ледовый осколок, чтобы не двигался.

Тай так и не надел маску.

Я смотрела в глаза цвета клеверного мёда и усмехалась, с удовлетворением наблюдая за замешательством на его лице.

— Аи? Ты… Ты? — губы нечисти дрожали то ли от гнева, то ли от шока.

Острие льда уткнулось в шею, я сузила глаза и поддалась вперед.

— Не ожидал? — Немного надавила на кожу. Тай поморщился. — Сейчас ты не такой смелый. Что? — посмеялась ему в лицо. — Страшно? Не ожидал, что Забвение переродит меня демоном? Снежной девой о’ни. Одной из самых опасных, жестоких, кровожадных и беспощадных демониц Тьмы. — Каждое слово — печать, угроза, клятва отомстить за ужасное обращение, за запугивание, за жестокость и боль, которые мне пришлось пережить. — Вейшенгу служат много тэнгу. Нестрашно, если одного не станет? — прошептала на ухо.

— Чокнутая! — выругался Тай. — С ума сошла?!

Я хмыкнула и отшагнула. Ехидно улыбнулась. Тэнгу насупился, попытался атаковать, но… его уже намертво приморозило к стене.

— Приказываю, отпусти! Сейчас же!

— Кстати, о приказах, — задумчиво протянула я и сложила руки на груди. — Где Вейшенг? У меня для него подарок.

— В тронном зале. А теперь отпусти. По-хорошему! — с угрозой выпалил Тай.

— У меня и для тебя подарок есть.

— Ка…

Договорить не успел. Я приложила ладонь ко лбу демона. Его голову сковала точная копия маски, которую он раньше носил. Но изо льда. И о-очень тяжелая.

— Аи! Убери! Аи!

Смеясь, я прикрыла рот рукой. Надо же, какое глухое эхо!

— Мне пора, — сообщила весело тэнгу, тот завопил:

— Сейчас же освободи!

— Погода теплая. Сам освободишься… через время, — подмигнула и красивой, плавной походкой направилась в тронный зал.

..Я остановилась перед высокими дверьми, тяжело вздохнула. Навеяли воспоминания, как в тронный зал меня вёл Цзинсун. Здесь началась моя история, здесь моя жизнь разделилась на до и после.

Сделав вдох, собираясь с силами, толкнула тяжелые двери и прошла внутрь. Полы ханьфу зашелестели, словно листва цветущих деревьев. Сердце затрепетало, когда я увидела спину Вейшенга. Демон стоял рядом с пожилым мужчиной, о чем-то говорил, давал указания, тот слушал внимательно, чуть ли не заглядывая повелителю в рот. Девятихвостый глянул на меня мельком — так, словно хотел узнать, кто очередной пожаловал?! Признал не сразу. Замер.

Я улыбнулась и остановилась.

— Повелитель, а потом… Повелитель? — недоуменно окликнул мужчина, глянул на меня подозрительно, нахмурился недовольно. — Господин?!

— Аи… — не поверил Вейшенг собственным глазам.

— Повелитель, я не закончил! — воскликнул обиженно тот.

— Прочь.

— Но…

— Я сказал: прочь!

— Да, да… конечно.

Прокашлявшись и одарив меня недобрым взглядом, мужчина поспешил покинуть тронный зал. Звук торопливых шагов звонко разрезал воцарившуюся тишину.

— Юки-онна?! — в смятении процедил лис, изгибая брови. Скользнул взглядом по белоснежней коже, сияющей, подобно сиянию покрывала снега в раннее зимнее утро; выше — посмотрел на черные волосы, струящиеся рекой по плечам; ниже — заглянул в глаза, уже не темные, а ярко-голубые, словно льдинки.

Я шагнула к возлюбленному. Приложила пальцы к его губам, прошептала:

— Как же много женских имён ты произносишь, Вейшенг. Аи… Я Аи.

Юки-онна… Имя Снежной девы о’ни, хладной демоницы из Северных гор, одинокой, окутанной печалью, незнающая любви…

У меня была её сила, но Снежной девой я не была. Сердце по-прежнему горело, разрывалось от чувств, по коже бежали мурашки, что я снова, снова с Вейшенгом. Когда мир раскололся, а меня поглотило Забвение, думала, исчезну, никогда больше не увижу любимого, никогда не признаюсь в чувствах, но судьба дала второй шанс.

Тьма дала второй шанс…

Непросветная, таящая опасность, но благосклонная ко мне. Больше я не боялась Тьмы. В ней не страшно. В ней тихо и спокойно.

— Ты жива…

— Я жива. — Тихо посмеялась, — но немного изменилась.

Лис усмехнулся, прижал, проведя рукой от лопаток до поясницы, и немного ниже… Глаза вспыхнули. Море в них искрило, переливалось в лучах летнего солнца. Красиво.

— Это лучшее твоё воплощение, — с ехидством заметил лис.

— Сейчас обижусь. Ты должен меня любую любить.

— Любить, — подхватил с хрипотцой он.

Кажется, на моей бледной коже выступил румянец.

— А я ведь никогда этого не говорил, — тяжело произнес девятихвостый.

— Не говорил вслух, — поправила я, погладила его лицо. — Но я всегда это чувствовала. И всегда… боялась. Сомневалась. Не верила в любовь демона, но сейчас…

— Но сейчас? — Вейшенг жадно хотел продолжения.

— Если, будучи в теле Снежной девы о’ни, у которой сердце соткано изо льда, безумно люблю я, то как же сильно… можешь любить ты? — прошептала одними губами, глядя демону в глаза.

— Я сходил с ума по тебе.

Взгляд на губы и обратно в глаза. Дыхание обжигало.

— Прости, прости меня за всё… — задыхаясь, взмолилась; горло сковало от волнения.

— Давно простил, моя милая Аи.

Вейшенг меня поцеловал. Глубоко. Жадно. Поцеловал, буквально кусая мои губы. Металлический привкус на кончике языка. Сумасшествие в голове. Мой грех, моя сила, моя защита. С ним я готова на всё. Ради него готова на всё!

«Почему Тьма проникает в самые чистые души?», — однажды спросил меня Вейшенг. Тогда у меня не нашлось ответа, но я могу ответить сейчас: «Только чистая душа способна любить до безумия, до помешательства, любить не за что-то, а вопреки всему». Чистая душа — подобно солнцу, именно свет от него, отражающийся луной, делает тьму ночи столь прекрасной, столь волшебной…

— У меня подарок, — отрываясь, произнесла в губы. Многозначительно улыбнулась, чем заставила Вейшенга насторожиться.

Я взмахнула рукой, и вьюга принесла моё произведение искусства — ледяные статуи Цзинсуна и императора. Статуи громко упали.

— У тебя с ними совпало желание, — сузила хитро глаза, — ты их искал, чтобы вернуть, а они очень сильно хотели вернуться во дворец. Я не могла им не помочь, — пожала плечами и невинно добавила: — по старой дружбе…

Вейшенг ухмыльнулся, качая головой.

— Они живы хоть?

— Живее любого! Я была очень нежна и предельно осторожна. — Как доказательство, взмахнула рукой — и льды медленно начали таить. Вейшенг наблюдал за процессом внимательно, но без интереса. Вскоре послышался скрежет зубов и стоны.

— Аи… Ты… Да как ты…

— Стража! — позвал Вейшенг, не желая выслушивать недовольство пленников. — Бросить в темницу, позже решу, что с ними делать.

— Нет! Отпустите! — завопили те.

Я не обернулась.

— Хороший подарок. Мы действительно искали их.

— Остальные Светлые в лесу, — сообщила я.

— Такие же замерзшие статуи? — иронично уточнил лис.

— Такие же прекрасные замерзшие статуи! — с важным видом поправила я.

— С силой Снежной девы хорошо породнилась, Аи, — заметил Вейшенг.

— Уже созрел план, как и эту силу используешь?

Мы рассмеялись. Искренне.

— Стань моей, Аи. Навсегда, — вдруг произнес Вейшенг, пристально изучая выражение моего лица, подмечая и нервно вздрагивая от каждой перемены моего взгляда. Я была серьезной. Казалась равнодушной. Играла с ним, как когда-то он играл мной. Это было весело. А Вейшенг злился, прожигал взглядом. Море начинало бушевать от томящего ожидания и нетерпения.

— Я уже твоя навсегда.

Конец