Дорогой Михаил Михайлович.

Рад был Вашему письму, и оно меня успокоило: здесь ходили слухи о Вашем нездоровье.

История с Козьенкиной поистине потрясающая. Нет предела бесстыдству и наглости этих людей. Непонятно, однако, зачем они это сделали. Без малейшей выгоды – скандал на весь мир.

Мы 17‑го уезжаем. Прощаемся теперь, – то ходим к людям, то звоним по телефону. На днях простились с Александром Федоровичем. Борис Иванович уехал, не простившись. Жаль, – я хотел условиться с ним насчет своего архива; теперь до моего возвращения в Нью-Йорк ничего отдать не могу. Впрочем, едва ли я мог бы разобрать свои бесчисленные папки в короткое время. Каюсь, я и не совсем уверен в своем праве отдавать в архив чужие письма, которых у меня скопилось огромное множество (пожалуй, больше всего их было от Вас). Как Вы думаете? При случае напишите (в Ниццу), хотя до своего возвращения в С.<оединенные> Штаты я, конечно, ничего отдать и не могу.

Меня опять просят обратиться к Вам – по делу, которое меня совершенно не касается. Ник.<олай> Ник.<олаевич> Кнорринг[1] [давний] (сотрудник «Последних новостей») спрашивает меня, не могу ли я узнать у Вас, почему Вы ему не ответили на его письма. Говорит, что Вы два года тому назад заказали ему для «Решен Ревью» статью о Скобелеве[2], он ее Вам послал, писал Вам – и не получил ответа. Я ему кратко ответил, что передам Вам содержание его письма. Его адрес: 123, r.<ue> du Château, Paris 14.

Спасибо за добрые пожелания. Еще раз просим Вас и Татьяну Николаевну принять лучшие пожелания и сердечный привет. Буду особенно рад, если будете писать.

Екат.<ерина> Петровна Достоевская

Mme C de Dostoevsky, 8, rue Auguste Maquet, Paris 16.

Машинопись. Подлинник. BAR. Karpovich. 1948–1951.