Дорогой Михаил Михайлович.

Отвечаю Вам сразу на всё, – хотел сначала прочесть обе статьи.

Прежде всего: я ведь действительно считаю, что Вы теперь единоличный редактор журнала, а я Вам только помогаю. Вы всё решаете, я лишь высказываю свое мнение.

Статья Кравченко на самом деле довольно интересна, хотя ничего сенсационного в ней нет и много повторений. Повторяю, мне не нравится только подпись. Едва ли он согласился бы подписать псевдонимом?

Вторая статья, по-моему, нам неудобна. Автор ее принадлежал к группе, которая, по его собственным словам, сначала предлагала свои услуги немцам. Кажется, и Вы против ее помещения? (Или не очень за помещение.) Боюсь, что «Соц.<иалистический> вестник» сам не хочет ее помещать не только из‑за размера.

Статью Хераскова, вполне приемлемую, Марья Самойловна посылает для переписки Т.<атьяне> Г.<еоргиевне> Терентьевой. Оба некролога сдаем типографии.

Марья Самойловна окончательно поссорилась с Гринич Принтинг. Они безобразно затягивали работу, – это правда. Все же мне жаль, что мы от них уходим. Как-никак, четыре года работали (при Кефали[1] все было гораздо лучше). Будет ли новая типография (<L. Rausen[2]>) лучше, это неизвестно. А берут они (после торга) на 60 долларов с книги дороже. Однако отношения с Гринич Принтинг теперь испорчены, и М. Сам. права в том, что в три месяца они книгу выпускать не будут. Новый типограф Раузен клятвенно обещает, что 12-ую книгу выпустит в конце марта (15 марта – гарантировать не может), а дальше будет аккуратно выпускать каждые три месяца. Увидим.

Я уже послал Раузену Зайцева, статью Маклакова и стихи Балтрушайтиса. Готов и мой отрывок. Согласно традиции, пошлю его Вам в гранках, правда? Тоже согласно традиции, дам одну главу в «Н. Р. Слово» в слабой надежде, что это будет способствовать подписке. Для усиления праздничной подписки мы сегодня поместили объявление, хотя книга еще не вышла. Выходит она послезавтра, если брошюровщик исполнит обещание. Он сказал, что 500 экз.<емпляров> уже сброшюрованы.

Я охотно напишу Берлину, но о чем? Ведь он как будто согласен.

Не скрою, я нимало не огорчен тем, что статьи Зака в 12-ой книге не будет. Материала будет, увидите, больше, чем мы можем поместить. Кажется, уже есть 300 страниц.

Неразобранного Вами у Хераскова слова не разобрал и я. «Дирижизм», конечно, не годится, – в крайнем случае, в кавычках.

О собрании сотрудников Вам сегодня пишет Марья Самойловна.

Николаевскому и Денике я буду напоминать часто. Думаю, что на этот раз вообще остановка может быть только за типографией, а не за авторами. У нас еще не было такого положения, как теперь: в момент выхода одной книги на три четверти готова следующая. Т. М. и я шлем самый сердечный привет Вам и Татьяне Николаевне, поздравляем всю Вашу семью и желаем всего доброго к Н.<овому> Г.<оду>.

Подписка идет недурно.

Эльяшев [3] дал мне несколько писем к нему Милюкова и очень просит напечатать. Это письма последних двух лет – «бытовые». Вышло бы 3–4 страницы. По-моему, можно.

Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 2.