Только белёсый фонарный свет заглядывал с улицы в семинарную. Играл с отражением на лезвии ржавого ножа. Надеюсь, ненастоящий техник из ненастоящей лаборатории электроники на первом этаже простит мне эту маленькую кражу. Я поелозила задницей по полу. Задержала дыхание, примеряясь к солнечному сплетению остриём. Оно погрузилось в кожу сквозь натянутую ткань футболки. Я покрепче сжала рукоять и зажмурилась. Задрожали ресницы.

Очень. Очень ненадёжный способ суициднуться. ЗАТО ЭФФЕКТНЫЙ!

Раздался тяжёлый выдох, а затем сбивающий весь настрой стук об линолеум.

— Я так не могу, — мрачно объявил голос-радио. Из-под распахнувшихся век стало видно, что закрутившийся нож покемона притормозил об ступеньку перед преподавательским столом. Он отшвырнул его. — Убить себя — тоже преступление.

— Слабак.

Сидя на коленях друг напротив друга, мы переглянулись с нескрываемой неприязнью. Моё остриё упёрлось сильнее между рёбер.

— Это не слабость, а остатки здравого смысла. Я хочу жить. Почему я должен себя убивать? — равнодушно проговорил покемон, но перед последним словом всё же сглотнул. Кадык приподнялся.

Мужчина пристально наблюдал за лезвием в моих руках.

— Так не убивай, оставайся здесь! Я тебя не просила за мной тащиться!

— Отсюда должен быть другой выход, — раздражённо продолжил он. — Вы не собираетесь его искать?

— НЕТ! Ты где-то видишь здесь дверь с надписью «настоящее»? Машину времени? Меня бесит осознавать себя в прошлом! БЕСИТ! На самом деле всё это глюканы! Ты ещё вспомнишь меня, когда очнёшься: нужно сделать что-то экстраординарное! Тогда эта псевдожизнь прервётся, и мы пробудимся в настоящем!

Я уверена, что оно существует! СУЩЕСТВУЕТ ЖЕ?!

— Вам нужно время подумать. Оценить риски. Потому что вы склонны принимать невзвешенные и жестокие решения.

— Подумай сам, покемон! А я задерживаться здесь больше не собираюсь!

Из-за моего усталого рваного вздоха, вырвавшегося в конце фразы, кончик ножа упёрся ещё сильнее. Я рефлекторно съёжилась. На полу холодной аудитории долго не просидеть, особенно за тупыми спорами… Зараза! А ведь покемонишка прав. Самого себя зарезать вообще реально? У меня хватит сил?

— Есть предложение, — чуть не скрипя зубами, выдала я. Задумавшийся мужчина тут же сосредоточил на мне отрешённый взгляд. — Давай убьём друг друга? Ты всадишь нож в меня, а я в тебя. Заодно поквитаемся! Только у нас будет всего одна попытка, пока мы в состоянии! Нужно замахнуться синхронно.

Я отвела блеснувшее лезвие от груди, стараясь игнорировать колотящееся сердце. Приподнялась с колен и поползла ближе к неподвижному режиссёру. Пыль с грязью тут же впились во вспотевшие ладони. Вскружилась голова.

— Нет. Никто никого убивать не станет.

Успев нацелить на покемона остриё, я притормозила на уровне пролёта между рядов. И вспомнила про позорный манёвр с ножницами. Но сейчас я давала режиссёру выбор лишь из благих намерений!

— Почему «нет»?

— Я принимаю решение забыть эту идею за нас двоих.

— Чего?

— Бросьте нож!

ГОВНЮК, БЛИН, ЗАМАНАЛ СВОЕЙ ПРАВИЛЬНОСТЬЮ! Сегодня верит, завтра — сбегает, а послезавтра выпороть грозится?!

Мужчина грозно нахмурил брови. Нам не о чем больше разговаривать… Траектория моего орудия убийства, зажатого теперь двумя руками, тут же сменилась на противоположную — в сторону собственного сердца. Потому что на покемона НАДЕЖДЫ НЕ ОСТАЛОСЬ!

Глаза напротив округлились до безумия. Я в одно мгновение успела собраться с духом, сконцентрировать все имеющиеся мощёнки на рукояти и… пискнуть.

Покемон бросился сверху, сомкнув лапища на моих дрожащих занывших запястьях. Я услышала хруст… Нет, не безе — КОСТЕЙ!

— ЧЁ ЗА ХРЕНЬ?! Слегка поморщившийся мужчина замахнулся моей рукой, сжимающей нож мёртвой хваткой, и влёгкую поборол, как в армрестлинге. Несмотря на отчаянное противостояние, остриё слишком беспрепятственно вонзилось в линолеум возле ножки стула. Я попыталась утянуть нож с собой, но тщетно. Покемон грубо толкнул меня на пол, задрал сопротивляющиеся ручонки над головой, встретившейся с жёсткой поверхностью, и продолжил сжимать. — ПУСТИ-И-И! Я ЩАС ЗАОРУ!

МАМА-А-А, НА МНЕ СИДИТ МУЖИК!

— Орите, — разрешил покемон. — Я скажу, что предотвратил суицид, и вас отправят в психушку.

— ТЕБЯ ТОЖЕ! Я молчать не собираюсь!

— Вместе поедем?

Я, ошарашенная, смолкла.

В темноте, нарушаемой уличным светом, лёжа на полу семинарной, и после неудачной попытки выпилиться, у меня поплыл обзор. Немели конечности: от плеч оттекала кровь, в них будто проникали иголочки, а ноги не чувствовались под тяжестью одного сбрендившего супермена-вредителя.

Покемон не давал спуску, сверкая плохо различимыми здесь по цвету глазами. Единственное, за чем я могла следить в позе трупа, закатанного под бульдозер, — за холодным дыханием мужчины. Он выглядел скучающе, когда спустился сюда после репетиции, затем — решительно, задумав меня остановить. Только сейчас тяжело дышал, не позволяя и шевельнуться.

Я собиралась подумать, что он струсил. Лох позорный! И подумала бы, если бы не взбудоражилась видом на его вздымающуюся под футболкой грудь. Каждая в отдельности рука покемона наверняка была шире моей маленькой башки, с которой даже косички боязно свисали перед ним к полу. На бритом, но возмужавшем лице с театральной афиши ничто не выдавало эмоций — просто тени на точёных скулах, просто губы, предназначенные лишь для нравоучений. Кадык вновь приподнялся, когда режиссёр сглотнул, пытаясь взять дыхание под контроль.

Меня, распластанную по линолеуму, разразило ноющим теплом в самую грудь. А добило проникающим в ноздри притягательным запахом тела сверху.

Нет. Пожалуйста, нет…

— Пошёл ты. — выдавила я спокойно. — Слышишь?

— Вы не в себе. Подумайте получше. От таблеток вы отключились, они позволили «перемотать» время. Но где гарантии, что смертельная доза вас бы не убила? Откуда такая уверенность, что эта жизнь ненастоящая?