В доме наконец тихо после того, как все гости разошлись, и у меня есть возможность сказать Картеру то, что вертелось у меня в голове весь вечер. Расхаживая по деревянному полу под теплым светом фонарей на крыльце, я готовлюсь к этому разговору.

— У твоей семьи другие ожидания от тебя. Подходящая… — слова горчат у меня во рту, но важно их произнести. — Подходящая жена. Я не говорю, что… — я запинаюсь, но он затыкает меня жарким поцелуем.

— Это мой выбор. Ты — мой выбор, — его решимость застыла в твердой линии челюсти, в глазах горит решимость. — К тому же, у меня есть подозрение, что моя мать за тебя.

— Может, тебе стоит подумать о последствиях.

— Я только этим и занимался последние четыре месяца.

— О, — я опираюсь на столб крыльца.

— Я дам тебе время догнать, — говорит он, прижимаясь ко мне, его пальцы нежно скользят по моим ногам.

Этого достаточно, чтобы поджечь меня, и я не останавливаю его более смелые прикосновения, которые поднимаются под мое платье, пока он не достигает моих трусиков. Без предупреждения он срывает их с меня и проглатывает мой протест своими губами.

Мы оба голодны после того времени, что были в разлуке. Картер тороплив и собственнически настроен, его жадный рот и руки ставят на мне свои метки.

Деревянный столб впивается мне в спину, а свежий ветер остужает мою горячую кожу, принося холодок с озера. Я прижимаюсь крепче, одной рукой вцепившись в его волосы, ногами обхватив его за талию.

— Я… О, боже. Я скучала по тебе, — бессвязно бормочу я ему в шею.

— Громче, — рычит Картер, его ритм неумолим. — Я хочу, чтобы тебя было слышно через все озеро, чтобы все знали, что ты моя.

В промежутке между мгновениями я разлетаюсь на куски в его руках, и правда вырывается наружу.

— Я люблю тебя, — шепчу я ему в губы.

— Скажи это снова, — умоляет он, прижимаясь лбом к моему лбу.

— Я люблю тебя.

Теплые, крепкие объятия Картера вокруг моей талии надежны и сильны, тепло его кожи действует как грелка на мою израненную душу. Трудно осознать, что он переезжает в Сильвер-Лейк-Фолс. Вся тяжелая работа, которую я проделала, чтобы отпустить воспоминания о нем и любовь, которую считала безответной, развеялась по ветру, когда он показал мне, что он здесь, чтобы остаться.

Ради меня.

Как бы мне ни хотелось задушить его поцелуями и обхватить пальцами его утреннюю эрекцию, я как можно тише выскальзываю из его объятий.

— Я вернусь вовремя, чтобы порезвиться на твоей чудесной кухне, — обещаю я ему, коротко поцеловав между лопаток, и направляюсь к себе.

Когда я бегаю по своему идеальному маленькому дому, собирая припасы, я вспоминаю наш вчерашний разговор с Картером и то, что он значит для нас. Я надеюсь, что он захочет проводить время и здесь. Я знаю, что это нелепо, но это мой самый первый дом, и я хочу побыть в нем собой, прежде чем он станет полностью нашим.

Стук в дверь выводит меня из задумчивости.

— Привет, ты рано, — я открываю дверь шире и двигаюсь, чтобы взять коробку с подготовленными материалами.

Он заходит без единого слова, и в ту же секунду, как я поворачиваюсь, я чувствую влажную ткань на своем рту. Я брыкаюсь и кричу, но его хватка слишком крепка.

Гостиная начинает плыть передо мной, конечности тяжелеют, и я больше не в силах сопротивляться.

Мой разум пустеет, парализованный страхом, прежде чем гостиная растворяется в темноте.