Одежда. Относительно одежды легионеров позднереспубликанского периода можно сказать не очень много. У солдат на рельефах алтаря Домиция Агенобарба под кольчугами показаны туники длиной до середины бедра с короткими рукавами. На ногах легионеры обычно носили калиги — кожаные сандали на толстой подошве, подбитой гвоздями. К сожалению, ни одной калиги, относящейся к республиканской эпохе, обнаружено не было. О внешнем виде римских калиг мы можем судить только по находкам времен ранней Империи.

Отличительным признаком воинского статуса был ремень (cingulum). Его изображения можно видеть на некорых погребальных памятниках. Ремень носили поверх кольчуги, но также и без нее (во время отдыха). Декоративные пластины, покрывавшие cingulum, были обнаружены в Нуманции. Они в основном были медными, насколько можно судить, изящно обработанными, некоторые имели украшения с растительными мотивами. Пластины были прямоугольными: одни почти квадратные (4×4,5 см), другие — вытянутые (4,5×14,8 см); эти элементы символизировали опыт военной службы.

Источники по вооружению. Что касается вооружения, то одним из наиболее известных источников служит уже упоминавшийся алтарь Домиция Агенобарба, датируемый приблизительно 100 г. до н. э.[32] На фризе алтаря изображены четыре пехотинца и один всадник. Все они вооружены аналогичным образом: на головах шлемы с султанами из конского волоса; тела защищены кольчугами. Пехотинцы имеют большие овальные щиты.

Следует упомянуть также о статуе из Вашера в музее Кальве в Авиньоне, которая относится к началу августовской эпохи. Статуя представляет знатного галльского воина, который, возможно, служил в римской армии в качестве союзника.

Образцы оружия позднереспубликанской эпохи известны благодаря двум главным местам раскопок: в Нуманции (Испания) и в Алезии (Франция). В Нуманции некоторые предметы уводят нас во II в. до н. э., но оружие лагерей, имеющих номера IV и V, согласно контексту, в котором они были обнаружены, несомненно, восходит к 80-м гг. до н. э. В Алезии благодаря раскопкам, проведенным по приказу императора Наполеона III у подножия Горы Реа (Mont Réa), было обнаружено около 500 элементов римского вооружения конца республиканской эпохи. Среди них насчитывается 38 пилумов, 139 подтоков копий или дротиков, 11 мечей или ножен мечей, 5 кинжалов, 41 наконечник стрелы и 11 наконечников дротиков. Из защитного вооружения было найдено 2 шлема, 16 нащечников, 17 окантовок щитов и 11 умбонов. Кроме того, было обнаружено 10 наконечников стрел катапульт, 6 каменных и одна свинцовая пуля пращи. Вопрос о происхождении этого оружия остается, к сожалению, открытым. Исследователи не пришли к окончательному выводу относительно того, кому оно принадлежало — римлянам или галлам. Ответ найти затруднительно потому, что солдаты часто должны были брать то, что им предлагали торговцы.

Шлемы. В IV и III вв. до н. э. римские шлемы нередко повторяли модели греко-италийского происхождения. Такие шлемы продолжали использоваться еще долгое время, в особенности некоторые типы, считавшиеся чрезвычайно престижными (например апуло-коринфский или аттический), которые, как об этом свидетельствует позднереспубликанская иконография, преимущественно составляли часть паноплии трибунов и лиц высокого ранга.

Начиная с реформы Мария объем военной продукции возрастает, что приводит к появлению новых типов шлемов. Дополнительный импульс этот процесс получает в период кампаний Цезаря в Галлии. Значительная часть появившихся в это время моделей оставалась на вооружении еще в начале принципата, а в некоторых случаях намного дольше августовской эпохи.

Шлемы позднереспубликанского периода могут быть распределены по трем базовым типам: Монтефортино, Колю, Ажан-Пор. Они явным образом испытали на себе сильное кельтское влияние. Это отразилось не только на форме шлемов, но и на технологии их изготовления.

Тип Монтефортино был принесен в Италию, вероятно, галлами-сенонами[33]. Принятый на вооружение различными народами (например, этрусками и самнитами), с конца V в. до н. э. вплоть до I в. н. э. он широко использовался также и римлянами. Монтефортино распространился очень быстро, особенно начиная с периода Пунических войн, оставляя типам греческого и этрусского происхождения функцию парадных экземпляров и фактически становясь самым часто используемым шлемом на протяжении всего периода Республики.

Произведенные в десятках тысяч образцов, шлемы Монтефортино обладали некоторыми характерными чертами — настольно единообразными, что это делает их легко узнаваемым, несмотря на весьма различные географические и оперативные контексты происхождения.

Такой шлем изготовлялся из достаточно толстой бронзовой пластины в процессе последовательной ковки. Коническая форма увеличивала сопротивляемость шлема рубящим ударам, направленным сверху вниз. Навершие (апекс) шлема внутри было заполнено свинцом и просверлено; в отверстия вставлялись перья красного или черного цвета (вероятно, гуся или лебедя) длиной приблизительно в один локоть (около 45 см). Перья служили не только украшением, но были нужны также для того, чтобы в глазах врага воин в подобном шлеме выглядел более высоким[34].

В нижней части нащечников при помощи больших железных заклепок крепилась пара колец для подбородочного ремня.

Г. Р. Робинсон выделил в типе Монтефортино шесть разновидностей. Тип MontefortinoА использовался в IV–III вв. до н. э.; тип Montefortino В — в III–II до н. э. С I в. до н. э. наиболее распространенной моделью становится тип Montefortino С, или Buggenum[35]. Он имеет коническую форму; апекс небольших размеров, обычно полый; назатыльник более широкий и плоский, чем у предыдущих моделей. Нижний край купола намного тоньше и лишен украшений. На некоторых экземплярах шарнир нащечников фиксируется к куполу единственной заклепкой.

Тип Montefortino D очень похож на тип Montefortino С, но он хуже обработан, а его апекс изготавливался отдельно от купола.

Остальные подгруппы шлемов Монтефортино более поздние и относятся к последним годам Республики и первым годам Империи. Тип Montefortino Е (конец I в. до н. э. — первые годы I в. н. э.) имеет назатыльник сильно вытянутый и расплющенный. Характерной особенностью этого типа служит дополнительное усиление во фронтальной части, которое отражает очевидное влияние относящихся к тому же времени галльских шлемов типа Колю (Coolus). Апекс полый, составляет одно целое с куполом.

Тип Montefortino F, весьма похожий на современный ему Coolus G, имеет почти полусферическую форму, еще более широкий назатыльник и лишен фронтального усиления.

Нащечники шлемов, находки которых более редки по сравнению с находками купола, были сделаны из очень толстой бронзы: их передний профиль имел обычно вырезы, соответствующие линии глаз и рта, в то время как задний соответствовал контуру челюсти. К куполу нащечники крепились при помощи шарнира; в нижней части они были снабжены бронзовыми крючками для подбородочного ремня.

Апексы в большинстве случаев обладали сквозным отверстием, позволявшим устанавливать крепление для перьев или гребня.

C середины I в. до н. э. со шлемами типа Монтефортино начинают конкурировать бронзовые шлемы типа Колю. Несомненно, это было следствием кампаний Цезаря в Галлии. Колю сильно отличается от Монтефортино по общему виду, а также качеством металлургии. Он имеет полусферический купол, а более усовершенствованные модели снабжены характерным фронтальным усилением (козырьком), обеспечивавшим лучшую сопротивляемость рубящим ударам сверху (типично галльскому приему ведения боя). Многие экземпляры имеют по бокам держатели перьев в виде трубочек — наследие этрусско-италийской традиции. Г. Р. Робинсон выделил девять разновидностей шлема Колю.

Тип Coolus А имеет простой полусферический купол с легким намеком на назатыльник; передний и боковые края купола загибаются внутрь и в некоторых случаях украшены простым узором. Особой характеристикой служит присутствие отверстия на боковой стороне, которое, определенно, использовалось для крепления подбородочных ремней[36]. Одна из моделей CoolusА называется тяжелой: она весит более 1 кг; ее отличительной особенностью является более толстый и богато декорированный нижний край купола.

Тип Coolus В использовался с конца I в. до н. э. и вплоть до начала I в. н. э. Форма шлема близкая к сферической, с расширяющимися наружу краями. По бокам купола имеются два отверстия — указание на использование фиксированного шарнирного соединения.

Тип Coolus С (конец I в. до н. э. — начало I в. н. э.), называемый также Schaan (Шан), имеет полусферический, слегка приниженный купол. Назатыльник плоский, небольших размеров. У шлема есть фронтальное усиление, крепящееся заклепками в височной области.

Остальные разновидности шлемов типа Колю (D, Е, F, G (Hagenau), Н, I) имеют более позднее происхождение и датируются началом императорской эпохи.

О железном шлеме типа Agen-Port, кельтском по духу и фактуре, известно только по немногочисленным находкам, которые все восходят к периоду кампаний Цезаря в Галлии (середина I в. до н. э.): значительное число фрагментов было обнаружено во время раскопок под Алезией. С точки зрения структуры и по некоторым инновационным особенностям, Адеп-Port можно считать соединительным звеном между типами Coolus и галльский имперский (или Weisenau)[37], который получает распространение в следующем веке.

Тип Agen-Port А, называемый также просто Agen[38], состоит из купола с вертикальными боковыми стенками и с нижним краем, сильно расклешенным наружу, сзади, более акцентуированным и укрепленным двумя нервюрами. Железное, треугольное в сечении кольцо охватывает купол на 3 см выше края, чтобы придать ему большую прочность. Нащечники укреплены на пространстве между краем и кольцом усиления и спереди представляют собой профиль с двумя полукруглыми рельефами. Кольца для подбородочных ремней находятся в более отодвинутой назад позиции.

Адеп-Port В[39] имеет купол, подобный модели А, но с другим профилем нижнего края: спереди он едва акцентуирован, а сзади резко следует за профилем затылка и укреплен двумя или тремя ярко выраженными нервюрами. На фронтальной части имеется пара рельефных бровей. Нащечники в основном идентичны нащечникам типа предыдущей модели.

Определенно, что в I в. до н. э. какая-то часть легионеров продолжала использовать и шлемы эллинистического образца. Наглядное свидетельство этому дает рельеф цезарианской эпохи на мавзолее Юлиев в Глануме.

Шлемы, как отмечалось, могли иметь разнообразные украшения. Античная традиция султанов, плюмажей и перьев на шлемах весьма прочно закрепилась в римских армиях. Типологии были многочисленными, и трудно при отсутствии большого количества наглядных свидетельств судить, имели ли они какое-то особое значение: в частности, могли ли они указывать на воинское звание[40]. Известно, что иногда украшения шлемов (султаны, плюмажи и отдельные перья) служили опознавательным знаком воинской части.

Доспехи. Основным видом доспеха, использовавшимся легионерами в I в. до н. э., была кольчуга (lorica hamata[41]) — доспех, сплетенный из железных колец. Происхождение lorica hamata не совсем ясно. Варрон приписывает ее изобретение галлам[42]. Однако фрагменты кольчуг, обнаруженные в Чумешти (Румыния), заставляют думать о более раннем центральноевропейском происхождении. Определенно, что этот вид доспеха нашел быстрое распространение в кельтском мире, богатом искусными мастерами по железу, и был адаптирован римлянами, вероятно, в ходе войн с галлами в начале IV в. до н. э.

Позднереспубликанская кольчуга имела короткие рукава, защищавшие верхнюю часть руки; ее длина доходила почти до середины бедра. Кольчуга была усилена наплечниками в форме буквы «U». Предполагается, что они появились под влиянием моделей греческого льняного панциря. Наплечники обеспечивали дополнительную защиту груди и плеч — частей тела, наиболее уязвимых для рубящих ударов длинных кельтских мечей.

Наплечники фиксировались на груди при помощи крепления, состоящего из четырехугольной кожаной полосы или из пары характерных искусно обработанных бронзовых сцепок.

Структурно кольчуга состояла из серии железных или бронзовых колец, соединенных между собой техникой «четыре в одно», то есть когда одно кольцо связывается с четырьмя другими. Изготовление кольчуги из железных колец было более дорогим и требовало больше часов труда (не менее 180, согласно некоторым исследователям).

Внешний диаметр колец варьировался от трех до десяти миллиметров, в то время как толщина металлической проволоки в среднем колебалась между 0,7 и 1,5 миллиметров; на изготовление одной кольчуги требовалось от 10 000 до 20 000 (и более) колец.

Кольца делали либо посредством пробивки тонкой металлической пластинки, либо путем горячего волочения бронзовой (железной) проволоки и последующим сгибанием вокруг цилиндрического шпинделя желаемой толщины.

Следующим этапом изготовления кольчуги была сборка. Чтобы кольца не размыкались под воздействием веса или вследствие удара, необходимо было обеспечить соединение их концов посредством клепания: концы колец накладывались друг на друга, расплющивались и просверливались; в отверстие вставлялась небольшая бронзовая заклепка, расплющив которую можно было гарантировать надежность крепления.

Кольчуга, полученная таким образом, имела вид самого настоящего плетения и отлично сообразовывалась с поверхностью тела, оставляя большую свободу движения как во время марша, так и в бою. Она обеспечивала неплохую защиту, и ее легко можно было отремонтировать. Негативные аспекты состояли в значительном весе (варьировавшемся от 10 до 20 кг, и даже больше, в зависимости от числа колец, их толщины и длины кольчуги) и в слабой сопротивляемости ударам, наносимым острием (особенно наконечниками стрел).

Среди защитного вооружения легионера Полибий называет поножи. Однако на сегодняшний день не существует находок поножей республиканской эпохи. Вероятно, это объясняется тем, что большой щит защищал значительную часть ног солдата, что делало ношение поножей ненужным. Поэтому от них полностью отказались не позднее II в. до н. э. Вместе с тем еще в эпоху Империи поножи долго оставались знаком отличия в характерном снаряжении центуриона. Большой щит (scutum), который легионеры использовали во II в. до н. э., был детально описан Полибием[43]. Последний дает ему говорящее название Oupsôç, то есть «двереподобный». Такой щит имел четыре фута (118 см) в длину, два в ширину (74 см) и ладонь (7,4 см) в толщину.

Щит изготавливался из двух перекрещивающихся слоев деревянных дощечек[44], соединенных клеем, и с внешней стороны был покрыт сначала льняным полотном, а затем телячьей кожей. Согласно Плинию Старшему, идеальным деревом для щитов должно быть то, которое стремится блокировать распространение повреждений: виноградная лоза, витекс, ива, липа, береза, бузина и тополь[45].

По верхнему и нижнему краям для усиления была добавлена металлическая окантовка. Многочисленные изображения и несколько археологических находок (Полибий не упоминает об этой детали) свидетельствуют, что с наружной стороны щит имел деревянное ребро (spina), которое значительно увеличивало его прочность и сопротивляемость к пробиваемости. В центре ребра крепился железный умбон. Щит держали с помощью рукоятки, горизонтально размещенной позади умбона, выпуклая поверхность которого создавала углубление для кисти руки.

Рельефы на алтаре Агенобарба и целый экземпляр, обнаруженный в Каср-эль-Харит, в оазисе Эль Фаюм (Египет) позволяют утверждать, что форма позднереспубликанского щита осталась в принципе той же, что и во времена Полибия. Щит из Каср-эль-Харит имеет в высоту 128 и в ширину 63,5 см и состоит из трех (вместо двух) перекрещенных слоев дощечек из березы; четыре горизонтальные дощечки, шириной приблизительно в 5 см, образуют внешнюю поверхность щита, и девять вертикальных от 6 до 10 см шириной — внутреннюю.

Миндалевидной формы spina, крепившаяся к щиту гвоздями, закрывала полость, снабженную деревянной рукояткой. В полости имеются остатки колец, которые, несомненно, были предназначены для ремня, использовавшегося при переноске щита. Толщина щита в центре больше, чем на краях. Это делалось для того, чтобы улучшить гибкость и резистентность щита. Общий вес щита составлял приблизительно 10 кг. Поэтому им было трудно манипулировать без специальных навыков.

Сведений о цветах щитов позднереспубликанской эпохи и изображений, наносившихся на них, сохранилось очень мало. Очевидно, что уже как минимум с конца III в. до н. э. существовали какие-то критерии, общие для каждого подразделения. Только этим можно объяснить тот факт, что накануне битвы при Метавре (207 г. до н. э.) Гасдрубал по щитам определил, что к его противнику подошло подкрепление[46]. Вместе с тем допускался широкий простор для проявления личной инициативы, и солдаты могли украшать щиты по собственному желанию[47].

Во время марша легионер нес щит за спиной на специальном ремне. Чтобы защитить щиты от влаги, их помещали в кожаные чехлы (tegimenta), которые снимали только накануне сражения[48].

Характерным оружием легионера было особое метательное копье — пилум (pilum). Прежде чем вступить в рукопашную схватку с противником, римляне забрасывали его своими пилумами. Использование пилума в начале боя составляло фундаментальный элемент манипулярной тактики. Равным образом и в последующие века различные организационные и тактические реформы, проходившие в римской армии, никогда не ставили под сомнение его значимость.

Пилум состоял из двух частей: древка и железного стержня с наконечником. Древко имело длину около трех локтей (133 см)[49]; общая длина пилума была приблизительно 210 см[50].

Полибий сообщает также о втором более легком типе пилума: «Легкое копье, — пишет он, — походит на рогатину средней величины, и его носят вместе с тяжелым»[51].

Хотя в некоторых редких случаях пилум можно было использовать как ударное копье[52], он предназначался прежде всего для метания и был рассчитан на то, чтобы пробивать какой угодно щит. Поэтому в концепции использования пилума определяющую роль играл его вес.

Эффективная дальность броска пилума была не более 25 м. Современные испытания показали, что с определенного расстояния пилум был в состоянии пробить лист трехслойной фанеры толщиной 11 мм. Длина металлической части пилума была продумана таким образом, чтобы позволять наконечнику поражать противника даже в том случае, когда последний держал щит на максимально возможном удалении от своего тела.

Смертоносный эффект от использования пилума усиливался, если бросок производился сверху вниз (например, с вершины холма). Наглядным примером этому может служить столкновение римлян с гельветами при Бибракте, описанное Цезарем: «Так как солдаты пускали свои тяжелые копья (pilis) сверху, то они без труда пробили неприятельскую фалангу, а затем обнажили мечи и бросились в атаку. Большой помехой в бою для галлов было то, что римские копья иногда одним ударом пробивали несколько щитов сразу и таким образом пригвождали их друг к другу, а когда острие загибалось, то его нельзя было вытащить, и бойцы не могли с удобством сражаться, так как движения левой рукой были затруднены; в конце концов многие, долго тряся рукой, предпочитали бросать щит и сражаться, имея все тело открытым»[53].

Значительный вес отражался не только на дальности броска, но и на скорости полета пилума, и поскольку последний летел сравнительно медленно, то противник мог легко увернуться, сделав всего лишь шаг в сторону, и даже в свою очередь воспользоваться пилумом, чтобы метнуть его обратно. Чтобы пилум становился непригодным для вторичного броска, его металлический стержень делали тонким или не закаляли. Поэтому при попадании в неприятельский щит стержень легко сгибался от удара. Согласно Плутарху, усовершенствование в конструкцию пилума внес Марий, приказавший в 101 г. до н. э., готовясь к сражению с кимврами, чтобы вместо двух железных заклепок стержень крепился к древку одной заклепкой и деревянным дюбелем. «Благодаря этому копье, ударившись о вражеский щит, не оставалось прямым: деревянный гвоздь ломался, железный гнулся, искривившийся наконечник просто застревал в щите, а древко волочилось по земле»[54]. Понятно, что использовать вторично такой пилум было уже невозможно. Эта инновация не подтверждается никаким другим письменным источником, а археологические находки, как кажется, опровергают ее: пилумы, найденные до сего дня, имеют в действительности в железном стержне остатки двух заклепок (либо ни одной). Вероятно, стратегема Мария не получила широкого распространения, доказательством чему могут служить слова Цезаря о галлах, пользовавшихся в бою пилумами его легионеров[55].

Для эффективного использования пилума против стоящего компактной массой противника необходимо было, чтобы одна или более шеренг легионеров произвели координированный и одновременный бросок: только в этом случае у врагов не осталось бы возможности уклониться от летящей на них тучи смертоносных снарядов.

Археология представляет нам большое разнообразие позднереспубликанских пилумов, различающихся как формой наконечников, так и длиной металлической части и способом ее крепления к древку. Начиная со второй половины II в. до н. э. длина железной части пилума увеличивается и варьируется от 15 до 95 см (у пилумов, обнаруженных в Алезии, она составляет от 25 до 70 см). Значительная часть сделанных находок имеет плоский хвостовик; для улучшения прочности соединения с древком боковые стороны хвостовика часто были загнуты.

Язык хвостовика мог быть узким; при этом он фиксировался простой заклепкой; для достижения большей прочности соединения использовался железный хомутик. В конце I в. до н. э. появляются пилумы с заостренным хвостовиком. Экземпляры этого типа были обнаружены при раскопках в Алезии. Все они имели квадратное сечение стержня и наконечник ярко выраженной пирамидальной формы.

Существовали также пилумы специфической конструкции для применения в особых случаях. Цезарь упоминает о «стенных пилумах» (pila muralia), которые использовались на короткой дистанции при обороне фортификационных сооружений[56]. Но о том, что представляло собой подобное оружие, мы можем только догадываться.

Основным мечом легионера был так называемый «испанский меч» (gladius hispaniensis), дававший возможность наносить как рубящие, так и колющие удары. Меч имел достаточно длинный (до 70 см) и широкий клинок и считался оружием чрезвычайно эффективным. Согласно Ливию, солдаты македонского царя Филиппа V (238–179 гг. до н. э.) пришли в ужас, когда увидели раны, нанесенные этим мечом: «...руки, отсеченные одним ударом вместе с плечом, отрубленные головы, вывалившиеся наружу кишки и многое другое, столь же страшное и отвратительное»[57].

Полибий описывает римский меч как важнейший элемент паноплии легионера: «Кроме щита в состав вооружения входит меч, который носят у правого бедра и называют иберийским. Он снабжен крепким и прочным клинком, а потому колет превосходно, и обеими сторонами наносит тяжелый удар»[58]. На сегодняшний день было обнаружено незначительное количество экземпляров мечей, определенно восходящих к республиканской эпохе. Они вполне соответствуют описанию Полибия и характеризуются длинным острием и параллельными режущими кромками.

Находки мечей, относящихся к интересующему нас периоду, были сделаны в Нуманции и Алезии. Кроме того, археологам посчастливилось обнаружить на Делосе меч, относящийся к эпохе Цезаря: 69 г. до н. э. — дата захвата города пиратами. Длина клинка вместе с хвостовиком (частью полосы, на которую крепилась рукоять) делосского меча составляет 76 см, ширина — 5,7 см. Меч находился в ножнах, имевших два подвесных кольца. Рядом с мечом были обнаружены остатки деревянного навершия, которое соединялось с рукоятью при помощи заклепок.

Клинки мечей, обнаруженные в Шмихеле (Словения), которые датируются 175 г. до н. э., имеют длину 62–66 см и ширину приблизительно 4,5 см. Если сравнить их с делосским мечом, то станет заметной тенденция к увеличению длины клинка. Раскопки, произведенные в Алезии, подтверждают этот вывод.

Редкие остатки ножен, выполненных из дерева и кожи, в некоторых случаях еще сохраняют два металлических хомута для фиксации двух или четырех колец. Кольца предназначались для того, чтобы крепить ножны к поясному ремню. Такой способ ношения меча соответствует практике иберийского происхождения.

К мечу следует добавить кинжал (pugio), который появился в начале II в. до н. э. как резервное оружие легионера и применялся, вероятно, в самом тесном рукопашном бою.

Корни этого оружия, по всей видимости, также иберийские. Полибий не упоминает его, очевидно, потому, что он еще не был широко распространен в войсках или, возможно, потому, что считался предметом личным, военное значение которого было невелико.

Клинки кинжалов имеют ланцетовидную форму с центральным ребром и акцентуированным острием; их длина в среднем составляет 30 см. Обычно у кинжала была характерная металлическая рукоять с броским круглым навершием (часто искусно обработанным), соединявшаяся с клинком при помощи заклепок.

Ножны кинжалов республиканской эпохи были похожи на ножны обычных мечей — деревянные с металлической окантовкой. Кинжал обычно носили на левом боку. Со временем он приобрел характер статусного оружия, лишенного действительного военного предназначения.

Римские солдаты позднереспубликанского периода.

Детали рельефа алтаря Агенобарба

Шлемы типа Монтефортино.

Прорисовки И. В. Кирсанова

Профили различных шлемов типа Монтефортино

Шлемы типа Колю.

Прорисовки И. В. Кирсанова

Профили шлемов типа Колю

Шлемы типа Ажан-Пор.

Прорисовки И. В. Кирсанова

Воин в шлеме эллинистического образца.

Сен-Реми-де-Прованс, Гланум, мавзолей Юлиев (I в. до н. э.)

Воин в шлеме с плюмажем.

Сен-Реми-де-Прованс, Гланум, мавзолей Юлиев (I в. до н. э.)

Статуя из Вашера (конец I в. до н. э.) изображает воина в традиционной галльской одежде, который носит меч латенского типа и ожерелье (torquis), но оплечья его кольчуги и пояс имеют римскую форму. По-видимому, заказчиком статуи выступал знатный галл, служивший в римской армии. Авиньон, Музей Кальве

Кольчуга позднереспубликанской эпохи.

Общий вид спереди и сзади

Нагрудные сцепки для наплечного усиления кольчуги

Система сцепления колец «четыре в одно»

Различные типы колец, использовавшихся для изготовления кольчуг

Реконструкция щита, описанного Полибием

Структура щита, согласно описанию Полибия

Различные типы умбонов республиканской эпохи; первые два обнаружены в Каминреале (Испания), третий в Майнце (Германия)

Щит из Эль Фаюма. Каир, Египетский музей

Различные типы пилумов, использовавшихся в республиканскую эпоху. Рис. И. В. Кирсанова

Археологические находки различных типов пилума

Внешний вид и размеры клинков различных экземпляров gladius hispaniensis

Размеры позднереспубликанских мечей

Реконструкции испанских мечей в комплекте с ножнами: слева меч из Берри-Буи, справа — с Делоса

Реконструкция возможной системы крепления ножен меча к поясному ремню

Кинжал (pugio)

1 — кинжал и ножны, обнаруженные в Нуманции;

2 — реконструкция, сделанная на основе находок в Нуманции;

3 — система крепления ножен к поясному ремню