Между нами повисла напряженная тишина.

— Я здесь ни при чем, — поднимая руки, заявила Ксения и вопросительно посмотрела на мужа.

Алексей замялся, делая вид, что не замечает укоризненных взглядов, чем только усилил подозрения.

— Хорошо, сдаюсь, — наконец, признался он. — Прости, Настя. Я не смог отказать Виктору. Мужская солидарность. Против нее не попрешь.

Вежливость требовала, сказать, что ничего не случилось, и все хорошо. Но это была неправда. Последний месяц дался мне нелегко. Я рассчитывала хоть на небольшую передышку, а рядом с Виктором расслабиться не получалось.

Я отвернулась, с трудом скрывая раздражение, и молчала. Пауза затягивалась.

На помощь мне пришла Маша.

— Тетя Настя, мы в студии натюрморты рисовали. Пойдемте, я покажу, какой классный у меня получился, — потянула она меня за руку, уводя из столовой.

— Как ты мог так меня подставить? — услышала я громкий шепот Ксении, едва мы вышли из комнаты.

— Разве не ты мечтала, что они снова сойдутся, и все будет по-старому? — возразил Алексей.

— Но не таким же топорным способом.

Окончание разговора слушать я не захотела и прикрыла за нами дверь.

Маша с удовольствием занималась рисованием и часто демонстрировала мне свои рисунки. Я с восторгом рассматривала ее акварели, отмечая, какие она делает успехи. Возвращаться к остальным не хотелось. Трудно сказать, сколько бы мы так просидели, но Ксения позвала нас к столу. Пришлось спуститься.

— Виктор, — поприветствовала я мужа, словно мы не разошлись всего несколько часов назад.

Он галантно пододвинул мне стул, и весь вечер вел себя так, словно я прекрасная незнакомка, которую поставил целью очаровать. Мне даже немного удалось расслабиться, пока дети не ушли спать.

Мы остались за столом вчетвером, и сразу повисла напряженная тишина.

— Кстати, я нашла архитектора для вашего проекта, — радостно заявила Ксения, — Ни за что не поверите, кто согласился вам помочь.

— И кто же? — без малейшего энтузиазма поинтересовался Виктор.

Для такого проекта, как наш, не требовалось каких-то особых знаний или оригинального подхода. Но Ксения сумела разжечь мое любопытство.

— Борис Ларин, — торжественно выдала она и заговорщицки мне подмигнула. — Как только услышал, что работать предстоит с Настей, вызвался заняться проектом лично.

Бориса я помнила с самой лучшей стороны. Мы пересекались несколько раз, когда я работала на Ксению. Специалист с громким именем и очень приятный человек.

— Ты объяснила ему, с чем предстоит работать? — уточнила я у Ксении, не веря, что Ларина мог заинтересовать подобный объект.

— Конечно, — заверила она. — Он, правда, больше расспрашивал о твоем здоровье и куда пропала в последний год. Где-то услышал, что вы с Виктором разошлись.

Громкое покашливание Алексея заставило Ксению резко замолчать. Подруга запоздало сообразила, что сболтнула лишнего.

— Ларин, — раздраженно протянул Виктор. — Это, случайно, не с его компанией в прошлом году вышел скандал в Дубае?

За столом снова повисла пауза.

— Не слышала, что у них там пошло не так в эмиратах, но я его знаю, как отличного профессионала, — решила я заступиться за приятеля.

Работать с ним было легко и приятно, так что я уже предвидела плодотворное сотрудничество.

— Хорошо, если ты в нем уверена, я возражать не буду, — недовольно откинувшись на спинку стула, заключил Виктор.

Разговор не клеился. Сколько хозяева не старались нас развлекать, за столом висело наэлектризованное напряжение.

Не желая затягивать эту муку, я вскоре попрощалась с хозяевами и направилась к машине. Виктор последовал моему примеру и поймал меня во дворе.

— Настя, — незаметно подошел он сзади, застав меня врасплох. — Мне нравится твой новый цвет волос.

Он стоял так близко, что я чувствовала его теплое дыхание на своем затылке. По спине поползли предательские мурашки, и я отстранилась.

— Как думаешь, можно ли найти человека, если он сменил фамилию, а может еще и имя? — спросила я обернувшись.