Илария… Упрямая девчонка.

Стояла передо мной — тонкая, хрупкая, но с выпрямленной спиной, сжатыми кулаками и глазами, горящими вызовом.

Она не понимала, с кем спорила. Не понимала, что я уже выбрал её. Других вариантов теперь не существовало. Выбрал ещё когда мы были в лесу, ещё до деревни.

Теперь же я смотрел на неё, изучал каждую деталь её лица, запоминал, смаковал. Слишком нежные черты, слишком мягкие, словно сама природа пыталась сделать её слабой, но прогадала. В этих тонких запястьях скрывалась сила, в лёгком изгибе губ — дерзость, в глазах — упрямство.

Но я знал, как она будет выглядеть, когда поддастся.

Когда перестанет бороться с тем, что неизбежно.

Когда наконец расслабится, потянется ко мне сама, больше не скрывая своего желания.

Дракон во мне просыпался.

Я чувствовал, как он дышал глубоко внутри, раскатывая свой жар по телу обжигающей волной.

Он долго спал. Годы, десятилетия, целую вечность.

Но сейчас, рядом с ней, он начал шевелиться, потягиваться, расправлять крылья.

Я ощущал этот глухой рык внутри себя. Ещё не громкий, ещё далекий, но уже живой.

И я понимал, что это значило.

Она.

Она заставила его проснуться.

А это могло означать только одно.

Она — моя истинная.

— Я не могу уехать! — её голос прозвенел, как отпущенная тетива хорошего лука. — Там моя мама!

Я видел, как её губы дрогнули, но не от страха, а от упрямства. Готова биться до конца за то, что ей дорого. И она уверена, что сможет меня переубедить.

Я всегда слышал её сердце, и сейчас оно билось неровно.

Бешеный ритм. Я знал этот ритм.

Я чувствовал её.

Запах — тёплый, живой, чистый, а под ним нечто другое, ещё более интересное — её жар, её жизненная сила, её суть.

Я чувствовал её дыхание.

Как оно сбивалось, как она пыталась выровнять его, не выдать себя.

Она думала, что я не замечу.

— Убьют, — мой голос стал ниже, тише, почти рыком.

Я видел, как её пальцы сжались.

— Это мой выбор.

Моё лицо исказила усмешка.

Думает, что у неё есть выбор. Наивная принцесса. Моя. Моя принцесса.

— Ты слишком важна, — сказал я глухо, стараясь отделять мысли просыпающегося дракона от своих.

— Для кого? — спросила моя Илария, и её серебряные глаза вспыхнули гневом.

Она требовала ответов.

Но я не из тех, кто что-либо объясняет. Я из тех, кто действует.

Я сделал шаг вперёд. Она отступила.

Ещё шаг.

Её спина упёрлась в столешницу. Так даже лучше.

Запах её кожи пропитал воздух между нами. Я вдохнул глубже.

Этот аромат. Он казался мне знакомым, но в то же время новым, неизведанным. И я хотел узнать его полностью.

— Ты не понимаешь, — я говорил хрипло, чувствуя, как Дракон внутри меня приоткрывает глаза.

— Не понимаю чего?

— Что ты моя.

Она широко распахнула глаза, но я уже потянулся к ней, обхватывая её подбородок пальцами.

Её кожа была горячей, мягкой, живой.

Я чувствовал, как подушечки моих пальцев замирают на её щеке, ловя её тепло.

Я слышал, как она задержала дыхание, пытаясь сопротивляться чувству, которое захлёстывало нас обоих.

Я провёл кончиками пальцев по её ключицам.

Илария могла протестовать сколько угодно, но тело её предавало. Я слышал, как изменился ритм её сердца. Я чувствовал, как напряжение в ней сменялось чем-то другим. Более вкусным и чувственным. Чем-то, о чём моя принцесса даже думать боялась.

— Пусти, — её голос был слабым, едва слышным.

Я наклонился ближе, позволяя своему дыханию коснуться её губ.

Я знал, что это сводило её с ума. На то и был рассчёт.

— Ты не хочешь, чтобы я тебя отпускал.

Она снова задержала дыхание.

Воздух между нами стал густым, вязким, словно наполненным первобытной энергией. Как будто мир застыл, ожидая, что произойдёт дальше.

А дальше я коснулся её губ.

Сначала едва.

Лёгкое прикосновение. Еле заметное и оттого столь ценное.

Но этого хватило.

Я почувствовал её всю. Как дрогнули её ресницы. Как она судорожно вдохнула. Как всё её тело напряглось, готовое либо убежать, либо уже окончательно поддаться мне.

Дракон внутри меня довольно зарычал.

Я больше не мог ждать.

Мгновение.

Я накрыл её губы своими.

Жадно.

Глубоко.

Без права на отступление.

Она ахнула, но не оттолкнула меня.

Её тело напряглось, но уже не от страха и неуверенности. Я чувствовал, как она поддаётся, как её пальцы цепляются за мои плечи, как сердце пропускает удары.

Я разорвал поцелуй, но не отстранился.

Позволил губам скользнуть ниже, по её щеке, к шее.

Её дыхание стало совсем рваным.

Я слышал, как сорвался с её губ тихий стон. Песня для моего сердца. Мне хотелось сорвать ещё тысячу таких стонов, миллион. И пусть все они принадлежат мне. Нам с Зайгартом.

Я знал, что она сдаётся. Что больше не сможет меня отвергать.

Но я всё равно ждал. Ждал, когда она сама потянется ко мне.

Но моя принцесса удивила:

— Ты не подходишь мне, — прошептала она, хоть слова её и прозвучали слабо.

Я усмехнулся, прижимая губы к её коже за ухом.

— Лжёшь.

Она судорожно выдохнула.

— Мне нужен князь.

Я застыл. Князь?

Столько лет я сторонился этой идеи. Столько лет глушил горе одиночеством.

И тут одно её слово, а я понимаю, что если ей нужен князь…

Я им стану.

Эта мысль поразила меня, но сейчас было не время для слов. Сейчас я просто хотел взять её снова.

Мои губы впились в её, мои руки сжали её талию.

Я чувствовал её под своими пальцами.

Горячую.

Трепетную.

Желанную.

Мою.

Я хотел её.

Я хотел её слишком сильно.

Но в этот момент дверь со скрипом распахнулась.

Холодный воздух ворвался в комнату, ударив по коже, но мне уже было всё равно.

Мы резко обернулись.

Служанка.

Стояла в дверях, бледная, испуганная.

Я посмотрел на неё медленно, лениво.

Значит, её прислал Хельвин. Хотел проверить, исполняю ли я то, что разыграл в холлах дворца.

Я вальяжно разорвал на себе рубашку.

— Третьей будешь? — спросил, рассматривая бледную от страха девушку.

Она тем временем смотрела на меня, на Иларию. На её растрёпанные волосы. На её припухшие губы. На платье, сползшее с плеч. На мои руки, всё ещё сжимающие её талию.

Отлично, всё идёт по плану.

Я сделал шаг вперёд.

Служанка сглотнула.

— Н-н-нет.

Она хлопнула ресницами, пытаясь что-то сказать.

— К-князь…

— ВОН, — рявкнул я, и видимо она что-то увидела в моих глазах, потому что тут же сорвалась с места, исчезая в коридоре.

Я захлопнул дверь.

Обернулся.

Илария смотрела на меня, щёки её пылали. Она всё ещё тяжело дышала. Она знала, что проиграла.

Я подошёл ближе, наклонился, провёл губами по её уху, нежно кусая мочку.

— Это не конец, принцесса.

Она сглотнула.

Я усмехнулся и потянул её в сторону купальни.