Рейнар не соизволил ответить, а мне не оставалось ничего, кроме как последовать за ним.

Рейнар шагал впереди, словно не замечая холода. Его широкие плечи скрывала тёмная накидка, а мех на капюшоне был покрыт инеем.

Мы вышли на утоптанную тропу, ведущую из деревни. Ледяной ветер мгновенно ударил в лицо, заставив меня поёжиться.

— А что с жителями? — спросила я, оглядываясь через плечо. На пороге таверны уже показались несколько фигур. Среди них я разглядела Шрама. Он говорил с другими, активно жестикулируя.

— Скоро догонят, — коротко ответил Рейнар, прибавляя шаг.

— Прекрасно, — пробормотала я.

Холод пытался проникнуть под мою одежду. Рейнар, кажется, вообще не замечал этого. Он упрямо шёл вперёд, как будто мороз был его личным поклонником, а я вот плелась позади, одновременно подбирая слова, чтобы снова затеять спор.

— Ты хоть горячей воды мог бы предложить, — сказала я, с укором глядя ему в спину, сыр и хлеб на завтрак я ела в сухомятку.

— Для чего? — обернулся он.

Я открыла рот, чтобы ответить, но его взгляд остановил меня. Это был взгляд человека, который был готов убить за лишний вопрос. Поэтому я просто пожала плечами и решила, что разговор можно отложить.

— Не важно, — буркнула я, обняв себя за плечи и шагая следом.

Мы шли по тропе, которую трудно было назвать тропой. Лес сжимался вокруг нас, деревья с белыми, будто припорошенными сахарной пудрой ветвями, смотрели сверху вниз, как строгие старейшины. Снег хрустел под ногами, воздух был таким холодным, что дышать приходилось через выданный Рейнаром шарф, иначе мороз обжигал лёгкие.

— Куда мы идём? — спросила я, когда тишина стала слишком давящей.

— Вперёд, — коротко бросил он.

Я закатила глаза, зная, что с таким энтузиазмом от него больше ничего не добьёшься. Но молчать я не собиралась.

— Значит, ты думаешь, что теперь можешь так запросто меня целовать? — бросила я ему в спину, решив вернуться к тому, что меня волновало больше всего.

Он замедлил шаг, но не обернулся.

— А ты думаешь, что можешь влепить мне пощёчину, не заплатив за это? — ответил он спокойно, но с явной насмешкой.

— Это была самозащита, — возразила я, нагоняя его. — Я в праве защищаться, когда на меня нападают… особенно такими методами.

Он наконец остановился и повернулся ко мне, его взгляд был ледяным, но в нём сверкнуло что-то, что меня озадачило.

— Нападение? — переспросил он, насмешливо приподняв бровь. — Ты выглядела так, будто сама не против этого “нападения”.

— Какой же ты…! — возмутилась я, чувствуя, как щёки вспыхивают. — Невыносимый!

— Невыносимый? — Его голос был холодным, но тонулась тень усмешки. — Возможно. Но я редко ошибаюсь.

Он сделал шаг ближе, его взгляд обжигал, а голос стал ниже, опасно мягким:

— Твоё сердце кричало громче, чем твои слова.

Я замерла. Этот мужчина с его ледяным взглядом выбивал меня из равновесия.

— Моё сердце трепетало от страха, — упрямо ответила я.

Он наклонился ближе, его дыхание обжигало лицо, а в глазах вспыхнул холодный огонь.

— Тогда почему ты отвечала на поцелуй?

— Я не отвечала! — выкрикнула я, но голос дрогнул, предательски выдавая сомнения.

Его усмешка была лёгкой, почти неуловимой, и от этого ещё более раздражающей.

— Конечно, — проговорил он, развернувшись, будто разговор действительно окончен. — Убеждай себя дальше.

Я осталась стоять посреди тропы, злясь на него и на себя. Стиснув кулаки, я едва удержалась, чтобы не прокричать что-то в спину этому… урагану в человеческом обличье.

— Ну нет! — прошипела я, бросаясь за ним. — Мы ещё не закончили!

Но он шагал так уверенно, будто давно поставил точку в этом споре.

Я бросилась за Рейнаром, но он, казалось, совсем не замечал моего возмущения. Его шаги были быстрыми, а спина — упрямо прямой. Это злило меня ещё больше.

— Слушай, ты не можешь просто взять и закончить разговор! — крикнула я ему в спину, но он даже не замедлил шаг. — Ты всегда такой, да? Всегда…

Рейнар вдруг поднял руку, заставив меня замолчать на полуслове. Его взгляд, холодный и сосредоточенный, метнулся в сторону деревьев. Я напряглась.

— Что? — прошептала я, инстинктивно приближаясь к нему.

Его рука уже тянулась к ножу, висящему на поясе.

— Тихо, — коротко бросил он.