Лиззи стояла в огромном красивом зале, давая распоряжения всем подряд. Такая утончённая, восхитительная, нарядная, но взволнованная и напряжённая.

Мы подошли к ней, стараясь не мешать. Она была к нам спиной, объясняла что куда нести молоденькому официанту. Когда она резко обернулась к нам, мы сами того не ожидая, чуть отстранились. Её размашистые и нервные движения немного пугали, настораживали.

Поздравив её, подарив коробку, перевязанную лентой, в которой был фен и любимые духи Лиззи от Томаса, мы решили отойти на безопасное расстояние от этой странно «заряженной» красавицы.

Но отсидеться не получилось. Вскоре и нам с Томасом Лиз раздала поручения, из-за чего мы разбрелись по особняку каждый со своим заданием.

Моим заданием было встретить родителей Рика и «развлекать» их до начала праздника. Лиз сомневалась, что они приедут раньше назначенного времени, но решила перестраховаться, попросив меня уделить им внимание.

Я стояла возле входа в особняк, наблюдая за снующими туда-сюда работниками. На фоне играла лёгкая ненавязчивая музыка. Погода обещала быть солнечной и безветренной. На улице расставляли шампанское на небольших столах для прибивших гостей, занося следом и какие-то небольшие закуски, фрукты. Масштаб праздника воочию становился ещё более грандиозней, чем я себе представляла. И точно это тихими семейными посиделками нельзя было назвать. Вскоре, ко мне подошёл Томас, держа в руках бокал вина. Протянув мне его, задорно сказал:

— Только сильно не увлекайся. Скоро будет винная дегустация и экскурсия по местному винному погребу. Будет неловко, если ты будешь «подшофе», когда дегустация только начнется.

— Винная дегустация? — мои глаза расширились от такой новости. — Ты уверен? Вчера в списке Лиз я не видела такого пункта. — забрала бокал с рук Томаса, всё ещё не веря ему.

— Лиззи не спала всю ночь, думала, чем же удивить гостей. Вспомнила, что в этом особняке есть винный погреб, где хранятся различные вина, старые и не очень. И попросила администрацию провести для гостей экскурсию и дегустацию. — ответил на моё удивление Томас.

— Ясно. — сдержанно ответила я, делая глоток вина. — Хм... Очень вкусно. А ты почему не пьёшь?

— Ты же знаешь, я не любитель вин. — улыбнулся уголком губ он.

— Так возьми что-то другое. Вон там как раз расставили разный алкоголь. — махнула в сторону столиков с бокалами и полными бутылками.

— Нет. Пожалуй, ещё рано. Тот алкоголь, что я хочу, быстро ударяет в голову. А ещё даже гости не пришли. Так что, повременю. — ответил он, подходя ко мне ближе, приобнимая за талию.

— А я всё же выпью. Мне нужно немного расслабиться перед встречей с родителями Рика… — сделала ещё глоток вина.

— Ну это же не мои родители, чего тебе переживать? — улыбнулся Томас, поцеловав меня в лоб.

— Ну да… — хмыкнула я. — Для твоих родителей мне пришлось бы выпить сразу целую бутылку вина перед их приездом.

— Тогда начинай УЖЕ… Они тоже будут. — улыбнулся Томас ещё шире, понимая, какая будет моя реакция.

— Что?! — отодвинулась я от него, чтоб лучше взглянуть ему в глаза. — Ты шутишь?

— Нет. — спокойно ответил он, изображая на лице вину и неловкость. — Прости, что не сказал. Иначе ты б отказалась быть на этом празднике.

— Да! Отказалась. — что-то внутри меня начинало вскипать. — Хотя нет! С чего бы! Лиззи мне почти как сестра. Я б не пропустила её День рождения. И вообще! Я не боюсь твоих родителей. Мне… всё равно. — шумно выдохнула я, выпивая всё вино в бокале залпом.

— Тааак. Вижу обещание выпить вино перед их встречей пошло в исполнение. — снова приблизился Томас, обнимая меня крепко, будто боясь, что я сейчас убегу. — Не переживай. Я буду рядом. Я беру их на себя. А ты возьмись за родителей Рика, пока Лиз не сменит тебя. — поглаживал успокаивающе меня по спине.

Его мягкие и нежные касания действительно успокаивали. Лёгкие колыхания его тела будто убаюкивали меня.

— Что случилось? — подскочила к нам Лиз, увидев, что меня успокаивает Томас.

— Узнала про родителей. — кратко ответил он, не отрываясь от меня.

— Аааа… Ясно… — скривилась Лиз, понимая неловкость ситуации и то, что она мне тоже не сказала об этом, и ей сейчас тоже влетит от меня. Поэтому она быстро ушла, оставив нас вдвоём.

Когда гости начали прибывать один за другим, стало шумно, — звенели бокалы, слышался громкий смех и бурные обсуждения.

Томас крепко держал меня за руку, боясь, что я рвану к алкоголю, опустошая всё. Но я даже не планировала этого.

— Вот, это похоже родители Рика. — указала я на двух людей, прибывших на шикарном авто.

— Скорее всего. — поддержал меня в догадке Томас, увидев как Рик идет их встречать.

Пару минут и Рик подвёл миловидную пару к нам.

— Привет. Знакомьтесь, это мои родители — Дэниел и Шарлотта.

— Очень приятно. — хором ответили мы, приветствуя их.

— Я побегу за Лиз, а вы пока побудьте здесь. — поспешил уйти Рик, оставляя нас одних.

Разговор с его родителями шёл хорошо. Они старались узнать больше о Лиззи у человека, который знал её лучше всех — у родного брата. Томас совсем не смутился активным расспросам и держался великолепно. Даже его рука, которая лежала на моей талии, не была напряжена. Видимо, различные напряжённый разговоры давались ему легко, в силу своей высокой должности. Я завидовала его уверенности и лёгкости.

Когда Рик и Лиззи подошли к нам, родители переключились на них, а мы незаметно ускользнули, пробираясь в гущу людей.

Мы быстро нашли наших друзей, которые толпились возле алкоголя и закусок. Рядом с ними я расслабилась, выдохнула и просто наслаждалась праздником и общением.

Родителей Лиззи и Томаса всё ещё не было, когда всех гостей попросили рассаживаться за столы. Лишь когда начались первые тосты, они появились, извинившись за опоздание.

Их посадили рядом с родителям Рика, и это стало напоминать свадьбу, но без возгласов «Горько!». А может это знакомство родителей было спланированным — этого я уже не знала.

Праздник проходил весело, интересно, необычно. Помогал в этом молодой ведущий, который развлекал нас шутками, незатейливыми историями и милыми поздравлениями для Лиз.

Вскоре объявили об экскурсии винными погребами, и всех созвали собраться у входа в такое себе «подземелье».

Когда мы спустились в слабоосвещенное помещение, я ощутила запах сырости вперемешку с вином и древесины. Прохлада окутала тело, и я подумала, что было б кстати прихватить пальто. Но возвращаться уже не стала.

Центральный ход тянулся, кажется, вдоль всего здания. По бокам было множество дверей, в которых лежали вина определённых видов, разных времён, урожаев, сортов винограда и другой классификации, которую только можно было придумать. Импозантный мужчина преклонных лет увлечённо рассказывал о вине, как о человеке с душой, показывая каждую комнатку со стеллажами, где лежали бутылки с винами, чуть припавшие пылью. Даже в тех комнатках было мало света, — для сохранения вина. В каждой из них гид рассказывал всё об этих винах, сортах винограда и специфике создания этого напитка. В ход шли и весёлые, и драматичные истории, связанные с вином. Гости с открытыми ртами слушали харизматичного мужчину, изредка задавая вопросы.

— Постой минутку. — остановила я Томаса, пропуская в очередную комнату с вином других гостей.

Он удивлённо посмотрел на меня, боясь, что что-то случилось. Но я взглянула на него игриво, похотливо. Затем мягко обхватив его руку, потащила в первую комнатку с вином. Быстро прошмыгнув в полумрак, закрыв за собой дверь, я прижала Томаса к двери, неудержимо впиваясь в его губы, жадно целуя.

Лишь на мгновение оторвавшись от него, я тихо сказала:

— Хотела этого очень долго… Не хочу ждать до вечера.

И снова втиснула его в деревянную дверь, целуя с новой силой, хватая руками его лицо, перемещая пальцы на шёлковые волосы. Мои рукиторопливо схватили его пиджак, расстёгивая пуговицы, заползли под рубашку, неудержимо скользя по его напряжённому телу.

— Тогда не жди. Я полностью твой… — произнёс Томас, хватая губами воздух, позволяя мне оживлённые и безудержные действия руками, которые уже тянулись к его ремню на штанах.

Руки Томаса легли мне на талию, и он мгновенно перехватил инициативу, быстро развернул нас, и грубо, властно теперь прижимал меня к двери.

Его руки, сильные и уверенные, вцепились в мои бёдра, сжимая их с бешеной силой. Ткань моего платья поползла вверх, когда его руки торопливо поднимались выше. Одной рукой он держал мою запрокинутую ногу, а второй нырнул под нижнее бельё, как тогда, перед выходом. Легко и быстро он нашёл чувствительный бугорок, лаская его пальцами, возбуждал меня сильнее. Я выгнулась на встречу его пальцами, еле сдерживая стон. После недолгих круговых движений Томас плавно нырнул пальцами в меня, уже мокрую и возбуждённую.

— Обожаю, когда ты такая мокрая… — как-то медленно и томно прошипел он.

Он впился в мои губы быстрым, почти яростным поцелуем, который лишил меня воли. Пока наши языки сплетались в диком танце, его пальцы продолжали движения во мне, то ускоряясь, то замедляясь. Он будто повторял свою «игру», что была перед выходом сегодня. И я таяла во власти его рук.

Томас отстранился лишь на миллиметр, застыв. Его взгляд скользнул по моему лицу, оценивая каждую каплю моего возбуждения. Убрав руку, которая секунду назад ласкала меня, он быстро освободил свою возбужденную плоть, и вошёл в меня одним тягучим, полным и невероятно глубоким движением. Я ахнула, впиваясь пальцами в его плечи, сминая дорогую ткань пиджака, и почувствовала, как он замер на мгновение, наслаждаясь тем, как плотно и жадно моё тело приняло его.

— Да… То чего я так хотел… — прорычал он, и в этом звуке было столько отчаяния и наслаждения, что у меня закружилась голова.

Его движения стали ритмичными, размеренными, но с каждым разом всё более глубокими и требовательными. Он задавал темп, который невозможно было выдержать, но и невозможно было остановить. В этой тесноте, густой темноте, каждое его касание чувствовалось острее, чем когда-либо. Я чувствовала его неудержимое желание, и то, как его мышцы напрягаются под моей кожей при каждом толчке.

В какой-то момент мы услышали шаги за дверью. Гости вместе с гидом направлялись к выходу.

Томас затаил дыхание, замер на секунду, и через мгновение снова продолжил движения, но уже медленно, плавно и осторожно. Я слышала шаги за дверью, настолько близкие, что нервы натянулись, как канаты. Чувства, ощущения обострились, находясь где-то на грани. Адреналин ударил в голову, я ощутила прилив жара, прокатившийся по телу. Томас прикрыл мои губы от вздохов поцелуем, чтоб я не выдала нас случайно, продолжая глубокие размеренные скольжения во мне.

Комната кружилась. Мне было мало воздуха. За дверью шаги и голоса стихали.

Томас приподнял меня выше, заставляя обхватить его обеими ногами за пояс, и наше слияние стало полным, невозможным, абсолютным. Он сильнее прижал меня к двери, поддерживая снизу руками. Мы двигались в такт, всё активней, яростней, забыв о приличиях и месте, в котором находились. Каждый мой вдох был его дыханием, каждый его стон — отражением моего удовольствия.

Когда я почувствовала, как внутри всё начинает сжиматься, предвещая неизбежный взрыв, Томас прижал меня к себе ещё сильнее, словно пытаясь впитать в себя. Его темп стал лихорадочным, граничащим с безумием. Я шумно дышала, уткнувшись ему в плечо, и когда волна наслаждения накрыла меня, разносясь по всему телу электрическими разрядами, я услышала его сдавленный, победный, низкий стон. Я ощущала горячую пульсацию внутри, — свою, его. Нашу общую.

Мы застыли в жарком объятии, чувствуя сладкое расслабление. Он не спешил выходить из меня, я не спешила отпускать.

— Считается ли это сексом в общественном месте? — спросил Томас тихим голосом.

— Наверное… — ещё не могла прийти в себя, мозг ещё отказывался думать.

— Если считается, то мы выполнили ещё один пункт того, что никогда не делали. — довольно и торжественно сказал он, опуская меня на пол.

— Мы будем выполнять все безумные идеи, которые никогда не делали? — с лёгкой ноткой игривости произнесла я.

— Хм… точно нет. Только то, что нам захочется.

— Хорошо. — выдохнула я. — А то не всё мне кажется разумным.

— Мы, конечно, порой бываем безумными. Но не до такой степени. — улыбнулся Томас, поправляя костюм от «следов» нашей страсти.

Мы привели себя в порядок и выглянули в коридор. Там всё так же было мало света, только теперь ещё тихо и пусто.

Убедившись, что никого нет, мы вышли в центральный ход, направляясь к выходу.

— Надеюсь нас не заперли здесь. — нервно хихикнула я.

Томас взглянул на меня скептически. Но когда мы подошли к двери, и она действительно была закрыта, глаза Томаса расширились в удивлении и растерянности.

— Набери Лиз, пусть нас выпустят. — бросил Томас мне, пытаясь дёргать ручку двери сильнее, крутить какие-то задвижки.

— Я не брала телефон. Он у меня в сумочке на стуле остался. — с ужасом произнесла я.

— Ясно. Держи. — вытянул свой мобильный с кармана пиджака и протянул мне, разблокировав его.

Ручка не поддавалась, защёлки не срабатывали, Томас начинал нервничать.

Лиз не брала трубку, и я сама начинала паниковать. Ещё несколько попыток дозвониться к подруге, и она всё-таки ответила.

Пару минут недовольных возгласов Лиззи и нас «освободили из заточения».