Арамов монотонно о чем-то рассуждал. Его голос сливался в ровный, раздражающий гул. Я кивал, вставлял нужные реплики, играл партию идеального партнера. Но мои мысли были совершенно в другом месте.

Они были с Алиной. Я держался изо всех сил, чтобы не послать все к чертовой матери и не увезти ее домой в этом откровенном платье.

На нее пялились все в этом гребаном ресторане. Только Арамов на нее не глазел. Видимо, возраст уже не позволял пускать слюни на чужих жен. И на том спасибо.

Не хотелось мне ее одну отпускать даже в уборную. Мало ли кто к ней приставать будет. Успокаивало лишь то, что с ней был Глеб. Он проверенный человек, лишнего не сделает и не скажет.

Я бросил короткий взгляд на часы на запястье. Двенадцать минут. Она ушла «припудрить носик» двенадцать минут назад. Для женщины в вечернем платье это, возможно, норма. Но инстинкт, который годами спасал мне жизнь, вдруг взвыл сиреной.

В памяти всплыл наш поцелуй в спальне. То, как она цеплялась за мой пиджак. Она не отвечала мне взаимностью. Нет, она никогда так не делала. Она прощалась. Блять.

Я резко отодвинул стул. Ножки с противным скрежетом проехались по паркету.

— Борис Исаевич, прошу прощения, — мой голос прозвучал жестче, чем требовал этикет. — Небольшой форс-мажор. Мне нужно проверить супругу.

Арамов нахмурился, явно недовольный тем, что его перебили на полуслове.

— Дмитрий Александрович, мы обсуждаем серьезные вещи. Уверен, с вашей женой все в порядке…

— Я вернусь через минуту, — отрезал я, уже не заботясь о том, как это выглядит, и широким шагом вышел из VIP-зала.

В коридоре было пусто, если не считать Глеба, который неподвижной скалой возвышался у двери с табличкой женской уборной.

— Выходила? — рыкнул я, подходя ближе.

Глеб вытянулся по струне, заметив мое бешенство.

— Никак нет, Дмитрий Александрович. Жду.

— Ты идиот, — процедил я и, не раздумывая, толкнул дверь.

Она оказалась заперта изнутри. Я не стал стучать или звать. Я просто ударил ногой чуть ниже замка. Деревянная дверь треснула и распахнулась настежь, ударившись о стену. Глеб дернулся за мной, на ходу расстегивая пиджак, чтобы достать оружие.

Внутри никого не было. Только приглушенный свет, идеальная чистота и запах ее духов. Я окинул взглядом помещение. Мой взгляд мгновенно зацепился за две вещи, лежащие на мраморной столешнице у раковины. Мои подарки: новый телефон с жучком и колье. Бриллианты холодно сверкали в свете ламп. Она сняла его. Оставила мою защиту. Пиздец.

Я подошел к раковине и сжал колье в кулаке так, что грани камней впились в кожу. Ярость ударила в голову, ослепляя. Кровь зашумела в ушах. Глупая, наивная девчонка! Куда ты побежала? Ты думаешь, что сбежала от чудовища? Думаешь, я твой главный враг?

— Дмитрий Александрович… — неуверенно начал Глеб, заглядывая в приоткрытую служебную дверь в уборной. — Тут выход в подсобку, а через нее выход на кухню…

— Найти её! — рявкнул я так, что Глеб инстинктивно вжал голову в плечи. — Поднять всех! Оцепить район, проверить каждую камеру в радиусе километра. Если с её головы упадет хоть один волос, я вас всех лично закопаю!

Я вылетел из туалета, на ходу доставая свой телефон. Навстречу мне уже спешил администратор ресторана, заламывая руки, а позади него маячил недовольный Арамов.

— Дмитрий, что происходит? Вы срываете наши договоренности! — возмутился олигарх.

— Пошли к черту ваши договоренности, Борис Исаевич, — бросил я, не сбавляя шага. — Сделка откладывается.

Арамов побледнел от такой наглости, но мне было плевать. Пусть катится к дьяволу со своими связями. Если я потеряю Алину, всё это не имеет никакого смысла.

Я выбежал на улицу. Охрана уже носилась по периметру, прочесывая задний двор. Ночной холодный воздух немного остудил пылающее лицо. Она просто напуганная девушка. Я запугал ее контрактом, чтобы удержать, а в итоге собственными руками вытолкнул за дверь.

Телефон в руке завибрировал. Звонил Михаил, начальник охраны.

— Да! — рявкнул я в трубку.

— Дмитрий Александрович, мы подняли камеры системы «Безопасный город», — голос Михаила звучал напряженно, почти обреченно. — Она вышла через черный ход и поймала такси на соседней улице.

— Номер машины? Маршрут? Перехватывайте, блять, чего вы ждете?!

— Мы не можем, Дмитрий Александрович, — повисла тяжелая, смертельная пауза. — Мы отследили маршрут такси. Десять минут назад на выезде на эстакаду машину подрезали.

Сердце остановилось.

— Что значит подрезали?

— Два черных внедорожника без номеров. Они заблокировали такси. Камеры зафиксировали захват. Девушку пересадили в одну из машин.

Я закрыл глаза. Мир вокруг перестал существовать. Остался только гул крови в ушах и адская боль в груди, затмевающая даже раненое плечо.

— Чьи машины, Миша? — мой голос стал абсолютно мертвым.

— Почерк Северина, босс. Они пасли нас у ресторана. И дождались, пока она останется одна.

Телефон хрустнул в моей руке. Северин. С бизнесом не получилось, решил жену увести. Урод.

— Собирай людей, — тихо, почти шепотом сказал я. — Всех, кто может держать оружие. К утру Алина должна быть дома.