– Садитесь и расскажите, как вы додумались скопировать себе чужую структуру фиала и зачем активировали его ради смены облика на деревья, – не дав времени, чтобы подумать и выдумать правдоподобную отмазку, велел декан, махнув в сторону диванчика. – И не коситесь, посторонних тут нет, але Тингордиан, как преемник але Креейла, исполняет его обязанности.

Больше всего декан сейчас досадовал именно на то, что все попытки выяснить причину взрыва в рабочем зале кристалла команды Кираны оказались впустую по одной банальной причине. Фиалы отбывших команд уже были пусты (у девиц) или исчезли (у парней). Потому эффект резонанса, с высочайшей долей вероятности послуживший причиной взрыва, ни отследить, ни воссоздать возможности уже не было. Так же, как и просчитать этакую несусветную глупость! Воистину перед блеском полного идиотизма меркнут даже самые хитроумные интриги, потому что в канву логических выводов не попадают!

Конечно, рабочие студенческие залы в университете изолировались максимально, но один из законов применения личных фиалов не зря предостерегал от одномоментного (во временных рамках одного дня) применения фиалов одного типа на одной территории. Могло случиться что угодно. Вселенная любила разнообразие и обычно не жаловала скучных повторений. Оно, собственно, и случилось. Ребята с блеском подгадили и себе, и остальным.

– Так Ила сказала, что ее тетка сказала, что так можно, что это не кража, у нас узор все равно другой будет, – бросив на паладина настороженный взгляд и сжав руки в пудовые кулаки, ляпнул Грах, с трудом складывая слова в связные предложения. Не потому, что дурак, а потому что говорить теперь, после того как привык расти и шелестеть листочками, было сложно. Уже одно то, что смог так быстро и связно заговорить, свидетельствовало, что за внешностью туповатого здоровяка кроются очень неплохие мозги.

– Эй, Грах, а как ты нам икотник-то подкинуть умудрился? – не утерпев, влез с вопросом Род. Это его интересовало куда больше, чем идиотский приворот от Пиа. Мальчишки!

– Рогатка, – пожал широкими плечами парень, ответив на заботивший команду вопрос.

Да уж, зайти в рабочий зал было нельзя, даже невидимым, а вот забросить туда камешек с вредительским плетением оказалось вполне себе реально.

– А в деревья мы случайно, але Фрауст. Так получилось, – вспомнив, как говорить через рот, а не шелестом, добавил Эхинд почти стыдливо, что для амбициозного и нахального русала являлось редкостью. – Как в Сеасадонию перенеслись, так местный тритоний патруль в нас залп из гарпунов зарядил. Ничего и слушать не стал. Даже меня! Укрыться совсем негде было, под рукой только фиал с собранным составом. Вот Грах его и грохнул о скалу случайно. И оно так подействовало. Спасти-то спасло, даже наблюдали всех местных в естественной среде все те годы, пока корни росли и листья, материал собирали. Как ума не лишился, сам не знаю.

– Поскольку за преобразование при переносе отвечала магия фиала, содержащая суть Кристалла Университета, она и хранила вас до некоторой степени, помогая сохранять разум. Впрочем, с Илой, Севери и, очевидно, с ее чрезмерно образованной тетей я тоже побеседую, когда девушки будут способны к осмысленному диалогу, – резюмировал Ториал, опуская упоминание о подброшенном Грахом в зал команды Кираны камешке-икотнике и наказании за каверзу.

– А с ними чегой? – неподдельно встревожился Грах, больше переживая за свою обоже, нежели за какие-то наказания. Ну не убьют же их? А все остальное сущая ерунда в сравнении с благополучием симпатичной сердцу девушки.

– То же, что и с вами, – коротко ответил декан.

– Только вы деревьями стояли, а они муравьями ползали, – в сердцах брякнул Род. – В Ильреон уже доставили. За ними сейчас Альрау але Креейл присматривает.

– Как так-то? – пытался и не мог собрать пазл происходящего Грах.

Думалось в вернувшемся теле туговато, и выглядел крупный полуорк каким-то встрепанным или даже припухшим. Словно не деревом только что был, а квасил с ордой соплеменников не меньше недели. Или у него вместо сока бухло бежало на постоянной основе, потому он и выглядел таким разочарованным жизнью в целом и ситуацией в частности?

«М-да, если от целого взять немножко, то это не грабеж, а просто дележка», – процитировала Кирана старую присказку несунов.

– Так как закон резонанса фиалов, который вы, похитители чужой интеллектуальной собственности, решили проигнорировать. Или отмели именно потому, что считали, будто у вас другой фиал будет? – вскинул бровь Ториал.

– Какого такого резонанса? – ляпнул Эхинд, более-менее успешно возвращающийся в форму.

– О котором вы все поведаете мне на пересдаче предмета «Фиалы: их свойства, законы создания и применения», – прохладно объявил неучам декан.

Шиаро же просто спрятал лицо в ладони и так сидел, чуть заметно покачиваясь. Пальцы левой руки юноши чуть заметно подрагивали, будто норовили перестать прикрывать лицо и желали схватиться на короткий клинок на поясе.

– Шиаро, ты не знал, откуда взялся образец структуры фиала? – первым догадался о причинах странного поведения эльфа декан.

– Я не имею права вести беседу. Я потерял лицо, – обыкновенно мелодичный голос надменного юного эльф звучал надтреснуто и скрипуче, как голос древнего старика.

– Пф, – пренебрежительно фыркнул Эхинд, ничуть не тронутый душевными страданиями юного эльфа. – Как ждать, чтоб мы тебе гениальную структуру в момент обсчитали и компоненты собрали – так имеешь, а как поинтересоваться, что и откуда, так нет, чистеньким перед своим Лесом предстать хочешь!

– Но вы никогда не говорили, – эльф растерялся настолько, что даже ладони от лица отвел и округлил глазки миндалевидные, лиственно-зеленые, как и полагается носителю чистой крови, до состояния блюдечек.

– А ты слушал? – фыркнул Грах, очень расстроенный не столько ситуацией с фиалами и ее последствиями, сколько неминуемой пересдачей предмета, который уже успел благополучно забыть, как страшный сон. – Сразу какую-нибудь высокопарную речугу о долге и высшем предназначении толкать начинал, будто мы не команда, а твои длинноухие подданные из леса. И так все четыре года. Проще самим делать, а от тебя лишь фиалы получать.

– Я одного не понимаю, почему, пройдя Тысячью Дверей, они собрались в команду? – брякнул пораженный Род. Такого отчужденного отношения друг к другу он и представить не мог. А когда встречался с ребятами в университете, не вникал. И на общих заданиях, которые делал курс, тройка Шиаро не выглядела сварящимися идиотами. А оно вот как обернулось.

Впрочем, декан выглядел столь же задумчивым и неприятно удивленным, как и Родгард. Будто искусно запудриваемый нарыв на личике красавицы лопнул и обдал гноем всех присутствующих и не успевших отвернуться.

– По остаточному принципу? – пожала плечами Кирана, без малейшей жалости разглядывая одного гордеца и пару хитрецов.

– Кристалл не ошибается, Кира, – промолвил Ториал, – но дороги для создания единой команды подчас бывают очень длинны и извилисты.

– Согласна, – кивнула девушка, – но моей версии ваша не отменяет.

– Что с нами будет, декан? – почти спокойно, готовясь принять все, вплоть до отчисления, поинтересовался тритон. Толку переживать, все, что могло, уже случилось. Вода утекла.

– Пересдача теории фиалов, как и двум студенткам, чьей идеей вы воспользовались, а потом и новая дипломная работа, но сначала не менее полугода академического отпуска для восстановления, – принял окончательное решение Ториал.

– Але, благодарю за ваше великодушное решение. Я предлагаю Севери але Пиа, Иле але Клайз, Имаго але Граху и Эхинду але Омор восстановить силы в моих владениях. Если в исцелении нуждается твоя команда, але Мрайс, то мое приглашении распространяется и на вас. Поместье Лес Диэльс готово принять всех. Докучать своим обществом я никому не буду, но целительные воды Леса пойдут нам во благо.

– Если твои приглашенные не будут возражать, – повел ладонью декан.

– Мы подумаем, – переглянувшись с Грахом, ответил Эхинд быстрее, чем друг выпалил «да» только потому, что в леса могла отправиться Севери.

– Благодарю за щедрое предложение, але Мифеа, мы не нуждаемся в лечении, – покачала головой Кирана, потому что никто из ее друзей иметь дело с эльфом не рвался. К тому же настолько, чтобы отправить туда погостить без присмотра чудесную Алию, ни мир Шиаро, ни сам эльф не накосячили при всех своих стараниях.

Велев проштрафившейся тройке зайти к штатному целителю факультета на осмотр, но перед этим написать коллективную объяснительную и сдать ее секретарю, але Ториал выпроводил студентов из кабинета. Декан понимал, что студентам серьезной помощи целителей университета не требуется, их хранила пусть и криво использованная магия фиала, но правила есть правила. После таких приключений со сменой облика осмотр положен. Но и то, что всем троим надо прийти в себя, тоже виделось четко. Переход от гуманоида до дерева и обратно легок только для метаморфов и дриаданов.

После ухода тройки студентов на несколько секунд воцарилась тишина. Ее нарушил деловитый голос Мелвина:

– Але Ториал, я неважно ориентируюсь в уголовном законодательстве Ильреона. Но с точки зрения логики странные советы родственницы нашей студентки можно расценивать по меньшей мере как провокацию.

– Разберемся, – коротко пообещал Трауль, вступивший в беседу. – Сначала надо убедиться, что идея исходила именно от тети Илы, а не была ее собственной. Я побеседую с девушкой.

А Род почему-то поперхнулся и неуверенно, совершенно очевидно морально собравшись с силами, предложил:

– А может, мы сами, дядя, а декану и тебе потом все обскажем?

– Не уверен, что это будет целесообразно, – качнул головой паладин.

Интонации его были прохладно-невозмутимы, но почему-то они заставили синхронно поежиться всех присутствующих, даже декана. Мел и вовсе передернул плечами так, будто ему за шиворот насыпали горсть ледяного крошева.

Кирана невольно поморщилась. Нет, отвращения к любым методам, которые применял в миссиях своих паладин, она не испытывала. Работа есть работа, и порой она очень специфична. Остаться в белых перчатках получается далеко не всегда. Но мысль о том, что опекун будет вынужден мараться из-за ерунды, лишь ради того, чтобы допросить взбалмошную девицу, неприятно кольнула.

Кира але Трауля слишком уважала и потому тихо спросила у крылатой чудесницы:

– Алия, как думаешь, твой дедушка может сотворить нечто, способное нам помочь?

Крылатая внучка прихмурилась на миг-другой. Она то ли обдумывала, то ли вглядывалась в дали, неведомые обывателям, будь они хоть сто раз отличниками университета Ильреона или даже выпускниками. То ли чудесное создание вовсе пролистывало пласты вариативных реальностей, как каталог модницы. И, расплывшись в улыбке, от которой почему-то снова чуть заметно вздрогнул даже Род, обожающий свою красавицу, Алия согласилась. Аж подпрыгнула от избытка энтузиазма, захлопав в ладоши:

– Может-может! Я дедушке расскажу, ему будет интересно, и заскучать не успеет!

Договорив, Алия коснулась запястья, где переливалась радуга, и, высоко подпрыгнув, исчезла прямо в воздухе.

– Чего-то мне кажется, все пятеро на любого личного дознавателя, даже из канцелярии наместника, согласились бы для себя и для Илы. Может, не надо Алию и дедушку утруждать? – осторожно попытался дать заднюю передачу Мел.

– Поздно, – припечатала Кирана, с трудом подавив хулиганское желание разразиться смехом а-ля безумный темный гений и коварно потереть ладошки. – Процесс пошел. И вообще, такому дедушке скучать тоже опасно! Лучше творить и вытворять под присмотром.

– Не знал, что у Алии есть дедушка, – отметил декан, бывший в курсе семейных дел своих студентов. Каждого из студентов. Не из жажды патологического контроля, скорее, из-за расовой особенности восприятия. Дриадан, не знающий своих корней, считался бы ущербным.

– Теперь есть, нашла, – дал справку Род о внезапном прибавлении в семействе и присовокупил скромную ремарку, как комплимент своей любимой: – Он гений химерологии.

– Что ж, теперь понятно предложение Киры привлечь его к делу, – согласился декан и шкурно поинтересовался, переплетая пальцы в такой немыслимый узел, на какой были способны лишь конечности потомка дриаданов: – Как полагаете, получится пригласить его прочесть лекции в университете, пусть не на постоянной основе, а хотя бы цикл по ряду профессиональных тем? Разумеется, с соответствующей оплатой.

– Почему нет, – прикинула варианты Кира. – Пожилому человеку будет приятно, если его мастерство оценят по достоинству не кандалами и башней на самом краю мира, а внимательными слушателями и звонкими монетами. Внучку побалует! И опять же при деле будет!

В Ильреоне, благодаря его статусу многорасового, открытого гостям мира с многочисленными гильдиями и учебными заведениями, был отлично отлажен практически мгновенный механизм подтверждения квалификации. Речь шла об артефакте – даре Могуществ, способном с минимальными погрешностями установить уровень профессиональной пригодности гостя, коррелирующийся с ильреонским.

Достаточно было зайти в одно из зданий рядом с Храмом Могуществ, потратить пару монет и минутку-другую, чтобы подержать руку на красивом радужном шаре. После чего на поверхности артефакта проступали письмена (квалификация, профессия или перечень оных) и местный клерк заносил данные в реестр. Клиенту выдавалась бумага, заверенная печатью Могуществ. Монеты, ясное дело, шли не Могуществам, а на зарплату клеркам.

Стоила услуга сущие гроши, но была столь востребована гостями мира, желающими поработать в его пределах или потешить собственное самолюбие красивой бумагой, что приписанные к артефакту работники с хлеба на воду не перебивались. А Ильреон, как государство, получал некоторое представление о тех, кто желал поселиться или заняться в его пределах деятельностью, требующей подтверждения способностей, подчас весьма специфичных.

Кира, правда, не была уверена, что дедушка захочет где-то регистрироваться добровольно. Слишком уж успел натерпеться от тех, кто считал себя властью и высшими судьями. Но ради внучки и права повыкобениваться перед студентами, щегольнув знаниями? Дело могло выгореть! Двойной стимул-то неплох.

– Эй, Кирюнь, так что, вся эта петрушка с муравьями, деревьями и нашим забыванием не из-за камешков приворотных и икотника заварилась, а из-за резонанса фиалов, а подброшенные камешки особой роли не сыграли? – с некоторым запозданием дошло до Родгарда.

– Думаю, все в комплекте пошло, резонанс стал основой, а камешки – вишенками на торте, – выдала предварительный диагноз аналитик Кирана. – Точнее але Ториал и але Норнауд нам потом расскажут.

– Проблема в том, что согласование содержимого фиалов возложено на руководителей проектов, а у каждой команды он был свой, – со вздохом признал декан, машинально выращивая листик на запястье правой руки и втягивая его назад в оливковую кожу. – Тема проекта и все с ней связанное моими коллегами изучалась очень внимательно, а вот фиал перехода с замещением личности выглядел почти стандартно. Увы, незначительных доработок, внесенных другими студентами, оказалось недостаточно, чтобы убрать эффект синхронизации при почти одномоментном применении. Предварительно соглашусь с Кираной, именно это и послужило причиной сбоя. Стоит лишь благодарить четкость ваших расчетов и Волю Могуществ, охранивших всех наших студентов.

– Вы там скоро? – нетерпеливый голосок через заклятье-вестник Алии прозвенел сигналом к началу занятий, до которых оставались считаные дни.

– Уже бежим, теряя тапки, только сначала разберемся куда: в храм к Могуществам, к твоему дедушке или в поместье Тингордиан, – отозвалась Кирана, тут же сплетая вестник в ответ.

– Конечно в поместье, – подруга даже удивилась наличию вариантов и снизошла до объяснений в телеграфном стиле вместо традиционных загадок. – Дедушка уже все сделал и отдыхает, его не надо будить. Могущества сами велели нам разобраться с пропавшими студентами, и будут ждать завершения истории. Иначе неинтересно.

– Идем, – согласился Трауль и предложил: – Перенесете нас вашими метками к але Ильм?

Декан с любопытством пронаблюдал, как действует в качестве телепортационного круга радужный знак Могуществ, и вернулся к бумагам. Следовало начать писать докладную ректору о пропавших и возвращенных студентах.

Алия вместе с Тучкой ждали друзей у полянки, поблизости от которой на лугу проходил пикник команды. Сейчас чем-то похожим в компании все тех же феек занимались две спасенные из муравейника девицы. Севери и Ила сидели на пледе и наглаживали черного лохматого пса, лениво вывалившего набок язык. Тучка явно служил гостьям живой подушкой релаксации. Фейки не липли к девицам так, как к членам команды Кираны и Алии персонально, но вились рядом просто потому, что они теперь тут жили.

Рыжая Ила и темноволосая нескладная Севери не только гладили здоровенного пса, они еще и, вопреки всем диетическим нормам Земли, ели медовые сладости. Кувшин с морсом и стаканы стояли рядом на плоском камне. Странно, раньше такой тяги к сладкому за этими студентками Кира не замечала. Как вариант, не считала нужным подмечать такие мелочи. Но, может, дело было в том, что на вернувших человеческое обличье девушек до сих пор влияли муравьиные пристрастия? А поскольку большой вкусной тли рядом не водилось, пришлось девицам довольствоваться человеческими сладостями.

Альрау мерцал в тени деревьев, приглядывая за парочкой, чтобы чего-нибудь не натворили случайно. В то, что станут чудить нарочно после приключений в мире насекомых, обрис не верил. Девицам хватило пережитого с перехлестом.

Ила и Севери питались с аппетитом, но моргали уже сонно. Нервное напряжение отпускало, и наваливалась усталость. Команду Киры они увидели и поздоровались по студенческому обыкновению поднятыми вверх ладошками правой руки и сжатием их в кулачки.

– Значит, нас не отчислят? Точно? – продолжала разговор Ила, по всей видимости, уже задававшая этот вопрос.

– Нет, декан только на пересдаче настаивает, – на удивление терпеливо подтвердила Алия.

Она сидела рядом с девицами, но ничего не ела и не пила. Завидев друзей, бодро махнула им и играть в дипломатию не стала, в лоб спросила у Илы:

– Почему ты захотела перенять структуру именно нашего фиала для дипломной?

– Тетя посоветовала брать пример с лучшей команды, чтобы диплом отличный сделать, – простодушно улыбнулась рыжая.

– Она скопировать чужой фиал посоветовала? – изумленно брякнул Род, просто обалдев от такой вопиющей наглости. – Так и сказала?

– Не так, но я подумала, что она сказала скопировать. И Эхинду почему-то тоже так сказала, – наморщила лобик девица, будто удивлялась сама себе.

– А тетя у тебя очень умная? Мамина старшая сестра? – вступила в беседу подошедшая Кира.

– Нет, у мамы нет сестер, только брат, младший, караваны меж мирами водит, а тетя… она какая-то бабушкина тетя, – туманно ответила Ила, для которой запутанное семейное древо было привычным, а потому не стоящим внимания. – Она к нам погостить часто приезжает.

– Старушке одиноко? – понимающе и даже с толикой сочувствия (больше обманщицы не заслужили) хмыкнул Мелвин. Он слишком часто страдал от любвеобильных родственников и их непомерного любопытства, касающегося мельчайших деталей его личной жизни.

– Тетя Дайара совсем не старая, она красивая, но очень одинокая, – вяло возразила Ила и неожиданно всхлипнула: – Я думаю, ее сердце было разбито трагической любовью. Он погиб и обрек ее на вечное одиночество!

Глядя на скуксившуюся Илу, скривила рот и Севери. Секунда-другая… И вот уже обе девицы заревели удивительно слаженно, как парочка описавшихся младенчиков.

Кира закатила глаза. Вот чего она терпеть не могла, так это неуместных девичьих соплей. Розовые никчемные «страдашки» на пустом месте раздражали чище зубной боли. Роду и Мелу стало неловко, Трауль тоже поморщился. М-да, длительное пребывание в муравьиной форме малость перемкнуло девочкам головы. И вернуть все, как было (об улучшении никто даже заикаться не стал), теперь могло лишь время и, пожалуй, нужное место с терапевтической компанией волшебного роя юных феек.

К вопросу почти приворота, который использовала Севери, чтобы завоевать симпатию Рода, возвращаться снова не стали. Чего уж, дело прошлое. Девчонки и так за все заплатили с лихвой: и за кражу, и за приворот.

А вот Альрау тихо хмыкнул, в два шага скользнул к Иле и заглянул в глаза, проведя почти невесомо по голове.

– Какой любопытный узор, – одними губами шепнул безопасник и снова ушел в тень.

Алия же наклонилась к рыжей и, откинув с шеи прядь волос, подцепила что-то пальчиками.

Ила, жалея себя, одинокую тетю и вообще весь мир разом, продолжила рыдать, так ничего и не заметив. А потом обе ревущие девушки разом обмякли и, свернувшись клубочком, дружно засопели на пледе. Голубые и зеленые искорки фейской магии укрыли студенток.

– Поспят и будут здоровы, а мы можем идти, – оповестила всех крылатая бестия и в сопровождении кучи веселых феек устремилась к поместью танцующей походкой. В пальчиках у нее по-прежнему было что-то зажато.

– Не замерзнут девчонки-то? Ничего себе на земле не отлежат? – слегка озаботился Род.

– Тут же фейки поселились, они холода не любят. Теперь здесь всегда будет тепло, а земля для тех, кого они принимают, мягче перины покажется, – пожала плечиками Алия, напоминая прописную истину.

Трауль довольно улыбнулся. Паладин мог не замечать очень многих неудобств, холода, жажды, голода, ран, но любить сырость и стылость его никто не заставлял. После сурового воспитания и буквально школы выживания в горах тепло и комфорт Трауль ценил. Потому, и особенно в силу надвигающейся осени, мелкотне, полезной для микроклимата поместья, достался благосклонный взгляд.