На площади у Храма Воплощенных в Кристаллах Могуществ в условленный срок встретились пятеро. Вполне вероятно, ранее площадь для столь низменных поводов никем не использовалась. Но все когда-нибудь бывает впервые. В том числе и групповой поход новеньких служителей в отличный ресторан для укрепления духа коллективизма и наслаждения вкусом прекрасных блюд.

Даже Мел довольно оглядел компанию. Выглядели все прилично. Обрис, как и Мелвин, вообще походили на моделей для съемок модного журнала, Кира и Алия смотрелись контрастно. Светло-серый с тонкой бледно-лиловой полоской брючный костюм первой с очками на витой цепочке, украшавшими грудь, и летящее платье второй. К нему аксессуарами были все еще не завядшие цветы, подаренные вчера мелкими летунами, и призрачные крылья за спиной. Род, старавшийся оказаться поближе к предмету любви, на фоне хрупкой девы выглядел втройне выгоднее, надежнее и основательнее.

Денек стоял погожий, теплый, потому пару кварталов до «Пыльцы фей» все прогулялись с удовольствием. Особенно интересен был путь путешественникам через миры и жизнь. Или жизни? Вроде бы великолепный мир Ильреон ничуть не поменялся за время их отсутствия, а все равно казался каким-то другим. Или это они немного изменились? Или изменились сильно? Но где тот самый прибор, которому по силам изменить неизмеримое? Может быть, где-то и есть, только никто его искать прямо сейчас не собирался.

Знакомая широкая веранда «Пыльцы фей» – белый камень с заблудившимися в его толще золотыми искрами и изобилие цветущих плетеных растений (зелень листвы и радуга соцветий) были видны издалека. А еще от ресторана даже с изрядного расстояния доносился влекущий, пусть и не распознаваемый четко аромат.

Кире чем-то он напоминал запах маленькой частной пекарни с Земли, к которой с раннего утра стекался народ, распробовавший вкус настоящего хлеба. Нет, от фейского ресторана, конечно, пахло не хлебом, но чем-то очень съедобным и уютно-праздничным. Само здание словно искрилось от магии и толики витающей в воздухе пыльцы.

Были ли в ресторане постоянно свободные места, или каждый, переступавший порог ресторана, как в случае с храмом Могуществ, оказывался в некоем своем варианте пространства, подпадая под власть фейской магии, не ясно. Насчет последнего никто утверждать бы со стопроцентной вероятностью не взялся, да и тайны бизнеса мелкая крылатая братия хранила ничуть не хуже, чем большая бескрылая. Тут размер значения не имел ни малейшего.

Но одним из косвенных доказательств игр с пространством Кира считала то, что именно на веранде – месте, открытом взгляду, свободных столиков почти никогда не бывало. Или просто веранда пользовалась сумасшедшим спросом в любой сезон? В ненастье ее просто прикрывал прозрачный защитный полог. Очень своеобразный. Стылость и лишнюю влагу он внутрь не пропускал, но тонко-терпкий аромат осени проникал свободно.

В прямом смысле отдельных кабинетов в «Пыльце фей» не имелось. Однако причудливое сочетание живого (настоящие стволы великанов-деревьев со светлой корой) и резного дерева (великолепнейших ширм) искусно разграничивало пространство. Посетители не мешали друг другу и могли наслаждаться уединением или обществом тех, с кем прибыли в ресторан. Потому Род, обещавший Кире снять весь этаж, конечно, шутил. Одного стола, если, конечно, не отмечался великий праздник какой-нибудь большой семьи, всем хватало с лихвой!

Причем блуждать и искать свой столик гостю не приходилось. Стоило лишь в первый раз занять место, потом посетитель, отлучившийся подышать воздухом в сквере рядом или в «кабинет задумчивости», безошибочно находил свое место, не ломясь к чужим. Даже изрядно принявший на грудь посетитель. Что, по мнению Киры, точно не обошлось без уникальной фейской магии особенного свойства.

У арки входа новых гостей встречала прелестная, искрящаяся зелеными искорками фея в изумрудно-розовой тунике. Что удивительно, сочетание обычно несочетаемых цветов было подобрано столь удачно, что не только не резало глаз, но и изумительно шло владелице.

Очаровательное розовокудрое создание, чей рост не превышал локтя, парило на уровне плеч визитеров. При явлении Рода и компании милейшая крошка просияла самой радостной, совершенно недежурной улыбкой и, рассыпая крохотные изумрудные искорки, подлетела ближе.

– Счастливого дня, але! Ваш столик ждет! Последуйте за мной! Для нас честь угощать тех, кто привел из погибающего мира ройф.

– Кого? – Род, удивленно замерев столбом на пороге, изо всех сил пытаясь сообразить, чего они такого сделали в последнее время подходящего под заявление летающей пигалицы. Уж больно много всякого выходило по списку.

А Кира едва не наткнулась на притормозившего друга, давая шанс «зловещему обувному проклятию» взять верх над собой. Нет, испачкаться в ресторане было негде. Если, конечно, не влезать в имитирующий живописное озерцо искусственный водоем посередине помещения с милыми верткими рыбками. А вот сбить носки у кожаных туфелек запнувшись на ровном месте – запросто! Для такого даже особого таланта вандала не требуется, только обычная секундная неуклюжесть.

Больший шанс прикончить обувь выпал бы лишь, случись Киране пролить что-нибудь экстраедкое из эксклюзивной коллекции соусов. Но зачем? Так издеваться ни над обувью, ни над собственным желудком девушка не планировала. Да и среди друзей у нее охотников до настолько острой пищи не водилось.

– Ройф, – четко повторила миниатюрная красавица, подлетев поближе к парню. – Вы призвали его, спасая. Дозволили жить и взрослеть в сплетении живых ветвей и цветов.

– Так вчерашняя мелочь все-таки была фейской! – запоздало осенило Рода. – Только почему-то не болтливая и крылья маловаты.

– Мы взрослеем иначе, – пояснила сопровождающая. – Крылья с пыльцой тоже признак зрелости, как и речь. Старшие слишком крепко привязаны к миру, где обитали, и уходят вместе с его гибелью. Дети, если откликнутся на призыв, могут обрести новое рождение и жизнь.

– Так ты знала, Алия, и ничего нам не сказала? – не то чтобы возмутился, скорее привычно удивился Родгард очередной выходке дивной девушки. Сердиться на нее по-настоящему парень просто не умел.

– Так веселее, – повела своими прекрасными призрачными крыльями загадочная спасительница ройфа, во всей красе продемонстрировав свой стиль поведения.

– Ваших старших жаль, – задумчиво проронил Мелвин, оценивая фактически конец расы погибшего мира.

– Не жалей, – светло улыбнулась маленькая красавица. – Они сплетаются с силой уходящего мира, чтобы родился новый. Это почетное право и великая честь!

«Вот так, мимоходом в ресторанчике и открываются тайны Вселенной, – слегка ошалела от ошарашивающей информации Кира. – Кто ж мог знать, что мелкие крылатые создания, подчас надоедливые, шумные и доставучие, столь значимы для экосистемы миров? Может, только Алия, но ничего не сказала друзьям, чтобы, как она выразилась, было веселее».

И тут уж Кирана затруднялась с решением, чья «альтернативная» логика и столь же своеобразный «юмор» ей ближе: Могуществ, Воплощенных в Кристаллах, с их благом для Мироздания или вполне себе смертной подруги. И те и другая могли легко загнать в тупик своими суждениями и решениями. И при всем при этом искренне не понимать затруднений жертв их мышления.

Ошарашив гостей заведения откровением, очаровательное создание сопроводило их до столика и собралось упорхнуть.

– Эй, так вы мальков из нашего сада заберете? – запоздало уточнил заботливый Род, уже начиная продумывать способы оптовой поимки и транспортировки неугомонной летающей братии. Не сачками же их, как листравок, вылавливать?

– Зачем? – искренне удивилась миниатюрная красавица, чуть шире распахнув яркие зеленые очи. – Вы их пригласили, и они приняли приглашение. Теперь в этом краю на Ильреоне их новый дом.

– Вот дядя-то обрадуется, – растерянно почесал макушку парень, слегка приуныв от предстоящего разговора с родственником о массовом пополнении среди жителей поместья.

– Конечно! – уверенно подхватила фея, затрепетав крыльями так, что с них фонтаном посыпалась пыльца. – Те края, куда по доброй воле приходят жить юные, благословенны!

– Эхм… ну да, – запоздало согласился Род, припоминая что-то из громадного объема общих знаний, которые в него годами пихались сначала дядей и нанятыми учителями, а потом и в университете Ильреона когортой эрудированных преподавателей, каждый из которых буквально жил и горел своим делом. Иных в стены университета не приглашали.

Мелвин тоже исполнил жест согласия. Масса педагогов и родственников, утрамбовывавших знания в его голову, вряд ли была меньше. Ему повезло лишь с отсутствием жёсткого прессинга по части физической подготовки. Конечно, кое-что перепадало от дяди Трауля, случись юноше гостить у друга, но не так, не так. Больше даже Киране доставалось. И нет! Стыдно за это Мелвину ни капельки не было. Не предназначен он для свершений на поле брани, он же не великий воитель, защитник Джокеров, божественный Нрэн Лоулендский, Мел лучше поработает головой!

А Кира… Она тоже умная, но совсем не хрупкая. Подруга, как казалось юноше, вообще все может или сможет, если захочет. А что не хочет, так потому и не хочет, что умная. С тех, кто может слишком многое, слишком многое требуют и слишком многого ждут.

Компанию приняли миниатюрные кожаные диванчики у стола в нише. Местечко было искусно скрыто резными ширмами оттенка мокко, густо увитыми изумрудным плющом и деревом с удивительной золотистой гладкой корой.

Трехъярусная ваза свежих фруктов, части которых Кира даже не ведала названий, и графин с чистой водой уже ждали гостей, чтобы те могли утолить жажду и спокойно выбрать блюда из обширного меню и карты напитков ресторации.

Алия взяла лишь бокал с родниковой водой, парни же сразу набросились на фрукты. Кира окинула овальное блюдо задумчивым взглядом и взяла нечто размером с чернослив, но переливчатого, как морская раковина, оттенка.

И пусть лучшими садовниками считались испокон века дриаданы, на ступень ниже от них стояли именно феи. В своих зачарованных пыльцой садах они ухитрялись выращивать и создавать удивительные растения. Вернее, удивительно вкусные растения!

Сейчас, надкусив забавный радужный фрукт, Кира насладилась свежестью чуть подслащенной и капельку пряной родниковой водицы. И только потом раскрыла книгу меню. Было бы неплохо съесть чего-нибудь мясного и пару-тройку салатов. Или стоит остановиться на рыбе?

Додумать ценную мысль девушка не успела, блузку на груди щедро оросило ярко-оранжевым соком, брызнувшим из неуклюже надкусанного Родом продолговатого плода коричневого цвета, казавшегося помесью картошки с яблоком. Такой степени сочности от него явно никто, в том числе и сам горе-дегустатор, не ждал.

– Прости, прости, Кирюня! – забормотал парень и попытался кинуться к подруге. Правда, совершенно непонятно зачем. Снимать грязь одним прикосновением никто из компании не умел, даже Мелвин. Хотя последний много бы отдал за такой ценный дар.

– Сиди, – насмешливо фыркнула девушка, уж больно комично выглядела открытая паника друга, – до умывальника я дойду и сама. Конвой не нужен.

Встав с диванчика, Кирана ушла приводить себя в порядок. Правда, перед уходом ткнула пальчиком в выбранные пункты меню.

Но свои возможности по части безопасного маршрута Кира переоценила. Отмыть и высушить блузку она успела точно по плану, но дойти от умывальника обратно, ни на что не отвлекаясь, ей было не суждено.

Кого-то, если верить звукам, так творчески выворачивало наизнанку за соседней дверью в мужскую комнату отдыха, что даже чёрствое сердце педагога дрогнуло. Или дело было в банальном любопытстве? Что же такое надо было кому-то съесть в элитарной ресторации, чтобы настолько скрутило? Стоит узнать и избегать всеми силами, или, напротив, посоветовать кому-нибудь из потенциальных недоброжелателей. Движимая в равной степени сочувствием и любопытством, Кира приоткрыла дверь.

Коротко стриженный мужчина в невзрачном коричнево-сером балахоне обнимался с раковиной. И никак не мог с ней расстаться. Судя по тому, какой запашок стоял в помещении, процесс начался давно и пока не стремился к прекращению.

Последний приступ сопровождался отчаянно-злым рыком. Несчастный уже злился сам на себя. Рука сжалась в жилистый кулак, грозящий предмету обстановки печальной кончиной.

«А не провести ли мне эксперимент?» – решила любопытная Кирана и запросто шагнула в помещение. Ну и что, что мужская комната? Тошнит же гостя, а не позорно выносит.

– Але, требуется помощь? Найти лекаря? – деловито уточнила девушка, в несколько шагов приблизившись к бедолаге.

– Нет, уходи, – резко ответил мужчина, втянув в себя воздух и явно борясь с очередным приступом. А потом так же решительно, как прогонял, велел: – Останься, але. Не ведаю, что у тебя за духи, но они успокаивают желудок. Мята, лимон, апельсин… Мне лучше.

«Работает!» – сделала вывод Кира о своем даре королевской айлы, пришедшем в действие, стоило только высказать четкое мысленное пожелание.

– Конечно, я остаюсь. А ты пока умойся и, если готов пережить небольшой дискомфорт, могу предложить быстрый способ привести себя в порядок!

Буквально на глазах исцеляющийся незнакомец, на взгляд девушки, был вполне себе крепок, чтобы испробовать на нем вчерашнюю косметическую заготовку в фиале.

– Нет нужды, мне гораздо лучше, уходи, – снова переключилась на грубоватый тон будущая жертва эксперимента.

– Не-а, – помотала головой нахальная особа. – Вот так взять и уйти! Да я от любопытства помру!

– Смотри! – мужчина резко распахнул полу невзрачного плаща, демонстрируя большой меч в темных ножнах. – Ты видишь его? Узнаешь, чувствуешь? Я жнец, девица.

– Вижу, внушительный агрегат, – уважительно, но без малейшей примеси страха, согласилась Кирана, с интересом изучая смертоносный артефакт, продолжение самой сути ЖНЕЦА, пресекающего ВСЕ, воистину ВСЕ, что должно быть пресечено, будь то всего лишь жизнь обычного смертного или даже нить бытия целого мира.

– Я могу убить тебя, девица! – почему-то пойдя красными пятнами по бледно-зеленому лицу, прорычал собеседник.

– За что это вдруг? Я никаких законов Мироздания и Творца не нарушала! – фыркнула Кира. Сложно было бояться незнакомого мужчину, каким бы грозным мечом он ни обладал, сразу после того, как видела бедолагу, хвалившегося содержимым желудка. – Так что, але, прекращай меня кошмарить, и давай приведем тебя в порядок.

– Ты из тех безумных, что мечтает переспать с ужасом Творца? – скривил рот «удивительно догадливый» жнец.

– Але, ты себя в зеркале давно видел? Какой ужас и кошмар? Тут не страх Мироздания, а его слезы! Клошар с помойки вселенной, не больше, – всплеснула руками Кирана, переходя на менее формальный стиль общения, чтобы до жертвы побыстрее дошел смысл происходящего. – И перестань коситься на меч. Мы своего рода коллеги, я под защитой метки Храма Могуществ, Воплощенных в Кристаллах. Потому инстинктивного ужаса, положенного ограниченным обывателям, узревшим жнеца, даже не при исполнении, а на соседней улице, не испытываю.

В доказательство Кирана задрала рукав и ткнула едва ли не под нос бедолаге свое запястье с радужной татушкой.

Жнец характерную метку опознал моментально и явственно растерялся, разом утратил весь агрессивный настрой, но почему-то вцепился в раковину, как утопающий в спасательный круг. Кажется, теперь стал переживать обо всем, что только что в сердцах наговорил девушке.

«Боже мой, он еще и стесняшка!» – почти умилилась Кира.

И, больше не слушая «жалкий лепет оправданий», в каком бы ключе он ни звучал, схватила жертву за рукав. Пора было брать дело в свои руки! Первым делом она потянула грязнулю ко второй, не обляпанной раковине. Открыла прохладную воду и велела:

– Умывайся! А заодно расскажи, чего ты такого отведал, что так жестко скрутило.

– Густой морской суп, – на удивление больше не зеленея лицом и не брыкаясь, честно поведал жнец.

– Настолько отвратителен? – помогая собеседнику отмывать шею смоченным под струей полотенцем, между делом уточнила Кира.

– Он вкусен. Все дело в памяти. Одолела сразу после последнего задания. Фанатики, грезящие о конце света, собирались ритуалом с жертвоприношениями призвать в свой мир тварей из-за грани, способных сгубить с десяток миров окрест. Пришлось пресечь. Устал. А запах здешней еды… Он напомнил о моем посвящении, когда пробудилась сила жнеца. Тогда морские разбойники вырезали всю рыбацкую деревню заодно с загородным поместьем матери. На кухне как раз готовили этот суп. Он почти выкипел на огне. Этот запах и тела вокруг. Думал, забыл окончательно, но едва учуял его снова сегодня, все вернулось, словно случилось только вчера. Хотя… – жнец удивленно распахнул глаза, перехватывая запястье Киры, – я помню в мельчайших деталях запах того супа и вонь разлагающихся тел, но все это больше не властно надо мной. Более нет ярких картинок перед мысленным взором. Я помню, но ощущаю не то зловоние, а тонкий аромат апельсина, лимона и мяты. Ты – целительница, отмеченная Могуществами?

– Нет, я айла, подвид королевская, – не видя причин скрывать от почти коллеги свою принадлежность к редкой породе, деловито пояснила Кира. Ну а что, убежит с криком, сам виноват. Кидаться с мечом и грозить им вроде больше не хочет.

– Поня-я-тно, – почти спокойно признал жнец, покорно подставляя шею там, где не видел и не мог вымыть сам. – Этим ты меня и вылечила. Благодарю.

– Не за что, мне это ничего не стоило, – отмахнулась Кирана. – Зато на легенду мироздания поглядела.

– В неприглядной обстановке, – прокомментировал собеседник с ироничным хмыком.

– Ну… какая легенда, такая и обстановка, – пожала плечами девушка. – Кому-то ж надо грязную работу делать. А ее в белых перчатках не исполнишь. Так я потому и предложила пойти со мной. У одного из друзей есть фиал с полным конструктом косметических чар приведения тела в порядок. Правда, он экспериментальный, плетение верное, но может быть усилено пребыванием в фиале уль. И применение, скорее всего, вызовет некоторый физический дискомфорт. Если готов рискнуть, я попрошу у Мела фиал. Да и тебе подышать приятным ароматом для окончательного закрепления эффекта не повредит. А если за свою честь боишься, то зря, не надругаюсь. Мой опекун, паладин Могуществ Мира в отставке Трауль, категорически не одобрит глумления над коллегой.

– Мы знакомы с достопочтимым але, – в голосе жнеца прозвучало что-то близкое к искреннему сочувствию. М-да, репутация порой значит очень много. А уж такая, как у опекуна Трауля… Кира всегда гордилась им, а в последнее время даже больше, чем раньше.

Словом, больше жертва Кириного энтузиазма не сопротивлялась и дала себя увести к столу, где собралась компания. Привычки цеплять кавалеров за девушкой раньше не водилось, потому явление жнеца встретили с легким удивлением и явным любопытством.