– А давайте дядю Трауля попросим! – осененный чудной идеей, выпалил Род, буквально подпрыгнув на стуле.

– Ты говоришь об але Тингордиане? Паладине Могуществ Мира? – вскинулся декан и, получив заверения в правильности предложения, горячо согласился: – Его согласие нас бы серьезно выручило.

– Мы побеседуем с опекуном. Думаю, и але Креейл не откажется посетить его и присоединиться к просьбе, – продолжила диалог Кирана.

– Это подходящая стезя, – как бы между прочим добавила Алия и даже прокомментировала: – Так лучше, так правильно. Надо разбить стену.

– Я нанесу визит але Тингордиану и, если он даст согласие, введу в курс дел, – Альрау даже не стал вставать в позу и обижаться на самоуправство вчерашних студентов, с ходу сгенерировавших кандидата на его должность. А что играть в оскорбленное достоинство, если предложения дельны, продуманны и к его же выгоде?

– Но было бы неплохо организовать официальное приглашение от Университета, – непрозрачно намекнула Кира, согласившись с мнением Алии касательно психологического взлома препятствий, но настаивая на традиционности метода. Все-таки для паладина все должно быть правильно и четко.

Опекуну пора жить, а не функционировать, как машина, руководствуясь лишь благом, провозглашенным Могуществами Мира. Насколько это благо условно на взгляд человека, Кирана лишь догадывалась. Мотивы высокого начальства такого рода почти непознаваемы смертными, а механическое выполнение приказов вымораживает душу. Трауль был тому живым доказательством.

Девочкой сиротка Кира не то чтобы боялась, но относилась крайне настороженно к опекуну, не чувствуя душевной теплоты. Трауль действовал правильно, достойно, но разве только в этом нуждались дети? К счастью, у Кираны был Род, дальний родич и друг, младше ее на неполный год, а она у него. А по мере взросления и отношение к опекуну стало более теплым. Воспитанники поняли, что паладин делает все, что может, как умеет.

Что ж, если отставка не помогла Траулю, есть шанс, что поможет новая работа. Уладив формальности и отдав официальный долг альма-матер, компания, как была полным составом, перенеслась во двор к портальной площадке поместья Тингордиан. С паладином практиковать перемещение по радужной метке, если не было желания немедленно отправиться на радугу, никто из группы предлагать не стал. У военных высочайшей квалификации, а именно таковы паладины Мира, инстинкты уникальные, так что лучше не проверять… Во избежание. Больше шансов встретить рассвет в целостном состоянии, а не там, где тишь и покой, вечный.

К портальной площадке поместья Трауль але Тингордиан явился сразу, будто владел даром телепортации. Но на деле владел лишь собой и превосходно ощущал малейшие колебания пространства вокруг. Потому, так же, как и в первый раз, гостей почуял заранее. Мужчина задумчиво оглядел всю многочисленную компанию, выхватывая детали, и невозмутимо констатировал:

– Значит, служители Могуществ.

И не понять было, гордится он ребятами, сочувствует или всего понемногу.

– Так получилось, – в аналогичном ключе ответила Кирана. – Мы воспользовались вашим советом посетить храм и приняли предложение.

За рамками разговора остался вопрос «А можно ли было от такого „выгодного“ предложения отказаться?» Четверка бывших студентов, конечно, была очень юна, но идиотизмом в тяжелой степени не страдала. Идиот бы не смог пройти Испытания Тысячи Дверей.

Больше ничего не говоря, Трауль развернулся и последовал в дом. Вся компания, как утята за мамой уткой, двинулась за ним. А что прикажете делать? Кричать в спину или пытаться все порешать на ходу?

Паладин вряд ли бы стал слушать, и уж тем более слушать благосклонно. Ведь ему тоже собирались делать предложение, от которого почти невозможно отказаться.

Велев подавать через полчаса обед на шестерых, Трауль але Тингордиан спокойно присел в любимое кресло у незажжённого в летнюю пору камина и оповестил:

– Слушаю.

– Дядя, тут тебе от Университета официальное приглашение, – начал Род, передавая свиток родственнику.

– А неофициально просьба о помощи, – добавил Альрау.

– Могущества забрали але Креейла в нашу команду, университет остался без ключевого звена, контролирующего охрану и безопасность, – завершила короткое вступление Кира.

Трауль развернул приглашение и бегло просмотрел послание.

Перевел тяжелый нечитаемый взгляд на юных родственников. На их друзей. Один посматривал со скрытой опаской, будто на дикого хищника, вторая, напротив, улыбалась, как давнему и хорошему другу. Снова вернулся взглядом к Кире и Роду.

– Дядя, – почему-то поперхнулся воздухом и кашлянул Родгард. – Ты согласишься?

– Але Креейл, почему ты принял печать? – вместо ответа бросил вопрос Трауль.

– Более приемлемого выбора не было, – просто ответил обрис, напомнив про ситуацию с кристаллической пылью в рабочей зале.

– Я приму приглашение университета, – решительно обозначил свое решение паладин и скорее скомандовал, нежели попросил: – Альрау, следуй за мной, обговорим детали.

– Уф, – выдохнул Родгард и довольно заулыбался.

Когда за мужчинами закрылась дверь, Мел осторожно задал Кире давно терзавший его вопрос:

– Как вы его не боитесь?

– А чего бояться? Трупы в подвале надо же кому-нибудь закапывать. Не опекуну же по пустякам отвлекаться? Так что мы ему нужны, – с показным равнодушием пожала плечами девушка.

– Ты шутишь? – невольно вздрогнул Мел.

– Конечно, шучу, – невозмутимо согласилась Кирана. – Любопытных друзей, сующих нос не в свое дело, мы закапываем в саду. Зачем попусту переводить подходящее удобрение?

– Обманывает, – возвратившись в комнату, чтобы забрать забытое на столике письмо-приглашение, бросил на ходу Трауль. – Они, лентяи, трупы закапывают на клумбах, там земля мягче и корни не мешают.

Повисла тишина. Секунда-две-три-десять… Уже давно закрылась за паладином дверь, и только тогда первым отмер Род и удивленно протянул:

– Кирюнь, а дядя, оказывается, умеет шутить!

– Вы меня разыграли! – заулыбался Мелвин, не зная злиться на друзей или смеяться от облегчения. На какую-то долю мгновения он почти поверил, что все на самом деле так. Алия тихонько засмеялась.

Дверь снова открылась, и Трауль поманил юмористку на выход с комментарием, заставившим Мела нервно икнуть:

– На два слова, Кира. Обсудим, где будете закапывать теперь.

Ничуть не испугавшись, девушка вышла к опекуну и спокойно посмотрела в его светло-голубые, как небо по осени, глаза. Альрау ждал спутника в конце коридора.

– Чья была идея с университетом? – задал странный вопрос паладин и даже предложил варианты ответа: – Декан, ректор, Могущества?

– Мимо, это Рода осенило, – поведала Кирана.

– Рода? – вот теперь Трауль удивился по-настоящему.

– Он очень любит тебя и беспокоится, – повела плечом собеседница. – Потому и предложил.

– Род, значит… – хмыкнул паладин и в воздухе повис невысказанный вопрос.

– Мы с Родом тебя любим, а вот беспокоится только он, – конкретизировала девушка.

– А ты?

– А я считаю, что ты уже достаточно вырос, чтобы не пытаться настойчиво подтолкнуть тебя на любую из дорог. Мы лишь открыли карты и обозначили бонусы. Захочешь, пойдешь сам, паладин Трауль, – спокойно ответила Кирана и, чуть приподнявшись на цыпочках, поцеловала опекуна в щеку. – Право выбора – священно! Но, право слово, твой юмор мне куда более по вкусу, чем рациональная ледяная дистанция.

Трауль втянул носом давно забытый аромат снежноцветов и сам коснулся щеки девушки ответным коротким поцелуем:

– Я запомню. Благодарю!

Кира улыбнулась и перед тем, как вернуться к друзьям, подарила опекуну легкое родственное объятие. У Киры Мириной и Кираны але Мрайс было не так много родных и близких, чтобы ими пренебрегать.

Время до обеда промелькнуло быстро. Компания только-только успела потрепаться, обсуждая свою миссию спасения сходящего с ума императора, как слуга пригласил их к столу. Идя дружной толпой в столовую залу, четверо замерли перед приоткрытой дверью. Там передавал ценный профессиональный опыт безопасник але Креейл. А бывший паладин Могуществ Мира але Тингордиан перенимал. Опыт. Ага, заодно с третьей по счету пыльной бутылью темного стекла. Судя по черному краешку узкой этикетки, это была «Тризна памяти». Спиртной напиток с очень говорящим названием и высоким градусом. В качестве дополнения к процессу имелось лишь блюдо с сыром разных сортов.

– А… э-э…о-о, – впечатлившись зрелищем, Род временно утратил способность к членораздельной осмысленной речи.

– Ага, – только и смогла ответить Кирана, с истинным эстетическим удовольствием оценив картину: «Тихая беседа двух очень красивых мужчин». Если забыть, что один из них опекун, а второй бывший университетский безопасник, то жанровый портрет такой, что глаз не оторвать. Вот только надолго забыть не получится, эти напомнят сразу, как рот откроют. Да что рот, одним взглядом напомнят. Ни слов, ни жестов не понадобится. Уникальные личности!

Подхватив замерших парней под руки, Кира поволокла их прочь от двери. Алия задержалась чуть дольше, постояла, разглядывая оперативно закладывающую за воротник парочку, придерживая за холку недовольно пофыркивающего Тучку, и пошла за друзьями, едва ли не танцуя и помахивая призрачными крыльями. Причем смотрела на «беседу» девушка с явным исследовательским интересом. Будь такой взгляд устремлен на него, Мелвин бы малость (или не малость) заволновался.

– Ты чего такая довольная? – удивленно округлил глаза Мел, у которого в голове никак не желало укладываться увиденное. – Их зачаровали, прокляли или еще чего?

– Или еще чего, – захихикала Алия и покровительственно потрепала парня по плечу. – Вреда не будет. И это не колдовство. Это другое.

– Алия, расскажи, – мягко попросила Кира, по загадочному поведению подруги тоже сообразившая, что мужчины не просто решили прибухнуть от жизни такой непростой, загнавшей их на новые позиции. Странная веселость подруги только подтвердила еще не оформившиеся до конца подозрения.

– Не хочу, будет неинтересно, так веселее, – заупрямилось крылатое чудо, перебирая черную шерсть Тучки, который плевать хотел на душевные терзания всяких красавчиков и теперь явно тянул крылатую подружку вперед, учуяв умопомрачительно-вкусные ароматы.

– Аль, а если мы попадем в беду только потому, что ты хотела повеселиться и промолчала? – остановился и, подойдя ближе, проникновенно заглянул в лицо любимой подруге Род.

– Вы иногда такие скучные, – скорбно вздохнула Алия, капризно надув губки, и попинала носком туфельки ковровую дорожку.