12

Тьма душила путь впереди, пока мы крались к лагерю Ангелов. Мы не могли позволить себе даже малейший отблеск факела, чтобы освещать дорогу, иначе рисковали быть обнаруженными. Вместо этого нас вёл тот скудный свет, который дарили звёзды. Луна не поднималась в небо, её лик скрывала та же чернильная мгла, что окутывала весь мир вокруг нас.

Луцк, несмотря на свои полуразрушенные здания и перепаханную землю, не таил в себе тех опасностей, что пустыня Пакс. А именно ядовитых кобр, готовых атаковать при малейшей провокации. Дрожь пробежала по моему позвоночнику при воспоминании о той, что впилась клыками мне в икру, и о жгучем огне, который затем разлился по моим венам.

Рокат оставался рядом со мной, пока мы пробирались через сломанные заборы, обходили гниющие оранжевые тыквы и толстую фиолетовую свёклу и старались не подвернуть ногу в незаметной впадине в земле. Чем ближе мы подходили к белым шатрам вдалеке, тем громче становились мелодичные голоса. Я не сводила взгляда с земли в нескольких шагах перед собой, стараясь не думать о том, что иду прямо в осиное гнездо.

Мы укрылись в небольшой роще миндальных деревьев, когда миновали худшую часть городских окраин. Приторный аромат лишь усиливал тошноту, уже подступавшую к горлу. Я хотела доказать всей проклятой Армии, на что способна, и всё же страх продолжал цепляться за меня, словно этот чёрный плащ, который Рокат настоял надеть поверх облика Аракуэль. Её туманные волосы и белую форму заметить было куда легче, чем тёмную одежду мужчин, сопровождавших нас.

Рапп и Паранксок возглавляли нашу группу, и после нескольких взглядов в сторону лагеря Рапп поднял сжатый кулак. Мы сразу остановились позади него.

— Здесь наши пути расходятся, маленькая самозванка, — прогрохотал Рокат своим хриплым голосом, от которого у меня всегда разогревалась кровь.

Я сглотнула, хотя во рту было суше, чем в пустыне Пакс.

— Я сообщу тебе, как только найду их.

— Мы будем ждать твоего сигнала, чтобы устроить отвлекающий манёвр, — вновь заверил меня Рокат, хотя я уже не была уверена, кому из нас это требовалось больше.

Но я больше не была слабой женщиной, которая съёжилась под натиском Вагача. Я была, чёрт возьми, Самозванкой, единственной в своём роде за всю историю, и собиралась использовать свою магию, чтобы спасти Бананда и Зурронара так же, как Рокат использовал свою, защищая нас на поле боя.

Я была обязана Изгату, мужчине, который погиб, защищая мою истинную личность, спасти его брата. И была обязана самой себе заявить права на собственную силу.

Потянув за завязки плаща, я позволила ему соскользнуть с плеч, а затем передала его своей истинной паре. Я уже собиралась отойти, но он схватил меня за запястье и снова притянул к своей груди.

— Я люблю тебя, — сказал он так тихо, что никто, кроме меня, не услышал.

— Я тоже люблю тебя, Рокат. А теперь отпусти мои запястья, чтобы я могла спасти двух мужчин, которых ты столь основательно потерял. В конце концов, кто-то же должен убирать за тобой этот беспорядок.

Для пущего эффекта я похлопала его по груди.

В ответ он только хмыкнул, но разжал пальцы.

Сделав глубокий, успокаивающий вдох, я отвернулась от него и на мгновение встретилась взглядом с Раппом, который ободряюще кивнул. Подтверждение его веры в меня стало ещё одним слоем моей брони.

Ты справишься, Ассирия.

Тени затрепетали в моей груди, словно потрескивающее пламя, готовые откликнуться на мой зов, если понадобятся. Затем я покинула безопасное укрытие миндальной рощи и медленно, пригнувшись, направилась к первому ряду белых шатров. Мой слух был напряжён до предела. Я прислушивалась к голосам вокруг, стараясь уловить обрывки разговоров и определить, где могут находиться другие Ангелы. То, что я выглядела как Аракуэль и знала несколько слов на ангельском языке, ещё не означало, что я собиралась беспечно разгуливать между аккуратными рядами шатров.

Держась тёмной окраины лагеря, я искала полосатый шатёр на внешнем кольце. Аракуэль сказала, что лучше всего входить именно там. От него до клеток с пленниками было всего четыре ряда вглубь лагеря, в шатре с таким же узором.

Прошла минута, затем ещё одна, прежде чем я наконец его нашла. Прижавшись к полотнищу у края шатра, я выглянула из-за него, убеждаясь, что путь свободен. До меня доносился лишь далёкий гул лагерной жизни. В лагере Ангелов был час ужина, и это тоже стало одной из причин, по которой Рокат стратегически выбрал именно это время для нашего нападения.

Я двинулась вперёд, напряжённо расправив плечи и внимательно следя за всем вокруг. Пройдя два ряда, я резко замерла от звонкого взрыва смеха.

Вместе с ним послышались шаги.

И они приближались.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Я быстро огляделась в поисках укрытия. Заметив узкий проход между задними стенками двух шатров, я метнулась туда. Белокурые волосы высокой женщины мелькнули на краю моего зрения за мгновение до того, как я зажала ладонью рот, стараясь заглушить дыхание.

— …Заэ такой потрясающий, правда, — захихикала одна.

— Но он даже не Басси, — заметила другая с мечтательным вздохом.

— Мой отец сказал, что если я и найду себе мужчину в армии, то только офицера.

— Забудь, что говорит твой отец. Его здесь нет. К тому же Богиня любит, когда мы курим её благословенные травы и предаёмся любви под её звёздами, — ответила первая.

— Слишком давно мы этого не делали. Думаю, в следующий раз…

Их голоса постепенно затихли вдали, и очень вовремя.

Я шумно выдохнула, пытаясь справиться с сердцем, которое бешено колотилось в груди, борясь за место с дыханием. Выждав ещё минуту, я выбралась из своего укрытия.

«Всё в порядке?» — спросил Рокат по нашей связи.

«Да».

Я закрылась от Роката. Мне нужно было сосредоточиться.

После тщательной оценки окружающей обстановки я снова двинулась вперёд. Полосатый шатёр должен быть совсем рядом…

Вот он.

Я снова нырнула в темноту.

Костяно-белые полосы выделялись на фоне синевы, такой насыщенной, как полуденное небо. Шатёр был длинным, почти таким же длинным, как командный центр в самом сердце лагеря Демонов, и столь же широким. А перед ним стояли два стражника. По обе стороны от них возвышались два высоких факела, отбрасывая вокруг дрожащий свет.

Один из них переместил вес с ноги на ногу, и лёд пронзил мои вены.

Это был тот самый Ангел, которого я ударила коленом в лицо во время собственного плена.

Лёд мгновенно сменился огнём, когда его взгляд скользнул в мою сторону.

Он меня ещё не заметил.

«Нашла их», — сообщила я Рокату.

«Подожди, пока они уйдут, прежде чем пытаться войти», — ответил он, оставаясь командиром даже сейчас.

«Я знаю», — резко отозвалась я, не сводя взгляда со стражников.

Они тихо переговаривались между собой, слишком далеко, чтобы я могла разобрать слова. Вскоре до меня донеслись далёкие крики.

Отвлекающий манёвр начался.

Оба мгновенно схватились за рукояти мечей. Они обменялись тревожными взглядами. Один шагнул вперёд, но другой покачал головой и дёрнул большим пальцем через плечо.

Блядь.

В ночи зазвенела сталкивающаяся сталь, а над нами небо озарили вспышки белого света. Пока их внимание было приковано вверх, я воспользовалась моментом и метнулась вперёд, ближе к столбу с обмотанными вокруг него верёвками, удерживавшими натянутое полотно шатра.

Воздух прорезал чей-то крик, и один из мужчин выругался.

— Мы можем оставить их на пять минут. Если будем там, эти Демоны будут мертвы в рекордные сроки.

Другой усмехнулся.

— Это точно. Никто не сражается так, как мы.

Я подавила желание закатить глаза.

Мечи со скрежетом покинули ножны, и я снова вжалась в тени, даже призвав магию, чтобы сделать их гуще и скрыться из виду. Через мгновение оба пронеслись мимо. Я считала удары собственного сердца, надеясь, что они не вернутся сразу же.

Снова раздались крики, громче прежнего и, к счастью, всё ещё вдали. Воспользовавшись шансом, я бросилась к оставшемуся без охраны входу. Вытащив кинжалы из скрытых ножен у рёбер, я прорвалась сквозь полотно.

Ни один Ангел не вздрогнул от моего внезапного появления.

Хвала Судьбам.

Свечи затрепетали от принесённого мной порыва воздуха. Я резко обернулась, оценивая обстановку. В переднем помещении стояли ящики, и ни один из них не был открыт. Я втянула воздух носом и уловила лёгкий цитрусовый запах. Но под ним скрывалась безошибочная вонь немытых тел.

Осторожно пробираясь между деревянными ящиками, я пошла на запах, пока он не привёл меня в другую комнату, уже предыдущей. Вдоль неё тянулся длинный рабочий стол, заваленный десятками инструментов, беспорядочно разбросанных по поверхности.

Желчь подступила к горлу, пока я кралась вперёд.

Впереди стоял стол, почти такой же, к которому когда-то привязывали меня.

Ряды металлических зубцов скалились мне навстречу, покрытые красными следами прежних разрушений.

А на соседнем столе?

Демон, наполовину скрытый под тёмной простынёй.

Рубиновая кровь сочилась из его спины и капала, словно дождь, в узкие щели под ним.

Из его горла вырвался тихий хриплый стон.

Как он вообще ещё жив?

Дыша через рот, я преодолела оставшееся расстояние и поднялась на носки, чтобы заглянуть через него. Его дыхание было поверхностным, а лицо смертельно бледным. На лбу выступили капли пота, и, когда я посмотрела на его руки, заметила жёлтый гной, готовый вот-вот закапать на пол. Он умирал, и, судя по тому, насколько сильно воспалилась рана, это должно было случиться совсем скоро.

Боль настолько поглотила его сознание, что он даже не пошевелился, почувствовав моё присутствие.

Проклятые Ангелы.

Почему они испытывали такую потребность причинять нам страдания? Что они надеялись получить от этого мужчины? Я его не узнавала, а значит, скорее всего, он служил в батальонах Трола. У них было меньше полезной информации, чем почти у любого другого подразделения Армии. Неужели все эти пытки были просто развлечением?

Стиснув зубы, я отвернулась от него.

Мне нужно было найти Бананда и Зурронара, и как можно скорее.

Ещё несколько шагов привели меня в другую комнату, гораздо более тёмную, чем остальные.

— Чтоб вас Судьбы побрали, — выругалась я на демоническом и вернулась за свечами.

Когда я снова вошла, заработав по пути несколько ожогов горячим воском, то принялась осматривать помещение и едва не вскрикнула, оказавшись лицом к лицу с несколькими мужчинами, сидевшими вместе в клетке.

Они тут же вскочили на ноги и вцепились в прутья. Один яростно затряс их, осыпая меня проклятиями на демоническом языке, от которых у меня буквально отвисла челюсть. Даже проведя столько времени в военном лагере, я никогда не предполагала, что слова нашего языка можно использовать настолько изобретательно.

— Где Бананд и Зурронар? — перебила я его, отвечая на демоническом.

Мужчина замер, нахмурившись. Остальные отступили на полшага назад. Один из них выдал их местоположение характерным взглядом.

Не обращая внимания на менее сообразительных пленников, я прошла дальше в темноту, пока не увидела два знакомых лица.

— Благословение Дарующего, — выдохнула я, устанавливая свечу на пол.

В ответ на меня смотрели одни бордовые глаза и одни тёмно-бордовые, полные совершенно понятного недоумения.

— Аракуэль? — медленно произнёс Бананд, вцепившись в прутья и прижавшись к ним лицом. Нахмурившись, он внимательно всматривался в мои черты.

Значит, они действительно знали друг друга.

Расплетая нити своей магии, я позволила проявиться своему настоящему лицу вместо лица Ангела.

Бананд отшатнулся так резко, словно его ударили.

Зурронар несколько раз быстро моргнул.

— Ассирия?

Я перевела взгляд на него.

Тёмно-бордовые глаза были затянуты мутной белёсой плёнкой, а тёмную кожу покрывала болезненная бледность. Он выглядел хуже, чем всего несколько недель назад.

— Тсс! — одёрнула я их, быстро оглядываясь по сторонам. — Я пришла вытащить вас отсюда. Стражники могут вернуться в любой момент. Как открыть эти клетки?

— Твой голос… — начал Зурронар, подходя ближе к свету свечи.

Его тело сотряс приступ хриплого кашля, и он уткнулся лицом в плечо, прикрывая рот.

Тяжёлый камень лёг мне в живот.

Мне нужно было вытащить его отсюда и доставить к целителю. Срочно.

Изгат погиб из-за меня, и самое меньшее, что я могла сделать, это спасти его брата от такой же судьбы.

— Как ты здесь оказалась? — спросил Бананд. — И как ты была Аракуэль?

Я перевела взгляд на него.

— Объясню позже. Но она велела передать тебе: пламя ждёт за стеклянной стеной.

Прищурившись, я внимательно следила за его реакцией на эти слова.

Подозрение всё ещё клубилось у меня внутри.

Демон, способный создавать чуму, медленно поднялся на ноги. Его взгляд был рассеянным, словно он глубоко задумался. Я щёлкнула пальцами перед ними обоими, заставляя сосредоточиться. Мне нужно было, чтобы они помогли мне помочь им.

— Как мне вытащить вас отсюда?

— Ключи должны висеть на кольце в комнате для пыток, — ответил Бананд, бросив взгляд на Зурронара.

Тот тоже поднялся на ноги. Его шатало, и он вцепился в прутья клетки, чтобы не упасть.

— Я сейчас вернусь, — пообещала я.

Затем бросилась обратно мимо остальных пленников и вернулась в помещение, где один из Демонов медленно истекал кровью на столе с металлическими шипами.

Разумеется, проклятые Судьбами ключи висели на крюке слишком высоко, чтобы я могла до них дотянуться, даже в более высоком облике Аракуэль.

С раздражённым выдохом я подпрыгнула, ухватилась за свисающие зубцы одного из ключей и дёрнула.

Кольцо слетело с крюка, пролетело через комнату и с грохотом ударилось о пол.

Выругавшись, я наклонилась, чтобы подобрать его.

Ослепительная боль взорвалась у меня за рёбрами.

Одна рука метнулась вперёд, чтобы удержать меня на ногах, а другая вцепилась в грудь. В то самое место в центре груди, где среди моей магии жила наша связь.

Там всё горело от боли.

Что-то случилось.

Что-то ужасное.

«Рокат! Ты в порядке? Что происходит?» — закричала я по нашей связи.

С его стороны взорвалась ярость.

Раздавшийся следом рёв сотряс землю у меня под ногами.

А потом всё стихло.