27

После того как мы быстро закончили с едой, я оставил Ассирию в своих покоях с Киирой. Киира заверила меня, что та в безопасности в её руках и что она сегодня же заменит стеклянную панель, чтобы ещё сильнее унять мою тревогу. Моя кузина знала меня слишком хорошо, и мне это совсем не нравилось, особенно когда я пытался скрыть, насколько сильно вся эта новая ситуация сбивает меня с моего прямого и узкого пути. К тому моменту, как мы с Раппом выдвинулись, солнце уже стояло слишком высоко в небе, но я был более чем рад убраться оттуда к чертям. Мне нужно было разобраться с планами насчёт моей истинной пары, прежде чем готовиться отправляться с ней на войну.

Существовала тысяча вариантов того, как всё это может пойти не так, а с учётом того, как лагерь любил болтать, слух о новой женщине, живущей в непосредственной близости от меня, разлетится как лесной пожар. Но я не мог оставить её с Ксаннирином и Киирой в Дьёре, где знать сплетничала ещё хуже. Мне не привыкать к трудным решениям без очевидного ответа, но это было самым тяжёлым из всех, с чем мне когда-либо приходилось сталкиваться.

Дело было в том, что я не доверял охранять её никому, кроме себя. Это защитное желание, поднимающееся внутри меня, не было чем-то чуждым; в конце концов, именно поэтому я изначально вступил в Армию. Со временем оно превратилось в защиту Демонов от безумия Ангелов. Но эмоции, связанные с этим инстинктом оберегать Ассирию, были совершенно новыми и, если честно, пугающими.

Посмотрим, как долго продлится моя готовность позволять ей хотя бы крупицу свободы. Эта проклятая Жнецом связь заставляла меня поддаваться её злости и горю, и каждый раз, когда она посылала по ней волну абсолютного отчаяния, мне приходилось стискивать зубы и отгораживаться от этого. Её разум был раскрытой книгой, и она выдавала слишком многое, сама того не осознавая.

Теперь я вёл битву на двух фронтах.

— В ту же минуту, как вернёмся, нужно созвать Паранксок и Сзазадоса Джака в командный центр и начать устранять последствия, — процедил я, борясь с желанием развернуться и утешить её.

— Ага, чем раньше мы сможем сдержать слухи, тем лучше, — согласился Рапп.

Грем и Зик мчались впереди нас, пока мы проносились через городские ворота и сворачивали на широкую грунтовую дорогу, ведущую к военному лагерю. Нож вонзился мне в грудь, и я прижал ладонь к сердцу, морщась от боли. Эта чёртова связь. Не прошло и половины дня, а она уже наказывала меня за то, что я оставил её во дворце, пусть даже ненадолго.

— Ты в порядке? — спросил Рапп, замедляя лошадь.

— В порядке, — процедил я сквозь стиснутые зубы, пытаясь продышаться через боль. У нас с Ассирией хотя бы было нечто общее — эта связь была насмешкой. Все смотрели на этот дар через призму романтики, тогда как я испытывал к нему лишь презрение. Особенно учитывая опасность, которую он представлял для меня, для войны и для всех Демонов.

Иногда груз ответственности заставлял меня чувствовать, будто меня заживо погребают под землёй и я больше никогда не смогу вдохнуть достаточно воздуха. Но я не мог этого показывать — даже Раппу и Ксаннирины. Они все рассчитывали на меня. Я вонзил пятки в бока лошади и подогнал её быстрее. Чем скорее мои мысли займёт что-то другое, тем лучше.

Когда мы приблизились, вдоль дороги, ведущей на север, выстроилась колонна глубиной в пять рядов. Вздрогнув, я понял, что это Паранксок, который вызвался отправить два своих отряда к Хадвезеру Тролу на передовую. Он ждал верхом во главе строя, выискивая взглядом.

Нас.

Блядь.

Во всей этой суматохе я забыл о его приказе выдвигаться с первыми лучами солнца. Время уже давно перевалило за него. Хотя в единственный раз, когда мой приказ не был исполнен дословно, я был за это благодарен. Направив жеребца к нему, я пустил его в галоп, проносясь вдоль рядов верховых мужчин, пока не достиг Паранксока во главе.

— Халалхиво, — поприветствовал он меня салютом, хотя его голос слегка дрогнул. Вероятно, потому что думал, будто я сейчас на него наброшусь. Два Сзазадоса по обе стороны от него приветствовали меня тем же. — У вас есть приказы для передачи Хадвезеру Тролу?

— Если к вашему прибытию он всё ещё будет удерживать линию между Ангелами и Устляком, передайте ему укрепиться и держать позицию. Отправлять в обход только тех, кого он может себе позволить, чтобы они отлавливали Ангелов и следили, чтобы те не попытались облететь его и обойти блокаду. Я отправлю ворона, как только начнётся наше наступление, — быстро сказал я, отмечая пункты в мысленном списке.

Сзазадосы кивнули в подтверждение.

— Скачите быстро и без остановок. Время играет решающую роль, — напомнил я им.

— Да, сэр, — ответили они, после чего повернули лошадей на север. Мы с Раппом отъехали в сторону, оставаясь рядом с Паранксоком, пока отряды выступали. Верхом и без груза припасов они доберутся быстро, пусть путь и будет опасным, особенно когда им придётся пересекать участок пустыни Пакс без единого ручья поблизости.

Рапп повернулся к своему офицеру.

— Собери остальных и пусть как можно скорее явятся в командный центр. И Джака тоже приведи.

— Это из-за вчерашнего происшествия? — уточнил тот, переминаясь.

— Да, — резко бросил я. — А теперь займись этим, пока мы не потеряли доверие новобранцев.

— Ага, — ответил он и тут же умчался прочь. По крайней мере, он подчинялся, и быстро.

В отличие от моей чёртовой истинной пары. «Заставь меня», — сказала она. Она даже не представляла, что со мной делал этот дерзкий рот. Что он заставлял меня хотеть сделать с ней.

Мы с Раппом въехали в лагерь медленнее, прислушиваясь ко всем разговорам, пока ехали по проходам. Стоило нас заметить, как наступала тишина, и это говорило мне о том, что именно мы были главной темой обсуждений этого дня.

К тому моменту, как мы добрались до командного центра, я уже кипел от ярости. Грудь будто сдавили тисками из-за связи, и это отвлекало настолько сильно, что только сильнее меня бесило. Я вцепился в неё поверх чёрной металлической брони, словно это могло ослабить остроту боли. Сорвав с головы шлем, я отшвырнул его в сторону, надеясь, что это тоже поможет мне остыть.

Не помогло.

Рапп продолжал коситься на меня краем глаза, пока мы ждали, когда начнут подтягиваться Паранксокы.

— Только ничего не говори, — прорычал я достаточно тихо, чтобы услышал только он.

Лёгкий кивок головы дал понять, что он услышал.

Связь дёрнула так сильно, что я едва не повалился назад, словно лично собиралась утащить меня обратно во дворец Дьёра.

«Да прекрати ты уже? Я не могу сосредоточиться», — рявкнул я на Ассирию.

«Это не я, а ты, придурок, — огрызнулась она. — Я вообще не могу сосредоточиться на том, что говорит Киира».

Эта чёртова связь.

«Да, тут я полностью согласна», — проворчала Ассирия.

Похоже, я был не так хорош в попытках держать свои мысли при себе, как считал.

Используя всю силу воли, чтобы вытолкнуть её, свою злость и боль от связи из головы, я сосредоточился на собравшихся в командном центре.

— Прошлой ночью мы сожгли одного из Везэто из отряда Сзазадоса Джака. — Я кивнул в его сторону. — Этот мужчина признался в убийстве Корманзо, а мы все знаем, что по законам Крала это карается смертью. Женщина, с которой его поймали, призналась, что солгала в попытке спасти его. После того как этим утром мы доставили её во дворец Дьёра для допроса, было принято решение, что она станет моей личной падшей, чтобы произвести сильное потомство для военных нужд.

Рапп резко повернул голову в сторону. Мы не обсуждали, зачем Ассирия поедет с нами, но это было хотя бы относительно разумным объяснением того, почему мне позволено иметь женщину, когда я прямо запретил это остальным.

— Мы понимаем, Халалхиво, — медленно произнёс Паранксок Олет, многозначительно переводя взгляд на своего Сзазадоса.

У Джака хватило здравого смысла кивнуть.

— Я прослежу, чтобы мой отряд узнал о смерти Корманзо Вагача от рук Изгата. — Он замолчал, словно обдумывая следующие слова. — Если позволите, двое других моих Везэто были с ним близки. Сомневаюсь, что они поверят в подобное, особенно учитывая, что именно они держали женщину, пока мы разбирались с Изгатом. Один был выбран для усиленной подготовки, другой останется под моим командованием. Разделить их — лучший вариант, но я всё равно счёл нужным сообщить вам.

— Проследи, чтобы оба понимали последствия любого несогласия или распространения слухов об этой ситуации, — прорычал я. Висок пульсировал от напряжения.

Слишком много, мать их, незакрытых концов в этом плане.

Связь, казалось, была согласна, снова пронзив меня болью, в то время как круг между лопаток обжигало. По крайней мере, о нашей связи истинной пары знали только четверо, и после того как слухи об Ассирии разлетятся по лагерю и дальше, внимание к этой ситуации быстро угаснет. Болтовня не утихнет, если говорящие будут знать всю правду.

Мне оставалось лишь надеяться, что всё это рассеется, как пыль над дюнами пустыни Пакс.

— Да, Халалхиво, — подтвердил он.

Взмахом руки я отпустил его. Он отсалютовал старшим офицерам, после чего проскользнул через проход на площадь, где развернулся весь тот хаос.

— Как продвигается распределение всех по новым подразделениям? — спросил я, скользя взглядом по комнате в поисках реакции. По крайней мере, это играло мне на руку.

Один из старших Паранксоков заговорил первым:

— Работа идёт. Мы укомплектовали стандартные подразделения с надлежащим покрытием и можем оформить новую иерархию. Те, кто был выбран для усиленной подготовки, собрались в восточной части лагеря, ближе к Ужгороду, и ожидают дальнейших указаний.

Рапп вытащил пергамент и начал выстраивать новую структуру на основе предложений всех собравшихся Паранксоков. Когда он закончил, я пробежался по ней взглядом, довольный выбором. Пусть никто по-настоящему меня не знал, я всегда считал нужным знать других. Их сильные и слабые стороны влияли на работу всей Армии в целом.

— Олет, я полагаю, вы будете готовы сегодня отправиться в Фюред с теми, кто был отобран? — спросил я, сосредоточив внимание на нём. Его тёмно-бордовая броня сияла так, будто он полировал её этим самым утром. Несмотря на хаос прошедшей ночи, он выглядел собранным. Даже больше, чем мы с Раппом.

— Ага, как только получим разрешение на выступление. Мы пойдём на восток, вниз к побережью, а затем вдоль утёсов к Фюреду, чтобы избежать групп Ангелов, которые могли отколоться, хотя, учитывая расстояние, сомневаюсь, что они вообще обращали внимание в ту сторону. Это займёт больше времени, но, думаю, оно того стоит, — ответил он.

Я кивнул. План был хорошим, а эти мужчины теперь были нашими самыми ценными ресурсами. Весь смысл отправки их в Фюред на дополнительную подготовку заключался в том, чтобы держать их подальше от передовой.

— Очень хорошо. Как только поговорите с остальными своими Сзазадосами о том, что произошло прошлой ночью, можете выступать.

Он опустился на одно колено, уперев лоб в предплечье.

— Слава Демонам. Пусть ваш дар никогда не угаснет, Халалхиво.

Когда он поднялся, я отпустил их. И как нельзя вовремя, потому что связь вспыхнула снова, и мне пришлось прикусить губу, чтобы отвлечься. Я не был слабым и не собирался поддаваться тому, к чему меня пыталась принудить эта магия.

Как и всё остальное, я сломаю её, подчиню себе и заставлю служить моей воле.