Глава 21

САЙ

— Это то самое место? — спросил Мэддокс, но даже сквозь его привычную монотонность я почувствовал осуждение.

Клуб «Хеллфайр» был настоящей дырой, даже по меркам Нео Стелларис. Неоновая вывеска мерцала и гасла, половина букв уже перегорела, оставив лишь тускло светиться красным Х Е Л Л. На стенах висели глючащие экраны с записями танцовщиц, которые, вероятно, не работали здесь уже много лет. Тяжелая басовая синти-музыка внутри грохотала так громко, что я чувствовал ее вибрацию в груди еще до того, как мы перешагнули порог.

Я поправил куртку и бросил на Мэддокса косой взгляд.

— Ты ждал красную ковровую дорожку? Или элитный лаунж?

Он не ответил, лишь оглядел фасад с нечитаемым выражением лица. Не то чтобы я ожидал чего-то другого.

Я толкнул дверь, и мы шагнули в пелену дыма и тускло освещенного отчаяния. В воздухе разило дешевыми духами, потом и спермой. Горстка посетителей рассредоточилась по залу, потягивая напитки; их взгляды то и дело метались к главной сцене, где танцовщица вяло покачивалась в такт музыке. Она выглядела скучающей. Как и бóльшая часть толпы.

Рука было легко найти — король в собственном рушащемся королевстве. Он развалился в полузакрытой кабинке, наполовину скрытый тусклым светом: в одной руке выпивка, другая закинута на плечо свернувшейся рядом танцовщицы, обдолбанной в хлам. Его костюм был безупречен, резко контрастируя с разрухой клуба вокруг. Его белобрысые волосы были зачесаны назад, выставляя напоказ шрам, тянувшийся по бледному лицу. Всё тот же старина Рук. Делает вид, что всё еще контролирует ситуацию, даже когда мир вокруг него горит.

Мы с Мэддоксом подошли, и он поднял глаза; медленная, понимающая улыбка поползла по его лицу.

— Эй, каброн, давно не виделись. Что привело тебя обратно в мою сточную канаву? — Рук скалился во все тридцать два зуба, улыбаясь мне. Он чуял кредиты, ждущие его, за милю.

— Нужны данные. Думаешь, у тебя что-то найдется?

Его улыбка стала еще шире, если такое вообще было возможно. Он махнул нам рукой, приглашая следовать за ним.

Рук завел нас в одну из своих VIP-кабинок: низкие диваны из веганской кожи тянулись вдоль трех стен тесного пространства, в центре стоял круглый стол. Я плюхнулся на дальний диван, закинув ногу на ногу и раскинув руки по спинке дивана. Мэддокс сел рядом со мной, прямой как палка.

Рук потыкал в датапад возле двери, и пара небольших сисек в комплекте с неплохим телом оцифровалась из проектора в центре маленького столика.

— Расслабьтесь на минутку, я скоро к вам вернусь, джентльмены. — Он похотливо усмехнулся и выскользнул из комнаты; дверь за ним задвинулась. Она отрезала звуки клуба, и теперь я слышал лишь бит, под который танцевала виртуальная стриптизерша.

Рот Мэддокса недовольно искривился.

— Расслабься, чувак. Рук не настолько туп, чтобы с нами связываться. Так ему не заплатят.

— Ты же раньше с ним работал, да? — спросил Мэддокс.

— С Руком? Не. Он не был из Хромированных Кицунэ. Он просто всегда совал свой нос в чужие задницы, всегда имел с ними дела. — Я фыркнул. — Будь он Кицунэ, он бы не встречал меня с такими распростертыми объятиями.

Мэддокс кивнул. Я никогда особо не рассказывал ему о временах, когда был Кицунэ, но нетрудно догадаться: когда уходишь из банды, всё не ограничивается просто обидами и парой пролитых слезинок. Обычно всё заканчивается как минимум несколькими трупами — или, в моем случае, множеством.

Дверь отъехала в сторону, и Рук плюхнулся на скамью напротив меня.

— Какого рода данные вы ищете?

— Просто ищем кое-какие ответы, — сказал я. — О Ренарде.

Его улыбка не дрогнула, но в глазах что-то мелькнуло. Интерес? Раздражение? Трудно сказать.

— Ренард, значит? Давненько не слышал этого имени. — Он откинулся назад, раскинув руки по сиденью. — И почему, скажите на милость, я должен что-то о нем знать?

— Кончай заливать, Рук. Мы знаем, что он здесь бывал — часто. Что он делал?

— Полагаю, то же, что и все здесь — мочил свой член.

Я в раздражении провел рукой по волосам, когда песня сменилась и перед нами материализовалась новая цифровая девушка. А вот у этой сиськи были идеальные. На мгновение я позволил себе насладиться ими — а затем мои челюсти сжались.

Это была она.

Зеленые волосы обрамляли это великолепное веснушчатое лицо, пока она извивалась всем телом. Эон Ибарра, запечатленная в идеальной цифровой копии. Ну, почти идеальной. Хотя двигалась она как чертова мечта, ее глаза были мертвыми.

Мэддокс поймал мой взгляд, и, узнав ее, напрягся еще сильнее — если это вообще было возможно. Рук заметил это движение и проследил за нашими взглядами.

— А, она вам нравится, да? Не могу вас винить — она была единственной в своем роде. — Он покачал головой. — К сожалению, она больше не одна из моих девочек. Но, к счастью, она навсегда останется в моей базе данных. Так что, по сути, она всегда будет моей.

Он одарил меня той самой зубастой ухмылкой, и я чуть не сломал зубы, еще сильнее стиснув челюсти.

Моя рука метнулась к поясу, но Мэддокс бросил на меня предостерегающий взгляд. Вместо оружия я достал из кармана пиджака свою «VaPurr», зажег ее и снова откинулся на спинку. Рук не унимался.

— Я могу загрузить ее на одну из РобоКисок, что у нас есть, если вас заводит вирт…

— Я здесь не для того, чтобы спускать пар, Рук. Хотя то, как ты мне тут ебешь мозги, может заставить меня передумать. У тебя есть что-нибудь полезное, или мы закончили?

Его улыбка тут же сползла.

— Вы же знаете, в этом бизнесе конфиденциальность — это всё. Если люди услышат, что я раздаю данные клиентов…

— Значит, никто об этом не услышит. Либо ты рассказываешь нам всё, либо все эти виртуальные киски в твоей базе данных внезапно исчезнут во время следующего обновления системы. Так что выбираешь?

Шея Рука покрылась испариной; он был взбешен, но не мог тягаться со мной так же, как не мог тягаться с ПОМ.

— Ладно — но это останется между нами. Да, Ренард приходил сюда. Ему нравились девочки — очень нравились. Но ему также нравилось встречаться с лидерами Хромированных Кицунэ, которые тоже наслаждались моими девочками. Сечете?

— Кто? Мне нужны имена.

Его губы сжались, но Рук был в первую очередь трусом. Теперь это была просто игра в ожидание.

— Хидэки Хинокава.

При этих словах я выпрямился. Хинокава-сан был оябуном — главой клана. Если он встречался с Ренардом, это не какая-то мелкая уличная сделка.

— Записи есть?

— Что, я похож на идиота? Конечно нет. Потому они здесь и встречались.

Я усмехнулся. Позже я попрошу внутренний отдел проверить его диски, но там, скорее всего, ничего не было. Рук был трусом, но он был прав. Он не был идиотом.

— Что еще? — спросил Мэддокс, не расцепляя скрещенных рук.

— Не так уж много. В том-то и суть, что я понятия не имел, о чем они болтают.

Мэддокс хмыкнул.

— У него была любимая девочка? — спросил я. Рук кивнул. — Пришли ее сюда. Может, я всё-таки намочу свой хуй.

Мэддокс снова хмыкнул, а Рук ухмыльнулся:

— Я знаю, что мы друзья, но товар не бесплатный.

— Да, да. — Я махнул рукой, и он ушел. Я буквально почувствовал, как кредиты списываются с моего счета.

Мэддокс нахмурился:

— Сай, мы работаем. И тебе не кажется, что это дурной тон…

— Я просто хочу поговорить с ней, боже, напарник. Вечно думаешь обо мне худшее.

— Ну да, конечно. Что ж, я буду снаружи. Не хочу в этом участвовать. — Он встал и вышел.

— Моралист! — крикнул я ему вслед, но он не отреагировал. Когда дверь снова задвинулась, в комнате остались только я и виртуальная Эон.

Я подался к голограмме, и на мгновение мне показалось, что она посмотрела прямо на меня.

— Не могу тебя найти, но и сбежать от тебя тоже не могу, да? — Я сделал еще одну затяжку из «VaPurr» и позволил этому чувству хлынуть сквозь меня; импланты отреагировали, и боль в плече утихла. Еще одна затяжка, и я почти перестал ее чувствовать. Свет в комнате начал рассеиваться, и я понимал, что принял слишком много — но, кажется, мне было абсолютно наплевать.

Я снова перевел взгляд на Эон на столе, когда она встала и заползла ко мне на колени.

— Соскучился, корпорат?

— Ни капельки, куколка.

— Ты ужасный лжец. — Проклятье, этот Вектор, должно быть, был совсем свежим, потому что я готов был поклясться, что чувствую, как ее руки сжимают мой воротник, чувствую ее вес у себя на коленях.

— Как долго еще ты заставишь меня ждать?

— Я всегда получаю то, что хочу. Любой ценой.

— Вот это мне нравится. — Она ухмыльнулась, и в этих глубоких фиолетовых глазах вспыхнули искры. — Так чего ты хочешь в первую очередь, красавчик?

— Что? — Я тряхнул головой.

— Блин, да ты совсем улетел. Я спросила, чего ты хочешь, красавчик?

Я моргнул, и зеленые волосы с идеальными губами растворились, превратившись в нечто иное — в кого-то другого. Темные волосы с прямой челкой обрамляли милое личико с волевой челюстью. Любимая девочка Ренарда.

— Как тебя зовут?

— Акико. — Она терлась всем телом о мое; ее ноги были широко расставлены у меня на коленях, а манящий жар прижимался к моему твердеющему члену. Но за последнюю неделю я и так достаточно отвлекался. Дело превыше всего. Я крепко сжал ее бедра, чтобы она не могла пошевелиться. Она постаралась не подать виду, но я заметил, как она вздрогнула.

— Расскажи мне о Ренарде.

— О ком? Сейчас здесь только мы с тобой, красавчик.

— Давай начнем сначала, милая. — Я сверкнул пистолетом под курткой, но ее взгляд приковался к значку ПОМ над моим сердцем. — Расскажи мне о Ренарде.

Краски схлынули с ее лица.

— Ты из этих, да? Кайдзины — бугимены корпорации ПОМ?

— И буги-вумен. Мы никого не ущемляем. — Я сжал ее бедро чуть сильнее, и она поморщилась.

— Я не хочу проблем.

— Тогда скажи мне то, что я хочу знать.

Она вздохнула, и маска спала с ее лица.

— Да что тут рассказывать? Хочешь узнать его любимые позы или типа того?

— Когда-нибудь подслушивала его встречи с Хинокава-саном?

Ее глаза расширились. Плохая лгунья.

— Нет, я никогда…

Я подтянул ее ближе к себе, выхватил пистолет из кобуры и провел дулом по ее бедру.

— Не лги мне.

Она заскулила:

— Окей, окей. Он ведь мертв, какая теперь разница? Они постоянно говорили о… хранении данных. О том, сколько у Хинокавы места в логове Кицунэ. Только об этом и говорили, как на гребаных деловых переговорах. Ренард хотел больше места на их сервере — хотел, чтобы они обновили свои процессоры. Говорил, что «проект» продвигается недостаточно быстро.

— Какой проект?

Она покачала головой.

— Я не знаю, клянусь. Они никогда не упоминали… — Теперь она дрожала, но не лгала.

Я прижал ее голову к своей груди и нежно погладил по волосам.

— Верю. Еще что-нибудь, что мне стоит знать?

Она не пыталась вырваться, говоря прямо мне в грудь.

— Мужик доплачивал кучу денег за то, чтобы трахаться без резинки — обожал это. Вообще-то он обрюхатил двух девочек здесь.

— Имена? — спросил я. Она назвала их, и я сделал пометку, но сомневался, что это приведет к чему-то большему, чем выплата отступных. Быть матерью внебрачного ублюдка кого-то из высшего руководства, вероятно, считалось одной из самых стабильных работ в этом городе.

Я откинулся назад. Зачем Ренарду хранить данные у Кицунэ? Он руководил крупнейшей технологической инфраструктурой в мире. Разве что он замышлял нечто такое, что хотел скрыть от чужих глаз. Больше вопросов, чем ответов — но это уже было начало.

Мой взгляд снова сместился к голографической фигуре Эон.

— Знаешь ее? — спросил я Акико, кивнув на стол. Она на мгновение обернулась.

— И? Да, какое-то время назад. — Она продолжала тереться о мои бедра, но я вскинул брови. Она вздохнула и замедлила движения. — Она была… она была хорошей. В нашей профессии некоторые становятся стервами — считают, что каждый сам за себя. Но И всегда обо всех заботилась. Я как-то попала в переплет; один бывший угрожал мне. Не знаю точно, что она сделала, но куча его данных утекла в сеть, и теперь он в тюрьме. Больше мне не нужно о нем беспокоиться.

Ну конечно, блядь, она это сделала. Киберраннер с сердцем ангела.

— Знаешь, где она сейчас?

Она покачала головой:

— Не-а, И вечно была в движении — никогда не задерживалась на одном месте, особенно после того, как выбралась отсюда. Единственное место, где ее можно было найти стабильно, — это Сеть. И нет, ее новых контактов там у меня тоже нет.

Я откинулся на спинку кресла, испустив вздох. Вот и всё на этом.

Акико прижалась ко мне, натирая мой полувозбужденный член своими бедрами и упираясь сосками мне в грудь; она прошептала мне на ухо:

— Эй, может я и не она, но я тоже ничего. Да ладно тебе, мне редко попадаются такие красавчики, как ты. Мы могли бы по-настоящему повеселиться. Она была умной — понимала, что парню из ПОМ лучше уйти с приятными воспоминаниями о ней.

Я ухмылся, и мои руки скользнули вверх по ее бедрам. Она издала самый сладкий тихий стон. Иногда я, блядь, обожал свою работу.

— Даже не знаю, мне ты кажешься жутко плохой девочкой.

Она ухмыльнулась и запустила руки под мою куртку, скользнув вниз к поясу штанов, и я простонал, когда она без колебаний сжала мой член со всей силы. Я потянулся за презервативом в карман куртки, когда мерцающие огни цифровой проекции привлекли мое внимание.

Эон двигалась — почти в точности так же, как Акико — вращая бедрами, ее глаза были полуприкрыты от удовольствия.

Я сделал еще одну затяжку, пока Акико раскатывала презерватив на моем члене. А потом мне стало казаться, что это рука Эон лежит на мне, это ее сладкая киска обхватила меня. Я сомкнул ладонь на основании ее горла — ровно настолько, чтобы почувствовать, как ускорилось ее сердцебиение.

Продолжай бежать, куколка. Мне не терпится тебя поймать.