Срезав дорогу по берегу ручья, делившего Лукоморье на Верхнее и Нижнее, мы пересекли три проулка и выбежали прямо к калитке дома, где круглый год проживали мои дедушка с бабушкой и куда родители отправляли меня на каникулы, а иногда и просто на выходные, поскольку ехать сюда от Москвы было всего каких-нибудь полчаса.

Настоящей деревней наше Лукоморье не было. Здесь не держали коров или кур, не распахивали огороды и не возводили теплиц. Жители посёлка все до единого были горожанами, перебравшимися за город, поближе к природе. Кто-то, как мои дедушка и бабушка, уже отдыхал на пенсии, другие каждое утро уезжали на работу, а вечером возвращались наслаждаться свежим воздухом и пением птиц в тёплой компании озверелых подмосковных комаров.

Я к дачным радостям относился скептически и по-настоящему полюбил Лукоморье только тогда, когда подружился с Васькой, то есть с Василисой. До этого момента найти друзей в Лукоморье мне никак не удавалось.

Здешние мои сверстники делились на две категории. Первые целыми днями носились по посёлку на велосипедах и вели непримиримую борьбу между Верхним и Нижним Лукоморьем. Противоборствующие стороны сходились у ручья, обзывались неприличными словами и периодически дрались. Участвовать в этих бессмысленных стычках мне было неинтересно, к тому же моя упитанная комплекция делала меня плохим драчуном. Нет, я не толстяк, просто чуть более плотный и тяжёлый, чем остальные мальчишки. Дед – учёный-микробиолог – говорит, что это из-за того, что у меня широкая кость, и со временем я вытянусь. Его точка зрения мне нравится, только вот мои пухлые щёки, в которых очевидно нет никаких костей, вызывают у меня сомнение в справедливости дедовой теории.

Вторую категорию моих ровесников составляли любители сетевых роликов, аниме и компьютерных игр. Занятия эти сами по себе не требовали компании, поэтому особой дружбы среди этих ребят не водилось, да и больши́м поклонником видосов и манги я не был. Мне куда больше нравились фильмы с хорошей компьютерной графикой или книги в стиле фэнтези.

Что же касается видеоигр, то тут у меня и без сверстников был несравненный напарник – бабушка. Всю жизнь она работала программистом, занимаясь этим делом ещё в те времена, когда не существовало Интернета, а компьютеры были размерами со шкаф. Выйдя на пенсию, она не пожелала расставаться с высокими технологиями и заделалась тестировщиком компьютерных игр. Каждый день по несколько часов бабуля бродила по неизведанным цифровым мирам, где колонизировала неосвоенные континенты, укрощала фантастических чудовищ, палила из бластера, билась на лазерных мечах, и я всегда мог присоединиться к её виртуальным приключениям.

Короче говоря, бабушка у меня была эпической, хотя и имела один серьёзный недостаток, смириться с которым мне помогла Васька. Бабуля с самого моего рождения звала меня Мотей, а не Матвеем и менять свою привычку не хотела. Называй она меня так только дома, без посторонних, это можно было бы пережить, но нет! Бабушке непременно нужно было выйти в проулок и зычным, словно у учителя физкультуры, голосом проорать: «Мотя! Давай домой! Суп стынет!»

Однажды постылое «Мотя» прозвучало в присутствии Васьки. Я был готов провалиться от стыда, а бабушку в тот момент просто ненавидел. Васька же совершенно неожиданно пришла в восторг.

– Мотя?! Это прям топчик! – заявила она и с тех пор стала обращаться ко мне только так, примирив меня с нелепым именем.

Васька, как и я, долго не могла найти себе в Лукоморье друзей. С девчонками, интересующимися исключительно популярными блогерами и теми же анимешками, ей было скучно, а сверстников-мальчишек она считала болванами, поскольку сравнивала их со своими братьями-двойняшками, которые были старше её на двенадцать лет.

Единственным компаньоном Васьки долгое время оставался Бублик, крупный остромордый лохматый пёс дворовой породы с обвислыми ушами и кудлатым хвостом, который был закручен в тугой крендель и определял хлебобулочную кличку собаки. Совсем маленьким щенком Бублик прибился к Васькиному дому. Она взяла над ним шефство, а по окончании каникул забрала с собою в Москву. Когда на следующее лето Васька снова приехала в Лукоморье вместе с повзрослевшим Бубликом, мы с ней и познакомились.

Прежде чем поведать об этом судьбоносном моменте, мне стоит ещё кое-что рассказать о своей семье.

Мой дед, выйдя на пенсию, решил написать летопись нашего рода, в котором, по его твердому убеждению, непременно должны были быть выдающиеся исторические личности. Несколько лет дед собирал по дальним родственникам старые документы, письма и фотографии, рылся в библиотеках и запрашивал архивные справки. К его великому разочарованию, наши предки оказались обыкновенными людьми с ничем не примечательными судьбами. Единственным исключением был мой прапра… сколько-то там раз… прадед, служивший ещё при царе сыщиком в полиции. Выяснить подробности его жизни деду не удалось, зато он обнаружил написанную им книжку о секретах сыскного ремесла: как вести слежку и собирать улики, как анализировать расположение предметов в комнате или с одного взгляда запоминать незнакомый текст, а главное – то, что мне понравилось больше всего, – как подмечать всякие странности и строить на этих наблюдениях логические выводы.

Детективная наука прапрадеда меня очень увлекла, и вскоре, благодаря его книге, я освоил приёмы скрытого наблюдения, щёлкал как орешки логические загадки из Интернета и демонстрировал навыки феноменальной памяти. Последним мне и удалось произвести впечатление на Ваську.

Всё произошло в нашем сельском магазине, похожем на огромную кладовку, забитую всякой всячиной от шоколадок до канистр с омывателем автомобильных стёкол. Васька, сердитая и растерянная, стояла посреди всего этого хаоса и пыталась собрать порученный ей список покупок, занимавший два тетрадных листа. Пока она искала одно, напрочь забывала, что там было дальше, а продвинувшись вниз по списку, теряла всё ранее найденное. Понаблюдав за её мучениями пару минут, я предложил Ваське свою помощь и стал подсказывать местоположение бессистемно расположенных товаров. Совместными усилиями мы преодолели магазинный квест и вернулись в посёлок неразлучными друзьями.

Незаметно прошмыгнув мимо деда, увлечённого борьбой с гусеницами, доедающими последние листья на малахольном смородиновом кусте, и мимо бабушки, крошащей в мелкий винегрет волосатого инопланетного осьминога, мы с Васькой и Бубликом поднялись на второй этаж в мою комнату.

После буксировки по газону Васькины колени, локти и футболка были перепачканы в земле и зелёные от травы, поэтому первым делом ей пришлось идти в ванную, отмываться и переодеваться в чистую футболку из моих закромов.

– Жесть! – недовольно буркнула Васька, глянув на себя в зеркало.

Она была выше меня на голову и раза в два худее, так что в мою футболку поместились бы две Васьки.

– Оверсайз! – не согласился я.

Васька посмотрела на меня как на безнадёжного дурака и вздохнула:

– Мотя, она цыплячьего цвета и на ней надпись: «Солнышко».

– Мне её бабушка подарила, – стал оправдываться я. – Не нравится – выбери другую.

– Сойдёт, – отмахнулась Васька и сунулась в телефон: – О, смотри! Ангелина обращение к подписчикам опубликовала. Обещает вознаграждение тому, кто найдёт пса… Мотя, это же наш шанс! Бежим скорее Принца искать, пока кто-нибудь раньше нас вознаграждение не получил!

Она вскочила и принялась завязывать на животе слишком широкую для неё футболку. Тут-то меня и осенило:

– Васька, он не сбежал!

– В смысле? – не поняла Васька.

– Принц не сбежал! Его похитили!

Васька покосилась на стопку книг, лежавшую на моём столе.

– Ты про магов все книги перечитал и на детективы перешёл? – ядовито спросила она.

– Да послушай ты! Всё дело в подкопе.

Васька состроила недоумённую мину и уточнила:

– Ну да, через подкоп он и слинял. Разве не так?

– Нет!

– Почему?

– Потому что подкоп был ему велик. Слишком просторный, как моя футболка для тебя, понимаешь?

– Ничего я не понимаю! – рассердилась Васька. – Какая проблема с просторным подкопом? Наоборот, была бы дыра узкой, он бы в ней застрял.

– Правильно! Но зачем бы он стал рыть такую огромную дыру? Лежанку с собой прихватить?

Васька задумалась и оценивающе взглянула на дремавшего в углу Бублика.

– Собаки – существа умные, лишний раз напрягаться не станут, – признала она и тут же высказала идею: – Может, подкоп другая собака вырыла? С противоположной стороны забора… А Принц просто воспользовался ситуацией.

– С противоположной стороны забора живут Морозовы. У них три кошки, и никаких собак там никогда не бывает.

– Но ведь подкоп всё-таки есть, – упорствовала Васька, – значит, кто-то его вырыл.

– Его вырыли похитители для отвода глаз!

Васька нахмурилась.

– Не понимаю, Мотя, зачем нужны такие сложности?

Я уже собирался ответить: «Да всё же очевидно!» – но вдруг понял, что ничего очевидного тут нет.

– Действительно, зачем? – Я принялся рассуждать вслух: – По логике, для того, чтобы все думали, что Принц сбежал. Но для чего это нужно похитителям?

– Для чего его вообще похищать? – подхватила Васька. – Это же не кошелёк с деньгами и не сундук с драгоценностями. Пёс как пёс! Ну, породистый… Что с ним дальше-то делать? – Тут Васька аж подпрыгнула от снизошедшего на неё озарения: – Я поняла! Принца похитили, чтобы у Ангелины выкуп потребовать! Она ведь без него потеряет свою популярность. На шпице весь её канал держится…

Идея Васьки была хороша, но, увы, противоречила логическим выводам, которым научила меня прапрадедушкина книга.

– Тот, кто собирается требовать выкуп, не станет подделывать побег, – возразил я. – Наоборот, он заявит о похищении и подтвердит его фотками или видео.

– Тогда ещё проще, – не желала сдаваться Васька, – похитители знали, что Ангелина объявит награду. Спёрли Принца, а потом вернут его и получат свои денежки без всякого риска.

– Как же без риска! – снова не согласился я. – А если бы их застукали, когда они подкоп рыли?

Васька закусила губу и нахмурила брови. Шестерёнки в её мозгах крутились так энергично, что я почти слышал их лязг.

– Знаю! – выпалила она. – Это всё фанаты! Те ненормальные, что милоту в комментах разводят, или, наоборот, хейтеры, которые собак терпеть не могут. Вроде Кобры…

Я живо представил себе, как Наталья Петровна, оттопырив толстый зад в блестящих лосинах, копает лаз под забором, и снова засомневался.

– Так тоже быть не могло. Если фанаты или хейтеры из Лукоморья, они спёрли бы пса давным-давно, а чужаков на воротах не пропустили бы. Тем более что Принца не спрячешь. Он же лает как заведённый.

Васька обиженно надулась и скрестила на груди руки.

– Ладно, Шерлок! Какие идеи у тебя? – язвительно спросила она.

– Пока никаких, – признался я, – но они обязательно появятся!

– Тогда открываем дело! – провозгласила Васька.

– Дело о пропавшем Принце, – поддержал я.

Бублик вскочил на лапы и бодро гавкнул, присоединяя свой голос к нашему решению.