Три дня пролетели быстрее, чем я ожидала. Чтобы справиться с тревогой, которая охватывала меня при взгляде на погасший экран телефона, я занимала себя делами. Наводила порядок в своём временном жилище, вытряхивала и вытирала пыль, перебирала содержимое шкафа. Весь день сидеть над изучением нового языка у меня не получалось: я привыкла быть в движении, поэтому старалась чередовать учёбу с уборкой и прогулками по владениям графа Грегориана.

– Нари сказала, что ты всё делаешь сама, ей остаётся лишь менять цветы в вазе, – с усмешкой сказал мне Грег, когда мы вместе вышли в сад вечером третьего дня.

– Спасибо за цветы, – улыбнулась я в ответ. – Каждый день новый букет мне ещё никто не присылал.

– Даже муж? У вас это не принято?

– Очень даже принято, но некоторые мужчины считают, что цветы – это бесполезная трата денег, а через несколько дней – засохший веник, от которого по всей квартире летит мусор.

«А кто говорил, что бриллианты – это всего лишь углерод?» – ехидно пропел в моей голове писклявый голосок Ленки. Я вздохнула. Бриллианты, как ни крути, были холодными, пусть и красивыми камнями, огранёнными человеком так, как ему нужно. Разве можно было сравнить их с цветами – нежными и ароматными творениями самой природы?

– Ты довольно холодно отзываешься о своём супруге. Это договорной брак? Так решили ваши родители? – Грег предложил мне взять его под руку, а сам начал аккуратные расспросы.

– Нет, мы поженились по собственной воле, – качнула головой я. – Но наши чувства не выдержали испытания временем. Точнее – его чувства. Я любила его всем сердцем. Или думала, что люблю.

– Почему ты говоришь об этом в прошедшем времени?

– Потому что мы больше не вместе, – чуть помолчав, ответила я.

Граф скользнул по мне сочувственным взглядом, но больше ничего выведывать не стал. Он ждал, когда я сама решусь рассказать эту историю. А я смотрела, как оранжевые листочки планируют с деревьев на каменные плиты садовой дорожки, и думала, что Антон и Ленка от меня сейчас так далеко, словно их не существовало. И правда – в этом мире их никогда не было.

Как остро я чувствовала разлуку в своём родном мире, и как всё изменилось здесь, в этой странной сказке, куда я угодила через волшебный портал! Мне даже не верилось, что дни отведённого мне года уже начали обратный отсчёт и когда-нибудь наступит день моего возвращения. Если бы только была возможность позвонить маме – я бы и вовсе перестала тревожиться.

– У нас с Амелией всё было наоборот, – усмехнулся Грег. – Я готовился к поступлению в Академию и был уверен, что меня ждёт развесёлая студенческая жизнь в столице. Мы с друзьями мечтали поселиться в общежитии и вкусить все прелести юности и свободы. Ведь нам было по шестнадцать лет!

– Что-то пошло не так?

– Всё пошло не так, Катя. Накануне моего отъезда на экзамены отец устроил приём. Амелия была дочерью барона Ламотта, старого друга отца. Я никогда прежде её не видел. Нас представили и в тот же вечер объявили о помолвке. Сказать, что я тогда рассердился, это ничего не сказать! Я нагрубил и отцу, и невесте, вскочил на коня и уехал в соседнее селение вместе с парой близких друзей. Словом, повёл себя как последний дурак.

– Знаешь, на твоём месте любой взбунтовался бы! – воскликнула я. – У нас в мире есть поговорка «без меня меня женили». Ещё и в шестнадцать лет.

– Здесь это не поговорка, а дань традициям. Мало кто из аристократов самостоятельно выбирает себе пару. И всё же потом я понял, что мне повезло!

– Ты вернулся на следующее утро?

– Стоило нам с друзьями завалиться в таверну и заказать выпивку с жареными рёбрышками, как на пороге появилась она – Амелия. Растрёпанная и жутко сердитая. Без родителей и даже без сопровождения! Она заявила, что тоже устала вечно слушаться предков и желает отдохнуть.

– Судя по всему, она была смелой девушкой!

– Ещё какой! Следующее утро мы встретили вместе. А потом я как честный человек женился на ней, и не могу сказать, что этот брак оказался мне не по душе. Мы полюбили друг друга. В столицу я отправился женатым человеком, а после лекций в Академии спешил не на танцы или в кабак, а домой к жене. У нас были дети. Двое детей.

По моей спине пробежал холодок. Мы шли по вечернему саду, полному длинных теней, а на темнеющем небе уже загорались первые звёзды. Грег ненадолго остановился у поворота дорожки, и я увидела, что он смотрит на спрятавшиеся среди рыжеющего кустарника надгробия. На могилках пышно цвели махровые белые хризантемы.

– У тебя хорошая лаборатория, – осторожно сказала я, чуть крепче обхватив предплечье графа. – Ты не пытался разобраться, что за болезнь сгубила твоих близких?

– Конечно, пытался, и не я один. Но все наши опыты оканчивались ничем. Как только мы нащупывали источник этой заразы, образцы неведомым способом обращались в пепел. Так я понял, что чума имеет неестественное происхождение – здесь замешана чёрная магия. И она препятствует созданию лекарства, а очистить материал от неё никак не получается.

– Вот почему я не нашла ни капли святой воды – ты истратил её всю на очистку образцов?

– Именно. Скоро мне привезут новую партию из Храма, и я прошу тебя не расходовать столь ценный компонент на ритуалы упокоения какой-то бессовестной убийцы! Пусть бродит по замку, сколько ей вздумается. Она больше не представляет опасности. В конце концов, в каждом уважающем себя старинном замке должны водиться привидения!

Мы повернули обратно к дому, и я решилась задать вопрос, который мучил меня вот уже три дня.

– Кроме того, что я сумела открыть двери, как ещё проявляется дар алхимика?

– Я покажу тебе, когда мы начнём вместе работать, а пока объясню в двух словах, – с энтузиазмом начал Грег, и я облегчённо вздохнула. Мрачная кладбищенская дорожка, а вместе с нею и густые тени прошлого остались позади. – В нашем мире любой человек, у которого есть ингредиенты и оборудование, может готовить зелья, эликсиры, экстракты.

– Как и у нас! Разумеется, нужно знать рецептуры и технологии, – вклинилась я.

– Всё так. Но только алхимикам с даром открываются истинные, глубинные свойства веществ. Обычный ремесленник, который делает растирки из лопуха против болей в коленях, никогда не сможет приготовить волшебный эликсир.

– Этот дар нечто вроде особого таланта? А если очень хочешь стать алхимиком, но дара нет?

– Какая ты забавная, Катерина! Разве можно стать, например, боевым магом, не имея магического дара? Конечно же нет! Между прочим, вам, алхимикам, тоже немного подвластна сила стихий.

Грег щёлкнул пальцами – и на его ладони затрепетал язычок яркого пламени. Я повторила его движение, но, разумеется, ничего не произошло.

– У меня так не получится, – вздохнула я. – А было бы здорово попробовать.

– Ты не можешь создавать огонь или воду, но можешь управлять ими при создании эликсиров. Заставить воду переливаться из сосуда в сосуд, уменьшать или увеличивать огонь горелки, двигать камни в ступке для истирания ингредиентов.

Мне стало жуть как любопытно всё это испробовать, но был уже поздний час, а назавтра у нас ожидались гости. Пришлось возвращаться в замок. Признаться, после этой прогулки я чувствовала себя воодушевлённой. Мне начало казаться, что я и вправду попала в этот мир не случайно, что меня здесь ожидают грандиозные события и открытия. И всё это нужно успеть за один год!

Если бы я только знала, что уже назавтра моя жизнь совершит новый, совершенно незапланированный кульбит!