Сложно сказать, что я испытала, когда по трём засыпанным листвой ступенькам поднялась на крыльцо алхимической лаборатории, а её двери вдруг распахнулись передо мной сами собой. От неожиданности я отшатнулась и чуть снова не упала. Помещение приветливо озарилось изнутри мягким золотистым светом. Пора бы уже привыкнуть к тому, что в этом мире всем управляет магия! Призрачная убийца тихо рассмеялась у меня за плечом:

– Не бойся, Катя, здесь нет ловушек! Я бы предупредила…

Ловушки? Об этом я бы подумала в самую последнюю очередь! Хотя было бы логично предположить, что каждый маг или учёный стремится защитить плоды своих трудов от конкурентов. Что если граф придумает чудодейственное зелье, а кто-то украдёт рецепт?

– Всё в порядке, – отозвалась я, с опаской переступая порог. – Я просто не привыкла к волшебству на каждом шагу.

– В вашем мире не так? Я слышала, есть миры, где магов преследуют, словно преступников.

И как, скажите на милость, объяснить ей, что магов и говорящих привидений в нашем мире вовсе не существует? Она ведь не поверит.

– Нет, у нас тоже есть двери, которые сами открываются и закрываются, а ещё – машины, электропоезда и даже самолёты, но всё это управляется наукой и техникой, а не волшебной субстанцией, которую нельзя ни увидеть, ни потрогать.

– Как необычно! – воскликнула убийца и прошмыгнула мимо меня вперёд.

Я вошла следом, да так и замерла с разинутым ртом. Это была самая настоящая старинная химическая лаборатория! Вдоль стен громоздились застеклённые шкафы и стеллажи, на их полках стояли всевозможные колбы, реторты, цилиндры и ступки с пестиками. Реактивы в пузатых баночках были снабжены разномастными этикетками, написанными чернилами. Я пригляделась, но увидела лишь причудливые каракули – ничего не разобрать.

Всю середину просторного помещения занимал огромный стол, заставленный перегонным оборудованием, горелками, фильтровальными воронками и прочими приспособлениями, часть из которых была мне совершенно незнакома. Я прикоснулась к отполированной каменной плитке, расчерченной линиями и треугольниками, – и не догадалась, для чего она нужна. У широкого окна на подоконнике посверкивали гранями причудливые кристаллы в стеклянных ванночках, в углу чёрным бархатным нутром зияла муфельная печь.

– Святая вода, Катя! – прошелестела убийца, и я опомнилась.

– Да, да, сейчас!

Разглядывая лабораторию, я позабыла обо всём – и о призраке, и о времени. Между тем снаружи становилось всё светлее. Призрачная девушка нервно металась от полки к полке.

– Я исчезну, когда взойдёт солнце.

– Тогда помоги мне, я не понимаю вашего языка, – сказала я и тряхнула головой, отгоняя то волшебное оцепенение, которое случается, когда попадаешь в место своей мечты.

– Святую воду наливают обычно в бутыли из синего стекла, оно самое ценное и редкое.

Оглядевшись, я заприметила три сосуда указанного цвета и кинулась открывать пробки. Будь я осмотрительнее, поискала бы для начала средства защиты – очки и перчатки, но мы с убийцей слишком торопились. Первая бутыль выпустила облако едкого белого пара прямо мне в нос! Я закашлялась и поспешно вернула пробку на место.

– Вот что значит не практиковаться в химии! – рассердилась я сама на себя.

Вторую пробку я вытаскивала с большой осторожностью, но внутри снова оказалась не вода, а жидкость с явственным запахом уксуса. Третья бутыль и вовсе была пуста. Мы прошерстили все полки и нашли ещё несколько синих банок и флаконов. Я вошла во вкус и с энтузиазмом пыталась угадать таящиеся под крышками и пробками вещества.

– Здесь явно собраны соли меди, железа и прочих металлов, – рассуждала я, осматривая очередной стеллаж. – Никакой воды, ни святой, ни демонической. Ты вообще уверена, что нужно искать здесь, а не в местном храме или что у вас тут?

– Уверена! Маги используют святую воду, чтобы очистить предметы от чужой энергии. Ты ведь знаешь, что такое зачарование?

– Смутно догадываюсь, – кивнула я, вспоминая меч-кладенец и скатерть-самобранку. Интересно, они считаются зачарованными вещами или в этой сказке всё по-другому?

– Кстати, если в храме заканчиваются синие бутылки, то воду наливают в зелёные или коричневые, – как бы между прочим заметила призрачная девушка.

Я оглядела лабораторию и ахнула: зелёных и коричневых сосудов здесь было, наверное, несколько сотен! На поиски святой воды может уйти несколько дней. А сколько времени осталось до восхода солнца?

– Ты не могла сказать об этом с самого начала?! – упрекнула я призрака.

– Я забыла, – виновато прошипела она. – Ты знаешь, после смерти многое начинает забываться.

– Ладно-ладно, сейчас поищем ещё, – подбодрила я убийцу.

После недолгого анализа ситуации я по одной принесла на стол пять подозрительных запылённых бутылей. Расставила прозрачные стаканы, плеснула из каждой бутыли немного жидкости. Все были очень похожи на воду. Я спросила:

– У вас в мире есть индикаторная бумага?

– Не слышала о такой, – удивилась моя спутница. – Но можно попробовать на вкус!

– Спасибо большое, – улыбнулась я. – Я знаю, что алхимики Средних веков именно так и делали, но я ещё надеюсь немного пожить на белом свете. Лучше скажи, чем должна пахнуть эта твоя вода?

– Вроде бы ничем, хотя святоши говорят, что она пахнет благодатью. И солнцем. И светом.

– Очень информативно!

Осторожно понюхав жидкости, я забраковала две из них. Осталось ещё три. Трудно представить, как местные учёные проводят эксперименты, не имея под рукой банальных измерительных приборов! Я, разумеется, не подумала, что они и здесь полагаются на магию.

– Возьмём все три, какая-нибудь сработает, – решила я. – А теперь ты должна продиктовать мне молитву.

Среди исписанных закорючками лабораторных журналов и свитков я нашла чуть потрёпанное перо, схватила чернильницу и забралась на высокий табурет. Убийца задумчиво плавала туда-сюда вдоль стеклянных шкафов. Неужели забыла слова? Или приближающийся рассвет пугает её так, что невозможно сосредоточиться?

– Милостивый Создатель, вездесущий, всеведущий и всемогущий… – начала диктовать она и вдруг запнулась.

Ясное дело, местному доброму и светлому богу не нравились злодеи – и правильно!

– Ну же, дальше? – поторопила я, не видя, что происходит у меня за спиной.

– Снова она! Проклятая кошка! – завизжала призрачная девушка, и я обернулась.

В дверях лаборатории стоял граф Грегориан, а его верная фамильярша Мэлли злобно скалилась на убийцу. В следующий момент кошка прыгнула – и призрак растворился в воздухе.

– Я увидел свет в лаборатории. Что ты здесь делаешь, Катерина? – строго спросил граф.