В общем, пошла я искать Андрея, сама не до конца веря в то, что делаю. Буду уговаривать его лепить котлеты.

Я понимаю, что Мила хочет произвести на свекровь впечатление. Та довольно прохладно отнеслась к тому, что младший сын женился не на девушке из обеспеченной семьи, которую ему подобрали, а на Милке.

Моя сестрёнка – добрая и ласковая, видимо, этим и покорила Женю. Ведь в их кругах вращаются совсем другие девушки. А Мила первое время даже не знала, что Женя из обеспеченной семьи. По нему это вообще не видно: он очень простой парень.

Я считаю, что они идеально подходят друг другу.

Андрея и Женю я нашла в просторной гостиной. Говорили они, по-видимому, о работе.

– … поэтому нам и нужно инвестировать в ту компанию, – рассуждал Женя. – Ты согласен?

– В целом, да, но надо ещё послушать аналитиков. Алина, – заметил меня Андрей. – Как там кухня? Цела ещё?

Я послала ему недовольный взгляд. Женя последовал моему примеру.

– Моя жена прекрасно готовит, – заявил он. – Не каждый раз, правда, но иногда и правда получается вкусно.

– Мило, – заключил Андрей.

– Жень, слушай, а где ваши родители? – полюбопытствовала я как бы невзначай.

– Не знаю… Кажется, я слышал их голоса с улицы. Надеюсь, они там не ругаются. Ну, пойду и проверю.

К моему облегчению, Женя ушёл, оставляя нас с Андреем наедине. И теперь я могу его попросить слепить котлеты.

Окинула его взглядом, размышляя, как бы подступиться к этому вопросу.

– Спровадила брата, – ухмыльнулся Соколов. – Так хотелось остаться со мной наедине?

Я набрала воздуха в грудь, чтобы ответить что-нибудь колкое, но потом медленно выдохнула. Нет, я же хочу, чтобы он оказал мне услугу. Сейчас мне с ним ссориться нет никакого толку.

– Мне нужна твоя помощь, – серьёзно проговорила я.

Соколов аж в лице изменился, ухмылка мгновенно исчезла с его губ. Побледнел даже. Что за реакция такая?

– Алина, что случилось? Тебе плохо? Тошнит?

– Нет, с чего бы меня тошнило? – нахмурилась я.

Андрей с облегчением выдохнул.

– Тогда в чём дело?

– Поможешь Миле лепить котлеты?

– Эм, чего?

– Котлеты, – повторила я. – Лепить. Миле.

– Ты сказала тоже самое, только слова местами поменяла.

– Андрей, она не умеет готовить! А мы с ней хотим, чтобы она произвела впечатление на вашу маму.

– С помощью моих котлет? – уточнил Соколов. – Послушай, я такое не готовлю. Я готовлю изредка, когда хочу отвлечься, и, поверь, далеко не котлеты.

– Далеко не котлеты, что это? – вскинула брови я. – Салаты режешь?

– Высокая кухня, слышала про такое?

– Но сейчас требуются котлеты. Ну что тебе, жалко, что ли?

– А кто меня просит? – задал какой-то странный вопрос он.

– В смысле, кто? Я прошу.

– Мой школьный враг? Или повзрослевший друг?

– Та, чью жизнь ты делал невыносимой, – не выдержала я.

Соколов снова изменился в лице.

– Но ведь и ты меня преследовала, Алина! Чего только тот огнетушитель стоит. У меня после этого зрение испортилось. А тот случай в шестом классе? Ты ведь вылила замазку в мой термос! И мне две недели было плохо.

– Ты сам меня провоцировал без конца! – возмутилась я. – Ты только и делал, что называл меня Пончиком!

– Но ты… это… – он не мог подобрать слова. – Тебя и правда это так… задевало?

Я аж рот открыла. А типа он не знал.

– В смысле? Да все мои комплексы, от которых я долго избавлялась, из-за дурацкой детской клички.

– Боже, Алина. Пончик – это ведь не что-то плохое.

– Ещё скажи, что это ласковая кличка! И ты меня так звал, потому что я тебе нравилась, – скрестила руки на груди, не зная, чего дальше ожидать.

– Алина, я… – Соколов сделал глубокий вздох. – Я больше не буду так тебя называть. Идёт?

– Да уж, сделай одолжение!

– Пожалуйста, не могла бы ты… сменить гнев на милость? Хотя бы на самую капельку. Я не такой плохой, как ты думаешь.

– Правда? Ну докажи, – я победно улыбнулась, всё, он у меня на крючке. – Иди лепить котлеты.

И… он пошёл. Мы пошли на кухню, я с торжествующим видом, он – с удивлённым от того, что вообще попал в такую ситуацию.

– Генеральный директор крупнейшего холдинга прошёл лепить котлеты, – сообщил он удивлённой Миле.

– Спасибо, Андрюша, ты лучший! – она кинулась на него с объятьями, опасно размахивая ножом. Андрей еле увернулся. – Мы с Алинкой тебе поможем.

После двух разбитых мимо миски яиц, пролитого на пол молока, а также попытки отрезать себе палец при нарезании лука всем стало очевидно, что помощницы из нас так себе.

В итоге, мы просто тусовались около двери, готовые в любой момент отвлечь того, кто попытается войти на кухню.

Я наблюдала за Андреем. Не хочется это признавать, но с закатанными рукавами белой рубашки и за готовкой он выглядел горячо. Его руки, работающие с продуктами, вот, на чём я зависла.

Глупо отрицать, что он в моём вкусе. Да он во вкусе каждой! Если бы не характер ещё его…

У Милы зазвонил телефон. Звонок вывел меня из размышлений, в которых я уже представляла Соколова без рубашки… А что? Всё равно никто ничего не узнает.

– Алло? – ответила на звонок та. – Из гинекологии? Но я не записывалась…

– А, это моя запись, – окликнула я сестру. – Твой номер случайно компьютер подставил. Скажи им, что всё в силе. Завтра в двенадцать.

– Запись в силе, завтра на двенадцать, – сказала Мила в телефон. – До свидания.

Взглянула на Соколова. Тот стоял довольно-таки далеко, да и к тому же, был поглощён готовкой, так что вряд ли он слышал.

Я решила сходить к женскому доктору. Во-первых, периодически его надо посещать, а во-вторых, раз уж я провела с кем-то ночь, которую не помню, надо позаботиться о своём здоровье.

Если эта ночь вообще была. Ну вот сомневаюсь, даже после того, как Соколов подтвердил.

Это не в моём стиле. Да и не в стиле Соколова. Он, конечно, придурок и всё такое, но воспользоваться пьяной девушкой не способен. Не такой он человек. Вывод один – инициатором была я. Но почему же я ничего не помню-то?

– Почти готово, – объявил Андрей.

– Кто-то идёт! – услышала чьи-то шаги я.

Андрей с Милой мгновенно поменялись местами. Счёт шёл на секунды, так что я самолично помогла Соколову развязать фартук.

– Как вкусно пахнет! – восхитилась мама парней, войдя на кухню. – Прислуга уже накрыла на стол, закуски поданы. Давайте к столу?

Мы все расселись, обменялись любезностями и принялись есть. О, котлеты, они были просто божественны!

– Мила, какая вкуснятина! – одобрил свёкор.

Андрей у меня получил сто очков в плюс.

Девушка-горничная принялась разливать всем вино.

– Только Андрюхе много не наливайте, – сказал Женя. – А то забудет вкус этих чудесных котлет от моей жены.

– Что-что? – зацепилась за его слова я.

– Ну Андрей, если много выпьет, то потом у него память отшибает, – пояснил Женя со смехом. – Верно, братец?

– Ага. Но для этого надо что-то покрепче вина, – как ни в чём не бывало отозвался тот.

А у нас больше общего, чем я думала. Вот только в ту ночь, которую я никак не могу вспомнить, пила, если верить Миле, только я одна. А он провожал меня до моего номера. Значит, был трезвый…

Голова идёт кругом. Ладно, подумаю об этом позже. А сейчас время вкусно поесть.