Война закончилась через десять дней после начала. Ещё через две недели отряд нашего дома вернулся с почётом, не потеряв ни одного человека — ни мёртвыми, ни ранеными. Отец в честь этого закатил большой пир: алкоголь и истории о подвигах лились рекой. Старшая сестра по секрету сказала мне, что они не участвовали ни в одном сражении. Вот это я понимаю успех! И себя показали, и сами не пострадали.

На этом хорошие новости не закончились: наш род, как участников, приглашали во дворец императора на торжества по случаю победы во славу империи и прочее, прочее.

Приглашение пришло на участников, главу рода и на меня отдельно. В письме было указано, что заинтересованные лица хотели бы познакомиться со мной лично. Я уже свыкся с идеей, что я гений и всё такое, но, чтобы мной интересовался императорский род! Не имей я печальный опыт прошлой жизни, когда возгордился больше позволенного, то повторил бы эту ошибку, сейчас же относился к таким авансам более осмотрительно.

Выезд был назначен через три дня. Уйма времени, но так считал только я. Женщины заполошно перебирали свои многочисленные наряды. Как, наверное, во все времена и во всех мирах, сетовали, что им совершенно нечего надеть. Не понимаю, как всего три женщины могли навести такую суету! Мужчины в тысячный раз перепроверяли безопасность маршрута. Он был всего один, так что выбор невелик, и, исходя из этого, организовывали охрану каравана. Мне даже сократили сегодня обучение, вернее, заменили привычные предметы на повторение правил и норм этикета при императорском дворе.

Собрались и даже выехали почти вовремя. Через полдня наш караван остановился на перепутье дорог. Мы дожидались Враинов — они немного задерживались. Ничего критичного, просто лёгкая поломка повозки. Об этом нам сообщили разведчики, о чём я подслушал, пользуясь тем, что на меня не обратили внимания во время доклада.

Я немного волновался: всё же мы с Софии не виделись больше четырёх лет. Не ожидал от себя такого. И вот их караван показался из-за поворота. Он был как минимум в два раза больше нашего. Если так подумать — вся эта куча народа нужна, чтобы обслуживать девять человек — официально приглашенных участников делегации. Маги любят комфорт и охотно его для себя обустраивают. Если финансы позволяют, конечно.

Да, Софии тоже была здесь. Не знаю, как её род выбил для неё приглашение, но разве это важно? Я, как самый обычный пацан, просто был счастлив, что мы проведём ближайшее время вместе. Пропустив мимо ушей все взаимные приветствия взрослых, просто постояв рядом для галочки, мы с подругой убежали в хвостовую часть каравана, чтобы взрослые не мешали нам.

Всё же, несмотря на опыт прошлой жизни, детское тело берёт своё. Оно наполнено энергией, хочется приключений, а всё вокруг наполнено живыми красками. Мне даже становилось грустно от знания о том, что эта детская непосредственность скоро пройдёт.

— Я слышала, что ты универсал, это правда? — начала разговор Софии.

— Да, — нет, вроде бы разумом взрослый мужик, а грудь сама колесом выпячивается. Что уж говорить, приятно. И помнила меня, и даже интересовалась моими успехами.

— Покажи!

Я хвастливо зажёг на пальце небольшой огонёк, создал немного воды, после чего превратил её в лёд. Войдя во вкус, вытащил у неё из кармана небольшой камешек, который как будто бы сам создал. Ну, не совсем создал — тут я сжульничал: камешек был в рукаве. И под конец намагичил слабенький порыв ветра.

— Классно! Я маг огня, ну и ветром немного могу управлять.

— Хорошая комбинация. Это лучше, чем огонь и вода, — поддержал я подругу.

— А то! Я помню про наш договор. У меня лучшие тренеры по всей империи!

— А у моих тренеров — лучший ученик, — и по трёпу тоже лучший, но это уже богатый опыт прошлой жизни.

— Проверим? — не придумав, как достойно ответить на мой словесный финт, Софии пошла в лобовую атаку.

— Давай. Только лекарей позовём.

— Боишься? — с превосходством спросила Софии.

— Нет. За тебя переживаю, − и ведь не соврал почти, запросто могло пойти что‑то не так, всё же мы далеко еще не полноценные маги, а уж с моей дурной силушкой…

Она задумалась, потом решила всё же принять это за комплимент.

— Хорошо. Пойдём за лекарем, — и, не дождавшись моего согласия, убежала.

Когда я её догнал, она уже обо всём договорилась со старшими. Элизабет Враин дала своё согласие при условии, что спарринг будет проходить под надзором взрослых. Мой же отец, уже будучи навеселе, дал своё согласие, не особо задумываясь о последствиях. К счастью, рядом была первая жена, которая одобрительно кивнула, и Кира, которая, казалось, только этого и ждала.

И вот на ближайшей стоянке наше маленькое противостояние собрало огромную публику. С нашей стороны — моя старшая сестра в роли судьи, от них — лекарь, и лекарь весьма неплохой, иначе бы дуэль не одобрили. Ну и вся остальная толпа в роли зрителей. Наслаждаться зрелищем не могли только патрульные.

— Надеть защитные амулеты! — удостоверившись, что мы готовы, моя сестра, вызвавшаяся судить наш бой, дала команду начинать.

Софии не изменила своим привычкам и сразу же создала атакующее плетение. Это был банальный огнемет: без сильных ожогов точно бы не обошлось, попади она по мне. Ха, как же предсказуемо! Я материализовал перед собой ледяную стену, которая легко отразила весь урон. Причём изначально я создал её слегка под уклоном в сторону Софии, и подчиняясь закону гравитации стена начала падать на неё. Еще и придержать пришлось, а то ведь и придавить могло. Она ожидаемо отпрыгнула назад, но споткнулась о невесть откуда взявшийся камень и чуть не упала, едва устояв на ногах. Не давая противнице послаблений, я создал прямо вокруг неё литров двести воды и привычно заморозил её. Мне не хотелось вредить по-настоящему, так что я просто обездвижил мою противницу.

Зря я недооценил упорство девчонки: лёд, так надёжно удерживающий моего учителя по фехтованию, начал таять. Всё вокруг заволокло паром. Софии создала порыв ветра, который разогнал пар и восстановил видимость.

Как же быстро она учла свою ошибку: в мою сторону полетели отдельные шары огня. Они опасно взрывались при соприкосновении с вновь созданной мной стеной. Причём эти шары направлялись с помощью ветра: их хаотичное движение было непредсказуемо. Умная! Наврала мне про слабый контроль воздуха… Ну да ничего: секрет продержался недолго.

Я отступал. Софии обошла мою первую стену, мудро не став запрыгивать на неё — жаль. Мысленно хлопнув себя ладонью по лбу, — Какой же я дурак! — я создал ветер в противоположном направлении. Теперь он дул в сторону Софии, и её же огненные шары дружно полетели в хозяйку. К моему удивлению и возмущению, грозные снаряды не причинили создательнице никакого вреда: она развеивала их перед самым касанием.

Надо было добавить своих! Я же знал, что чужой энергией управлять намного сложнее, а она точно ещё не умеет. Да и пойди в горячке боя разберись, где тут свои, а где чужие. Ладно, задним умом все сильны.

Создав простенький огнемет, который она ловко блокировала огненным щитом (правда, почти полностью перекрыв себе видимость), я, пока Софии воевала с огнём, растопил обе стены — точнее, то, что от них осталось — и направил воду противнице в ноги, заморозив её по колено. Конечно, она сразу же начала растапливать лёд, но кто же ей позволит? Моментально сократив дистанцию, я начал создавать новый лёд вокруг девушки. Она растапливала, а я намораживал новый, она растапливала — я намораживал.

Противостояние стихий: лёд против пламени. И мой лёд выигрывал с хорошим отрывом: запас энергии у меня значительно больше, результат очевиден. Софии быстро поняла бесперспективность этой затеи и, похоже, на остатках маны вложилась в решающую атаку.

Вокруг всё заволокло огнём — прямо инферно на минималках. Тут уж мне пришлось создавать воду в большом количестве, тем самым защитив нас обоих: настоящее инферно мы бы не пережили. Да, Софии выдохлась окончательно и совсем осталась без маны.

Я подошёл к девушке, победно приложил указательный палец к её горлу, продавив щит амулета, и тихо проговорил так, чтобы слышала только она:

— По-видимому, быть мне главой.

Кто-то из старших почти моментально разогнал пар, появившийся при буйстве противоположных стихий. После этого сразу же раздались громкие аплодисменты, заглушая объявление меня победителем. Особенно отличалась чернь: для них подобное зрелище — редкость. Если раз в жизни увидят — считай, повезло. Будет что детям рассказать, а то и внукам.

Злилась моя маленькая подружка недолго: уже через пару минут запросила реванш. Но реванша ей никто позволять не собирался. И наши, и Враины знали, что я сильнее; зачем лишний раз кичиться этим перед могущественным родом?

Дальнейшее путешествие прошло относительно спокойно, если не считать того, что всё, к чему прикасалась Софии, превращалось в сущий хаос. Рядом с этим ходячим бедствием спокойствие могло только сниться.

* * *

Ну что сказать, на мой критический взгляд, Велград — это столица нашей империи, названная в честь основателя нашей империи Велгара Эденроя великого. Выглядит столица на порядок лучше нашего городка при поместье. В город нас пустили без вопросов, даже проверять не стали на наличие контрабанды. Ещё бы кто-то попытался!

Улицы достаточно широкие: на центральных магистралях легко могли разъехаться четыре каравана, и ещё бы осталась уйма места для прохожих. Давно я не видел таких городских просторов. Не доезжая сотни метров до ворот дворца, его первого укрепления (не считая стен города, конечно, и вторых стен, что отделяют знать от черни; в общем, многого не считая), нам пришлось выбраться из карет. Дальше — только пешочком. А я уже размечтался, что нас, таких героев, почти до трона довезут. Не положено по статусу, выходит.

Это мой первый визит куда-либо вообще. Я ещё ни разу не покидал пределов владений рода. Меня берегли, как невинность наследной принцессы. Первый раз — и сразу в высший свет. Попал в новый мир, сразу успешный прорыв, закономерное повышение статуса… Тут не до путешествий: учёба, учёба и ещё раз учёба — всё по заветам известного классика. Надо будет обязательно наверстать упущенное. Это в смысле погулять и посмотреть, учился и так много.

Апартаментами нас не обидели, всё в лучшем виде. Помывшись и переодевшись, я побежал осматривать замок. Серьёзно, не каждый день выпадает такая возможность. Но, к сожалению, был остановлен одним из многочисленных лакеев.

— Сэр, разрешите проводить вас к экскурсионной группе.

Похоже, не я один тут такой, решивший проверить, что да как в королевском дворце. Что ж, похоже, одному тут шляться никто не позволит. Вон, целую группу любопытных набрали. Бояться, что разнесём дворец или что кто-нибудь что-нибудь сопрёт? Я вот честно-честно не собирался ничего такого, только посмотреть.

Пока мы шли, многочисленные слуги бегали по своим большим и маленьким делам. Если бы замок был организмом, то они были бы его кровью.

— Прошу вас, ожидайте здесь начала экскурсии, − вежливо, но непреклонно сообщил мне слуга.

Меня завели в детское крыло, и я тут был далеко не первый. Детей (ну как детей — младше меня никого не было; старшему из находившихся — крупному детине с хитрыми бегающими глазками — было не больше четырнадцати) собралось много, человек тридцать. И все одарённые: в этом сомневаться не приходилось, так просто приглашения в императорский дворец не раздают. Парней всего пятеро, остальные — девушки. Очевидный и понятный перевес в сторону последних.

Дети с доступным только детям энтузиазмом обсуждали военные подвиги, совершённые их семьями в успешно завершившемся походе.

— Лаймон, что так долго? — это была, конечно же, Софии. Резко оборвав беседу с неизвестным мне парнем, она направилась ко мне.

— Значит, это о тебе и твоих якобы талантах Софии рассказывала? — ко мне подошёл слащавый парень примерно на год старше меня.

— Надеюсь, только хорошее? — пусть начал он весьма грубо, затевать конфликт я не хотел.

— Не совсем. Она сказала, что лучше уйдёт в твой род, чем в мой, несмотря на то что мой род — первый после трона, — последнее было сказано с таким апломбом, что ему позавидовал бы и опытный церемониймейстер. — И ещё я первый наследник!

— Наверное, ей что-то лично в тебе не понравилось? — я небрежно пропустил последние слова про наследника и решил немного позлить наглеца: — Может, жакет по фасону к обуви не подходит?

Я догадался, кто это. Уроки по генеалогии не прошли напрасно. Скорее всего, это Фольтес Фельман. Неудивительно было его здесь увидеть.

— Что?! — он начал себя придирчиво осматривать. Попался на такой дешевый трюк!

Спохватившись, недобро зыркнул из-под бровей и сквозь зубы проговорил:

— Плохая шутка.

Быстро он сообразил. Ссориться с ним я не собирался, но и просто так проглотить его хамоватые нападки не мог.

— Софии! Всё как ты и рассказывала: наглый аристократишка с окраин, не привыкший к приличному обществу! — заметив интерес окружающих, Фельман приосанился.

— Я такого не говорила! — тут же одёрнула его Софии.

— Соврал?! — Я картинно распахнул глаза. — У нас рядом с границей слово аристократа надёжно: от этого может зависеть жизнь. Но, как вижу, вам в ваших теплицах это ни к чему.

Фольтес аж покраснел: видно было, что он не привык слышать отпор.

— Ты оскорбил мой род! Извинись сейчас же!

— Чем же? В нашем разговоре не был упомянут абсолютно ничей род.

Дело принимало нежелательный и даже опасный оборот. Его род и вправду силён.

— Я не собираюсь объяснять тебе основы! Это упущение твоих учителей!

Почти все собрались вокруг нас с совсем не детским любопытством ожидая, чем всё это закончится.

— В таком случае и я не…

— Уважаемые господа! Спасибо за ожидание. Прошу, следуйте за мной!

Экскурсовод перебил меня, тем самым закончив наш спор. Надеюсь, у этого не будет продолжения.

Мы дружной толпой пошли за ведущим. Тот провёл нас богато украшенными коридорами и остановился перед распахнутыми дверями одного из залов.

— Господа, вы можете лицезреть Зал Императоров. Здесь собраны свидетельства всех значимых сражений нашей великой империи. На табло и картинах вы можете увидеть время сражения, императора, возглавлявшего армию, имена родов, что он призвал под свои знамёна, итог и последствия. Битва при Трёх Холмах, сражение против безумного герцога… — экскурсовод начал перечислять все сражения, при этом обильно восхваляя императоров.

Это было не совсем то, чего нам хотелось, но воспитание у знатных родов на высоте. Никто не позволил себе проявить невнимание или непочтение в подобном месте. Все понимали, какие могут быть последствия.

— А сейчас мы находимся в личном музее Императорской семьи Энгрин, да будет их правление вечно! — наш сопровождающий провёл нас в следующий зал.

— Здесь можно увидеть самые редкие и необычные вещи, собранные со всей империи и за её пределами. Начнём с доспехов императоров. Практически у каждого они были индивидуальными, но бывают и исключения. Иногда удавалось найти или создать что-то столь мощное, что вещь продолжала служить следующему императору. Обратите внимание: оружия тут нет. Оно, как и полагается, захоронено вместе с почившими императорами.

Со вкусом у них всё в порядке. Все доспехи, без исключения, роскошны. Кажется, что каждый — это дело всей жизни лучших мастеров своего времени. Я нутром чуял магию в них, хотя был ещё в этом новичком. И ещё: это только показуха. По-настоящему серьёзные вещи Энгрины не выставляют на всеобщий обзор — они же не идиоты. Но даже этого хватает, чтобы произвести впечатление.

Осмотр и этого зала не занял много времени. Всё же совсем уж неотёсанных дикарей здесь не было: в каждом роду имелись и более убойные, и более интересные магические штуки и артефакты. Наша скучающая толпа, дружно изображая крайнюю степень заинтересованности, прошла дальше.

— Тут вы можете лицезреть лучшие творения изобразительного искусства, скульптуры и иные предметы, имеющие историческую и материальную ценность. Прошу: только ничего не трогайте! Все эти экземпляры уникальны, и потеря даже одного из них будет невосполнимой потерей для всех нас.

По-видимому, так считал только экскурсовод, но всё же мы держали себя в руках, даже Софии.

Картины, статуи, декоративная посуда — всего здесь было в огромном количестве, и как минимум половина несла в себе тематику правящей семьи. Я остановился перед картиной «Чёрный квадрат». О как, и тут есть свой Малевич.

— Вижу, вы заинтересовались данной картиной, — экскурсовод, увидев, что я надолго задержался, подошёл ко мне. — Эта картина знаменательна тем, что какой-то шарлатан хотел выдать это за шедевр, но император Антониан III шутку не оценил и приказал казнить хитреца. Потом выяснилось, что много по-настоящему хороших картин вышло из-под его кисти, и это было решено повесить в музей как вещь, имеющую красивую — хоть и трагичную — историю.

Всё, как и везде, слава нашла своего героя только посмертно.

Заметив кучку о чём-то перешёптывающихся подопечных возле бронированного стенда, он поспешил со своими объяснениями к ним.

— Это — самые ценные экземпляры: короны поверженных либо признавших власть Империи правителей различных королевств. Их тут немало, больше тридцати. Думаю, вы и сами знаете, какие рода решили добровольно влиться в состав империи. Передача короны на хранение Энгринам означает принадлежность вашего рода к Империи, и вы можете пользоваться всеми её благами и преимуществами. На табличке рядом с каждой короной указаны род, присягнувший на верность и дата его присоединения к империи.

Я обратил внимание на корону Фельманов. Я и до этого знал, что они покорены. Грязные языки даже поговаривают, что они были в коалиции против Империи, но предали своих союзников, тем самым подарив Империи лёгкую победу. По слухам, получив за это немало земель побеждённых. Официальная же версия придерживается мнения, что это была всего лишь военная хитрость, но по итогу все сходятся в одном: Фельманы провернули грандиозную аферу, баснословно обогатившись на этом, но нажив себе много врагов. Большинство из которых, к их счастью, не дожили до наших дней. Враги не дожили, но память о неблаговидном поступке осталась.

— На этом экскурсия закончена. Сейчас вы можете отправиться по своим комнатам и подготовиться к предстоящим мероприятиям.

Нас культурно выпроваживали из музея. Экскурсовод не мог сказать нам прямым текстом: «Уходите отсюда» — всё же мы благородные. Но и мы не могли ослушаться его вежливой рекомендации: он — имперский человек.

Я обратил внимание, что мой конфликт был не единственным. Нет, прямых оскорблений не было, и тон никто не повышал, но недвусмысленными намёками перекидывались постоянно. Среди нас были представители не только дружественных родов, да ещё и присущая подростковому возрасту жестокость. А если эти дети-подростки ещё обладают могущественной магией, помноженной на аристократическую безнаказанность, — адская смесь.

— Лаймон, извини. Я не знала, что всё так получится.

Софи выглядела как собака, понимающая, что сделала какую-нибудь пакость, и пришла сдаваться с поличным в надежде на доброту хозяина. После такого злиться на неё было сложно. Она из тех людей, которым прощают почти всё — даже завидно немного.

— Пока ещё ничего не произошло. Надеюсь, Фольтес не будет на этом зацикливаться.

— Надеюсь, но сомневаюсь, — виновато пробурчала девушка, — когда мы приезжали в гости к Фельманам, слуга при нём уронил поднос с едой, и ему немного забрызгало ботинки вином. Он приказал отрубить слуге руку и выбросить его из замка.

Друзьями мы с ним точно не станем, но я об этом тактично промолчал.

— Ты была у него в гостях?! — я изобразил лёгкую ревность.

— Да… — неуверенно проговорила Софи, осознав, что сболтнула лишнего, решила пояснить: — Не то, чтобы я одна была у него в гостях… С родителями, конечно. Сам понимаешь: высокие рода, связи, сотрудничество и всё такое.

Ну да, ну да… Ко мне на смотрины Враины приехали, как только я успешно преодолел прорыв. Не стоит и мечтать, что приглядываются они только ко мне.

Дальше мы шли молча, каждый думал о своём. Лично я сразу же, как вернулся в апартаменты и лёг спать. День выдался тяжёлым; исследовать дворец не получилось. Видимо, хозяева понимают, чего можно ожидать от детей и подростков, и предусмотрительно нашли им развлечение.